Глава 11

Целый час я читаю одну и ту же страницу учебника, но не разбираю букв, потому что в голове крутятся беспорядочные мысли и вопросы. Я сбита с толку поведением Рэна, ведь он был хорошим, а при последней встрече повел себя словно свинья. И почему он вытаскивает из меня все плохое что только можно? Рядом с ним во мне просыпается какой-то монстр! Кроме прочего, он разъезжает на моей машине по городу с таким видом, будто она принадлежит ему. И он действительно так считает, и убеждает меня, что все, что я вспомнила – ложь. Но если все ложь, для чего он в течение двух лет навещал меня в больнице? Почему теперь игнорирует меня? Больше всего я хочу знать, что случилось три года назад. Что между нами могло произойти, после чего в моей голове произошел взрыв.

Я слишком долго всматривалась в страницу, поэтому прикрыла веки.

Слишком много вопросов. Я должна сосредоточиться на учебе, или, по крайней мере, на поиске ответов, но в эту секунду думаю только о том, что губы Рэна, должно быть, мягче и нежнее чем лепестки роз. Я прикусила внутреннюю сторону щеки, раздосадовано подумав о том, как жаль, что Рэн не поцеловал меня по-настоящему, как Адам.

Я распахнула глаза и похлопала себя по щекам.

− Что за чушь?

Я не могу думать об этих двух парнях! Они просто ужасны и ни во что не ставят чувства остальных. Мне нужно заняться уроками. Уроки помогут отвлечься.

− Аура. – Я подскочила на стуле и повернулась на голос Кэмерона. Брат возник в дверях. Я слабо улыбнулась ему, напряженно наблюдая за тем, как Кэмерон ставит на стол кружку с горячим шоколадом и вазочку с конфетами. Взгляд его глаз стал прозорливым.

− Ты выглядишь напряженной.

− Нет. Я просто размышляю над... кое-чем.

− Над чем? – полюбопытствовал брат, присаживаясь у стола. Конечно же, он желает услышать ответ нужный ему. Если скажу, что думаю о прошлом, или о Рэне он расстроится. Я прочистила горло и отодвинула от Кэмерона свои учебники по химии, чтобы не смотреть ему в глаза.

− Я думаю о твоей девушке.

− У меня нет девушки, – слегка удивился Кэмерон.

− Я помню о том, что у тебя нет девушки, – буркнула я. – Но я подумала...просто... − я неожиданно оробела. Брат взбесится, если я начну лезть в его личную жизнь. – Мм...

− Говори уже.

− Я подумала, что было бы неплохо, если бы...э-э... ты сходил куда-нибудь, – с трудом закончила я. Кэмерон улыбнулся:

− Я ходил.

− Куда?

− На работу. – Он встрепал мне волосы, поднялся на ноги и направился к двери. Я крикнула ему в спину, пока он и вовсе не исчез:

− Вот об этом я и говорю! Ты бываешь только на работе, – последние слова я произнесла, обращаясь к белоснежной двери. Прекрасно.

Я отвернулась к учебникам и сделала глоток шоколада. Прикрыла веки, наслаждаясь вкусом и думая о том, что Кэмерону нужно бы стать владельцем ресторана или уютного кафе, которое приглашает всех и каждого в свой тихий мирок, набитый запахом свежих цветов и шоколада.

Он напоминает Рэна – шоколад. Такой же горький и горячий, но, тем не менее, притягательный и приятный на вкус.

Опомнившись, я помотала головой и отставила кружку. Забудь о парнях, Аура. Они плохие. Сосредоточься на уроках – это важнее.

Я перелистнула страницу учебника, взяла из вазочки конфетку и закинула ее в рот. Адам больше похож на конфету: обертка ужасная, а вкус приятный. Так же с ним – никто не узнает какой Адам на самом деле, пока...

Нет. Адам не такой, из-за него у меня огромные проблемы. Их даже больше, чем из-за Рэна, потому что он был носителем проблем в прошлом, а Адам доставляет мне проблемы сейчас.

***

− Я уверена, ты пришла бы в восторг, если бы увидела мою комнату, − произнесла я в трубку. Кристина в ответ что-то проворчала, но я не сдалась: − Ты ни разу не была у меня в гостях. Почему отказываешься? Опять? – озвучила я очевидное и ляпнула наугад: − У тебя свидание с Лиамом?

− Что-то вроде того. – Я уставилась в потолок, считая хрусталики. Подруга не звучит счастливой, и я понадеялась, что она начинает что-то подозревать. Голос Кристины сочился сарказмом. – Я позвала его байкерский клуб, в котором состою. Хочу, чтобы он наконец понял с кем имеет дело.

Кристина, это ты должна наконец понять с кем имеешь дело, − подумала я, но вслух произнесла:

− Так ты хочешь его оттолкнуть или наоборот привязать?

− Что?

− Я говорю о ваших отношениях, − произнесла я, задумчиво подергав молнию на кофте вверх-вниз. – Хочешь стать к Лиаму ближе, пытаясь показать свои секреты, или хочешь отпугнуть его?

− Аура, − Кристина явно начала заводиться. – Я знаю, что между тобой и Лиамом что-то произошло, так почему бы вам не разобраться между собой и не перестать бросаться на меня?

Я резко села:

− Он тебя обидел?

− С чего ты взяла? – Кристина хохотнула.

− Потому что ты сказала, что мы бросаемся на тебя. Не я, а мы.

− Просто Лиам в последнее время ведет себя странно. Очень-очень странно. И, кстати, знаешь, что он сказал мне? Что видел тебя и Экейна вместе. Но ведь это невозможно, верно? Даже не знаю, почему я вспомнила эту ерунду.

Мое сердце пропустило удар: как Лиам узнал об этом? Он следит за мной? Он следит за Экейном?

− Почему ты молчишь? – голос Кристины посуровел. − Только не говори, что это правда. Это же не может быть правдой, верно? Ты не можешь просто так ездить с ним на мотоцикле по городу.

Хорошо, что она про наш поцелуй не знает.

Я покачала головой:

− Ты не поверишь, Кристина.

− О, − с сарказмом отозвалась она. – Поверь мне, я могу поверить во что угодно.

Я невесело усмехнулась.

− Вчера кое-что произошло. Я попала в сложную ситуацию и не могла отказаться от помощи.

− Расскажи подробнее о том, что случилось. – Голос Кристины не предвещал ничего хорошего. – Я хочу знать, какой катаклизм заставил тебя просить Экейна о помощи.

− Кристина, − я осторожничала, − между вами в прошлом что-то случилось? Была какая-то история, которая стала причиной твоей ненависти к нему? Он что-то сделал с тобой? Как-то обидел?

− Стой, – ее дикий хохот поразил меня, – ты серьезно? Ты думаешь он мог меня... изнасиловать? Или избить?

Я шумно вздохнула, начиная краснеть.

− А что еще мне предлагаешь думать? Сначала говоришь, что вы не знакомы, но потом оказывается, что это ложь и вы прекрасно знаете друг друга.

− Ничего не было, Аура, – отчеканила подруга. Она что-то недовольно пробормотала, потом продолжила: − Я не могу объяснить тебе этого, хорошо?

Я сейчас словно с Рэном Экейном говорю по телефону. Он тоже ничего не может мне объяснить.

− Хорошо, – я попыталась улыбнуться в телефон, но улыбка вышла фальшивая. – Тогда развлекайся с Лиамом.

− Ты должна помириться с ним.

− Хорошо, – я смиренно склонила голову. Кристина отключилась, и я отложила телефон. Хотелось бы чтобы она сама последовала своим советам – присмотрелась к своему лучшему другу, ведь он не такой хороший, как кажется.

Почему я настолько слабая, что не могу отстоять свою точку зрения?

Все равно. Меня уже не исправить.

Теперь я вынуждена сидеть в одиночестве и смотреть телевизор. Кэмерон сегодня остался в больнице на ночное дежурство, но сказал, что до одиннадцати часов может позвонить, чтобы проверить чем я занята.

Я щелкала пультом, лежа на диване и подложив под голову подушку.

Мои первые выходные в новом доме.

Скукота.

Я вдруг подумала: а чем сейчас занимается Экейн? Что он делает? Я даже не могу представить занятие, которое могло бы заинтересовать этого парня. Совершенно нет соображений. Хотя, возможно, он с виду лишь такой крутой, а на самом деле работает каким-нибудь флористом и смотрит «Дневник памяти» по выходным.

Я закрыла глаза, вспоминая этого парня. Его безумные глаза, когда я едва не попала под его мотоцикл. Суровый взгляд и недовольно поджатые губы. Мысль о губах напомнила мне о поцелуе, а поцелуй − об Адаме и его соблазнительной улыбке; его испуганном бормотании, когда он меня достал из бассейна, его влажных волосах, когда он склонился надо мной.

Интересно, он делал мне искусственное дыхание?

− Подъем.

Я открыла глаза, испуганно дернувшись в сторону и опрокинув пульт на пол.

Ава удивленно наклонилась, чтобы его поднять:

− Почему ты так испугалась? Ты не слышала, как я вошла?

− Ты напугала меня, – пробормотала я, потирая грудную клетку. Сердце, казалось, желает покинуть тело. Я с трудом поднялась на ноги, спрашивая: − Что ты здесь делаешь?

− Мне было скучно. Дедушка отправился к своему другу, − такому же старику, − играть в покер. Поэтому я здесь. И я принесла пиццу, потому что знала, что у тебя будет слишком много забот, чтобы сделать заказ. – Ава помахала коробкой перед моим лицом. Потом сунула ее мне в руки, а сама стащила куртку и шарф, и бросила их в кресло.

− Может, ты прекратишь издеваться надо мной? − насупилась я. − Это уже не смешно. Я не витала в облаках. Просто немного устала.

− Как и всегда, – не поверила подруга. Я уныло поплелась на кухню, и она пошла за мной, преувеличено бодрым тоном продолжая: – Итак. О ком ты думала на этот раз? Про Адама или Секси-Экейна? Кто тебе больше по вкусу?

Я обернулась, чтобы пригвоздить Аву взглядом как раз в тот момент, когда она изобразила ладошками весы. Мне ничего не оставалось, кроме как отрезать:

− Я не думала ни о ком из них, пожалуйста, перестань, − и зажгла на кухне свет, затем положила коробку с пиццей на стол и принялась доставать тарелки и кружки.

− Ты права. – Ава погрустнела, опускаясь на стул. Она забрала за уши рыжие локоны, кивая: − Конечно, это так. Ты бы не стала тратить на них свои мысли. Я просто жутко боюсь, что, если что-то случится, если внезапно что-то изменится, ты ничего мне не скажешь.

− Поэтому ты меня провоцируешь? – с притворным смешком сказала я, глянув на подругу. На самом деле я испытала вину из-за того, что она тревожится.

− Да, знаю, это глупо, − она закатила глаза. − Ты из тех спокойных людей, которых сложно вывести из себя.

Как же сильно Ава ошибается, − думала я, ставя на плиту чайник и разрезая пиццу. – Я больше не спокойная и не собранная. И я определенно думаю о тех парнях все свое время. Одернув себя, я вернулась к реальности и спросила у Авы:

− Какой ты будешь чай – черный или зеленый? Или сок? Или...

− Стой! – перебила меня девушка, вскинув руку и прислушавшись.

− Что? – не поняла я. Надеюсь, она не хочет меня напугать? Они с Кристиной до странного похожи.

− Там был какой-то звон. Похоже, окно.

− Что?! – я представила, как маньяк-убийца врывается на кухню с окровавленным ножом, и оглянулась в поисках подходящего оружия.

− Идем, посмотрим, – отважно предложила Ава, и двинулась в коридор.

− Постой, мы не можем...

− Остынь, Аура. Ты никогда не была трусихой, так позволь мне вернуть тебе чувство смелости. – Ава вооружилась лопаткой, которой я накладывала пиццу на тарелки, и выскочила в полукруглую гостиную с окнами до потолка. Одно было открыто, и рядом с ним на полу лежал странный предмет.

О боже. Лиам. Он решил в конец меня достать.

Ава решительным шагом направилась к окну.

Сейчас она все увидит!

Боль наполнила виски, и я, перескочив через кремовый пуф, схватила этот предмет.

− Что это, голова куклы? – изумилась Ава, вырывая у меня предмет из рук. – Фу, ну и гадость! – Она оторвала записку, привязанную к кукольной голове резинкой для волос, и протянула мне, а сама стала разглядывать голову. Белые, искусственные волосы куклы были обрезаны и кое-где совсем отсутствовали. Красивое личико было изуродовано острым предметом и разрисовано красным фломастером, имитируя кровь.

− Жуть, – прокомментировала Ава, поморщившись. – Посмотри, что в записке, − посоветовала она и, не дожидаясь моего ответа, выхватила ее у меня из рук и прочла: − «Наша принцесса-уродина поцеловала принца, и теперь она превратится в мерзкую жабу до полуночи. Остерегайся острых предметов, они могут быть довольно опасны в умелых руках». Что за бред? − Ава уставилась на меня в поисках ответов, словно это я только что написала эту жуткую записку.

− Я не знаю.

− Как не знаешь? – Ава с сарказмом кивнула, потом закрыла окно и задвинула шторы. – Эта записка адресована тебе, как ты можешь не знать?.. Хотя, постой... − Я прямо видела, как колесики в голове Авы жужжали. Она поднесла записку к глазам и медленными шагами отправилась обратно на кухню. Я поспешила за ней. – Довольно странно. Тема записки: поцелуй.

Ава внезапно остановилась в арочном проходе на кухню и резко обернулась ко мне, после чего чуть не ткнула запиской мне в нос:

− Тут идет речь о поцелуе. Что это значит? Ты что, снова целовалась с Адамом? О боже, вы встречаетесь?!!

Я закатила глаза:

− Нет, это был не Адам.

− О нет, тогда Экейн? Постой, − Ава потрясенно смотрела на меня, и мне казалось, в ней возрастало желание треснуть меня лопаткой в лоб. – Неужели слова Кристины – правда? Вы что, действительно тайно встречаетесь?

− Кристина это сказала? – настала моя очередь прийти в ужас.

− Вскользь упомянула, когда мы с ней столкнулись в кафе, − отмахнулась подруга. − Говорит, он отвез тебя домой на мотоцикле. Значит, вы целовались? Стой, ты что, все вспомнила? Потому что это единственная причина, по которой ты могла позволить засунуть ему язык в свой рот – если ты все вспомнила и это не что-то действительно плохое.

− Пожалуйста, Ава, прекрати. – Я вздохнула, присаживаясь на стул на кухне. Она села напротив меня, скрестив ноги:

− Ты права, я слишком давлю. Но я не пойму, почему он? Ты не смогла устоять перед его злобным обаянием? Он тебе угрожал? Мой высокоинтеллектуальный мозг готов найти ответ на этот вопрос, но любой из них по какой-то причине не кажется верным.

− Я ничего не делала, – невпопад сказала я, лишь для того, чтобы подруга замолчала. Она подавилась воздухом, и я продолжила: − Я лишь просила его ответить на мои вопросы.

− И он таким образом решил заткнуть тебе рот?

Ава продолжала играть с кукольной головой: подбрасывала ее и ловила, пока в голову ей не пришла абсолютно безумная идея:

− Слушай, может стоит забросить эту башку куклы-Вуду обратно на французский двор? Ты не должна позволять этим ведьмам запугивать себя, Аура. Ты должна стать сильнее, чтобы победить врага. А теперь они обе тебя ненавидят, потому что думают, что ты отобрала их парней.

***

Утром в воскресенье мне позвонила Кристина и приказала собираться на прогулку.

− Я сплю, – коротко ответила я.

− Ты не должна сердиться на меня за то, что вчера я отвела Лиама в...

− Я правда на сержусь.

− Действительно, о чем это я. Злость и ненависть – чувства которые тебя никогда не коснутся, малышка Аура. Собирайся, потому что через одиннадцать минут я буду возле твоего дома и, если ты не впустишь меня, я войду сама.

− Если ты мучаешься оттого что думаешь, что я расстроена, это не так, – сказала я, переворачиваясь на другой бок и закутываясь в одеяло. Мы с Авой весь вечер смотрели «Том и Джерри» по телевизору, пока в час ночи не позвонил ее дедушка и не наорал, заявив, что оторвет уши ее парню, если он не вернет ее домой в ту же минуту.

− Я не мучаюсь, Аура, − звонким голосом отрезала Кристина, − во мне нет этого чувства вообще. Я просто хочу пройтись по магазинам и провести спокойный день. Я решила, что тебе тоже не помешает вылезти из своей крохотной комнатушки на белый свет.

− У меня большая комната.

И ты знала бы об этом, если бы пришла ко мне.

− Я уже в машине, – бросила блондинка и отключилась. Я отложила телефон, глядя на погоду за окном. Стальное небо нависло над городом, едва касаясь верхушек деревьев и скал.

Часы показывали девять, и стоило мне увидеть эту цифру, как меня тут же потянуло в сон. Тик-так. Тик-так. Несколько секунд я слушала как тикают часы, сопротивляясь миру сновидений, но сама мысль, что Кристина вломится в дом, не позволяла закрыть глаза и отключиться.

Я встала, привела себя в порядок и спустилась вниз.

Кэмерон в халате сидел за телевизором, обложившись книгами. Он вскинул на меня голову, когда я проходила мимо гостиной:

− Ты так рано встала? В чем причина?

− Кристина попросила составить ей компанию, − сварливо отозвалась я. – Она хочет пройтись по магазинам.

− О. – Кэмерон пошел следом на кухню, словно секунду назад я сказала волшебное слово, заставив его двигаться. – Это замечательная идея. Встреться с друзьями, купи себе платье. Только чтобы без декольте. И чтобы спина была закрытая. И чтобы ниже колен.

Я резко посмотрела на брата, и он замолчал.

− Кэмерон. Я не стану покупать себе платья. Я не стану делать покупки. Я просто встречусь с Кристиной и помогу ей с выбором.

Чего бы то ни было.

Он расстроился, и я добавила:

− Почему бы тебе не завести девушку и не сопровождать ее по магазинам? Она была бы счастлива.

− Ну, вечером у меня будет кое-какая встреча, – загадочно протянул брат, проходя мимо шокированной меня к кофе машине и наливая себе в кружку напиток. – Конечно, не в магазине, − добавил парень через плечо.

− Ты шутишь?

− Это было грубо.

− То есть, ты говоришь это не для того, чтобы я отстала от тебя?

− Зачем мне делать это? – Кэмерон обернулся и сделал глоток кофе, и я поняла, что он никогда всерьез не слушал мои замечания по поводу его образа жизни.

− Ладно. – Я сдалась, но настроение все еще было на высоте. − Это ведь девушка? Просто уточняю!

− Да. Моя подруга из колледжа. Мы не виделись несколько месяцев, и вот она в городе и позвонила мне.

Ну, это не впечатляет. Дружеская встреча. Хотя я могу пока смириться и с этим. А если ничего не изменится, я попрошу Аву и Кристину найти кого-нибудь для моего брата.

***

Лиам придирчиво рассматривал одежду, вывешенную на вешалке, а я сверлила его взглядом. Кристина скрылась в примерочной кабинке, и я вот уже полчаса с ней не разговариваю. Не потому, что она сидит в примерочной, а потому что устроила мне ловушку и пригласила Лиама без моего ведома.

Больше всех болтает Кристина. Она говорит не умолкая, и я думаю: лучше бы она сказала мне о том, что мы с ней собираемся провести сегодняшний день вовсе не наедине. К моей подруге прилагается Лиам Коллинз.

Он вытащил одну из вешалок и протянул в мою сторону:

− Это подошло бы тебе.

Я подняла на него взгляд, и тут же отвернулась, делая вид что заинтересовалась футболками со скидкой.

− Нет, я так не думаю.

Лиам вернул вешалку на место и подошел ко мне:

− Аура, я, правда, не знаю, что между нами происходит. Не знаю, как именно обидел тебя, но хочу, чтобы ты знала: я не хотел. Если ты все еще сердишься, считая, что я присвоил себе твою вещь – это неправда. Я не знаю, как она оказалась в моей книге. В моей сумке. Ты должна поверить мне.

− Я тебе верю.

Я такая лгунья. Это ужасно. Каждый раз, когда я говорю неправду, меня охватывает чувство вины.

Кристина вышла из примерочной, начиная говорить:

− Это действительно хорошее платье, но на мне оно смотрится ужасно. Это впервые, и я шокирована. – Она направилась ко мне, размахивая темно-синей вещью. Я сомневаюсь, что платье смотрелось на ней ужасно. Почему она не вышла и не показала нам? – Мне было даже стыдно выйти и показать его вам. Думаю, на тебе, Аура, это платье будет смотреться замечательно.

Я, наверное, сплю, если Кристина думает, что сможет заставить меня зайти в кабинку и раздеться. Но она, конечно, заставила.

Я вошла внутрь, и, проверив хорошо ли заперта дверца, стала расстегивать пуговицы на рубашке. Неприятный осадок, который копился во мне с той секунды, как я села в машину Лиама, готов был прорваться наружу слезами.

Почему Кристина обманула меня?

Я не хочу больше общаться с Лиамом, неужели непонятно?

Судорожно вздохнув, я отложила рубашку и стянула джинсы.

Так. Я не должна особо расстраиваться. Лиам мне ничего еще не сделал. Он выжидает. Все время, что мы были вместе, он лишь критиковал образы Кристины: «Кристи, что это?», «слишком длинно», «слишком коротко», «открыта грудь, и я был бы рад, но у тебя ее нет», «открыта спина – закрой!».

Я думала, они подерутся. Может, поэтому Кристина решила заслать меня примерять ее вещи – чтобы немного отдохнуть от гиперозабоченности своего лучшего друга?

Я затаила дыхание, услышав знакомые голоса из соседней кабинки. Этого просто не может быть. Почему Злобные Сестрички пришли именно в этот магазин?

− Да, он так и сказал. Ненавижу ее, – прошептала Маритт злым голосом.

Почему у меня ощущение, что они говорят обо мне?

− Мы должны сделать с этим что-то.

− Что? – спросила Маритт. Я все еще не спешила надевать платье, потому что мне было любопытно, о чем говорят девушки. – Мы ничего не можем сделать, Мишель. Адам ясно дал понять, что мы не должны больше мешать его отношениям с нищенкой.

Я замерла и удивленно посмотрела на себя в зеркало. Вид немного безумный: черные волосы встрепаны, челка вспушена, лицо бледное, глаза широко распахнуты.

Адам что, действительно пытается меня защитить?

− Я не понимаю, зачем он так сказал, – протянула Мишель. − Повернись, я это поправлю...неужели она ему действительно нравится? Подожди, так он пригласил тебя к себе?

Мои брови поползли вверх, и лицо в зеркале стало комичным.

− Да. Попросил приехать к нему после занятий. Я решила, у нас снова все хорошо, и он действительно был милым. Но он больше не такой. Он был вежливым и обходительным, когда сказал, что она ему нравится.

− ОН ЧТО?! – хором воскликнули я и Мишель. То есть Мишель громко спросила вслух, я же про себя, и автоматически обернулась посмотреть на лицо Маритт, совершенно забыв, что мы в разных примерочных кабинках.

− Да, он это произнес, – вздохнула Маритт. – Ненавижу их обоих! Откуда взялась эта мисс Совершенство-Супер-Спокойствие?!

− Давай отправим ее туда, откуда она приехала, – мстительно прошипела Мишель. – Помоги мне.

Перед моими глазами вспыхнули белые стены больничной палаты.

− Я ведь сказала: Адам просил ничего с ней не делать.

Я правда ему нравлюсь? Действительно?

Он так сказал?

Мое сердце сейчас выскочит из груди, затем запрыгнет обратно и проделает операцию еще десять раз.

− Да какая разница, о чем просил этот козел?! – вспыхнула Мишель. Я буквально видела, как сверкают лазуритом ее глаза.

− Ты не поняла, что я сказала? Иногда Адам бывает настойчивым. Знаешь, если он что-то просит, ему просто невозможно не подчиниться.

− Ты просто влюбленная дурочка, – прокомментировала Мишель. – Мы все равно должны поставить эту выскочку на место. Заграничная штучка! Вернулась из какой-нибудь Аляски и стала самой популярной?!

Я не из Аляски, мысленно поправила я девушку. Тут за дверью раздался голос Кристины:

− Аура, ты жива? Это платье ведь не ожило и не высосало из тебя энергию?

***

Я думала, что мои мучения закончатся на прогулке по магазинам, но – отнюдь. Лиам пригласил нас с Кристиной к себе в гости, как он выразился «на экскурсию по ужасно-скучному особняку с застарелыми традициями». Я не смогла увернуться от приглашения, потому что Кристина вцепилась в меня мертвой хваткой не отпуская.

Пришлось ехать, всячески игнорируя напряжение и тревогу. Попытки были успешными, пока двое заговорщиков болтали на переднем сидении, но как только кто-то из них пытался включить меня в свой разговор, я покрывалась мурашками и внутренне скручивалась в комок.

Дом Лиама – полноценная усадьба со своей конюшней – находился за городом. Огромное белоснежное строение с колоннами, очень похожее на дом из фильма «Цветы на чердаке», который мы посмотрели с Кристиной несколько дней назад. Я посмотрела на девушку и обнаружила, что та совершенно не удивлена – очевидно не раз была в гостях у своего друга. А я подумала, почему он все время торчал у нас с ней в комнате, если мог ездить домой и проводить время со своей семьей. У него, похоже, огромная семья, если они построили такой большой дом.

Я не могла сдержать любопытства и спросила:

− Наверное, у тебя большая семья, Лиам?

− Не особо. Ты сделала такой вывод, потому что решила, что дом был бы слишком большим для нескольких людей? Но это так, − с горьким смешком отозвался он, бросив на меня взгляд через плечо. – Здесь живет мой отец и дед. И все. Мама находится в Нью-Йорке со своим любовником, я так думаю.

− О, – я смущенно выдохнула, не зная, как реагировать. Лиам не был особо расстроен тем фактом, что его мама в другом месте с другим человеком, а не с его отцом. Наверное, они не близки.

Я решила сменить тему, в то же время думая о том, что мне и жалко Лиама и в то же время испытываю какое-то странное мстительное ощущение по поводу того, что возможно в глубине души ему было неприятно от обсуждения его семьи.

Но я, к сожалению, не жестока, чтобы продолжать развивать эту тему.

− И чем мы собираемся заняться в этом огромном доме? – спросила я.

− Мы устроим матч.

− Какой матч?

Кристина повернулась ко мне:

− Почти каждое воскресенье мы делаем это – оккупируем комнату Лиама, чтобы сыграть в игру. И проигравший всегда выполняет желание победителя.

− Вы собираетесь играть в видеоигры? – я была удивлена.

− Да, − Лиам растянулся в усмешке, и я на секунду забыла о том, почему на самом деле еду в логово врага. Я здесь, для того чтобы узнать больше информации. Понять, как я и Лиам связаны в прошлом, ведь должна быть причина, которая заставила парня анонимно преследовать меня. – Великие умы изредка должны отвлекаться на обычные повседневные дела.

− Тебе двадцать два, – напомнила я мрачно.

− А что, есть какой-то лимит для того, чтобы играть в видеоигры? Поверь мне, малышка Аура, я буду играть даже когда мне исполнится сто один.

Я рассмеялась, вновь забыв, что Лиам – это Лиам, а я – это я. И мы не можем быть друзьями, если мы нормально не поговорим и не проясним ситуацию. Может, я должна спросить у него прямо, что он делал в Дарк-Холле, когда Кристине сказал, что уехал в Нью-Йорк к матери, и почему он лжет о записке?

Нет, я это уже проходила. Это ничего не даст – Лиам лишь состроит свое ангельское личико, удивляясь тому, как я могу его подозревать. Кристина будет на его стороне.

Когда мы вошли в двери его огромного светлого дома с золотистыми поверхностями тумбочек, сияющими полами и лестницей, начищенной до блеска, я потеряла дар речи. Лиам проинформировал:

− Сегодня у горничной выходной, так что это единственный раз в неделю, когда я могу поесть нормальной еды, а не ушные раковины.

− Ты хотел сказать мидии? – подсказала Кристина, топая за ним налево, очевидно, в сторону кухни. Я, растерявшись на несколько секунд, поплелась следом, боясь поскользнуться на сверкающем полу.

− Какая разница? Я просто не хочу забивать желудок этой гадостью. Мы можем сделать сэндвичи и отправиться наверх, или заказать пиццу... у меня есть печеньки в виде химических элементов, − вспомнил он.

− У нас тут не клуб химиков, Лиам, – строго сказала Кристина. Он скорчил гримасу, на секунду останавливая свою самодеятельность. – Просто сделай сэндвичи. Мы с Аурой поднимемся наверх, а то боюсь меня стошнит, когда я буду смотреть как ты готовишь.

− Я крут, когда готовлю! – попытался он возразить, но Кристина лишь насмешливо фыркнула и, взяв меня под руку, повела наверх по витиеватой лестнице. Я то и дело смотрела под ноги, боясь оступиться.

− Прекрати смотреть под ноги.

− Я боюсь свернуть шею. Это было бы упущением для такой белоснежной лестницы – все запачкать своей кровью.

− О боже, ты что шутишь? – Кристина фыркнула. Я нервно улыбнулась:

− Просто вынуждена соответствовать ситуации.

− У тебя хорошо получается, малышка Аура. – Кристина резко остановилась. – Постой. Я забыла в машине свой телефон, а мне должна позвонить староста по поводу отчета.

Мое лицо вытянулось, приобретая удивленно−радостное выражение:

− Мы возвращаемся домой?

− Нет. Я всего лишь хочу позвонить ей и спросить все ли в порядке. – Кристина отпустила мою руку и сделала шаг к лестнице, но тут же обернулась. – Хочешь пойти в комнату Лиама или спуститься к нему и помочь?

− Я нехороша в готовке, – смущенно пробормотала я, и Кристина усмехнулась:

− Я так и думала! Тогда можешь остаться в комнате Лиама – последняя в конце коридора. Я сейчас же вернусь!

Она быстро стала спускаться вниз, и когда исчезла из виду, я смогла дышать.

Сейчас у меня есть несколько минут покоя и тишины. И я могу пойти в комнату Лиама и попытаться отыскать свой дневник. Не факт, что он прячет его у себя под матрасом, но я должна удостовериться.

Я быстро зашагала по коридору мимо одинаковых, словно в пятизвездочном отеле, дверей. Окна с левой стороны стены были затянуты прекрасными белоснежными шторами. А под ними стояли резные диванчики. Я заметила, что в доме Лиама очень любят диванчики – они были везде, даже на кухне.

Мое сердце выпрыгивало из груди, когда я остановилась между двумя одинаковыми дверьми. Нервно постучала в ту, что находилась справа от меня, и вошла.

Это не комната Лиама, а кабинет, и тут слишком темно, чтобы хоть что-то разглядеть, кроме огня в камине и тех предметов, что он освещал: кожаное кресло и маленький кофейный столик рядом с ним.

− Что ты здесь делаешь? – раздался голос справа от меня, и я громко вскрикнула, отскочив в сторону.

О БОЖЕ МОЙ.

Щелкнул включатель, и я увидела возвышающегося над собой Рэна Экейна. И я могу сказать лишь три вещи: он был безупречен в своем сшитом на заказ костюме с жилеткой, был весьма удивлен увидев меня здесь, о чем свидетельствовали неодобрительно сжатые губы и надменно вскинутая левая бровь, и я тоже была очень и очень удивлена. Так сильно, что лишь с третьей попытки мне удалось вымолвить:

− Что ты здесь делаешь?

− Что, по-твоему, я могу здесь делать? Я здесь живу.

Он скрестил руки на груди, выражая недовольство.

Невозможно, что он здесь живет.

Я всегда думала, что он...бездомный?..

− Ты... ты брат Лиама? – я сильно нахмурилась, вспоминая отрывки рассказов Лиама о своей семье. Экейн смотрел на меня тяжелым взглядом сверху−вниз, подтверждая:

− Да, видимо, это так.

Экейн, возможно, еще что−то произнес, но я услышала лишь дикий звон в ушах и собственный стук сердца. Перед моими глазами пронеслось сразу несколько картинок: его губы на мне, мы в машине, Лиам и Кристина доказывают, что я должна держаться от Рэна Экейна подальше, Лиам в Дарк−Холле, кто−то преследует меня, и этот кто−то знает мое прошлое.

Повисла тишина, в течение которой Экейн продолжал сверлить меня холодным взглядом. Я вглядывалась в его глаза, пытаясь найти ответ, но этого и не нужно было – ответ ясен. Теперь понятно, каким образом Лиам связан с моим прошлым. Он брат Экейна.

− Это правда, что ты его брат? – снова спросила я.

− Что ты хочешь услышать?

− Я хочу услышать правду.

− Я хочу, чтобы ты ушла немедленно.

Моя грудь тяжело поднялась и опустилась.

− Ты все еще играешь роль неприступного парня? Я никуда не уйду пока ты не скажешь мне...

− И что ты мне сделаешь? – скучающим тоном спросил Экейн, словно я ему надоела.

− Что еще ты знаешь обо мне такого, чего знать не должен?

− Секрет.

− Знаешь, я ненавижу таких людей. Таких трусов, как ты!

− Рад слышать. – Мои, как мне казалось, обидные слова не произвели на него никакого впечатления. Слезы злости обожгли глаза, когда Экейн продолжил: – Но, прошу прощения, если мои слова покажутся жестокими, однако мне все равно, что ты любишь, а что нет.

− Раньше ты так себя не вел, – брякнула я наобум, приподняв глаза к потолку, стараясь прогнать слезы. Я не была уверена, что Экейн их увидит в полутьме, но ведь мало ли, какими способностями обладает это межпланетное существо!

− Откуда тебе знать, если ты не помнишь?

Мы встретились глазами.

− Ты прав. Так почему бы тебе не сказать, что между нами произошло три года назад? Долго ты будешь притворяться, что ничего не было?

− Уже не важно. Главное, что ты этого не помнишь, – улыбнулся Экейн, и я затаила дыхание, когда он медленно нагнулся ко мне, положив руку на мое плечо: − Правда не столь важна, если без нее можно обойтись, ты так не думаешь? – последние слова он прошептал мне в губы.

− Нет, я так не думаю.

Рука Экейна безвольно упала, он выпрямился и бросил взгляд на дверь, словно в один миг я ему наскучила:

− Это уже не важно.

Какой же он жестокий. Такой хладнокровный, бессердечный человек способен на все. Такой человек способен на что угодно, даже на убийство. В нем нет ни капли сочувствия.

Бездушное чудовище.