17

   МИНХО

Глубокая ночь, а я меряю шагами свою спальню. Дракон молчит, но я чувствую, что он растерян. Впервые с момента восстановления нашей связи его состояние не мечется между возбуждением и яростью.

Он что-то пытается понять? Мой дракон способен задумываться?

А ведь Юри в чём-то права. Нас этому с детства учили. Разум - это свойство человеческой ипостаси. Драконом управляют инстинкты. И именно в единении наша сила. Но тогда почему мой зверь сейчас затих и не бунтует?

Хмыкаю, представив, что сказал бы Рагнар, узнай он том, что я пытаюсь вникнуть в драконьи размышления. Для Рага существует только одно правильное мнение: его собственное. И дракон слушается его беспрекословно. Уж на Рагнара слёзы иномирянки вряд ли подействовали бы. В корне задавил бы сопротивление, взял бы девчонку и забыл через минуту.

Джиу. Тот, вообще, специально вытаскивает девушек из других миров и вытягивает из них жизненную силу, чтобы защитить своих подданных.

Ринг после каждой битвы не знает, куда слить вытащенную из Хаоса магию. Если б в горы не сваливал, пару тройку селений каждый раз замораживал бы.

Долго смотрю в окно на мутнеющие во мраке снежные вершины. Где-то там за горной грядой мои братья. Давление Хаоса на наши границы усиливается с каждым днём. И если бы не они, не их жёсткость и решительность, Айсгарда бы уже не было.

Из-за моих сложностей с оборотом я до сих пор не мог полноценно участвовать в стычках. Но сейчас с появлением Юри что-то произошло.

И если эта девчонка - ключ к решению проблемы, я обязан как можно быстрее разобраться, как это работает. Это цель. Всё остальное - неуместная слабость, недостойная правителя.

Академия обойдётся и без меня. С подготовкой боевых магов справится Бан Чан. А мне пора на границу. Теперь я смогу приходить на помощь братьям во время прорывов там, где это нужнее.

Если для того, чтобы укрепить связь с драконом, нужна близость с Юри, значит, так и будет.

При воспоминании о сидящей на моих коленях и доверчиво прижавшейся ко мне почти обнажённой девушке появляется напряжение внизу живота, и в штанах становится тесно.

Сейчас я плохо понимаю, как смог удержаться в миллиметре от её непокорно сжатых губ, вдыхать аромат её желания и уступить, отнестись серьёзно к её протесту.

Привык играть в любовные игры с готовыми на всё придворными дамами. И в очередной раз просто ждал, когда добыча сама прыгнет мне в руки. Не прыгнула.

Ничего, она успокоится и примет правильное решение.

«Моя девоч-чка, - напоминает о себе дракон и неожиданно добавляет: - Истинная».

— Бред, - обрываю зверя. — Она человек.

«Истинная, - настаивает дракон и напоминает: — Браслет!»

Кажется, он пришёл в себя и что-то там для себя решил.

— Это случайность.

Зверь фыркает и замолкает, но я чувствую, что он остаётся при своём мнении.

Твари Хаоса! У моего дракона есть мнение? Что сказал бы Рагнар...

Понимая, что уже в который раз иду по одному и тому же кругу, решаю отложить все размышления на утро. Надо выспаться. Завтра меня ждёт новый виток проблем.

Будит меня верный Стилс. Некоторое время лежу неподвижно, пытаясь понять, спал ли я сегодня вообще. А потом вспоминаю, что во сне ли, в полудрёме ли, но решение принято. И настроение резко улучшается.

— Госпожа Юри должна присутствовать на завтраке. Распорядись, Стилс. И пусть Ханыль соберёт всё, что необходимо для жизни в Академии. Главное, все платья должны прикрывать запястья до середины кисти. Да, Ханыль тоже едет.

У Стилса на лице гамма сомнений.

— Спрашивай, - разрешаю я.

— Леди Сонхи тоже будет присутствовать на завтраке?

— Сядет там же, где и всегда. Иномирянке пусть накроют по левую руку от меня, Чану, где обычно, по правую.

— Слушаюсь, - мой камердинер качает головой, но возразить не смеет.

Я его почти понимаю. Виданное ли это дело, наложницу усаживать за один стол с господами? Ничего, если уж мне навязали в жёны одну из Аттерлани, придётся сбивать с неё спесь. И лучше это сделать до того, как она станет княгиней Южного Предела.

Чувствую недовольство дракона. Но решительно загоняю зверя внутрь. Тебе тоже, друг мой, придётся подчиниться.

Когда я появляюсь в малой гостиной, Сонхи с Чан уже там, но за стол не садятся.Сонхи со своим обычным высокомерным выражением лица что-то говорит Чану, успеваю услышать только обрывок последней фразы:

- .. в комнату прислуги. Ханыль можете передать кому-нибудь другому.

Левая бровь Чана удивлённо приподнята, и он переводит на меня взгляд.

— В чём дело? - спрашиваю, уже догадываясь, что речь пойдёт об Юри.

— Леди Сонхи сказала, что вы передаёте иномирянку ей в услужение.

— Нет, - коротко отвечаю я и продолжаю, взглядом вынуждая Сонхи помолчать. — Юри останется при мне, пока мы не решим все связанные с ней проблемы.

Про себя добавляю: «Возможно, навсегда».

Моя невеста недовольно поджимает губы. Но, видимо, уловила по моей интонации, что обсуждать и спорить бесполезно. И правильно. Моя будущая жена уже сейчас должна знать, кто принимает решения.

— Через час отправляемся, - первым сажусь на своё место.

Сонхи занимает место напротив меня с другого конца длинного стола. А Чан рядом. И, в отличие от Сонхи, сразу же замечает ещё один прибор по левую руку от меня.

На его вопросительный взгляд я не отвечаю.Но начинаю злиться. Ханыль не может не знать, что приходить позже князя к завтраку непозволительно. Значит, причина в строптивой иномирянке. А, скорее всего, в том, что я вчера уступил чувству жалости.

В тот момент, когда я почти готов встать из-за стола и притащить дерзкую девчонку самостоятельно, в груди появляется странная вибрация, и я осознаю её источник.Удивительное ощущение, когда, не видя человека, точно знаешь, сколько шагов тебя с ним разделяет. Всю мою злость смывает волной предвкушения. Останавливаю себя, объясняя, что в этом виноват браслет. Я не могу не чувствовать связь с родовым артефактом.

Но тут же признаю, что, помимо этого, есть и примитивная реакция моего тела, не получившего удовлетворения прошедшей ночью.

И когда дверь открывается, впуская мою иномирянку, я стискиваю зубы, потому что её наглухо закрытое платье с высоким воротом и длинными, закрывающими запястья рукавами по контрасту напоминает мне о том, как соблазнительно она выглядела ночью в короткой тунике из тонкой ткани.

«Моя!» - уверенно заявляет дракон, и на этот раз я с ним согласен.

Так долго продолжаться не может.