долгожданная встреча

Деймон и Стефан застыли у порога скромного жилища Бонни, словно провинившиеся мальчишки, вызванные к доске. Напряжение исказило лицо Деймона, в глазах плескалась непривычная, почти униженная мольба. Стефан хранил молчание, кулаки его побелели от напряжения, но взгляд выдавал ту же отчаянную надежду.

Бонни встретила их сдержанно, без лишних слов. Она знала, зачем они пришли. Шепот о способности Даниэлы пробиваться сквозь смертную завесу давно гулял по Мистик Фоллс.

— Вы уверены? — спросила Бонни, и в голосе её звенела сталь. — Подобные ритуалы… они играют с огнем, последствия непредсказуемы.

Деймон скривил губы в подобии усмешки, но она вышла жалкой и натянутой.

— Неужели ты думаешь, что мы не знаем? Я видел её, Бонни. Лишь тень, мимолетное виденье… но это была она. Она отчаянно пытается достучаться до нас.

В комнате повисла густая тишина, нарушаемая лишь нервным потрескиванием свечей. Бонни начала ритуал. Древние слова, сплетаясь в причудливое кружево заклинания, заполнили собой всё пространство. Воздух сгустился, стал вязким и тяжёлым, пропитанный энергией, похожей на электрический разряд.

Внезапно пламя свечей затрепетало в дикой пляске, и комнату окутала непроглядная тьма. Но что-то пошло не так, чудовищно не так. Вместо тихих шорохов загробного мира, спиритический сеанс захлестнула какофония помех, шипения и зловещего треска. Лицо Бонни исказилось мукой, крик сорвался с её губ.

— Они предупреждают! — прохрипела она, судорожно хватаясь за горло. — Опасность… двойник… Первородный… Аммита…

И внезапно ритуал оборвался. Комнату пронзил ледяной порыв ветра, пламя свечей испустило последний вздох и погасло. Бонни стояла, обессиленная, пот ручьями стекал по её вискам. Энергия предков, теплая и знакомая, должна была окутать её, но вместо мудрости и наставлений в сознание хлынул хаос. Бессвязные обрывки фраз, истошные крики, паника, животный ужас. "Она… беги…"

Бонни отчаянно пыталась удержать ускользающую связь, понять, что происходит, но внезапно всё оборвалось. Боль. Невыносимая, чужая, но ощущаемая каждой клеткой её тела. Боль её предков. Она словно смотрела на мир их глазами, проживала их последние мгновения.

В центре ритуального круга возникла фигура. Невысокая, изящная, с волосами цвета воронова крыла, ниспадающими до пят. Она двигалась грациозно, почти танцевала, разрывая в клочья мерцающие призрачные силуэты, тех, кто когда-то был её родом. Их эфирные тела рассыпались в прах, а она жадно поглощала освобождающуюся энергию, их души, с наслаждением прикрывая глаза.

Бонни не могла пошевелиться, парализованная ужасом и чужой, пронизывающей болью. Она видела лицо демоницы. Не злобное, не уродливое, а поразительно красивое. Миловидные черты, пухлые губы, большие, невинные глаза. Лицо ангела. Но в самой глубине этих глаз плескалась бездонная, ледяная тьма.

Демоница подняла голову и посмотрела прямо на Бонни. В её взгляде не было ни злобы, ни ненависти, лишь холодное, всепоглощающее безразличие. Она улыбнулась.

— Теперь ты видишь, — прошептала демоница, и голос её звучал как звон разбитого стекла, — что происходит, когда вмешиваешься не в своё дело.

— Что ты такое? — голос Бонни дрожал, словно осенний лист на ветру.

— Я твой ночной кошмар милая , девушка нежно коснулась лица Бонни и ведьма ощутила сильную боль и закричала с ее глаз пошли слёзы , она помутнённый взгляд видела свою сломанную руку и лодышку  . -  Это предупреждение маленькая ведьма , в следующий раз , я оторву твою дурную голову и демоница исчезла оставив после себя хаус и пустоту . Бонни звола своих предков , но они не откликались на ее зов .

Деймон и Стефан, стоявшие в оцепенении, словно окаменевшие, наконец пришли в себя. Деймон бросился к Бонни, тряся её за плечи, пытаясь вернуть в реальность. Наконец, Бонни открыла глаза, и в них плескался звериный, неподдельный страх. Она вся дрожала, словно в лихорадке проверяя свою руку и лодышку .

— Что случилось? — спросил Стефан, осторожно присев рядом с ней.Бонни смотрела на них безумными глазами, словно видела не их, а что-то ужасное, что стоит за их спинами. Она отшатнулась, пытаясь отползти назад, подальше от них, подальше от всего этого кошмара.

— Демоницы… она забрала… забрала их, — прошептала она, и голос её звучал как предсмертный хрип. — Она здесь… она близко…

Деймон нахмурился, не понимая ни слова. Стефан, напротив, ощутил леденящий душу холодок. Ему не нравилось что происходило на данный момент.

— Бонни, успокойся, — попытался успокоить её Стефан, осторожно взяв её за дрожащую руку. — Что ты видела? Что произошло?

Но Бонни словно не слышала его. Она метала взгляд по комнате, словно ожидала неминуемого нападения. Вдруг она замерла, её глаза расширились от ужаса, в них застыл первобытный страх.

— Там… она там! — прокричала она, указывая дрожащим пальцем на темный угол комнаты. Деймон и Стефан переглянулись, но в углу ничего не было. Только тени, играющие в призрачном свете одинокой свечи. Но Бонни видела что-то, что не видели они. И этот ужас на её лице убедил их в том, что угроза вполне реальна.

Деймон скривил губы в подобии усмешки, но она вышла жалкой и натянутой. Он не верил ни в демонов, ни в древние проклятия. Но безумный взгляд Бонни и страх, сковавший Стефана, заставили его усомниться в собственной уверенности. В углу комнаты послышался тихий хлопок, словно лопнул мыльный пузырь, и все инстинктивно посмотрели туда. Там стояла ОНА. Даниэла, их мёртвая сестра.

Даниэла, стоявшая в углу, больше не походила на ту хрупкую, нежную девушку, которую они помнили. В её глазах не было ни капли тепла, лишь холодная, расчетливая тьма. Улыбка, игравшая на её губах, казалась чужой, зловещей.

— Сюрприз, сукины дети , — пропела Даниэла, и голос её звучал как тихий звон колокольчика, за которым скрывалась смертельная опасность. — Соскучились?

Деймон опешил, не веря своим глазам. Стефан, напротив, напрягся, готовясь к схватке. Он чувствовал исходящую от Даниэлы мощь, чуждую и зловещую. Это была не его сестра.

— Даниэла, что ты такое? — прорычал Деймон, с трудом сдерживая боль, затаившуюся в его голосе.

Даниэла рассмеялась, и этот смех эхом разнесся по комнате, проникая в самую душу, вызывая дрожь. — Тебя не ебет брат ! Что твоя милая любимая Кэтрин не дает ! Даниэла скорчила такое сострадательное лицо и снова засмеялась.

Деймон застыл, он не знал , что сказать , он не хотел признавать в этой девушке свою сестру , его сестра была добрая , нежная , а не мерзкая тварь как эта даже невинные черты лица его сестры были изуродованы этой девушкой.Эта улыбка не отозвалась теплом в сердце Деймона, как это бывало раньше. В ней не было ни капли тепла, лишь холодная, расчетливая сила.

— Я вернулась , и я надеялась не помешала вашему маленькому семейству , и да меня волнует один вопрос копия Кэтрин вы ее тоже вместе трахаете или по очереди.