Глава 33. Алекс

Естественно Сэм ускользнула от меня, как только я выключился.

Ладно, не как только.... Она даже расслабилась рядышком и уснула, давая мне возможность утонуть в аромате морского бриза, который вечно был рядом с ней. Но последней каплей стало то, что я в полудрёме притянул ее к себе и обнял, обернув руки вокруг ее тела, прижал так сильно, что она проснулась.

Две секунды – и я снова один. С остатками солоноватого воздуха вокруг.

Р – разочарование.

И, хотя с тех пор прошло достаточно времени, я все ещё думал, что мне сниться то, как Сэм со мной разговаривает.

И слушает мои мысли.

Я все еще не верил, в тот факт, что мы по одну сторону.

После нашей с Игорем драки прошло несколько недель, но я так и не спросил видеться ли она с ним. Не знаю, хорошим ли это было знаком, но я последовал совету Мел и постарался держать свои мысли, слова и руки при себе.

Возможно, Сэм даже и не ночевала дома. Но всегда, ровно в 8 утра, я находил ее на утренней тренировки.

Игорь больше не попадался мне, кроме одного раза, на вечеринке, на которую меня заставила пойти Мариса.

Он стоял в уединённом углу, потягивая, что-то похожее на виски, и безэмоционально наблюдал за блондинкой, которая, что-то увлечённо щебетала своей подруге напротив. Явно пытаясь завладеть вниманием принца Теодора. Но как только его взгляд задержался на мне и Сэм сидящей рядом за барной стойкой, Игорь же испарился из поля зрения, я даже не успел заметить, расстроило сирену это или нет. Она не стала вливать в себя литры алкоголя и мило протусовалась всю вечеринку с девочками, мной, Кирком и еще какими-то парнями, которые не теряли надежды зацепить своей обычностью маленьких сирен.

Но им было все равно.

Это то, что она чаще всего повторяла им.

Им должно быть все равно, иначе окружающие будут знать, куда бить, чтобы сделать больно.

Все соглашались, просто игнорируя наличие двух ее слабостей: меня и Игоря. Эта тактика - самая ходовая в их стан. Твои проблемы - это твои проблемы. Не хочешь, чтобы кто-то к ним лез - не озвучивай.

Сам факт того, что Сэм постоянно мелькала перед глазами, сбивал с толку.

Спокойная. Иногда даже веселая. Она опять находила уверенность в себе, для того, чтобы быть лучшей из лучших. Нормально ела, хотя Мел и Кейт все равно считали каждый кусок, который Сэм клала в рот, чтобы понять, в какой момент все полетит к чертям.

А затем, все чаще и чаще, они просто стали ловить мой взгляд и поднимать бровь, как это обычно делала Сэм. А я кивал в ответ, о том, что все под контролем.

И они верили.

Они мне верили и продолжали заниматься своими делами.

Это не укладывалось в голове.

Почему они так легко приняли меня к себе?

Пусть большую часть моих разговоров с Мел и включали угрозы изощрённых расправ и взаимных обвинений, но все равно они подшучивали надо мной, могли драться со мной, они меня учили. Делились чем-то своим.

Их дом был и для меня домом.

Они не сводили меня с ума, как предсказывал Кирк. Наоборот. При ближайшем рассмотрении оказалось, что сирены гораздо более дисциплинированны любой своры солдат.

У них было распланировано все время, у всех были обязанности и после нескольких дней, Кейт поставила меня перед фактом, что если я с ними живу, то должен раз в 2 дня готовить всем завтрак и патрулировать. Под этим подразумевалась прогулка по территории с кем-то из Сирен и маленькой рыжей девочкой, которую, как оказалось, зовут Эстер.

И я был уверен, что Сэм, оказавшись в Теодоре была точной ее копией, просто с более темными волосами. Очень много вопросов и никаких комментариев по поводу происходящего. Предельная внимательность к деталям и полная неуправляемость.

И взгляд светло-голубых глаз из под лба, оценивая действительность.

Она быстро вписалась в их механиз существования: жизнь на кофе, быстрых углеводах и порчи крови окружающих.

Единственный раз, когда Сэм приблизилась ко мне на расстояние, ближе, чем вытянутая рука, был день драки.

Она могла прийти и наблюдать, пока я тренируюсь, упуская колкие комментарии Мел. Или попросить вылечить ее синяк, царапину, еще что-то. Мы могли часами разговаривать сидя за столом, так, чтобы нас все видели. Но она делала все, чтобы не оставаться со мной наедине. Отодвигала, запихивала в рамки, но не отбрасывала настолько, чтобы я терял надежду. Была бы на ее месте любая другая девчонка - давно все послал бы к черту, и меня тут не было. Но это была Сэм... И я вдыхал, брал себя в руки и говорил, что это действительно того стоит.

Хотя она прекрасно должна была понимать, что даже, если она скажет мне выметаться отсюда, я не двинусь с места. Разве что вместе с ней.

Для меня не было большего удовольствия, чем наблюдать, как она складывает ноги по-турецки, сидя в кресле, и начинает вчитываться в какую-то древнюю книгу, которую для нее через Кирка передал Салли. Хмурится, если что-то не понятно, щурит глаза, когда ее посещает мысль или отводить их в сторону и застывает, обдумывая происходящее.

Однажды я застал ее вместе с книгой одну. Все куда-то разбежались, и это был мой шанс.

- Что читаешь?- Я налил две чашки кофе и сел напротив нее. Она пила капучино или латте, в зависимости от того, насколько сильно хотелось спать. Я пил обычный черный. Меня будил не кофеин, а вкус напитка.

Сэм подняла глаза, когда я протянул и для нее чашку, укрытую сверху молочной пенкой, приподняла бровью.

- Я добавил мятый сироп, как ты любишь.

Она мило улыбнулась и приняла напиток.

- Спасибо хороший Тёмный принц. Салли подкинул еще одну книгу. Ты знал, что я одна из сирен, которая наплевала на университетскую программу? Так что, если у меня забрать умение и необходимость убивать – я абсолютно неприменима.

Она отхлебнула кофе, испачкавшись пенкой.

- У тебя тут,- я обвел вокруг губ пальцем,- молоко...

- Ага...- Она провела пальцами по губам и подняла на меня глаза в тот момент, когда они остановились у уголка, замерев.

Я готов был вырезать свое сердце и предложить в качестве десерта.

Чем больше я проводил с Сэм времени, тем больше она мне казалось какой-то особенной, одной и неповторимой. Каждое движение провоцировала во мне такие вещи...

Так же как сейчас, я погружался в янтарные глаза сирены, и чтобы выйти из этого пришлось несколько раз тряхнуть головой.

- Что-то случилось? – она оборвала нашу связь, беспокойно вглядываясь в меня. Но я не мог же ей сказать, что просто со мной случилась она.

- Все в порядке.

- Ага, а как же...- Она посмотрела с прищуром, развернув голову на 45 градусов... Я сам не понимал, как мне не стоит с ней оставаться наедине до этого момента. Чувствовал, что в любой момент метнусь через стол, перекину через плечо, и потащу в свою комнату, если у меня хватит сил подождать еще две секунды.

- Алекс, не смотри на меня так. – Ее голос вернул меня в реальность.- Это пробирает до костей.

А теперь я заставил ее насторожиться, по этому постарался откинуться в кресле и выдавить, как можно более обыденным голосом:

- О чем читаешь?- Глотнул кофе, чтобы вернуть себя в реальность. Получилось чудовищно наигранно.

- Просто изучаю один вопрос...

- Может, расскажешь мне... Я никому, ты же знаешь. – Она вновь подняла глаза над книгой. Обложка была мягкого коричневого цвета, всего на несколько оттенков темнее радужки глаз. Я чувствовал ее, еще не сказанное «нет», на языке.- Ты же видела мою библиотеку, я их изучил почти все, возможно, смогу чем-то помочь,- старался говорить непринужденно, совсем непринужденно, как будто мне все равно. Она все еще смотрит на меня, размышляя над моим предложением.

Вопрос в доверии всегда был слишком тяжек.

Она опускает книгу, отворачивает взгляд, и касается кончика носа, раздумывая.

- Помнишь в тот день, когда мы ходили к Аркадии, и уснули потом у меня?

- Конечно. Он был один из самых ужасных в моей сознательной жизни.

- Затем мы поспорили и ты выиграл, но я так и не дала тебе ответы. Тогда Мне приснился странный сон, вроде как, ко мне приходила Олли.- Она замирает, оглядываясь, хотя прекрасно знает, что кроме нас с ней никого нет.- Но она не могла этого сделать, потому что... мертва из-за меня.

Ее губы кривятся, в попытке списать все на сарказм.

- Сэм, ты не виновата...

- Виновата. Но сейчас не об этом. Она сказала, что жива, и что,- она закрывает глаза и глубоко вздыхает, набираясь сил, для следующих слов,- здорова.- Я хотел возразить, но Сэм вскинула перед собой руку, говоря о том, что еще не договорила.- Я тоже сначала подумала, что это просто сон. Но, я не знаю ни одного факта, о том дне, кроме того что очень сильно облажалась. Я не видела тела, не читала заключения медиков, не знаю, как она умерла, от чего. Сирены все спустили на тормоза, потому что им больно. А она бежала из сна, убивая себя. Ты же знаешь, что чтобы заставить себя проснуться, нужен очень сильный испуг. Олли прыгнула с башни, без страховки, и потом у меня за спиной появилась чертовски живая Аркадия, обещающая смерть всем нам, если я проболтаюсь. Я не могла вспомнить все это, до момента, когда ты в тот день меня так сильно сжал во сне, что я начала задыхаться и испугалась. - Она делает паузу и ловит мой взгляд. Я говорю ей мысленное спасибо, за то, что объяснила, почему выскользнула тогда от меня, как ошпаренная. Но сейчас в ней я читаю ноты того, что пугало меня. Отчаянье.

- Понимаешь, Олли была такой реальной, и все было таким реальным... - Она еще раз оглядывается.- Алекс, я не знаю... А что, если она вправду жива, а что если нам соврали? Что если она убежала от них, от безысходности, из своей клетки? Что, если я тоже могу это сделать? – последние слова она шепчет, практически беззвучно.

- Ты уверена, что хочешь? А если другой мир, не лучше этого?

- Если там мне не нужно будет бояться за близких, не нужно будет убивать – мне все равно, я хочу оказаться в нем. А ты бы не хотел иметь возможность быть со мной в любом другом месте?

Ее слова убивают меня. Она стреляет мне в грудь ими, вытаскивая наружу то, о чем я даже думать боялся.

- Тут любое мое решение - это иллюзия, я не знаю, когда они действительно мои, а когда к ним приложил руку еще кто-то. Теперь даже сны под вопросом. Я боюсь засыпать. Я ищу там Олли... И жду новых угроз со стороны Аркадии.

- Сэм, просто это наверняка не так.... Не так легко как ты думаешь...

Она подаётся вперед ложиться на пустой стол, хватается за край с моей стороны и подтягивается, подъезжая ко мне. Упирается руками и приподнимает корпус, фиксируя свое лицо перед моим.

В пятнадцати сантиметрах от меня.

В десяти сантиметрах

В пяти сантиметрах

Она замирает рядом со мной, обдавая лицо теплым кофейным дыханием.

- Я даже поцеловать тебя не могу, чтобы она не узнала... Я, просто, не могу этого сделать, потому что боюсь, что кто-то пострадает. Ты , Мариса, Мел, Кейт, Кирк, Эстер... Любой, кто по ее мнению не достаточно ценен.

Я дотрагиваюсь до ее руки, но она щуриться и качает головой, говоря о том, что этого не стоит делать. Но мне так хочется... Хочется, чтобы она не думала, что во мне что-то меняется по отношению к ней.

- Мне нужно знать только одно... Если я найду способ... Ты будешь ждать, что я расскажу о нем?

Хватаю ее за плечи, стаскиваю со стола, усаживаю к себе на колени. Она такая податливая из-за того, что чувствует себя одинокой и просто расстроена происходящим. Забираю ее растрёпанные волос и, почти касаясь ее уха губами, говорю:

- Ты с ума сошла? Тут у стен есть уши...

- Мы завтра едем в домик у моря.- Нараспев произносит Сэм.- С нами едет Салли, я его пригласила... Салли и пол его библиотеки.- Кладет голову ко мне на грудь, и я начинаю ее слегка укачивать у себя в руках. Она переплетает ноги, еще больше напоминая расстроенного ребенка.

- Ты же знаешь мой ответ...

- В том то и дело что не знаю, ты все всегда делал для себя. А этот шаг коснётся только меня. Ты уже свободен.

- Но, ты же нет... Думаешь я кайф ловлю от того, что не могу быть с тобой, я даже не могу прикоснуться к тебе? Воображаемая доступность, ты рядом, но я не могу ничего сделать...- Она отстраняется и смотрит на меня как будто берет меня за душу и обнажает ее. И в тот же момент прикасается своими губами к моим... И я таю... я снег на солнце по весне, еще несколько мгновений и меня не будет.

-Подумай над этим, Тёмный. Ты потеряешь все на свете рядом со мной. И это все – гораздо больше, чем ты думаешь.

А затем она уходит из дома, забрав с собой книгу, оставим меня наедине с недопитым кофе и ощущением, что это хрупкое равновесия настолько временно и невесомо... Что скоро она натворит кучу глупостей, спасая себя и всех вокруг. И я ничего не этим не смогу поделать.