Чёрная сумка

Просыпаться в своей кровати всегда приятно. Чувствуешь себя в безопасности, вокруг всё привычное, знакомое. Я такой - мне не нравились поцелуи, я не любил спать в чужих постелях. Я такой был всегда. До того момента, как встретил Джея. Обнаружив внутри себя эти изменения, я очень хотел понять, почему именно он, почему раньше никогда внутри меня не возникало такого желания. Об этом я думал практически не переставая.За окном мрачное, как всегда, утро. И Джей ещё не проснулся. Это оказалось так приятно, утром вот так его гладить, его грудь, живот. Он слегка вспотевший от духоты, и его шея немного липкая. Но я люблю его тело. На самом деле, с ним мне всегда чертовки хорошо, даже если он просто спит. И я, наклонившись, поцеловал его грудь, слегка прикусив сосок.

- Привет. - он положил ладонь мне на голову.

- Привет. - я перелез ему между ног и положил голову ему на живот, - Что-нибудь тебе снилось?

Я не останавливался, целуя его живот, спускаясь ниже.

- Нет. Мне не особенно часто что-то снится. А тебе?

- Кажется, тоже ничего. - мне нравится прижиматься к его животу, ощущая, как он дышит. Я гладил его бёдра, а он пальцами перебирал мои волосы. Спустившись ниже, я поцеловал его член, совсем чуть-чуть коснувшись головки. Голый Джей такой сексуальный. Я целовал его очень медленно, наблюдая, как сильно он напрягается с каждым моим прикосновением.

- Ты такой чувствительный. - я обхватил его руками за бёдра, притягивая к себе, - Такой возбуждённый. Хочется тебя ещё больше возбуждать.

Не только секс с Джеем был особенным, просто ласкать его было чертовски приятно. Я глубоко вдохнул его запах, открыл рот и облизал его внизу живота, спускаясь и обхватывая губами головку его члена.

Джей держал руками мою голову, прижимая к себе, и тяжело дышал.

Чем нежнее его касаться, чем ласковее с ним обращаться, тем напряжённее становится его дыхание, тем несдержаннее становится его голос. Люблю его голос. Когда ему хорошо, его тело реагирует на все мои движения. Наверное, я с ним такой же.

Я облизывал его, засовывал в рот его пенис, на него текли мою слюни.

- Подожди. - он слегка потянул меня за волосы наверх. Но я замотал головой, хватая его за запястья.

- Нет, я же не просто так с тобой остался. Ты уйдёшь работать, а я останусь один.

Это утро такое особенное. Никогда ещё я никому не делал минет с утра в его постели. Хочу, чтобы так было всегда. Хочу навсегда оставить его рядом с собой. Не могу я, как раньше, просто оставить его одного и уйти. Не могу остаться сам один. Я встретил его для того, чтобы оставить его себе. Даже если у меня ничего не получится, я же не могу не попытаться. Ещё никогда мне не попадалось что-то или кто-то, кто так странно бы на меня влиял. Кто бы заставил меня ХОТЕТЬ меняться и менять события, меня окружающие. Я всегда, каждый день, с тех пор, как встретил Ричи, старался жить, чтобы было не стыдно перед самим собой. Но только рядом с Джеем мне на самом деле этого захотелось.

- Что будешь делать? - я поцеловал Бэллу, когда уходил.

«Не хочу уходить... Не хочу от него уходить. Хочу остаться с ним. Снова раздеться, раздеть его, держать в руках его тело. Не хочу, чтобы он возвращался в свою ведьмину квартиру. Он там останется один. Пока я не вернусь.»

Я привык к нему слишком быстро. Я привык ко всему, что в нём есть. Меня самого это приводило в замешательство, но мне нравилась эта неожиданная привязанность. В основном потому, что я не видел ничего противоестественного в нашей связи, которая так быстро и так резко превратилась из обычного сексуального напряжения во что-то мне незнакомое. Но такое желанное. Потому я не хочу его отпускать.

Выходя из лифта, я наткнулся на одного из соседей сверху и случайно задел его плечом. Я, конечно, извинился, но тот так посмотрел на меня, словно я его битой избил. Он говорил с Эсти. Я до сих пор ужасно хотел залезть к Эсти в фургон. Я так жалею, что в ту ночь у меня не было с собой фонаря, чтобы посветить внутрь его машины. В кабине его фургона воняло - так воняет старьё, всякие тряпки, которые любят хранить бабульки, что-то, что лежит годами и собирает в себя совершенно все окружающие запахи. Не совсем понятно, как кто-то может покупать еду в таком месте, но если подумать, наверное, сейчас примерно так же и во всех остальных местах. Мы просто выбираем из всего предложенного нам менее грязное, менее ужасное и более приемлемое для использования. Так что тут удивлять нечему. Но сам Эсти меня интересовал куда сильнее, чем тошный запах в его фургоне. Хотя они с ним неразрывно связаны.

«Надо залезть внутрь, как мы с Миеей и договаривались».

Я поздоровался с этими двумя и направился к месту, откуда меня забирают на работу. Чтобы добраться до пожарной части, нужно проехать через центр города. И проезжая мимо церкви я заметил, как на площади собирается огромная толпа. Среди них мелькали и люди, одетые в чёрно-белую форму, те, что поют в церковном хоре. Но Бэлла никуда не пошёл. Я смотрел на собрание, разглядывая людей. Кажется, толпа не очень довольна.

- Эй, сегодня праздник какой-то что ли? - обратился я к одному из парней, что ехали со мной. Тот пожал плечами и тоже выглянул в окно.

- Я особенно не знаю, но кажется нет. - он окинул взглядом пестрящую толпу, которая тут же скрылась из вида за поворотом, - Мама что-то говорила, кажется у них там кого-то убили. Важного мужика или что-то такое. - он вновь повернулся ко мне, - Но я в подробности не вдавался.

- Понятно.

Не понятно было только то, почему же Бэлла не пошёл. Он не религиозный фанатик, но скорее всего, если он там работает, то должен был пойти. Может быть ещё пойдёт... Я откинулся на спинку в трясущемся автобусе и закрыл глаза.

«Меньше всего меня интересует мёртвый церковный мужик» - думал я, вспоминая, как рядом спит Бэлла. Ощущение его присутствия такое нежное. Можно протянуть руку и дотронуться до его тела, можно его обнять и к нему прижаться, чувствуя, как под рёбрами бьётся его сердце.

«Хочу, чтобы всегда можно было его обнять по ночам, хочу видеть, как чернеют его волосы на моей подушке, хочу чувствовать его запах рядом» - с этими простыми желаниями я забыл и об Эсти и об убитом мужике.

- Какого?.. - я толкнул свою дверь, которая оказалась не запертой. Сперва до меня не дошло, но осознав, я сразу побежал в спальню. Опустившись на колени, я начал бешено шарить руками под кроватью.

- Вот же суки. - я поднялся, - Вот же ёбаные мрази. Узнаю, кто это сделал... Я узнаю... Чёрт бы вас побрал, да как в этом мире вообще можно быть нормальным?! - я закрыл лицо руками и наклонился, упираясь лбом в пол, - В этом мире никогда не стать нормальным. Можно стараться, но это невозможно... Всегда будет появляться кто-то, кто будет заставлять тебя делать то, что ты поклялся больше не делать, сукины дети... - я тихо бубнил, сидя на полу.

Из-за содержимого этой сумки мне пришлось многим пожертвовать. Я шёл за ним целенаправленно, зная зачем, куда и на что иду. И получив то, что хотел, я принёс эту сраную сумку домой, чтобы потом рассказать всё Джею. И, может быть, он бы согласился простить меня и остаться со мной. Он бы согласился, он очень хороший. Джей добрый и честный. А теперь что же, выходит, что всё напрасно...

Я посидел немного на полу, размазывая по лицу слёзы, потом поднялся и проверил, взяли что-то ещё или нет. Но всё оставалось на местах, даже деньги и украшения, что дарил мне Ричи. Ричи иногда дарил что-нибудь, но я ничего не носил. Не потому, что это были подарки Ричи, а потому, что мне в принципе не удобно носить украшения. Да и какие мне украшения... Одного взгляда на меня достаточно, чтобы сказать, что я не из того слоя населения, кто может себе такое позволить.

- Если не взяли ни деньги, ни украшения, значит они пришли именно за сумкой. - я рассеянно опустился на пол и прислонился к дивану в гостиной, - Это плохо. Если кто-то знает, почему сумка у меня, то это плохо. Только кто же мог знать... Чёртов извращенец, неужели разболтал кому... Падаль. Найду вот... - я поднялся с пола и принялся собирать волосы в пучок, - Вот только найду... Мразь...

Я был зол. Но я был не только зол, но и напуган. Никому нельзя знать, что эта сумка была у меня. И никому нельзя знать, ОТКУДА она у меня взялась. Но теперь, выходит, кто-то знал. И, вместо того, чтобы рассказать об этом, этот кто-то решил меня обворовать.

Я заколол волосы палками для еды и вышел купить сигарет. Я давно бросил, но такой стресс и ощущение бессилия меня сводили с ума. И я не мог кому-нибудь пожаловаться.

Днём возле дома не так уж и людно. Большинство людей работает, кто где. Люди пытаются жить, хватаются за любую возможность, берутся за разную работу. Кому-то везёт больше, кому-то меньше. Не сказать, что народ голодает, но еда - дрянь. А Джей давал мне персики. Они были настоящими, это так странно... Наверняка, круто выращивать такие вещи. Персики или типа того. Если бы мне дали выбор, я бы, наверное, хотел заниматься растениями. Это так интересно, когда из земли что-то вырастает. Наверное, наблюдать за этим очень приятно.

Я присел на бетонный блок недалеко от дома, открыл банку пива и закрыл глаза, запрокинув голову. Думая о всяком - о Джее, о растениях, о сумке, - я не заметил, как ко мне кто-то подошёл со спины. Почувствовав чужое присутствие, я резко обернулся.

- Привет.

Голос я узнал, это наш сосед, один из братьев - Денни.

- Хочешь со мной выпить? - предложил я ему.

Он присел рядом.

- Почему ты пьёшь посреди дня? - спросил он, забирая у меня из рук банку, которую я ему протянул.

- А ты? - я засмеялся.

- Я вообще не работаю. - тихо ответил он. Он в целом говорил всегда довольно тихо. Его речь была размеренной и спокойной. Очень тихий парень.

- Вот как. На что же ты живёшь?

- Мой брат работает.

Я помычал в ответ. Очень странное положение вещей. Сейчас такого почти нигде не встретишь, чтобы взрослый парень ничего не делал.

- Тебя это удивляет?

Я слышал, как он глотает, так же медленно, как и говорит. И я пожал плечами.

- Немного. Но это не моё дело. Люди должны жить так, как хотят. Поэтому я не обращаю внимания.

- Думаешь, что люди имеют право делать вообще всё, что душе угодно?

Я повернулся к нему, хоть и не видел его лица.

- Думаю, да. Если это не приносит страданий остальным.

Мы замолчали. Я закурил. Непривычный вкус. Джей часто курит и его губы всегда на вкус как сигаретный дым. Мне нравится, но когда куришь сам, после стольких лет, это совсем другое ощущение.

- А ты значит в местной церкви работаешь?

Я прищурил глаза. Этот вопрос напряг меня.

- А ты откуда знаешь? - я редко с кем-то обсуждаю подробности своей жизни. Тем более, с малознакомыми людьми. Значит, разболтал кто-то из соседей. Эсти наверняка, он с тех пор, как однажды там меня увидел, треплется об этом всем подряд. Но Денни ответил совсем иначе.

- Мой брат тоже там работает.

Я в шоке чуть не выронил банку из рук. Этого быть просто не может... Кто-то из моих соседей работает в местной церкви? Это плохо. Это очень, очень плохо... Хотя... Тут меня будто по башке ударили. Прямо осенило. Всё буквально встало на свои места.

- А кем он работает? Если это секрет, можешь не говорить. - без разницы, я всё равно бы это выяснил, пара пустяков. Но, кажется, он и не собирался скрывать.

- Он священник.

Я чуть в голос не засмеялся, но вовремя себя сдержал. Чудесно. Это чудесно.

- Наверняка, он очень занятой всегда. Это важные люди. Понятно, почему ты не работаешь, это совсем не обязательно.

- Вроде того. - я слышал, как он допил и смял банку, - Но ты ему не говори, что я именно тебе об этом сказал.

Он поднялся, отряхнул штаны и пошёл к дому.

Вот это да... Это большая удача, что он мне об этом рассказал. Плохо, конечно, что рядом поселился такой человек... Плохо... Но это ведь не навсегда.

- Ты и впрямь собрался это сделать? - Мия потянула меня за край футболки.

- Ты обещала помочь. Ты сказала, что поможешь!

- А ты мне что? - она засмеялась, и я немного расслабился. Она всегда смеялась легко и искренне.

- А я тебе куплю выпить в выходные. Идёт?

- Ладно. Если я не могу с тобой встречаться, то выпить то я с тобой могу.

Мы ехали в лифте, у меня с собой был лом, чтобы открыть фургон Эсти и фонарик, чтобы посветить внутрь. Вламываться в машины соседей не хорошо, но этот мрачноватый мужик сильно меня напрягал.Мы вышли, когда уже стемнело, но задолго до того времени, когда Эсти обычно заводит внизу свой фургон. На улице мы немного постояли, выкурив по сигарете.Ночью вокруг очень тихо, и слышно каждый шум или шорох. От того кажется, что за тобой кто-то наблюдает. И я на всякий случай один раз посветил вокруг, стоя рядом с фургоном. Ничего такого.

Мия стояла рядом, тихо наблюдая за моими действиями. Открыть такую древнюю развалюху не так уж и сложно. Просто это никому не могло понадобиться, кроме меня. Всё же, немного пошуметь пришлось, но через минуту замок поддался и дверь распахнулась. Я сразу посветил внутрь. Ничего на первый взгляд особенного. Две больших морозилки по бокам, лужа чего-то непонятного на полу, явно издающего не самый приятный запах, ящики и коробки, сложенные в ряд. Только мне показалось, что из-за коробки торчит нога. Но посветив туда поближе, я понял, что это просто ботинок. Небольшого размера ботинок валялся в углу, а больше ничего такого невооружённым взглядом я не обнаружил.

- Ничего. - обратился я к Мие, - Воняет только.

- Давай тогда посмотрим, что в коробках. - она потянула меня за руку.

В целом, раз уж открыли, можно и посмотреть, я согласился. Забравшись внутрь, я сразу вляпался кроссовкой в мерзкую лужу на полу. Оказалось, что подобное тут почти по всему полу, где-то больше, где-то меньше. Весь пол фургона запачкан этой вонючей, густой жидкостью. Что это такое, я понять не мог, на кровь похоже не было, на растаявший мороженое - тем более.

Я присел на корточки и посветил на пол, рассматривая вонючую субстанцию. И тогда дверь фургона закрылась, а я оказался один, с фонарём в руке, сидя в какой-то мерзкой жидкости.

- Блять. - выругался я, слушая, как кто-то с той стороны наматывает цепь на ручки, чтобы двери не открылись. А затем я слышал, как кто-то хлопнул дверью и завёл мотор.