Глава 8

  ЛИСА.     — О, черт возьми… ты запала на своего босса из дома с привидениями! — визжит Джонатан, как только за мной захлопывается входная дверь.Я прижимаю палец к губам, пытаясь унять его, в голосе звучит паника.    — Тише! Он может тебя услышать, — шиплю я, глаза почти вылазят из орбит.    Джонатан приподнимает бровь, совершенно равнодушный к моему беспокойству. Он плюхается на диван, наклоняется вперед, опираясь локтями на колени, с тем же раздражающе веселым выражением лица.    — Почему ты меня не представила? — спрашивает он.    Воздух в квартире, кажется, тяжелеет, наполняясь ароматом пиццы с пепперони, которую он, вероятно, заказал, и вопросами, на которые я не готова отвечать.Оседаю у двери, холодная поверхность резко контрастирует с жаром, обжигающим щеки.    — Потому что я не знала, что ты будешь здесь сегодня вечером, — говорю я, прижимая ладони к глазам, будто могу прогнать стыд. — Я думала, ты приедешь завтра, так что еще не успела просмотреть твое досье под прикрытием.    Слова срываются с губ стремительным потоком, каждое из них пропитано раздражением – на себя, на него, на всю эту нелепую ситуацию.Джонатан медленно встает с дивана, движения расслабленные и неспешные, полная противоположность моим натянутым нервам. Он делает шаг ближе, брови складываются в насмешливо серьезное выражение.    — И?    — И я выглядела как дура перед Чонгуком, — признаюсь я, снова переживая тот момент, когда запиналась в словах, убегая от Чонгука к Джонатану.    — Ах.    Лицо Джонатана расплывается в понимающей ухмылке, он скрещивает руки на груди.— Ну, давай я облегчу тебе жизнь, — объявляет он с преувеличенной гордостью, прочищая горло. — Мое имя под прикрытием – Джордан, и я твой брат, который переезжает к тебе из-за финансовых проблем.    — Хорошо было бы знать это минут десять назад, — роняю я, и слова звучат резче, чем я планировала.    Он пожимает плечами, не обращая внимания на мое раздражение.— Всё нормально. Он тебя простит. Ты видела, как он на тебя смотрел?    Джонатан – или теперь Джордан, предполагаю, – продолжает, словно не замечая моего внутреннего хаоса. Его тон легкий, почти насмешливый.    — Честно говоря, не имеет значения. Мне не стоит поощрять это. Он подозреваемый, — признаюсь я, скрещивая руки, словно пытаясь защититься от этой мысли.— Но, если честно, я бы соврала, если бы сказала, что не хочу этого.    Джонатан облокачивается на стену рядом со мной, скрестив руки и с ухмылкой на губах. Он знает меня слишком хорошо. Знает, как надавить на все трещины в моей решимости.    — Это всего лишь часть работы, — говорит он, тон непринужденный, почти равнодушный. — Сблизься с ним, выясни всё, что сможешь, и заодно повеселись.    Он подмигивает мне.Я тяжело вздыхаю, отворачиваясь, чтобы скрыть конфликт, написанный на моем лице. Его слова звучат как тихий зов к той безрассудной части, которую я так старательно держу под замком.    — Веселье — это не профессионально, — бросаю я через плечо.    — А когда тебя это останавливало?    Закусываю внутреннюю сторону щеки, чувствуя привкус железа во рту. Опасная территория, но он прав. Чонгук прорвался сквозь все щиты. Я словно лужа у его ног.    — Профессионализм – всё, что я знаю, — лгу, игриво хлопая ресницами, скорее убеждая себя, чем его.    Взгляд скользит к окну, где огни города размываются в ореолы на фоне ночной тьмы. Он смеется надо мной.    — Я иду спать, — объявляю, прикрывая зевок тыльной стороной ладони. Усталость не дает держать глаза открытыми. — День был долгим.    Карие глаза Джонатана следят за мной, взгляд хищной птицы. Ухмылка играет на его губах, но он молчит, выжидая.    — Завтра утром мы вместе просмотрим твое досье, — продолжаю я, избегая его и сосредотачиваясь на том, чтобы собрать разбросанные бумаги с журнального столика. — Мы убедимся, что наши легенды совпадают, а потом я представлю тебя Чонгуку на следующем мероприятии.    — Отличный план.    Его голос ровный, но в глазах всё еще плещется веселье. Бросаю короткий взгляд, ловлю игривый блеск, но знаю, что не стоит в это включаться. Не сегодня. Не сейчас, когда мои собственные мысли о Чонгуке – сплошной хаос.    — Спокойной ночи, капитан, — Джонатан салютует, настолько комично формальный, что я чуть не смеюсь.    — Спокойной ночи, Джордан, — отвечаю я, добавляя игривую интонацию к его имени под прикрытием, стараясь звучать увереннее, чем действительно чувствую себя.         Сгребаю последние бумаги и направляюсь в свою спальню. Пусть он спит на диване.Закрываю дверь и иду к кровати. Падаю на матрас, а события дня снова и снова прокручиваются в голове, будто навязчивая мелодия. Пронзительные зеленые глаза Чонгука. Азарт игры. Этот танец вокруг правды и лжи. Каждая мысль затягивает меня всё глубже в объятия ночи, пока сон, наконец, не окутывает своими темными волнами.            ЧОНГУК.     Ночной воздух пытается остудить меня, но получается слабо, природа не в силах погасить огонь, пылающий в моей груди. Направляюсь к своему дому, каждый шаг пропитан ядовитой смесью ревности и ярости.Кто этот парень? Какое право он имел так касаться ее? И почему, блядь, это так меня волнует?Пальцы подрагивают, желая сжаться вокруг чего-то – или кого-то. Глубоко вдыхаю, пытаясь вернуть себе контроль. Не могу позволить ярости поглотить рассудок. У меня есть планы, важные планы. Но мысль о руках другого мужчины на коже Джейд…    — Соберись, Чонгук, — бормочу я, проводя рукой по волосам.    Но образ не исчезает. Ее улыбка, смех – обращенные к нему. Желудок скручивается в тугой узел. Я хочу быть тем, кто заставляет ее смеяться, тем, к кому она возвращается домой.Она не твоя, напоминаю себе. Она моя чертова сотрудница, ради всего святого.Но она могла бы быть – должна быть – чем-то большим.Сжимаю резной поручень, костяшки белеют. Холодное дерево под ладонью возвращает к реальности, напоминая о цели, о силе. О причине, по которой я всё это начал, – о Круа.    Поднимаясь по лестнице, вспоминаю утренний инцидент. Этот неуклюжий идиот, сбивший Джейд, будто она ничто. Челюсть невольно сжимается. Мне надоело, что люди трогают мои вещи.Мое.Замираю перед дверью, рука ложится на ручку. Гнев всё еще кипит, готовый вырваться наружу. Мне нужно направить это куда-то, использовать. Разве ярость не то, что всегда двигало мной? У меня есть планы на Дэмиена.    Врываюсь в квартиру, дверь с треском захлопывается за спиной, отдаваясь в пространстве удовлетворительным эхом. Знакомый запах кожи и виски заполняет ноздри. Дерек развалился на диване, закинув ноги на кофейный столик, небрежно потягивая напиток. Его расслабленная поза еще больше раздражает и так натянутые нервы.Мой лучший друг едва поднимает взгляд, но я замечаю, как его глаза расширяются, когда он видит мое лицо, перекошенное от ярости.    — Всё нормально, чувак? — спрашивает он, его тон легкий, но с ноткой беспокойства. — Ты выглядишь так, будто готов кого-то убить.    Бросаю пиджак на диван рядом с ним и продолжаю беспокойно расхаживать по комнате. Пушистый ковер глушит шаги, но не может приглушить ярость, пылающую внутри.    — Ты не ошибся, — бурчу я, сжав челюсть так сильно, что она начинает болеть.Дерек выпрямляется, ставит стакан на стол с мягким звоном. Его карие глаза острые и оценивающие.    — Что случилось? — спрашивает он, наклоняясь вперед.    И тут перед глазами всплывает образ Джейд, живущей с другим мужчиной. Они делят пространство, моменты, которые должны быть моими.Моими, моими, моими.    Эта мысль заставляет кровь закипеть с новой силой.    — Какой-то придурок живет с Джейд, — рычу я, расхаживая по комнате, как зверь в клетке. — А Дэмиен, этот болван, сбил ее сегодня. Ты можешь в это поверить? — мои ногти впиваются в ладони. — Этот парень… он уже давно мешает бизнесу. Неаккуратный. Я подумывал о том, чтобы избавиться от него, и сегодняшний день только подтвердил это.    — Погоди, погоди… — Дерек наклоняется вперед, пристально глядя на меня. — Ты серьезно собираешься убить Дэмиена? Из-за девушки? Ты в себе?    Вопрос царапает мои нервы.— Дело не только в ней, — огрызаюсь я, хотя даже не уверен, насколько это правда.— Он – проблема. Слабое звено, которое нужно устранить.    Скептический взгляд Дерека ясно дает понять, что он мне не верит. Но мне и не нужно его одобрение. Решение уже принято, и тьма внутри поет в предвкушении того, что должно произойти.Дерек качает головой, поднимаясь с места. Его обычно спокойное выражение лица теперь окрашено тревогой.    — Чувак, ты реально зациклился на девушке, — говорит он, проводя рукой по волосам. — Этого не было в наших планах.    Я фыркаю. Планы меняются. Развиваются. Приспосабливайся или умри – только так мы выжили до сих пор. Но, глядя на Дерека, вижу в его глазах неподдельное беспокойство. Это заставляет меня на мгновение задуматься: не затмевают ли эмоции мое здравомыслие?Нет. Это необходимо.Для бизнеса.Для Джейд.Для меня.    — Теперь это часть плана, — твердо заявляю я, голосом, не терпящим возражений.— Он – новичок. Троюродный кузен, которого никто даже не заметит. Подумай сам: все решат, что его убили за проваленные задания. Его никак не свяжут со мной.    Лицо Дерека напрягается. Он скрещивает руки на груди, стойка становится шире, словно он готовится к удару.    — Как с тем парнем, который «случайно» погиб недавно? — бросает он с вызовом, голос низкий и напряженный. — Помнишь? Все подумали, что ты за этим стоишь.    — Я уже говорил тебе, Дерек, что не убивал Марко.    Дерек тяжело вздыхает, плечи опускаются. Он трет лоб, этот жест я видел тысячу раз – всегда, когда он в стрессе.    — Слушай, братан, — его голос теперь мягче, в нем слышится забота. — Мы зашли слишком далеко, чтобы всё рухнуло из-за девчонки.    Его слова попадают точно в цель, пробивая красный туман злости. Перед глазами проносятся картины наших тщательно выстроенных планов, годы работы, месть, которую я всё еще жажду. Всё это висит на волоске, поставленное под угрозу моим импульсивным желанием обладать Джейд.    — Тебе нужно быть осторожнее, — продолжает Дерек, его теплые карие глаза устремлены на меня. — Не позволяй ревности всё испортить.    Я отворачиваюсь, не в силах встретить его взгляд. Он прав, черт бы его побрал.Хватаю ключи из миски у двери, холодный металл ощущается твердым в ладони. Знакомый вес возвращает с края пропасти. Бросаю взгляд на часы – секунды неумолимо бегут вперед.    — Знаю, — повторяю я, голос теперь звучит увереннее. — Вернусь позже.    Чувствую взгляд Дерека на себе, пока двигаюсь к двери. Напряжение в комнате густеет, как туман, в нем можно задохнуться. Я замираю, рука ложится на дверную ручку, жду.    — Тебе помочь? — голос Дерека тихий, но я знаю, что он предлагает помощь искренне.        Он всегда прикрывал мою спину. Поворачиваюсь к нему, замечая беспокойство на лице. На мгновение в серьез задумываюсь об этом. Дерек всегда был рядом, готовый нырнуть в тьму вместе со мной. Но это…Останавливаюсь, на лице играет ухмылка.    — Нет, ты слишком слабонервный для того, что я задумал.    Лицо Дерека морщится, в выражении – смесь тревоги и мрачного любопытства. Я не могу удержаться и издаю злорадный смешок.    — Не жди меня, — добавляю голосом низким и угрожающим.    Я отворачиваюсь, не дожидаясь ответа Дерека. Азарт охоты уже пульсирует в моих венах, заглушая всё остальное. Мысли, сомнения, даже страх — всё это растворяется в темном водовороте ярости. Сегодня ночью я сделаю так, чтобы семья Круа навсегда усвоила простую истину: угрожать тому, что принадлежит мне, – смертельная ошибка.            ЛИСА.     Пальцы Джонатана мелькают по клавиатуре, брови сосредоточенно сведены. Мягкое свечение экрана ноутбука разливается по тускло освещенной гостиной, подсвечивая мое лицо. Я нервно ерзаю на диване, чувствуя, как нервы натянуты до предела. Сегодня утром мы с Джонатоном разобрали досье под прикрытием, и теперь следующий шаг кажется неизбежным – установка жучка в квартире Чонгука. Это рискованно, но другого выхода нет, нужно добыть хоть какую-то информацию.    — Всё, жучок готов, — говорит Джонатан, поднимая на меня взгляд. — Ты уверена, что справишься, Лиса?    Киваю, сжимая челюсти с решимостью.— Я единственная, кто может попасть в квартиру Чонгука, не вызвав подозрений.    Глаза Джонатана смягчаются от беспокойства.— Просто будь осторожна, ладно?    — Буду, — отвечаю я. — Нам нужны доказательства. Если мы ничего не принесем Клеменсу, он нас отзовет.    Он протягивает мне крошечный жучок, размером не больше ногтя, идеально круглый.    — Помни, спрячь его там, где он проводит больше всего времени. Скорее всего, в гостиной, но не слишком близко к телевизору.Я кладу устройство в карман.    — Поняла. Поднимусь туда до начала смены. -Быстро натягиваю обувь и хватаю ключи.    — Если что-то покажется подозрительным…    Я перебиваю его:— Знаю, знаю, прекращаю операцию, — говорю, выходя из дома.    Я сажусь в машину и направляюсь к дому с привидениями. На парковке не вижу машины Чонгука.Слава богу.Паркуюсь и захожу внутрь. Пара актеров в костюмах репетируют свои сцены, но мимо них будет легко проскользнуть. Предполагаю, что Дерек сейчас с Чонгуком, потому что к этому времени, обычно, он уже должен был быть здесь.    Поднимаюсь по лестнице. Коридор встречает меня жуткой тишиной. Я подхожу к двери и достаю набор отмычек, руки спокойны, пока я работаю с механизмом замка. Мягкий щелчок, и дверь открывается.Я двигаюсь бесшумно, внимательно осматривая квартиру в поисках идеального места для жучка. Всё кажется слишком открытым, пока взгляд не останавливается на винтажной доске для спиритических сеансов, висящей на стене за диваном. Она располагается на холсте, больше похожая на картину в рамке. У меня возникает идея.Подхожу к дивану и аккуратно снимаю доску со стены. Осторожно прячу жучок между холстом и деревянной рамой, несколько раз нажимаю, чтобы убедиться, что он надежно закреплен, прежде чем вернуть картину на место. Внимательно проверяю, чтобы она висела ровно, и готовлюсь уйти.Я справилась меньше чем за пять минут. Облегчение накрывает волной, когда я запираю дверь за собой. Я пересекла черту, но пути назад уже нет. Что бы ни скрывал Чонгук, мы скоро это узнаем.