Глава 1

Если вам небезразлична судьба «Никритов» и других моих историй. И если вы хотите когда-нибудь увидеть их в бумаге, то очень прошу вас подписаться на мой аккаунт на Литрес (ссылка: https://www.litres.ru/author/sem-anders/). Это очень поможет привлечь внимание для издания книг в будущем. Обнимаю вас!

Атланта, штат Джорджия

Холодный ветер принес чувство страха, чьи-то крики и жутковатое присутствие смерти. Мокрые листовки прилипли к асфальту. После вечернего дождя в воздухе скопилась влага, из-за которой было трудно дышать. На соседней улице сработала сигнализация, и этот звук был единственным, что напоминало о жизни вокруг. 

Я сидела на пороге своего дома, уткнувшись в плед, и смотрела в одну точку. Через приоткрытую дверь были слышны постукивания стрелок на старых часах. Бессонница снова встретила меня широкими объятиями, напомнив, что ночной сон – привилегия, на которую я не могу рассчитывать. 

Ладони вспотели. Я провела ими по пледу, избавляя себя от противных ощущений. Каштановые пряди лезли в лицо, а некоторые волосы прилипли к шее. Сигнализация смолкла, но на ее место пришел другой, более зловещий звук – человеческий крик. 

Я напряглась всем телом, заставляя себя подняться и направиться обратно в дом. Судьба не будет благосклонна ко мне всегда.  

Наш город вымирал по ночам, и это было обычным делом уже многие десятилетия. Обычным делом во всем мире, который перевернулся с ног на голову после появления неизвестной мутации. 

Опасность нагрянула медленно, почти незаметно. Все началось больше ста лет назад, с необъяснимых убийств туристов или путешественников, исследующих отдаленные участки планеты. Потом череда убийств придвинулась к малонаселенным городкам. Власти спихивали это на диких зверей, чуть позже – на преступные группировки. 

Разглядывая архивные снимки в учебниках по истории, я недоумевала, почему никто не замечал очевидного. Ни животные, ни люди не были способны на… такое. Тела жертв, иссохшие и затвердевшие, напоминали мумий с побелевшими глазами, скрюченными конечностями и дырой в груди.

Попытки не обращать внимание на бесконтрольные убийства или скрыть их не увенчались успехом. Люди умирали, другие пропадали. И никто не мог дать этому объяснения, пока таинственные убийцы сами не показались миру. Но это не решило проблему, а только ее усугубило. Потому что обнаружить убийц оказалось гораздо легче, чем уничтожить их. 

Новый крик вывел меня из оцепенения. У этого человека забирали жизнь, а я стояла на крыльце, провоцируя судьбу. На фоне его крика был слышен ужасный скрежет и стон, от которого по телу пробегали мурашки. В доме через дорогу задернули шторы. 

Внезапно крик стих. Улица снова погрузилась в тишину. 

Я надеялась, что они появятся… Я ждала… Почему ему никто не помог? Сколько еще я должна разочаровываться в них?

Выждав еще несколько секунд, я покинула крыльцо и зашла в дом. Закрыла дверь на несколько замков дрожащими пальцами, зная, что в случае опасности эта хлипкая преграда не сможет меня спасти. 

✩✩✩

Звонок телефона прорвался через беспокойный сон. Затуманенным взглядом я осмотрела комнату и наткнулась на электронные часы, которые показывали семь утра. Простонав в ладони, я приподнялась на локтях и дождалась, когда телефон умолкнет.  

Тихо стало не только в комнате. Я прислушалась и поняла, что дом был пуст. В это время Мери обычно готовила завтрак и собиралась на работу. Видимо, сегодня опять пришлось уехать пораньше. 

Я похлопала себя по щекам, приводя в чувство, и встала, игнорируя уставшую девушку в отражении зеркала. 

Телефон снова зазвонил. 

– Напомни, почему я с тобой дружу? – спросила я, отвечая на звонок. 

– Ты уже видела новости? – спросила Мелани бодрым голосом, игнорируя мой вопрос. – Сегодня убили еще одного. Прямо недалеко от твоего района. Ты ведь в порядке, да?

– Ага.

– По телевизору сказали, что усилят контроль на въездах и будут отправлять патрули в леса, чтобы выслеживать крейгов.

– Они все равно не смогут убить их сами.

– В патрулях будут не только люди, но и никриты.

При их упоминании я поморщилась. 

– Может, это хоть как-то поможет, – с надеждой произнесла Мел. 

Нам всем поможет, если никриты начнут добросовестно выполнять свою работу.

– По поводу убитого мужчины…

– Давай не будем об этом, – попросила я, разглядывая скомканные вещи в шкафу.

Мелани как-то подозрительно замолчала, а потом спросила:

– Ты опять выходила ночью?

Я не ответила, но ответ и не требовался. 

– Это очень опасно, Грейс. 

– Ты тоже так делала.

– Так делали многие, – выдохнула Мелани. – Но не сейчас, когда они стали проникать в город. Что, если бы тот крейг побежал в твою сторону?

Я тяжело выдохнула. 

– Повезло, что никриты его поймали.

Ее слова меня удивили, но не растопили заледенелое сердце, в котором не осталось благодарности и любви к никритам. Они поймали крейга, но не смогли спасти человека. 

 – Зачем ты позвонила мне?

Судя по многозначительной паузе, Мелани не понравилась резкая смена темы, но подруга не стала продолжать читать мне нотации. Знала, что это бесполезно. Пока она говорила, я хмуро глядела в стену и снова думала о своем. 

– Тебе прислали приглашение на вечеринку?

– Да.

– И ты снова не пойдешь?

– Я вообще удивлена, что меня позвали, – усмехнулась я, подходя к ноутбуку. – Вспомни, что было в прошлый раз.

– Как ты врезала Дену? Он же больше месяца провалялся с гипсом в больнице, потому что ты выкинула его из окна прямо в бассейн. 

– Он приставал ко мне, – сказала я, удаляя приглашение. 

– Дора бы все отдала, чтобы он пристал к ней.

– О, я не сомневаюсь. 

Последний год старшей школы. А потом – свобода. Больше не будет приставучих футболистов, самовлюбленных идиоток и домашнего задания. А еще не будет восторженных жителей города, готовых целовать никритов в задницу за работу, которую выполняют они отвратительно. 

– Я знаю, что ты соскучилась по Доре, – засмеялась Мелани. – Может, наконец-то признаешь, что являешься ее тайной фанаткой? 

– Пока, Мелани, – сказала я и отключилась.

Сегодня последний день перед началом занятий, и мне нужно было в полной мере насладиться им. Накинув на голубую пижаму длинную клетчатую рубашку, я спустилась вниз.

Через приоткрытое окно на кухне проникала приятная прохлада. Дождь тихонько стучал по крыше, стекая по трубам и подъездным дорожкам на тротуары. Я уставилась через стекло на соседние дома и многоэтажки с небоскребами вдали. Часть Атланты уже давно проснулась, но наш район только пробуждался от тревожного сна. 

Я заварила себе цитрусовый чай, стащила пару злаковых печенек Мери и прислонилась бедром к тумбе, настраивая себя на спокойный день и… год. 

Было приятно насладиться тишиной, пока со стороны гостиной не раздался скрежет и недовольные крики. 

Я выглянула из-за угла и хмуро посмотрела на Лютика. Жуткое создание, которое обожало всех людей вокруг кроме меня. Наша взаимная неприязнь появилась с первых минут, как только Мери принесла огромную клетку домой и сообщила, что ее детская мечта сбылась. 

Мечта была орущим белый попугаем, не знающим, что ночью нужно спать, а не действовать другим на нервы. 

Я потянулась к записке возле клетки. 

«Меня вызвали на работу. Завтрак в холодильнике. Приду поздно. Покорми Лютика. Помни, что у него режим. Будь умницей. 

Мери». 

Я не смогла подавить волну раздражения. 

Мери работала в гидрометеорологическом центре и изучала природные и аномальные явления, была лучшим сотрудником почти каждый месяц и частенько забывала, что у нее есть дом. В котором была я. 

Лютик неистово закричал. 

Будет слишком плохо, если я поджарю его и подам на ужин? Я смяла записку Мери и пошла к попугаю, схватив пакет с кормом. 

 – Ты готов к завтраку?

Вместо ответа он активно захлопал крыльями, поднимая в воздух пух, и агрессивно постучал клювом по клетке. Я не стала дожидаться благодарности от этого весьма неблагодарного существа, и ушла в свою комнату. 

Дождливая погода не портила мне настроение, а поднимала его. Я любила слышать падения воды и раскаты грома. Видеть, как небо озаряется вспышками, а потом разделяется световыми линиями. Нравилось наблюдать, как люди в спешке бегут домой, как дети смеются и кружатся посреди дороги, ловя языком капли. 

Я подошла к окну и оттолкнула стопку дисков, которые взяла в прокате на прошлой неделе. Они съехали на сторону и развалились возле стола. Чай в чашке давно застоялся, но я все равно допила остатки, надеясь, что там не утопилась какая-нибудь живность. 

На двуспальной кровати и рядом с ней лежали небольшие декоративные подушки. В прошлом году я повесила синюю гирлянду вдоль стены и включала каждый вечер перед сном, слушая музыку. Стол был завален различными докладами, обертками от конфет и книгами. Пальцы ног утопали в мягком ковре тёмно-синего цвета. Я посмотрела на поношенную толстовку, висящую на дверце шкафа, и снова на улицу. 

Спать мне все равно не хотелось, а продолжительная утренняя прогулка еще никому не вредила. Я быстро натянула куртку и кроссовки и вышла на улицу. 

Дождь уже стих, поэтому я не стала натягивать капюшон. Мой путь лежал к ближайшему парку, который последние пять лет служил мне безопасной зоной, где можно было избавиться от навязчивых мыслей. 

Выйдя с территории жилого района, я оказалась в потоке людей и уже через десять минут добралась до своей цели. В такое раннее время в парке были лишь те, кто желал срезать путь и кого не волновали мокрые тропинки и сильный аромат влажной листвы. 

Я поспешила на свою любимую скамейку под большой ивой. Идеальное место, чтобы побыть наедине с собой и спрятаться от всего мира. 

Я привыкла быть одна, потому что ни разу за всю свою сознательную жизнь не испытывала ничего из того, что испытывают дети в полноценных семьях. 

Родители бросили меня и оставили под дверью Мери, когда мне исполнилось пять лет. Мысли о них возродили в голове непрошенные вопросы. 

Почему они бросили меня? Почему оставили своего ребёнка у порога чужого человека и исчезли? Кем они были? И самый болезненный вопрос. Вы оставили меня, потому что я сделала что-то не так?

Мери не могла на них ответить. Как и ее знакомые из социальной службы, которые вызвались найти моих родителей или хоть какую-то информацию обо мне. Потому что кроме имени у меня ничего не было. Ни документов, ни памяти, ни прошлого. 

Когда поиски закончились, даже толком не начавшись, Мери меня удочерила. Она отказалась от предложения отдать меня в приют. Многие уверяли ее, что взять ответственность за чужого ребенка и воспитать его невероятно сложно. Но Мери была непреклонна. Так мы образовали необычный тандем, который едва ли походил на нормальную семью. Она оставила мне фамилию, которая была указана в небольшой записке, которую родители оставили вместе со мной.

Грейс Джонс. 

Просидев так какое-то время, я не сразу заметила, что небо замигало из-за молний. Раздался рваный звук грома. Как бы мне ни хотелось насладиться устрашающим природным явлением, перспектива насквозь промокнуть под дождем не особо впечатляла. Когда я встала, чтобы обойти озеро и отправиться домой, взгляд зацепился за фигуру, стоящую на мосту. Длинный плащ с капюшоном скрывал лицо и волосы. Уверена, этого человека не было здесь раньше.

Я хотела пройти за его спиной, но увидела, как незнакомец вцепился в деревянные перила, словно чувствовал нестерпимую боль. Дрожь сотрясала тело, а тяжелое дыхание было таким громким, что мне самой стало не по себе.

– Вам нужна помощь? – спросила я, надеясь, что мой вопрос останется без внимания. 

Серое небо потемнело, как будто поглощая весь свет. Я вцепилась руками в капюшон и уже хотела пойти дальше, но женщина, судя по звукам, издала странный гортанный звук. 

– Простите, вы слышите меня? 

Она резко развернулась. Не знаю, как я удержала равновесие, отшатываясь. Нога скользнула назад из-за мокрого моста. Кроваво-красные глаза смотрели на меня с наслаждением и радостью. 

Передо мной стояла Аманда Картер. Человек, ставший далеким темным прошлым, которого предпочли забыть. Женщина, которая рассказывала мне интересные истории из своей жизни. И причина, по которой Мелани стала изгоем в школе.

Пару лет назад миссис Картер начала проявлять интерес к крейгам, изучать их и видеть в них надежду всего человечества. Она считала, что с их силой люди способны делать удивительные вещи. В обществе, где крейги ассоциировались лишь со смертью, потерями и болью, никто не принял эту идеологию. Тогда я еще не знала, что людей, подобных миссис Картер, было много.

А потом она пропала. Многие думали, что ее убили крейги. Но нет… Она не стала жертвой монстров. Она сама стала монстром. 

– Здравствуй, Грейс.

Я медленно начала отходить назад, придумывая пути побега. Молния расколола небо на несколько частей, лишь увеличивая страх. Крейг? Здесь? В одном из самых оживленных районов Атланты? Что за издевательская шутка судьбы?

– Не пытайся убежать, милая, – она улыбнулась. – В этом нет смысла. Я просто собираюсь поговорить с тобой. Разве ты не хочешь послушать одну из тех историй, которые я рассказывала раньше? Ты ведь так любила их, бывая у нас в гостях. 

Ее светлые волосы едва достигали плеч. Пожалуй, только волосы и напоминали о том, какой раньше была миссис Картер. Все остальное изменилось. Зеленоватая шершавая кожа, неровные острые зубы, глаза, налитые кровью, и жуткий гнойный запах, от которого сбивалось дыхание. 

– Ты всегда была такой смелой, – посмеялась миссис Картер. Это был насмешливый смех. – Как там моя малышка? Она сегодня была очень испугана.

– Вы виделись с Мелани?

– Нет. Она меня не видела. 

Миссис Картер начала медленно подходить ко мне, но я продолжала отступать, надеясь… хоть на что-нибудь.  

– Перестань так дрожать, – сказала она. – Это… раздражает. 

Она не могла скрыть голод в глаза и желание убить. 

– Из тебя бы получился отличный крейг, Грейс.

– Никогда!  

В этот момент небо озарилось молнией. Я резко рванула в сторону выхода, прекрасно зная, что из этого ничего не получится, и упала, когда миссис Картер набросилась на меня со спины. Её что-то сдерживало, потому что было достаточно одного движения, одного удара в грудь, чтобы покончить со мной. Я начала паниковать, пытаться вырвать ногу и не потерять сознание от страха. Мы скатились с моста и рухнули прямо на мокрую траву. 

– Я могу с легкостью убить тебя, но он будет недоволен, – прошептала она мне на ухо. – Он хочет, чтобы ты присоединилась к нам. Хочет, чтобы ты помогла нам. 

– О ком вы говорите?

– О, милая. – Она провела своим пальцем по моей щеке, и я сморщилась от отвращения. Поломанный ноготь царапнул кожу. – Ты пока не достойна узнать его имя. Но он такой же, как и ты. 

Дождь лил прямо на лицо, поэтому я плохо видела крейга, не могла проследить за его движениями. На кончиках пальцев миссис Картер появилось зелёное свечение, которое отнимало человеческие жизни. 

Я закрыла глаза, сжав губы до крови. Она сказала, что не станет убивать меня, но почему тогда внутри от ее прикосновений появилась жгучая боль? По телу прошла сильная дрожь. Страх, злость и бешеный инстинкт самосохранения взяли контроль над телом. Я ударила миссис Картер в грудь своими ладонями, и она отлетела назад. Удар оказался сильнее, чем я рассчитывала. 

– Что... что это…

– Не может быть! 

Я перевела свой взгляд на крейга. Страх пронзил тело, когда она снова двинулась вперед. Её движения были быстрыми и уверенными. Инстинкты охотника против инстинкта добычи. 

Но в этот раз ей было не суждено дойти до меня. Как только миссис Картер приблизилась, её пронзила молния. Я закричала и зажмурилась из-за яркого света прямо перед лицом. Попыталась отползти назад, но руки и ноги не слушались. Мокрая трава усложняла попытки. Миссис Картер снова отлетела от меня, но в этот раз после падения уже не двигалась. Белый свет на секунду озарил поляну возле озера, а затем все потемнело. 

Я еле поднялась на ватных ногах и шагнула к лежащему на траве телу. Через дождь я чувствовала палёный запах и видела искры в месте, куда ударила молния. Открытые глаза миссис Картер смотрели на небо, а кровавые слёзы стекали на землю, смешиваясь с грязью. 

Это стало последней каплей для моего помутневшего сознания. Я осмотрелась, не зная, как поступить и к кому обратиться за помощью. А потом приняла единственное решение, которое помогло мне ощутить хотя бы немного спокойствия и безопасности. Я побежала домой. 

✩✩✩

На кухне пахло паприкой и жареной курицей, от аромата которой у меня сводило желудок. Я убрала руки под стол, чтобы скрыть легкую дрожь, и посмотрела в пустую тарелку.

– У тебя все хорошо?

Я подняла взгляд и заметила, что Мери с беспокойством застыла у плиты, рассматривая меня. 

– Да.

– Ты чем-то напугана?

– Нет.

Браво, Грейс.

Я дождалась, когда Мери вернется к приготовлению еды, и выдохнула. Говорят, что взрослые всегда подмечают изменения в поведении. Надеюсь, что этот раз станет исключением. 

Светло-русые волосы Мери были собраны в небрежный пучок, который являлся неотъемлемой частью образа. Она еще не успела переодеться после работы, поэтому на ней до сих пор были надеты коричневые брюки, зауженные к низу, кремовая блузка с золотистыми пуговицами и жилет в тон брюк.

Единственное, что она успела сделать – это поменять свои туфли на высоком каблуке на меховые тапочки с лисичками. Я до сих пор находила странным, что у женщины, которой этим летом стукнуло тридцать семь, которая так и не вступила в серьезные отношения, была зависимость от лис.

– Ты весь вечер тихая. И составляешь мне компанию перед ужином, – сказала она мягким мелодичным голосом. – Обычно ты запираешься в комнате и смотришь сериалы.

Я многозначительно на нее посмотрела.

– Может, потому что ты всегда говоришь по телефону из-за своей работы? – язвительно спросила я. 

– Не начинай, Грейс. 

– Почему ты можешь отдыхать хотя бы в выходные? Что такого важного тебе нужно решить?

Мери замерла, не в силах скрыть удивление. 

– У тебя точно что-то случилось.

Это был не вопрос. 

На меня напал крейг, которого поджарили молнии, пока я чуть не умерла от страха. А у тебя как день прошел? Ей это следовало сказать? Как вообще объяснить случившееся? 

Мери – единственный близкий мне человек в этом мире. Она могла не быть такой понимающей и сдержанной, могла вести себя ужасно с чужим ребенком и не волноваться обо мне. Но Мери не делала ничего из этого. И я была ей благодарна, просто не умела выражать эту благодарность. 

Мери продолжала стоять и ждать ответа. Я вздохнула, положила вилку на стол и пригладила волосы в хвосте, который немного распушился из-за влаги. 

– Просто... Сегодня кое-что произошло…

Мне не удалось закончить начатую фразу из-за звука телефона. 

– Не бери, – попросила я, когда Мери потянула руку к трубке. – Я бы хотела… Поговорить с тобой.   

Мери нахмурилась.

– Прошу тебя, Мер. 

– Прости, Грейс. Это может быть важным.

– Важнее, чем я?

Мы смотрели друг другу в глаза, и я разочарованно выдохнула, когда Мери взяла телефон. Внутри все встало на свои места. Надежда сменилась принятием. 

Это было ожидаемо. 

– Мери Коулман, – ответила она четко и громко.  

Мери начала медленно передвигаться по кухне, внимательно слушая кого-то. Ее лицо было таким молодым, что большинство людей считало, что она моя старшая сестра, а не опекун. А еще они считали, что Мери допускает ошибку, затрачивая время на меня, а не на свою личную жизнь. 

– Скоро буду.

Я опустила взгляд на пол.

– Грейс, я...

– Все хорошо.

Правда. Хорошо. Не уверена, что хотела начинать этот разговор и пытаться разобраться в случившемся. Нападение крейга – прямой путь к хаосу, которого я старалась в своей жизни избегать. Главное ведь, что миссис Картер мертва. Верно?

Я развернулась и ушла в свою комнату. Из-за дождя и грозовых черных туч на улице ничего не было видно. Когда на первом этаже хлопнула входная дверь, я не выдержала и бросила подушку, лежащую возле меня, в дальнюю часть комнаты. 

Удивительно, что после сегодняшнего дня только это вынудило меня показать хоть какие-нибудь эмоции. 

Я медленно подошла к окну, увидела, как машина Мери отъезжает от дома, и мысленно пожелала ей удачи. А потом подумала, что не стану рассказывать ей про сегодняшний случай, если такого больше не повторится. Буду радоваться, что выжила. И просто забуду.