Нежданно - негаданно

POV Габриэль

— Ты не двигаешься, а только шумишь, словно целый отряд гоблинов на марше, — процедил Фаш, аж ядом захлебнулся. Я тяжело дышал, чувствуя, как лёгкие полыхают огнём. Мало того, что мы тут горбатимся над идиотскими заданиями, так ещё и мой законный выходной отобрали! Да я должен сейчас нежиться в своей мягкой кроватке, а не носиться, как паршивая овца, по этому проклятому полю! И всё из-за какого-то дурацкого недоразумения, за которое меня, видите ли, нужно «наказать». Возмущённо фыркнул, представляя, как сейчас Алазар потягивает травяной чаёк, а Люци гоняет по кампусу, решая свои бумажные делишки. «Ну почему я?!» — мысленно вопил я, проклиная всё на свете.

Алазар, как назло, на эти «весёлые» тренировки не ходит. У него, видите ли, «жизненно важные» курсы по травологии и огненной магии. А Люци... ах да, этот хитрец сейчас, наверное, носится по кампусу, улаживая свои делишки с документами. Везёт же!

Спустя мучительно долгий час, который показался мне вечностью, я облегчённо выдохнул и, волоча ноги, поплёлся в здание академии. Каждый мускул болел, а в голове пульсировала только одна мысль: «Кровать... моя прелесть...»

***

Похоже, мой час сна оказался предательски коротким, потому что глаза разлеплялись с огромным трудом. Но делать нечего, надо заставить себя подготовиться к завтрашним занятиям. Завтра меня ждут две пары изматывающих боевых учений, да ещё и доклад на пять листов, из которых готово всего два. Следом — магические существа, одна пара. Тут хоть писать не надо, но рассказывать-то всё равно придётся! А вишенкой на торте — ещё одна пара по боевой магии. «Когда же это закончится?!» — тоскливо подумал я, чувствуя, как силы покидают меня.

С братом поговорить толком не удалось. За эти две недели мы виделись всего один раз, и то нас прервали. Что это вообще такое? Неужели он избегает меня? Тяжело вздохнул, чувствуя, как в груди нарастает какая-то непонятная тревога.

— Габи, я всё. Сколько там у нас времени? — сонно протянул Верс, взбивая подушку. Этот молодой парень с вызывающе красной чёлкой был гарпией. Его вечное недовольство и ворчание стали уже привычной частью моего вечера.

— Почти девять. Верс, тебе бы лучше ложиться пораньше спать. А то мне снова придётся будить тебя холодной водой. А твои прелестные пёрышки за полчаса не смогут высохнуть, — съязвил я, предвкушая его реакцию.

— Мне пришлось их магией сушить, из-за чего у меня чуть облысение не случилось! — возмущённо воскликнул он, сердито пульнув в меня подушкой и принимаясь укладываться.

— Прости, я забыл, какие вы, гарпии, нёжные создания, — пропел я лилейным голосом с широкой, нарочито невинной улыбкой.

— Это твой ушастый — нёжное создание, которое тронешь — посыплется, а дунешь — улетит. Ты бы его кормил что ли, а то без слёз не взглянешь, — пробурчал Верс, недовольно ворочаясь на своей кровати.

— Нормальный он, — буркнул я, вспоминая хрупкое тело эльфёнка. Нежная, чуть бледная кожа, огромные зелёные глаза с пушистыми ресницами, губы цвета спелой ягоды... Стройное тельце, которое украшает длинная, вычурная коса с вплетёнными в неё неизвестными цветами, широкие бёдра, соблазнительная попка, которая так и просится в руки...

Я на секунду прикрыл глаза, позволяя этим мыслям захватить меня, затем мечтательно прошептал: — Красивый.

— Ох-хо, да ты, дружище, втюрился в эту выскочку? — хохотнул худощавый паренёк, подталкивая меня локтем. — И что? У вас уже было?

— НЕТ! — встрепенувшись от своего же громкого голоса, обиженно глянул на веселящегося друга. «Ну почему он всегда должен лезть не в своё дело?» — раздражённо подумал я.

— Чего так орать-то... какие мы стеснительные. Ну с такой парой ты долго в отшельниках пробудешь и не видать тебе секса, как своих ушей... А ты хоть звал его, ну не знаю... на свиданку или просто прогуляться?

— Звал, даже цветы дарил и... аво покупал. Говорят, эльфы любят всякую экзотику кушать. Аво, на мой взгляд, слишком кислое, — пожаловался я, чувствуя, как щёки начинают предательски гореть.

— А он чё? — Верс, подперев рукой подбородок и лёжа на животе, дёргал ногой.

— Послал меня далеко и надолго... Он сейчас с каким-то дриадом встречается, — отложив открытую книгу, я с досадой закусил губу.

— Чего?! Дриад? Они же равнодушны к любым видам чувств, — сделав руками многозначительные кавычки, недоумённо выгнул бровь Верс.

— Да кто же их поймёт, — безнадёжно махнул я рукой. «Ну почему всё так сложно?!»

— Но он же твоя пара? Так почему не отобьёшь? Ну там поговоришь, объяснишь, а если не поймёт — в морду дашь. Ты оборотень сильный, тебя все боятся, — тихо и негодующе сказал он.

— Ага, чтобы он меня снова варваром обозвал и сказал, что я умею решать дела только с помощью кулаков. Проходили, — вспоминая момент недавнего инцидента, я лишь согласно кивнул на свои слова.

— И кого ты на больничную койку отправил в прошлый раз?

— Вампира. С нашего потока, кстати.

— Может, он тебя так ревновать заставляет? Ну, знаешь... внимание твоё он так хочет получить, этих ушастых никто не понимает. С начала говорят «пошёл отсюда», а потом в рот тебе лезут.

— Мой бы лёз... в рот, — мечтательно прошептал я, представляя, как его нежные губы касаются моих.

— Ты же в последнее время то и дело торчишь на учениях и за книгами. А на своего задохлика даже не смотришь. Он даже над твоим братом и Алом не подшучивает. Сидит обиженный за партой, будто ему по заднице ремнём отходили.

— Думаешь, я ему нравлюсь? — робко спросил я, надеясь услышать утвердительный ответ.

— О Мрак, как до тебя долго доходит! Да это я и имею в виду! А теперь спать! А завтра позовёшь свою шпалу на свиданку.

Вырубив ночник, я устроился на подушке и, закрыв глаза, ушёл в объятия Морфея, надеясь, что этот сон принесёт мне ответы на мои терзания.

***

— Габриэль! Если ты немедленно не перепрыгнешь через эту стену, то я тебя вместо этой стены и поставлю! — рявкнул Фаш, его лицо побагровело от ярости. Он стоял, заложив руки за спину, испепеляя меня взглядом.

— Зачем мучить этого червя, проще добить, — проворчал я себе под нос, чувствуя, как мои мышцы протестуют против этой пытки.

— А тебя-то, Алазар, никто не спрашивал! И ты, как староста этого щенка, мог бы и помочь одногруппнику, — отрезал Фаш, не давая Алазару вставить и слова.

— Единственная возможность для меня хоть как-то помочь — закопать его под той горой, — сплюнув, проговорил я, смерив взглядом высоченную стену. Люци громко засмеялся, за что тут же получил увесистый удар по спине от меня. «Вот же упырь!» — мысленно выругался я. «Ну, ты только попадись мне после отбоя...»

— О, великая матушка-прародительница! — завопил Фаш, — А ну-ка, живо на стену и залез на неё!

— Так мы же по стенкам ни разу не лазили! — попытался я оправдаться, чувствуя, как пот струится по спине.

— Ты оборотень, ты по этим стенам должен летать, как ужаленный в зад дракон, чёрт бы тебя заездил!

— Рождённый бегать летать не может, — огрызнулся я, чувствуя, как во мне закипает злость.

— Что за разговорчики в строю! А ну быстро ноги в руки и пять кругов вокруг поля! Кого ждём? Вас это тоже касается... Алазар, Люци, быстро выполнять команду!

— Так точно! — улыбнувшись, ребята помчались выполнять задание.

***

— Всё! Я больше не могу, я умираю, — ныл Люци, обливаясь потом. Заплетавшимися ногами он спотыкался чуть ли не об каждый встречный камень. Первые уроки с мистером Даром всегда самые тяжёлые, а там втянется! Уже это проходили.

— Давай-давай, еще круг остался, отъел всё, что можно было отъесть, за эти выходные! А там и водичка с постелькой, — подхватив падающего вампира, я побежал вместе с ним, подбадривая его шутками.

Вдали, под деревом, сидел Эрсти в компании Алура — друида, который, впялившись в свою книжку, ничего вокруг не замечал. Все же эти дриады те ещё шизики, у них ещё похлеще башню рвёт по растениям, эльфы мирно курят в сторонке.

«Ну, если подумать, то, возможно, он правда так заставляет меня ревновать, только зачем? Я же и так пытаюсь заполучить его сердце. Это он всё нос воротит». Как только мы начали приближаться, эльф, вздёрнув подбородок, начал о чём-то шушукаться со своим дриадом. «Вот крольчатина ушастая!» — зло подумал я, чувствуя, как во мне просыпается собственнический инстинкт.

— Да шевелись ты, горе ты моё! Больше бегать нужно, а то засиделся в замке, — подгонял я Люци, чувствуя, как он еле передвигает ноги.

— Я тебя... сейчас... убью! — гаркнул вампир и погнался за веселящимся мною.

— Попробуй, догони... принцесс-са! — дразнил я его, убегая со всех ног.

— Ну всё... ты труп! Волчара позорный!

— Пиявка малокровная!

Наша перепалка отборной лексикой прекратилась, так и не начавшись, когда мой брат, слегка покачнувшись, со стоном и характерным звуком грохнулся на землю... лицом.

— Люци!

***

— Что с ним? — встревоженно спросил я, посмотрев на лежащего в постели вампира. Перевёл свой взор на нахмуренного целителя. Поправив скатившиеся очки, тот посмотрел на исписанный листок.

— Переутомился. В его-то положении заниматься такими нагрузками просто противопоказано. Почему он не предупредил учителя? — хмурые глаза цепким взором просканировали меня от головы до пят. «Были бы уши, прижал бы их к голове», — подумал я, чувствуя, как в груди нарастает непонятное беспокойство.

— Вы сейчас про что? — недоумённо спросил я, не понимая, что происходит.

— Как про что, голубчик, ваш брат в положении 4,5 недели, по потокам магии можно сказать, что малюток двое, при этом с огромным запасом магии. Папочке придётся туго, таких троглодитов подпитывать... Голубчик, что с вами, вы побледнели! Бог ты мой! Тая, неси настойку из красного корня!