Глава 30

Когда мы уже поднялись до второго этажа, Адам прильнул ко мне и прижал к стене. Он накрыл мои губы своими, и я ощутила вкус табака и крепкого вина.

— Сани сказал, что нужно на третий, — задыхаясь, сказала я.Адам схватил меня за руку и повёл дальше. С выбором комнат мы не заморачивались — Адам распахнул первую попавшуюся дверь и втолкнул меня внутрь, захлопнув за собой. Комната была пустой и тёмной. Это была гостевая. Манчини не будут рады, увидев, что семейка Моретти превратила их поместье в свой личный публичный дом. Я не успела оглядеться, как он снова прижал меня к себе, обхватив за талию.

— Ты сводишь меня с ума, — выдохнул он мне в висок, нащупывая замок моего платья.Когда он расстегнул его, моё платье полетело вниз, и я осталась в одних лишь трусиках.— Ты шикарно выглядишь в этом платье, но такой ты мне нравишься куда больше.Я потянулась к его рубашке и начала снимать её, а Адам всё так же прижимал меня к себе, покрывая моё лицо и шею поцелуями. Он провёл рукой по моему бедру, задержавшись у резинки, а затем медленно спустился на колени. Адам провёл губами по моей коже, как будто пытался запомнить каждый миллиметр моего тела... Я тяжело вздохнула, проводя рукой по его волосам.

— Подожди... А если кто-то войдёт? — я бросила взгляд на дверь.

— Плевать!

— Это безумие! — сказала я, когда Адам спустил моё нижнее бельё.

— Я весь вечер хотел сделать это, — прошептал он, кусая меня за бедро. — Пока ты разговаривала с Сантьяго, пока ты смеялась, пока так сексуально ела эту вишню... Всё, о чём я мог думать — это как сорвать с тебя это платье.Я снова провела пальцами по его волосам, прижимаясь к нему бедром. Адам легко поднял меня на руки и молча подошёл к широкому подоконнику. Задёрнув штору, он усадил меня на мраморную поверхность.

— Здесь?

— Именно, — ответил он, широко раздвигая мои ноги.Я чуть выгнулась к нему навстречу, когда он устроился между ними. Он поднял мою ногу и положил её себе на плечо, второй рукой придерживая мою талию. Его взгляд скользил по моей груди.— Очень красивая.

— Ты про меня или про мою грудь? — Адам ухмыльнулся.

— Целиком.Адам резко вошёл в меня, и я охнула. Я инстинктивно откинулась назад, двигаясь к нему навстречу. Его толчки были глубокими и грубыми. Именно такой темп мне нравился. Грубый, дерзкий и доминантный. Я стонала от каждого толчка, сжимая его спину руками. Когда его рука нащупала мой сосок, я вскрикнула от удовольствия, которое заполняло меня.

— Тише... — прошептал он, целуя меня в губы. — Ты же не хочешь, чтобы нас услышали?Я закусила губу, но стонать не перестала. Адам издал звук, похожий на рычание, и ускорил темп. Я чувствовала, как мы сливаемся с каждой секундой всё больше.

— Я сейчас...

— Смотри на меня! — Адам схватил меня за подбородок, заставляя посмотреть прямо ему в глаза. — Хочу видеть, как ты кончаешь.Я ощутила удовлетворение, издав последний, громкий стон. Он тоже кончил почти сразу, закрыв глаза и наполнив меня.  Несколько секунд мы просто стояли со сбитым дыханием, молча глядя друг другу в глаза. Я обвила его шею руками, и наши лбы соприкоснулись.

— Мы не оставили улик. Кровать не помялась. — Адам улыбнулся, обнажая свои клыки.

— Хочешь, чтобы я взял тебя и там?

— Нет, я до сих пор не чувствую ног. К тому же, если Сани заметит наше отсутствие, он обязательно пошутит.

— Ты просто не хочешь пропустить момент, когда он опять включит песни. — Я хихикнула.Адам последний раз поцеловал меня и отстранился. Я всё так же сидела на подоконнике и встала лишь тогда, когда он принёс моё платье и помог надеть его. Он провёл пальцем по уголку моих губ.— Твоя помада чуть размазалась. Выглядит очень сексуально. Я включила свет и подошла к зеркалу, приводя свои волосы и лицо в порядок. Затем я помогла застегнуть Адаму пуговицы, и мы вышли из комнаты. Когда мы спустились до второго этажа — оба улыбнулись. Звучала песня Адриано Челентано.

— Всё же, мы успели.

— Клянусь, я скоро объявлю его предателем клана за это.

— Чем обусловлена его любовь к этим песням? — тихо сказала я, когда мы вошли в зал.Сантьяго стоял с вином в руках, и его глаза засверкали, когда он заметил меня. Он одарил меня ослепительной улыбкой и направился в нашу сторону.

— Долгая история, спросишь потом у него самого.

— Моя прекрасная невестушка, пойдём танцевать? — Это был не вопрос, потому что Сани потянул меня за руку и вывел в центр зала, предварительно закружив меня.— От тебя пахнет парфюмом Адама. Были на третьем этаже? — Я смущённо сузила глаза и покраснела. Парень усмехнулся.— Я знал, что в конце концов он влюбится.

— Почему?

— Твой приход в нашу семью стал как свет. Не только для Адама. Он долгое время жил в тени. Слишком много обязанностей, слишком много потерь. Но ты как будто сломала все стены, которые он годами строил. Влюбляться в тебя не было в его планах.

— Что ты имеешь в виду каждый раз, когда говоришь о том, что проигравших будет несколько? Это как-то связано с вашей враждой с Розарио, так ведь?

— Ты не только красивая, но и очень догадливая.

— Это не так сложно. Я всегда в эпицентре ваших скандалов с ним. Я не понимаю, какую роль я играю во всём этом. Скажи хотя бы ты...

— Я не скажу тебе ничего, Малена. Не я заварил эту кашу и не мне её расхлёбывать.

— Ты тоже ненавидишь его, но не так сильно, как Адам.

— Я должен ненавидеть Розарио сильнее, чем Адам.

— Но не можешь. Я знаю, что вы выросли вместе. Вы все трое привязаны друг к другу, несмотря на всё то, что между вами случилось.

— Возможно, ты права.

— Ты не похож на них, ты другой.

— Добрый? — Сантьяго усмехнулся, наклонив голову вбок. Я кивнула.— Я намного хуже их вместе взятых, хоть и кажусь таким. Ты даже понятия не имеешь, что скрывается под моими масками.

— Раз ты такой плохой, как говоришь, почему же тогда Дон — Адам? Этот титул был твоим по праву.

— Ты думаешь, что Адам стал Доном, потому что я недостаточно кровожаден? — Сантьяго ускорил темп нашего танца, когда мелодия изменилась. — Я сам отказался быть им, потому что моё правление принесло бы хаос, Малена. Адам, хоть и жесток, но имеет хладнокровное мышление для оценки ситуаций. А вот я — до мозга костей сумасшедший псих. Я принёс бы много крови.Я взглянула на Сантьяго и задумалась. Я бы никогда не подумала о том, что такой весёлый человек, как Сантьяго, мог быть таким. Я была спокойна, пока это не имело отношения ко мне. Я любила Сантьяго как брата и успела к нему привязаться.

— Мне всё равно, какой ты, Сантьяго. Я не хочу смешивать твой бизнес с тем, что я сейчас имею. Я чувствую, что ты мой брат и не позволишь никому навредить мне. Даже самому себе.Глаза Сантьяго потемнели, и он смутился, сжав челюсть. Он всматривался в меня, будто пытался найти какой-то подвох.

— Ты действительно слишком наивна и чиста, Малена. Не позволяй отнять у тебя это никому. Даже мне и моему брату. — Сантьяго улыбнулся, и музыка прервалась. Он взял меня под локоть и повёл в сторону, где стояла София Манчини. Она пила апельсиновый сок, наблюдая за обстановкой.

— Похоже, ты всё же нашла свой покой, Малена, — сказала она, и я слегка улыбнулась.

— Спасибо, что повлияла на это. После разговора с тобой я переосмыслила некоторые вещи, которые помогли мне взглянуть на них с другой стороны.

— В своё время я тоже нуждалась в этом, Малена. Я рада, что смогла помочь тебе.

— Как твоя сестра? Ей скоро исполнится восемнадцать. Твой отец уже ищет ей хорошую партию?

— Она отличается от нас с тобой. Она не та, кто будет мириться с ситуацией, — заговорила девушка. — Её замужество будет поистине трудным. Она жаждет свободы.Я грустно улыбнулась. Быть женщиной — это тяжёлый труд.

— На каком ты месяце?

— Второй, — смущённо сказала она, заправив локон за ухо. София была очень красивой девушкой.— А что насчёт тебя? Вы хотите детей?

— Мы не говорили на этот счёт. Я и сама не думала об этом.

— Всему своё время. Раньше я и слышать не хотела о детях, но сейчас я готова родить Майклу хоть десять детей.

— Ты будешь прекрасной матерью, София. Я в этом не сомневаюсь.Я взяла девушку за руку и заметила Адама, который не сводил с меня взгляда...