Глава 14

На улице стояла духота, а из-за нагретого асфальта жара ощущалась ещё интенсивнее. Рядом со мной стоял Нико. Лицо его не выражало абсолютно никаких эмоций, и лишь слегка алые от жара скулы выдавали то, что он тоже человек и ощущает жару. В руках он держал множество различных пакетов, которые принадлежали мне.

— Извини, что тебе приходится заниматься этим. У Марко сегодня выходной, — виновато проговорила я, посмотрев на Нико, который устало вскинул бровь.

— Я солдат Адама. Моя работа — выполнять его поручения, даже если в них входит сопровождение его жены на шоппинг, — он поднял пакеты и потряс ими. — Только вот не понимаю, когда ты успеешь всё это надеть? У меня за всю жизнь столько одежды не было.

— Считай, это твоя тренировка перед женитьбой. Тебе ведь придётся заниматься этим с женой.

— Я бы предпочёл заниматься со своей женой более приятными вещами, чем это, — Нико обнажил зубы в улыбке. — А так, я не настолько глуп, как Адам, чтобы обременять себя семейной жизнью.

— Вот как. Интересно, что сказал бы Адам на то, что ты назвал его глупым? — мои губы расплылись в хитрой улыбке.

— Это угроза?

— Шутка.

— Ты закончила? Адам попросил меня привезти тебя в Жемчужину.

— Жемчужина?

— Место, где собирается семья.

— Да, без проблем. Но можем ли мы заехать домой, чтобы я оставила вещи и приняла душ?

— Без проблем.

Нико выполнил мою просьбу и привёз изначально домой, чтобы я привела себя в порядок. Интересно, зачем Адаму понадобилось привозить меня в Жемчужину? После принятия душа я в спешке натянула на себя новое красное платье с цветочным принтом и надела кеды. Волосы я просто оставила распущенными. Когда я спустилась вниз, Нико уже находился в машине, поэтому мы сразу выехали на место назначения.

— Приехали, — сказал Нико, остановив машину. Я молча кивнула и вышла наружу.

Это был обычный бар-ресторан, ничем не отличающийся от других. Мы зашли внутрь. Гости, официанты. Ничего необычного.

— Невестушка! — подпрыгнула. Снова напугал!

— Мне бесполезно тебе снова повторять, да?

— Нико, можешь выпить пива. Дальше я сам, — Нико кивнул и направился к барной стойке. Сантьяго же схватил меня за руку и быстро провёл через толпу людей. Мы оказались в большом, даже огромном помещении за пределами зала, где сидели все гости заведения. Вокруг было много мужчин и даже несколько девушек. Кто-то тренировался, кто-то был занят игрой в карты, кто-то просто пил спиртное. Странное местечко, и я в своём платье уж точно сюда не вписываюсь. Все уставились на меня, когда я вошла в зал в сопровождении Сантьяго.В центре сидел Адам, в одних лишь штанах, держа в руке книгу. Он был слегка взъерошенным, и по его татуированному телу стекали несколько капель пота. Адам взглянул на меня, и по моему телу прошёл лёгкий холодок. В мыслях сразу всплыли воспоминания о том, как Адам приносил мне удовольствие.

— Как прошёл шопинг, моя нежная? Надеюсь, купила себе сексуальное бельё, — я покраснела и огляделась по сторонам, чтобы удостовериться, что нас не слышат другие. К Сантьяго я уже более-менее привыкла. Его двусмысленные выражения были не лучше, а то и похуже, чем у Адама.

— Зачем ты позвал меня сюда?

— Эммет, подойди сюда, — крикнул Адам. К нам подошёл высокий худощавый парень с выбритыми короткими волосами. Всё его тело было покрыто татуировками. Даже на его лице, у брови, была надпись «Taken».

— Это она будет бить татуировку? — парень протянул мне руку. — Я Эммет.

— Чего? — я покосилась на Адама, лицо которого было растянуто в улыбке Чеширского кота. — Я не собираюсь бить татуировку. Это неправильно! Грех! — Адам закатил глаза и нагнулся ко мне, переходя на шёпот.

— То, что я делал с тобой пару дней назад, тоже грех, Малена, — моё лицо вспыхнуло, словно перец. — У тебя нет выбора. Это сегодня мой ход. У любой плохой девочки должна быть татуировка, да, парни? — послышались одобрительные возгласы.— Пойдём, — Адам взял меня за руку и повёл в сторону, усадив меня на стульчик. Эммет стоял рядом.

— Что будем бить? — заговорил Эммет. — У тебя есть какие-нибудь идеи? Предпочтения?

— Эмм... я не знаю... я даже не собиралась делать татуировку.

— Хорошо подумай. Может, какое-то воспоминание? Новый этап в жизни? — я посмотрела на Адама, который стоял надо мной, молча наблюдая за мной своими серыми глазами. Новый этап в жизни? Моим новым этапом в жизни был определённо Адам. Адам Винченцо Моретти, человек, которого я никогда не смогу понять до конца. Кто он? В один день он предстаёт передо мной в обличии ангела, который учил ребёнка рисовать. В другой день — в обличии дьявола, который пытал при мне человека. Кто он? Кто мы друг другу? Почему он позволяет мне делать то, что не позволяет другим? Я абсолютно каждый день так или иначе нарушаю его правила или принципы. Могу ли я ему доверять? В голове возник образ Адама и его слова о том, что предательство всегда приходит оттуда, откуда ты меньше всего его ждёшь.

— Я решила, — сказала я, выпрямившись. — Хочу горизонтальную надпись по всей спине. По позвоночнику, — произнесла я, чем привлекла внимание Адама. Эммет улыбнулся.

— И что это будет за надпись? — спросил Адам.

— "Be careful with who you trust. Devil was once an angel." — глаза Адама потемнели, когда я произнесла эту фразу. Он облизнул губу, и его губы дрогнули в улыбке. Он понял, что татуировка имеет отношение к нему.

— Отличный выбор, — сказал Эммет, доставая машинку для татуировки. — Но ты уверена? Это одна из самых болезненных зон. Игла бьёт почти прямо по позвоночным отросткам, а в районе поясницы и между лопатками много нервных окончаний. — Я сглотнула.

— Она согласна, — ответил за меня Адам. — Плевать на боль. — Эммет откашлялся, ничего не сказав в ответ. Я же молча удивилась тому, что Адаму приятна мысль о том, что мне будет больно. Почему он так настроен ко мне?

— Сними платье. Можешь оставить лифчик на груди, но расстегнуть придётся, — я неловко потянулась к своему платью, но Адам перехватил мою руку, сильно сжав её.

— Нет. Не здесь и не ты. Я передумал, — Адам посмотрел на Эммета, который был удивлён не меньше меня. — Я сам набью ей татуировку.

— Ты уверен? Лучше довериться мастеру, — вмешалась я.

— Дорогуша, это Адам научил Эммета бить татуировки, — произнёс Сантьяго, который всё это время молча наблюдал за всем происходящим. — Моя татуировка на...

— Сантьяго, заткнись. Ей не обязательно знать, где эта татуировка, — я улыбнулась, когда Сантьяго скорчил гримасу, изобразив выражение лица моего мужа.

— Пойдём, — я виновато улыбнулась Эммету и направилась за Адамом. Мы вышли в небольшую комнату с кушеткой.

— Это тату-комната? — я села на кушетку, снимая с себя платье.

— Нет, мы тут перевязываем раны после драк и перестрелок, — я брезгливо привстала, но Адам усадил меня обратно на место, давая понять, что ему глубоко плевать на то, что мне было противно. Когда платье было снято, и я осталась в одном нижнем белье, я завязала свои волосы в высокий хвост, чтобы они не мешались. Адам был занят приготовлением нужных приборов и посмотрел на меня тогда, когда я уже расстегнула застёжку лифчика, но придерживала его спереди у груди, чтобы полностью не обнажаться.— Полностью, Малена.

— Хм?

— Сними его полностью, — Адам посмотрел на меня своими серыми глазами, и я была в ожидании того, что он снова увлечётся тату-машиной, чтобы я спокойно разделась до конца, но он не сводил с меня глаз. Он ждал, когда я сниму его, не скрывая заинтересованности.

— Ты не мог бы отвернуться?

— Нежная, не испытывай моё терпение. Не вынуждай меня снять это ненужное тряпьё самому. — Я неловко сняла с себя бюстгальтер и прикрыла грудь руками. Адам всё так же смотрел на меня, не сводя глаз. Я нервно заёрзала на месте, опустив взгляд.— Ложись на живот. — Я выполнила просьбу Адама, несмотря на то, что поверхность кушетки чуть ли не вызывала у меня рвотные позывы, когда я думала о том, сколько истекающих кровью мужчин здесь лежали.По телу прошёл холодок, когда Адам провёл пальцем вдоль моей спины, отмечая точку начала и конца. Машинка для татуировки громко зажужжала, прежде чем он заговорил.— Скажи, если будет больно.

— Будто тебя это волнует. — Адам ничего мне не ответил. Игла вонзилась в мою кожу, и я закусила губу от вспыхнувшей боли. Адам был сосредоточен на работе, и вместо боли в спине я почему-то была сконцентрирована на прикосновениях его пальцев. Его холодные руки иногда поглаживали мою кожу, вызывая во мне трепет.

— The devil was once an angel. Красиво, — отозвался Адам. — Красиво и ядовито, — тихо сказал он. — Это ведь обо мне? — Я промолчала. Это было и так очевидно.— Значит, ты считаешь, что я был ангелом, — усмехнулся он.

— Никто не рождается злым. Каждый ребёнок приходит в мир непорочным и светлым. Всё остальное — приобретённое. — Машина перестала жужжать, и Адам отстранился, любуясь работой.

— Надпись, которая навсегда будет на твоей коже. Где никто, кроме меня, её и не увидит. - внезапно, Адам наклонился ко мне и начал покрывать мою шею поцелуями. Я тихо застонала, прикрывая глаза. Его руки нащупали мою грудь и он сжал их, все также целуя меня.

— Ты поэтому не позволил Эммету сделать её?

— Ни один мужчина не смеет касаться тебя, кроме меня, Малена. Ты моя. Полностью. До конца своих дней. — послышался голос Адама прежде чем он отстранился и достал из кармана заживляющий крем. Он начал обмазывать им мою татуировку, иногда опуская свои руки. Он массировал мою спину и чувство расслабления пронзили мои мышцы. Я слегка дрогнула от прохлады и касания Адама. Я застонала от наслаждения, но внезапно он слегка надавил на край надписи. Мне стало больно, и я сжала зубы. Но почему-то, эта боль принесла мне удовольствие.

— Меня не изгнали. Я сам ушёл. Сам предпочёл быть дьяволом, Малена. — Адам отстранился от меня. Я аккуратно встала и подошла к большому зеркалу возле кушетки. Адам подошёл сзади, держа маленькое зеркальце, чтобы через его отражение я могла увидеть татуировку.

— Красиво, — произнесла я. — Спасибо, Адам! — Адам вскинул бровь.

— Ты благодаришь меня за то, что я заставил тебя сделать татуировку?

— Нет. Я благодарна тебе за то, что ты показываешь мне вкус свободы.

Адам промолчал и молча вручил мне крем. Он ничего не сказал, но мне и не требовалось его слов, чтобы понять то, что он своеобразно заботится обо мне.