Часть 12

Первое, что я почувствовала - это облегчение.

Потом были недоумение, страх, но сначала облегчение.

Я не умираю.

Я стану мамой.

Мамой.

Видимо эти эмоции и уловил Джаспер, что недоуменно сейчас смотрел на меня.

С телефона уже давно доносились гудки, а я все также в шоке сидела не шевелясь.

В одно мгновение мир перевернулся с ног на голову.

С лестницы раздались шаги. Вся семья тут же повернула голову и уставилась на Карлайла.

- Она говорит правду, - спокойно произнёс он, - анализы подтвердили, что ты беременна.

В комнате тут же начался переполох.

- Но разве это возможно? - недоуменно воскликнула Роуз, сверля меня взглядом, будто пытаясь просканировать.

- Это безопасно? - обеспокоенно поглядывала Эсми.

- Я вижу только приезд Инги и, кажется, с ней будет Деметрий. - Элис ломала руки, кусала губы, пытаясь увидеть чуть больше.

Но я не сводила взгляда с Эдварда, который уже минуту стоял застыв статуей с нечитаемым взглядом и никак не реагировал на окружение.

- Эдвард? – тихо позвала я его.

- Кажется, он в шоке от счастья, - Эммет похлопал его по плечу.

Эдвард перевел взгляд на Карлайла, качая головой.

- Что? Что вы скрываете? – я заерзала на месте, наконец-то отбрасывая телефон в сторону.

- Мы не знаем, безопасно ли это.

- Безопасно ли что? Все женщины мира рожают, я не вижу тут проблемы.

- Но не от вампира! – всплеснул руками Эдвард. В гостиной воцарилась тишина, все глаза были прикованы ко мне и Эдварду. Видимо, Эммет ошибся в эмоциях Эдварда. - Твоя сила выходит из-под контроля, ты перестала регенерировать. Ты можешь умереть. И мы не знаем, что получится из этого всего.

Он неясно махнул рукой в воздухе, сверля мой живот взглядом.

Я отпрянула назад в шоке и недоумении уставившись на него. Эдвард был не рад? Обида затопила меня.

Подскочив с места, и направившись в сторону лестницы, я бросила на ходу:

- Прекрасно! Я в праве делать со своей жизнью и телом все, что посчитаю нужным.

Слезы застилали глаза, а горло душили рыдания. Я совершенно не ожидала, что Эдвард поведет себя так. Мне было обидно, я злилась на него, на себя, на весь мир. Неужели я ошиблась в нем?

Мои терзания прервал тихий стук в дверь.

- Могу я...? – до меня донесся тихий голос Эдварда.

- Нет, убирайся, - озлобленно прервала я его, шмыгая носом и запуская в дверь подушку, даже не глядя в его сторону.

Минуту стояла тишина, и я уже думала, что он ушел, как руки Эдварда, аккуратно прикоснулись к моим плечам, а кровать рядом прогнулась под тяжестью веса.

Я передернула плечами, стараясь скинуть его руки, но Эдвард был настойчив.

- Я никуда не уйду. Мы женаты.

- Мы можем развестись, - огрызнулась я.

- Ты правда этого хочешь? – едва слышно прошептал он.

С минуту я медлила, а потом ответила.

- Нет.

Он шумно выдохнул, как будто все это время с нетерпением ждал моего ответа.

- Джинни, послушай, - медленно начал он. Рука Эдварда едва касалась моей спины, вырисовывая невидимые узоры. – Больше всего на свете я бы хотел завести с тобой настоящую семью.

- Так вот он шанс? Что тебе мешает? – не выдержав, я развернулась к нему лицом, пытливо заглядывая в глаза.

- Страх потерять тебя. Ни Карлайл, никто из семьи никогда не слышали о таком. Все растеряны и боятся за тебя. Элис не видит твое будущее. Я не хочу тебя терять, - он поджал губы, а в глазах отразилась грусть и боль, - снова.

Это может навредить тебе. Это уже вредит тебе, - он сделал акцент. - Твоя сила больше не слушается тебя, все изменилось. И это может стоить тебе жизни, - Эдвард уже мягче посмотрел на меня, - ты же сама знаешь. Виктория..., - он поджал губы и прикрыл глаза, - летом ты умирала не менее пяти раз, Джинни. Еще один раз ты можешь не пережить.

Всхлипнув, я ничего не ответила, лишь упрямо уставилась на него. Эдвард тоже не спешил что-то говорить.

Разговор прервал стук в дверь и мягкий голос Эсми.

- Милая, теперь тебе нужно заботиться лучше о себе. Я налью тебе ромашкового чая и мы все не спеша обдумаем. Не стоит нервничать раньше времени, может Инга что-то знает. Время у нас еще есть.

Но времени не было. Инга прилетела через сутки, но к этому времени я уже начала терять вес.

Она влетела в дом, как ураган. Легкое коричневое пальто, хотя на улице уже стоял конец ноября, обеспокоенное лицо и глаза, выискивающие меня. Она тут же подлетела ко мне, приветственно кивнув головой Карлайлу и Эдварду, и прошлась взглядом по моей фигуре, задержав взгляд на животе, который я прикрывала в защитном жесте руками.

За ней следом тенью вошел Деметрий, молча остановившись у входа и сканируя нас всех взглядом. Я видела, как Джаспер и Эммет напряглись при виде его.

- Я не откажусь от чая, - первой подала голос Инга, бесцеремонно обведя комнату взглядом. - Я думала, что у нас погода ужасная, но ваш Форкс ее переплюнул.

- Конечно, - встрепенулась Эсми, - пройдемте в столовую.

Роуз лишь фыркнула, сощурив взгляд, на такую гостеприимность к не очень-то вежливой гостье, но проследовала за всеми. Инга была единственной, кто мог пролить свет на происходящее.

- Итак, - сев за стол и притянув к себе чашку горячего чая, начала она. – Ты беременна.

- Это мы знаем, - поторопила я ее, - разве это возможно? Я имею ввиду, Эдвард вампир.

- Я этого не знаю. – Как ни в чем ни бывало ответила она.

Я удивленно приоткрыла рот.

- Тогда что ты нам голову морочишь? – зашипел Розали. Видимо, она с первого взгляда разделила мою нелюбовь к гостье.

- Розали, - нахмурился Деметрий, впервые подавший слово.

- Деметрий, - тут же среагировал Эммет, как бы невзначай поигрывая мускулами и сверля взглядом вампира.

- Господа, давайте успокоимся, - примирительно предложил Карлайл.

- Но я знаю, что это твой единственный шанс стать матерью, - продолжила Инга.

- Конечно, ведь после этого она умрет, - истерично усмехнулся Эдвард.

Я лишь поджала губы.

- Дело даже не в этом, - Инга не обратила никакого внимания на сарказм в его голосе. – Это плата за бессмертие. Подставьте. Если бы бессмертные фениксы могли воспроизводить себе подобных с такой же скоростью и в таких же количествах, как обычные люди, сколько нас уже было бы?

- А ведь это логично, - пробормотал Карлайл.

- Один шанс забеременеть - один ребенок за всю бессмертную жизнь. – Инга посмотрела на меня, давая время понять смысл ее слов.

- Тогда почему ты не предупредила об этом? – я требовательно посмотрела на нее.

- Я не думала, что тебе это понадобится, - Инга всплеснула руками. – Я забеременела и потеряла ребенка еще до встречи с Деметрием. Все знают, что вампиры не могут иметь детей. Но твои симптом – это то же самое, что было у меня. Недомогание, спонтанные выбросы огня, ты теряешь свою силу на время, пока беременна. Ты уязвима. Ты становишься обычным человеком. Да, не до конца, твой огонь все так же при тебе, но с большего, ты не можешь им воспользоваться. Никакой регенерации, никакой защиты. Фактически – ты сейчас обычный человек.

Я втянула носом воздух.

- Я начала терять вес. При чем стремительно. С тобой тоже так было?

Инга отрицательно покачала головой.

- По моим наблюдениям, - Карлайл перехватил инициативу, - Джинни сейчас на пятом месяце беременности. Беременность протекает гораздо быстрее, чем у обычного человека. У тебя было что-то подобное?

- Нет, ровно девять месяцев.

- Это можно объяснить тем, что плод наполовину вампир.

- Что ж, - я истерично всплеснула руками, вскакивая со стула, - раз у меня есть только единственный шанс стать матерью, то я буду рожать.

Обведя всех разъяренным взглядом, я направилась к лестнице, однако не успела сделать и пары шагов, как ощутила, что все перед глазами плывет, а тело наливается тяжестью.

Открыв глаза, первое, что я увидела – Эдварда, стоящего у окна и смотрящего на лес. Мягкий дневной свет проникал в комнату, сквозь слегка прикрытые шторы.

Слева от меня стояла капельница с какой-то жидкостью.

- Наконец-то игла не выпадает, - попыталась пошутить я.

- Как ты себя чувствуешь? – Эдвард повернулся ко мне, внимательно осматривая.

Я пожала плечами.

- Сносно.

На какое-то время в комнате воцарилась тишина.

- Знаешь, - набравшись смелости, я подняла глаза на Эдварда, - если ты не хочешь, ты можешь не ухаживать за мной, я вижу, что ты не в восторге от ребенка, - интуитивно я накрыла уже выпирающий живот, - это нормально. Ты столько лет жил с осознанием, что у тебя никогда не будет детей, да и не все люди хотят детей.

Эдвард обошел кровать и присел рядом со мной.

- Джинни, - он осторожно накрыл мою руку своей рукой. – Я хотел бы ребенка, но для меня главное – твоя безопасность. Это единственное, что волнует меня больше всего на свете. А этот ребенок, - он поджал губы, - он как будто хочет забрать тебя у меня.

- Но это же не правда, я рядом с тобой.

- А если ты не выживешь? Если твоя жизнь закончится на операционном столе? – он пытливо посмотрел на меня своими золотистыми глазами.

- Так обрати меня, - я умоляюще посмотрела на него, - обрати меня, и я точно останусь с тобой навсегда.

- Мы не знаем, что происходит, обращенных детей убивают. Не бывает младенцев вампиров. А если, когда придет время рожать, его яд обратит его же?

- Но он не вампир, его сердце бьется, ты же сам слышал.

Это было правдой, сердцебиение мы услышали перед приездом Инги. Карлайлу даже не пришлось делать УЗИ, тонкий слух вампира смог уловить рядом с моим четким и размеренным второй стук, более быстрый.

Эдвард прикрыл глаза.

- Элис уже видела, как мы подготовили шприц с ядом, - через минуту молчания произнес он. – Видение еще недостаточно четкое, но я и сам понимаю, что уже все решил. – Эдвард медленно склонился, целуя мою руку, - я тебя никогда не отпущу. Я буду всегда рядом.

В глазах Эдварда отразился водоворот эмоций: сомнение, страх, боль сменились преданностью, любовью и решимостью. В конце концов, он кивнул мне.

- Я сделаю все, чтобы спасти твою жизнь.

Я лишь улыбнулась ему, а через секунду скривилась, чувствуя толчок изнутри. Эдвард тут же подобрался, обеспокоенно всматриваясь в мое лицо.

- Кажется, он толкнулся, - я схватила руку Эдварда, прижимая к животу, где только что ощутила удар. Судя по глупой улыбке, расплывающейся на лице Эдварда, он тоже почувствовал удар.

Ела я неважно, все так же теряя вес и уже пару недель спустя, была похожа на себя прежнюю до Калленов. Капельницы Карлайла немного помогали держать вес и здоровье, но этого было недостаточно.

Еще пару раз были выбросы силы. Инга объясняла это тем, что так тело сбрасывает лишнее напряжение и скоро это прекратится. По ее ощущениям, у нее выбросы закончились на седьмом месяце. В моем же случае, прошло только три недели. Беременность развивалась слишком быстро. Если так пойдет и дальше, то по подсчетам Карлайла, родить я должна как раз в конце декабря.

Инга все-таки осталась у нас в доме, наотрез отказавшись уезжать до моих родов. Не думаю, что ей была так уж интересна моя судьба, скорее просто скучно. Однако, ее слова, знания и предыдущий опыт, помогали разобраться в происходящем Карлайлу и мы уже не были настолько потеряны.

Деметрий то появлялся, то исчезал по делам Вольтури и преимущественно отмалчивался. Единственный, с кем он смог поладить – Джаспер. Ну и еще Эдвард, но это только на почве того, что их возлюбленные – фениксы. Все-таки дружба с Вольтури не прошла даром и он обещал что-нибудь разузнать о похожем на наш с Эдвардом случай в архивах Вольтерры.

За пару дней до предполагаемых родов мне наконец-то дозвонился Сэм. Он был радостный, хоть и встревоженный моим долгим молчанием. По легенде от Элис, после нападения Виктории, мы с Эдвардом отправились на острова и так там и остались.

Сэм в августе прорвался в дом Калленов, думая, что меня обратили, но, когда не обнаружил нового запаха и смог наконец-то пообщаться со мной по телефону, убедившись, что я жива и невредима, успокоился.

Сейчас же он звонил сообщить радостную новость – Эмили родила, уже месяц как, а до меня все не дозвониться.

- Это девочка, представляешь, Джинни? Нет, я и раньше знал, что у нас будет девочка. Но она такая маленькая, такая красивая. Похожа на Эмили, - умилённо щебетал мне Сэм в трубку.

- Я так рада за вас, Сэм! Это так здорово, - я почувствовала, как по щекам стекают соленые дорожки слез, - мы назвали ее Роза, - продолжал Улей. – Ты не подумай, это не в честь вампирши. Просто Эмили любит цветы.

Я рассмеялась, представляя выражение лица Розали, если бы в честь нее назвали маленького волчонка. Хотя думаю, ей бы понравилось.

- А ты когда будешь в Форксе? Не устали еще от медового месяца? – он переключился на меня, - нет, ты не подумай, тебе нужно отдохнуть и восстановиться после того, как ..., - он замялся, зная прекрасно о Виктории.

- Все в порядке, Сэм, - поспешила я его успокоить. – Я уже в норме. По правде сказать, я уже в Форксе.

- В Форксе? Почему раньше не сказала? – возмутился он. – я сегодня же к тебе заеду!

- Нет! – чуть громче, чем следовало вскрикнула я, - не стоит, правда, я пока хотела бы провести время без гостей.

Я не хотела, чтобы Сэм видел меня в таком виде, ему нужно думать о своей семье и новорожденном ребенке, а не гадать умрет его подруга через неделю или нет.

- Джинни? Ты опять что-то не договариваешь? Ты же все еще, - Сэм сглотнул, тяжело дыша в трубку, - человек?

- Да-да, честное слово, тебе не о чем беспокоиться. Просто, - было очень тяжело ему врать, - просто я хочу сейчас побыть наедине с семьей, но после мы обязательно встретимся. Уже в новом году.

Я попыталась улыбнуться, сквозь слезы, радуясь, что он сейчас не может видеть меня.

- Хорошо, - наконец-то выдохнул он, - но уже после нового года я буду ждать тебя в гости, Роза должна познакомиться со своей тетей.

- Непременно, Сэм, непременно. Берегите себя, Сэм.

- И ты, Джинни! – звонко крикнул он.

Стоило положить трубку, как слезы покатились ручьем из глаз, я зажала рот рукой, чтобы подавить всхлипывания. В живот больно толкнулись, кому-то внутри не нравились бурные эмоции, испытываемые мной.

- Прости, - я нежно погладила живот, стараясь успокоиться, - прости меня.

- Эй, - в дверь постучали и в комнате показалась макушка Эдварда, - Джинни ты в порядке?

- Я только что разговаривала с Сэмом, у него родилась дочка, - сквозь слезы пробормотала я.

- Так это же здорово? – мягко улыбнулся Эдвард, притягивая меня к себе в объятия и опуская руки на мой живот, нежно поглаживая его.

- Мне страшно, Эдвард, - призналась я, - а что, если я не увижу его? Что если, я не увижу нашего ребенка?

- Все будет в порядке, Джинни, - Эдвард прижал меня к себе, успокаивая, - все будет хорошо. Ты лучше скажи мне, ты уже думала об имени?

Я удивленно посмотрела на него. Отчего-то такая мысль не приходила мне раньше в голову.

Задумчиво пожевав минуту губу, я предложила:

- Давай, если будет мальчик, назовем его Энтони?

Эдвард удивленно вскинул бровь, заставляя меня покраснеть и стушеваться. Слезы как-то сами собой перестали идти.

- А если девочка, то Аврора, как звали мою маму. Нет, - чуть помедлила я, - Аврора-Элизабет, как тебе? В честь наших родителей.

Эдвард улыбнулся.

- Мне нравится.

За день, помеченный в календаре, как мои роды, у меня отошли воды. Все было как обычно, я проснулась, с помощью Роуз спустилась на завтрак, успела даже выпить немного ромашкового чая – это все, от чего меня не тошнило последние пару дней, а когда вставала, почувствовала, как вода стекает между моих ног и дикую боль внизу живота. Кажется, Карлайл что-то кричал про кровотечение и просчет времени.

Эдвард тут же подхватил меня на руки, направляясь в сторону импровизированной операционной в кабинете Карлайла.

- Обещай, - дыхания не хватало, а от боли я едва не теряла сознание, тут же забыв все советы, которые мы изучали о правильном дыхании, - Ты обратишь меня, Эдвард. Обещай! – я требовательно схватила его за майку, не желая отпускать.

В комнате остался только Эдвард и Карлайл, остальные же разбрелись по дому, не желая мешать.

От дикой боли я закричала. Внутри все как будто разрывалось на части, мне было дико больно. В какой-то момент показалось, что я оглохла, так как я продолжала кричать, но крика не было. Карлайл что-то вколол мне, пытаясь облегчить боль, это помогло лишь частично, я просто перестала чувствовать все, что было ниже пояса.

- Черт, кажется, ребенок пытается выбраться наружу самостоятельно, это может убить ее, то, чего мы так боялись. - Издалека раздался голос Карлайла, - ее сердце не справляется с дозой седативного, нужно вколоть адреналин, чтобы она могла еще немного продержаться.

Из последних сил, я повернула голову в сторону Эдварда, привлекая его внимание и, собрав всю силу, которая у меня осталась, еле шевеля губами прошептала:

- Обещай.

Лицо Эдварда начало двоиться и расплываться, он что-то кричал мне, но я уже не слышала. Внезапно стало легко. Легко и свободно. Больше не было боли.

Где-то вдалеке раздался детский крик и плачь.

Последнее, что я помню, отчего-то крик Элис. Это точно была она. Она о чем-то предупреждала, просила Эдварда остановиться. Но смог он или нет – этого я уже не знала.