Когда я стал твоим голосом

Саша стоял, не делая лишних движений. Тень устроился рядом, наблюдая за незнакомцем с тем же спокойствием, как и его хозяин. Ветви шелестели над головой, и лес будто затаил дыхание вместе с ними.

-Я Саша. - наконец произнёс он мягко, как с детёнышем, которого боишься спугнуть. - А тебя как зовут?Парень не ответил. Только вжался плечами в землю сильнее, взгляд цеплялся за каждое движение Саши, как будто в каждом — угроза. Глаза у него были карие, глубокие, но полные страха. Не дикого — человеческого.Саша сделал шаг назад. Он понял: сейчас — не время. Он положил руку на загривок Тени.

-Сиди с ним, ладно? Я скоро. Тень не шелохнулся.

Саша бросился обратно — сквозь ветки, по привычной тропе, босиком, почти не касаясь земли. Деревня уже жила в своём ритме: дети плели венки, кто-то копался в грядке, кто-то плёл корзины. Саша вбежал в один из навесов, схватил первую попавшуюся корзину, начал бросать в неё фрукты, ягоды, куски сушёного корня.-Саша? - раздался знакомый голос. - Ты чего?Илья — его ровесник, из тех, кто предпочитал тепло очага и работу в поле лесу и охоте.-Нашёл кого-то. Парня. Один, испуганный, молчит. - выдохнул Саша. - На вид лет пятнадцать... Еды у него точно нет. Скажи главному, хорошо?Илья кивнул, уже понимая серьёзность тона. Саша не был тем, кто преувеличивает.

С корзиной в руках Саша почти бегом вернулся к месту. Проталкивался через кусты, сердце стучало от напряжения — а вдруг сбежал?

Но нет.

Парень всё ещё сидел там, где Саша его оставил. И... гладил Тень. Аккуратно, почти благоговейно. Белая шерсть волка блестела в пятнах света. Он не сопротивлялся — напротив, смотрел на парня с тем особенным спокойствием, каким всегда встречал тех, кого принимал.Саша на мгновение замер. Что-то внутри сжалось.Но стоило ему выйти из тени деревьев — взгляд парня изменился. Страх вернулся. Рука тут же отпрянула от волка. Он снова прижался к земле, как будто снова стал никем.Саша опустился на корточки, медленно поставил корзину на землю.

-Я не сделаю тебе больно. - произнёс он спокойно. - Всё хорошо. Еда. Можешь взять, если хочешь.Но парень лишь смотрел. Тень, будто понимая, вновь улёгся рядом, а Саша остался сидеть молча — ждать. Не приближаться. Просто быть рядом.

Шаг за шагом. Так начинаются доверие и история, которая изменит их обоих...

Они сидели друг напротив друга, разделённые несколькими метрами — не слишком далеко, но достаточно, чтобы незнакомец чувствовал себя в безопасности. Тень остался рядом с парнем, лежал спокойно, позволяя ему прикасаться к своей шерсти. Это само по себе было редкостью — волк не подпускал к себе каждого.Саша наблюдал молча, не торопя. Он не делал ни одного шага навстречу, лишь сидел, чуть улыбаясь, с поджатыми ногами, словно и не был тем, кто только что нёсся по лесу, сбивая дыхание.

Парень снова посмотрел на корзину, затем на Сашу. Медленно поднял руку, чуть вытянул палец и с тихим сомнением указал в сторону еды, потом — на себя. В этом жесте не было ничего дикого, лишь нерешительность, тревожный вопрос: «Можно ли мне?»Саша кивнул, с мягкой улыбкой:-Тебе. Конечно.

Тень всё так же лежал рядом, прижав уши, будто знал, что не стоит двигаться. Он, как и Саша, просто ждал, даря своё спокойствие.Парень подтянул к себе корзину, выбрал небольшой фрукт, будто наугад. Присмотрелся к нему с любопытством и осторожностью, понюхал. Затем, сдержанно и немного неловко, сделал первый укус. Сок стек по губам, он поспешно его стёр, будто боялся показаться неаккуратным.

Саша не вмешивался. Просто сидел рядом, в нескольких метрах, молча, не давя своим присутствием. Он понимал: сейчас важнее всего дать этому мальчику — Лёше, он уже чувствовал, что имя у него будет именно такое — свободу дышать.

Прошло несколько минут. Тишина между ними была живой, не тяжёлой. А потом, неожиданно, Лёша выбрал один из фруктов и протянул его Саше. Его взгляд всё ещё был насторожен, но теперь — с лёгкой, крошечной тенью доверия.Саша медленно вытянул руку, аккуратно взял плод.

-Спасибо... - произнёс он, глядя прямо в глаза.Лёша немного отвёл взгляд, но уголки его губ едва заметно дрогнули.Они ели вместе, не говоря ни слова. Но в этом молчании было больше смысла, чем в длинной беседе.

***

Сумерки опустились на лес почти незаметно. Свет просачивался сквозь листву всё слабее, и воздух стал прохладным. Где-то вдалеке щёлкнула ветка, пролетела птица, зашуршали листья. Лёша вздрогнул — едва заметно, но Саша всё видел. Он тихонько сдвинулся ближе, не делая резких движений.Теперь их разделяло уже не несколько метров, а всего пара шагов. Тень всё ещё лежал рядом с Лёшей, глаза у него были полуприкрыты, но уши ловили каждый звук. Его присутствие по-прежнему придавало Лёше чувство защищённости.Саша смотрел на него и думал: как теперь?Он не мог оставить его здесь. Не в такую ночь, не с таким взглядом. Но как объяснить, что хочет взять его с собой? Как сказать, что ему ничего не угрожает? Он не хотел снова видеть страх в этих карих глазах.

Саша провёл ладонью по волосам и решился.

-Слушай... - начал он тихо. - Там, где я живу, безопасно. Там тепло. У нас есть крыша над головой. И еда. - Он говорил спокойно, стараясь, чтобы голос звучал так же уверенно, как с младшими детьми в деревне. - Ты мог бы пойти со мной. Только если сам захочешь. Никто тебя не тронет. Я обещаю.Лёша смотрел на него. Внимательно. Молча.-Я не знаю, слышишь ли ты меня. - Саша слегка улыбнулся. - Может, ты и не понимаешь ни слова. Но это... нормально. Всё нормально.Лёша слегка наклонил голову, как будто старался уловить смысл его интонации. Он не отворачивался, но и не приближался. Просто сидел. И в его взгляде было столько растерянности, что Саше стало почти больно.-Я просто хочу помочь. - добавил он чуть тише. - Ты не один теперь.

Он не ожидал ответа. Но то, что Лёша не отвернулся, не встал, не убежал — уже было чем-то важным.Ночь надвигалась. И теперь, посреди темнеющего леса, между двумя мальчишками и волком родилось нечто новое. Хрупкое. Тихое. Но живое.

Саша вытянул руку вперёд, ладонь открыта. Другой рукой он жестом указал в сторону, где за холмами начиналась их деревня. Глаза его были спокойны, голос молчал — он не давил, не звал, просто предлагал.Лёша смотрел на него несколько секунд. Холод пробирал уже до костей, но дело было не в этом. Он словно взвешивал — можно ли? стоит ли?И всё же, через эти короткие, тянущиеся секунды, он медленно, с затаённым напряжением, протянул руку в ответ. Их пальцы встретились, неуверенно, но крепко. Саша сжал его ладонь — осторожно, будто оберегал хрупкое пламя.

Они встали. Всё так же держась за руки.Тень поднялся лениво, потянулся, а потом шагнул вперёд, обогнав их и заступив на тропу. Волк шёл уверенно, как проводник сквозь темноту. Он знал путь. И знал, кого теперь должен защищать.

Когда они приблизились к деревне, воздух наполнился теплом костров, запахом древесного дыма и пряных трав. Но стоило им войти на освещённую улицу, как Лёша мгновенно сжался. Его глаза расширились от ужаса — слишком много лиц, слишком много людей. Он инстинктивно спрятался за Сашу, словно за щит.Саша не оглянулся — просто крепче сжал его ладонь и продолжил идти. Рядом, будто из ниоткуда, уже стоял старейшина.Димитрий был высоким, широкоплечим, с густой седой бородой и взглядом, от которого становилось тепло. Он казался вырезанным из ствола дерева — сильный, суровый, но живой.

Саша шагнул вперёд, чуть кивнул в знак приветствия:-Димитрий.-Кто это с тобой, мальчик? - спросил старик, глядя мимо на всё ещё прячущегося Лёшу.Саша обернулся, бросил взгляд на парня и снова повернулся к старейшине:-Я нашёл его в лесу. Один. Он не говорит, но... он человек. Наш. Ему нужно место, нужно тепло. Я приведу его в порядок, научу.Димитрий задумчиво выдохнул, провёл рукой по бороде.-Раз ты привёл его — он твоя ответственность. Ты обучишь его нашему языку, обычаям. Будешь за него отвечать, Саша. До тех пор, пока он не станет частью нас. - Его голос был громким, чтобы слышали все вокруг. - С этого дня ты — его опекун.

Люди вокруг шептались, кто-то кивнул, кто-то смотрел с тревогой. Но Саша лишь улыбнулся. Он слышал строгость в голосе старика, но страха не было. Он смотрел в глаза, в самые добрые глаза на всей земле — и знал, всё будет хорошо.

***

Когда Лёшу тихо провели в одну из пустых хижин рядом с домом старейшины, Саша сам принёс для него одежду. Простая: мягкая рубаха, тёплый жилет, штаны и плетёные сапожки. Он показал, где можно умыться — у колодца, за плетнем, с вёдрами и мылом на деревянной дощечке. Не было зеркал, не было суеты. Всё — тихо, спокойно, в ритме природы.Лёша не сопротивлялся. Он делал всё медленно, напряжённо, как будто каждый его шаг — это испытание.Саша не торопил. Просто был рядом.

Когда всё было готово, они вдвоём направились к его дому.Мать открыла дверь раньше, чем они успели постучать. Лицо у неё было удивлённое, но не испуганное. Саша успел заметить, как у неё задрожали пальцы, когда она увидела, как Лёша прижимается ближе к нему, глаза в панике метались по лицам, крышам, теням.

-Его зовут Алексей... Лёша. - сказал Саша спокойно.И прежде чем Лёша успел отступить, его мать шагнула вперёд и крепко прижала мальчика к себе.-Господи, да он же ещё совсем ребёнок... - прошептала она, поглаживая Лёшины плечи. - Совсем кроха...Лёша замер. Дыхание сбилось. Глаза расширились, и он резко схватился за руку Саши, вцепился так, будто потеряет его навсегда, если отпустит.Саша сразу понял и мягко потянул его за собой.-Всё хорошо. Пошли. Пойдём со мной.Он провёл его в свою комнату — тёплую, тихую. У стены стояла кровать с мягкими одеялами, рядом — деревянный стол, свеча, шкуры на полу. Всё пахло деревом, воском и травами, которые сушились под потолком.

Лёша опустился на край кровати. Усталость просто хлынула на него, глаза начали слипаться, но даже в полусне он насторожённо косился на дверь, будто ждал, что кто-то ворвётся и вытащит его назад, в темноту. В никуда.Саша не мог на это смотреть.Он подошёл, сел рядом, медленно, осторожно обнял Лёшу, положив его голову себе на плечо. Тот сначала не шелохнулся, будто не понимал, что происходит... А потом — обнял в ответ. Тихо, неуверенно, но будто всё его тело наконец дало трещину, и страх отступил, хотя бы немного.Саша уложил его, лёг рядом, а рукой начал медленно гладить по затылку — мягко, с такой нежностью, какой даже сам не знал в себе до этой ночи.И Лёша заснул. Он дрогнул пару раз, вздыхал, что-то бормотал, но с каждым вдохом становился тише, спокойнее.А Саша лежал, глядя в потолок и думая:

-«Кто мог так напугать его? Что с ним случилось, что он боится каждого взгляда? Почему он один в лесу? Почему он не говорит?..»

Ответов не было. Только тишина. И тяжёлое дыхание мальчика, спящего впервые не на земле.

***

Когда Саша проснулся, он почувствовал лёгкое движение рядом. Тепло под одеялом ещё держало его в полудрёме, но он сразу понял — Лёша не спит.Мальчик лежал тихо, почти не дыша, но глаза его были открыты. Он приподнялся немного на локте и проводил пальцем по меховой шкуре, что висела на стене у кровати. Тихий шорох шерсти под его пальцем был почти неразличим, но он тянулся к этому звуку, к этому ощущению — как будто проверял, что это не сон.

Он не пытался встать. Не хотел. Не мог.Под одеялом было тепло, и рядом с ним — человек, который не бил, не гнал, не смотрел с презрением. Рука Саши всё ещё лежала где-то рядом, тёплая, живая, почти защищающая. Там, в темноте своей памяти, Лёша помнил, как давно не чувствовал себя в безопасности.Пальцы остановились. Лёша замер, а в голове вспыхнули образы, как удары:

...взрослые руки, грубые, сильные, толкают его на землю....смех, который звучал, когда он падал, когда не мог ответить, не мог сказать ни слова....грязь на щеках, пыль на губах, и вкус крови....как его вытолкнули за границы поселения, как бросили на землю — «слабый, бесполезный»....«молчаливый» — это слово они повторяли чаще, чем его имя.

Он не плакал. Тогда — не смог. И теперь — не хотел.Под одеялом, рядом с Сашей, Лёша сжал колени и прикрыл глаза. Но не от страха... не полностью. Это было что-то новое — он позволял себе быть уязвимым, потому что здесь его никто не ударит.Саша чуть пошевелился, повернувшись к нему. Ещё не открыл глаз. Но будто почувствовал — и Лёша снова ткнулся лбом в его плечо, почти незаметно.

Он не знал, что будет дальше. Но в этот момент — он жил.

***

Они вышли из дома, и свежий утренний воздух тут же окутал лица. Лёша втянул его в себя и чуть поёжился — но не от холода. А от жизни. От того, как странно... мирно всё вокруг.Саша повёл его к небольшой реке за домами — там, где все жители умывались утром. Он набрал в ладони воды, показал, как ополоснуть лицо, жестами подбадривал. Лёша смотрел немного исподлобья, но всё же склонился и подражал. Вода была холодной, но чистой, и будто смывала часть страха с его кожи.Солнце поднялось чуть выше, и вся деревня начала оживать. Люди выходили из домов, занимались делами. И тут, как по команде, несколько детей подбежали к Саше, как всегда, с восторгом и болтовнёй.

-Саша, ты опять в лес ходил? А кого нашёл в этот раз? - звонко спросила девочка лет семи.-Это кто? Он странный, он тебя держит! - мальчик чуть постарше смотрел на Лёшу с подозрением.Лёша тут же схватил Сашу за руку, его пальцы сжались чуть сильнее. Он прятался взглядом, как будто хотел исчезнуть.-Это Лёша. - сказал Саша спокойно, но с твёрдостью. - Он теперь живёт с нами.-А почему он молчит? - спросил один из малышей.-Он просто пока не умеет говорить. - пояснил Саша. - Ему нужна доброта. Не пугайте его, ладно?Один мальчишка фыркнул:-Боится, он такой странный.Саша присел рядом с ним и заглянул в глаза:-А ты был когда-нибудь один в лесу, ночью? Без огня. Без еды. Без слов, чтобы позвать на помощь?... Мальчик опустил глаза, покачал головой.-...Вот и он был. Долго. - Саша улыбнулся мягко. - Но он сильный, раз выжил. И теперь мы все поможем ему быть не одному. Ладно?Дети молча кивнули. Самая младшая из них взяла Лёшу за свободную руку, но когда он вздрогнул, быстро отпустила и просто улыбнулась.

Деревня жила размеренно. Саша шаг за шагом показывал Лёше улицы, людей. Он подходил к каждому и чётко, мягко называл имя:-Это Нина. - указал на женщину с корзиной.-Ни...на. - повторил Лёша, еле слышно.-А это Яков. Он печёт хлеб.-Я...ков. - чуть увереннее.

Так, шаг за шагом, сдерживая своё нетерпение и привычку к быстрому темпу, Саша замедлялся. Говорил чётко. Повторял. Иногда улыбался, иногда касался плеча Лёши, чтобы приободрить.И каждый раз, когда Лёша произносил новое имя, даже тихо — в его глазах теплилось что-то, похожее на гордость. Или — на первый проблеск доверия к этому миру.

Саша медленно подвёл Лёшу к самому краю площади, где на резной деревянной лавке, опираясь на посох, сидел Димитрий. Старик заметил их издалека, и теперь, когда они подошли ближе, с лёгкой усмешкой прищурился, словно давно ждал этого момента.-Это... Димитрий. - чётко произнёс Саша, глядя Лёше в глаза. - Он — главный в нашей деревне.Лёша остановился. Он не испугался, как раньше, но смотрел осторожно. Слово «главный» будто тревожило его.

Димитрий медленно поднялся, и Саша почувствовал, как Лёша сильнее сжал его руку. Но старик не подошёл слишком близко, не сделал резких движений. Он просто посмотрел на Лёшу — тепло, спокойно.-Здравствуй, Лёша. - произнёс он негромко, но уверенно. - Рад, что ты теперь с нами.Его голос был глубоким, чуть хриплым, но в нём было что-то, от чего даже волк Тень поднял уши и замер.

И правда — Димитрий был человеком, которого уважали все. Не из страха, не по обычаю, а искренне. Говорили, он родился ещё в том мире — в мире до великой перезагрузки. Он помнил города, машины, шум электричества. Но когда всё разрушилось и земля очистилась, он не держался за прошлое. Наоборот — именно он собрал первых уцелевших, научил их, как жить в ладу с природой, как снова стать частью мира, а не его хозяином.Он знал ремёсла, медицину, он помнил, как строятся дома, как выращиваются растения без удобрений и химии. И всё, что знал — отдавал другим. Благодаря ему деревня Саши стала одной из самых мирных и устойчивых. И именно он первым сказал: «Тот, кто бережёт землю — будет ею защищён».

Сейчас он смотрел на Лёшу с тем же терпением, с каким когда-то учил первых детей вязать сети или различать лечебные травы.Лёша молчал. Но смотрел. И, что важно — не отвёл взгляда. А это уже было чем-то большим, чем страх.Саша понял: Лёша чувствует, что этот человек — не враг.-Он... хороший. - сказал Саша медленно, не отпуская Лёшину руку. - Он нам помогает.Димитрий улыбнулся чуть шире.-А теперь и вы друг другу будете помогать.

***

День был тёплым, ветер мягко шевелил листву, и Саша, держа Лёшу за руку, вёл его по деревне. Они проходили мимо домов, мимо огородов, где взрослые аккуратно пропалывали грядки, мимо детей, с криками ловящих друг друга в траве. Лёша всё ещё не отпускал Сашину ладонь, но теперь в его пальцах не было паники — только осторожность. Внутри этого прикосновения было больше доверия, чем слов.Саша остановился у небольшой площадки, где на солнце грелись гладкие камни. Они сели, и Саша взял с земли пять мелких камушков.

-Один. - сказал он, кладя первый.-Один.. - тихо повторил Лёша, нахмурившись от сосредоточенности.-Два.-Два...-Три...-Три. - немного увереннее.

Саша улыбался. Улыбался, потому что видел — Лёша старается. Его глаза бегали от камней к губам Саши, словно пытаясь ловить каждое движение, каждый звук. Он повторял, медленно, по-детски чётко, и после каждого правильного ответа поднимал взгляд, будто спрашивал: «Правильно?».Саша каждый раз кивал и говорил «Да», хлопая в ладоши или поднимая большой палец вверх. Лёша начал улыбаться в ответ — совсем чуть-чуть, несмело, но впервые искренне.

Саша понимал: Лёша и правда — ребёнок. Не в возрасте, а внутри. Где-то на дне души он остался тем, кого когда-то обидели и оставили, кому пришлось бояться ночей, шорохов, людей. И Саша решил — пусть заново. Пусть медленно. Пусть начнём с цифр, с простых слов, с имени и солнца.

-Солнце. - сказал он, указывая на небо.Лёша поднял голову, сощурился.-Сол...це, - выдохнул он, и Саша кивнул.-Хорошо, Лёша.

Они провели так почти весь день. Саша называл слова — «вода», «дерево», «рука», «дом». Лёша повторял. Иногда ошибался. Тогда злился сам на себя, хмурился, замолкал. И тогда Саша просто садился рядом молча, гладил его по плечу и говорил:-Всё хорошо. У тебя всё получится.Слова не всегда важны. Иногда тишина важнее. Особенно для тех, кто её знает слишком хорошо.

***

Вечером вся деревня собралась у большого костра — так было всегда, когда день подходил к концу. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в оттенки янтаря и золота. Дым поднимался ввысь, а над огнём потрескивало мясо — ужин на всех.Саша сидел на большом гладком бревне, а рядом — Лёша. Он сжимал его руку в своей, как будто это была единственная ниточка, что связывала его с безопасностью. Рядом с ними бегали дети, смеялись, носились босиком по траве, и каждый раз, когда кто-то подбегал слишком близко к огню, Саша мягко, но уверенно отгонял их:

-Осторожно. Не подбегайте близко..

Лёша смотрел на всё это широко открытыми глазами. Пламя завораживало — оно было живое, как зверь, тёплое, как Саша, но опасное, как всё, что горит.Он не понимал слов, но понимал голос Саши. Тон, заботу. Он чувствовал, как Саша, смеясь, одной рукой притянул его ближе, обнял за плечи, неосознанно. Как будто это было естественно — прижимать к себе того, о ком заботишься.

И тогда Лёша почувствовал странное тепло в груди. Не от костра. Не от еды. От этого — от прикосновения, от руки, от смеха, от взгляда. Он не знал слов для этого. Он не знал слова «любовь». Но знал, что это именно оно. То самое чувство, которое согревает изнутри даже сильнее, чем огонь снаружи.Он посмотрел на Сашу украдкой, а потом вновь — прямо. Долго, спокойно. Он знал — когда-нибудь, когда научится говорить, он обязательно скажет Саше об этом. Но не сейчас.

Сейчас он просто сидел рядом. Словно это его место. Впервые — своё, настоящее.

А Саша... Саша держал его крепче.

***

Ночь опустилась мягким покрывалом, разливая по небу чёрнильную синеву. Костёр догорал, потрескивая тихо, и пламя стало ласковее, как будто тоже устало. Люди всё ещё разговаривали между собой, но уже тише. Смех звучал приглушённо, словно даже он не хотел тревожить тишину этой ночи.

Саша и Лёша всё так же сидели рядом. Волк Тень лежал у ног, полузакрыв глаза, но всё ещё настороженный. Лёша положил голову Саше на плечо. Он чувствовал себя спокойно. Тепло. Безопасно.И вдруг... Он поднял руку и указал в небо. На яркую полную луну, что смотрела на них с высоты.

-Солнце... - негромко, почти шёпотом произнёс Лёша.Саша замер. Его взгляд метнулся к парню, к его лицу, к глазам, в которых отражалась луна. А потом — к губам, откуда только что сорвался голос. Нежный, немного неуверенный... но удивительно красивый.-Луна. - мягко поправил Саша, чуть улыбнувшись. - Это луна.Он тоже поднял руку, указывая следом. Лёша на секунду моргнул, словно вслушиваясь в слово, и тихо повторил:

-Луна...

Саша хотел сказать что-то ещё, но не стал. Он просто посмотрел на Лёшу — уже не как на ребёнка, не как на потерянного. А как на чудо. Маленькое, хрупкое... Но настоящее.И в этот момент Саша вдруг понял — он будет рядом, сколько бы времени ни понадобилось, чтобы Лёша сказал все слова, что носит в себе.

Лёша всё ещё смотрел на небо, будто пытался запомнить слово «луна» не только умом, но и сердцем. Его губы беззвучно повторяли его снова и снова, словно это было заклинание, способное удержать этот момент.Саша заметил, как Лёша слегка поёжился — ветер становился прохладнее, костёр давал тепло, но не хватало уюта. Не говоря ни слова, он снял с себя свой плащ из мягкой шерсти и аккуратно накинул его на плечи Лёши. Тот удивлённо моргнул и посмотрел на него, будто не понимал, можно ли...

Саша лишь мягко кивнул и улыбнулся.Через секунду Лёша неловко, но осторожно потянулся рукой к Сашиным волосам. Пальцы скользнули по белоснежной пряди, словно проверяя, действительно ли они такие мягкие, как кажутся. Он тут же отдёрнул руку, будто испугался, что сделал что-то не так.Но Саша засмеялся — тихо, легко — и взъерошил Лёше волосы в ответ. Лёша прищурился, будто недовольно, но потом тоже улыбнулся. Совсем чуть-чуть. Первый раз за весь вечер — и, может быть, вообще первый раз за долгое время.

Между ними всё ещё было много молчания... но оно было тёплым. Полным смысла.

***

Саша склонился над Лёшей, который уже спал, свернувшись под одеялом и прижимаясь щекой к подушке. Он осторожно поправил край пледа, чтобы тот не сполз, и на секунду задержался взглядом на лице младшего. Оно было расслабленным — впервые без страха, без напряжения. Только покой.

На улице вечер был прохладным, но не холодным. Тень лежал у стены дома, и, завидев Сашу, поднял голову, тихо фыркнув. Саша присел рядом и начал кормить волка мясом из мешочка, что принес с собой.

-Он доверяет тебе, - сказал кто-то за спиной.Саша повернулся. Димитрий. Старейшина, высокий и крепкий, несмотря на возраст, стоял спокойно, как будто его просто вынесла сюда сама ночь.-Он никому не доверяет. - тихо ответил Саша. - Только Тени. И... мне. Иногда.Димитрий подошёл ближе, сложив руки за спиной.-Я узнал его. Лёша... он из северного поселения. Очень далёкого. Я был там, когда он был ещё ребёнком.-Знал его? - Саша удивлённо посмотрел на него.-Не лично. Но я запомнил его. Тихий, отстранённый. Он не говорил. Но не потому что не мог. Его... не учили. - Голос старика стал жёстче. - Его даже не пытались научить. Считали, что если ребёнок слабый, хилый, не как все — то он не стоит времени и усилий. Его просто оставили.-Даже говорить... - Саша нахмурился.-Там это было не нужно. Они верили, что сила — в выживании, в борьбе. А забота — это слабость. Когда я ушел, я ещё надеялся, что мои уроки, мои знания... останутся. Но, видимо, всё быстро забыли. Или выбросили.-Значит, он никогда не знал слов. - тихо сказал Саша. - Его не отвергли за то, каким он стал. Его сделали таким.Димитрий молча кивнул.-Я собираюсь вернуться туда. Поговорить. Или... напомнить. О том, ради чего началась Перезагрузка. О мире. О человечности.

Саша не ответил сразу. Только сжал руку в мехе волка и посмотрел в сторону окна, за которым спал Лёша.-Он останется здесь. - твёрдо сказал он.-Да. - с мягкой улыбкой подтвердил старик. - Здесь его учат не выживать, а жить.Димитрий молча посмотрел в небо, будто что-то вспоминал.-Возвращайся к нему, Саша. - тихо сказал он. - Не стоит оставлять его одного в темноте. Ему нужно время... и свет. А ты — его свет.Саша кивнул, не споря. Он уже всё понял.

Вернувшись в дом, он на цыпочках вошёл в комнату. Лёша не спал. Он лежал под одеялом, но глаза были открыты, в них отражалась тусклая лунная тень.Саша лёг рядом, тихо, аккуратно. Не хотел спугнуть. И тогда...Лёша потянулся к нему ближе и прошептал:-Один.Голос его был тихим, почти беззвучным. Но в этом одном слове было столько боли, сколько не выразит ни один крик.Саша обнял его, прижал ближе.-Больше нет. - ответил он шепотом, поглаживая Лёшу по затылку.

...И в комнате повисла тишина. Спокойная. Живая.Тишина начала новой главы в их общем мире.

Как вам эта глава?