Глава 20. Не смотри на меня!

Участвовать в допросе заговорщиков или хотя бы просто на это поглазеть мне не дали. Стоун решительно и неумолимо отправил меня спать. Ещё и лично сопроводил до моих покоев. Правда, разговор при этом он не пытался завести – видимо, был зол за тот бокал вина.

Как только мы дошли до моих комнат, я буркнула что-то нечленораздельное и закрыла дверь перед самым носом Тарэна. По делу ему!

Риваки в комнате не было, видимо, она отправилась спать, что было неудивительно, так как уже перевалило за полночь. Стянув с себя ночнушку, бросила её в самый дальний угол комнаты, дабы она мне тут не воняла, и отправилась в душ. Как только мне удалось более менее смыть противный запах краски, наконец легла в кровать и тут же вырубилась.

— Кейтелин... Кейтелин, дитя, подойди ко мне.

Я стояла в белой комнате. Абсолютно белой. Здесь ничего не было, только четыре стены, я и... Платиция. Женщина лежала на спине и пялилась в потолок. Она же меня и звала.

— Кейтелин, ложись рядом, — мягко попросила она.

Что удивительно, так это то, что я не ощущала от неё никакой угрозы. Я вообще ничего не ощущала. Наверное, поэтому покорно к ней подошла и легла рядом. Как оказалось, потолка в этой комнате не было. Вместо него был космос. На нас смотрели мириады звезд, они мерцали, будто бы подмигивали. Космос что-то рассказывал, шепот его убаюкивал и я наконец хоть что-то почувствовала – на душе разлилось приятное тепло.

— Тебе ведь уже рассказали кем ты стала? — нарушила молчание Платиция, не отрывая взгляда от космоса.

— Да, я теперь симайя, — пожала плечами, хотя лежа это выглядело наверняка странно.

— Я не хотела, чтобы всё так получилось, — в голосе бывшей «ведьмы» слышалось раскаяние. — Я готовила совсем другую девушку, она даже была согласна... Просто так сложились обстоятельства. Там, на кухне, когда мы с тобой дрались, я поняла, что меня вот-вот заберет смерть. А дар было жалко. Вот я и передала его тебе. Прости.

— Но что мне с ним делать? — тяжело вздохнула я, не спеша прощать женщину.

— Пользоваться, — как само разумеющееся произнесла Платиция. — С этим даром твои возможности очень расширяются. Так, например, сегодня дар симайи спас тебя от гибели, когда в тебя летел пульсар. И это у тебя получилось неосознанно! Представь, что будет, если ты начнешь им пользоваться по-настоящему?

— Но я не умею им пользоваться, — разумно возразила я, хмурясь.

— Да что там уметь? — отмахнулась от меня она. — Попервах тебе, конечно, будет сложно. Но для того, что запросить у дара что-то несложное, всего-то и нужно, что очень сильно чего-то пожелать. Попробуй.

Поразмыслив, прикрыла глаза, очень-очень захотела и через минуту в моей руке появилось сочное красное яблоко, в бок которого я тут же вгрызлась. М-м-м, как же соскучилась по земной еде!

— Вот, видишь, — довольно произнесла Платиция. — Спустя некоторое время ты научишься пользоваться даром так, что все твои желания будут исполняться вмиг. Формулы заклинаний, пассов и проклятий сами станут приходить в голову. Конечно, ты не станешь всемогущей, многое тебе не будет доступно, этого дар не может, но перспективы всё равно есть. К тому же, с даром продолжительность жизни возрастает вдвое.

— Это хорошо, — промямлила я, жуя яблоко. — Но погоди, какая я симайя? Светлая или темная?

— Это зависит от самого человека. Позже всё станет видно и понятно, — уклончиво ответила женщина. — Так что? Ты меня прощаешь?

— Куда я денусь? — вздохнула, грустно осматривая огрызок, который тут же бросила куда-то в угол комнаты, как недавно ночнушку.

— Ну что ж, — довольно улыбнулась Платиция. — Прощение попросила, пользоваться даром научила, теперь можно и на покой.

— Какой такой покой? — удивилась я, переводя взгляд на женщину.

— Обычный, девочка, обычный... — прошептала она и медленно осыпалась искорками, которые подхватил неизвестно откуда взявшийся ветер и унес в космос.

Я же резко проснулась и села на кровати. В комнате царил полумрак, занавески плавно колыхались от ветерка, в окно заглядывала синяя Вакара – спутник Полмадрона. Отдышавшись, упала обратно на подушки и задумалась.

Что это было? Обычный сон, или все же реальность? В первое мне как-то не верилось, ведь такие сны мне никогда не снились. Но, во всяком случае, я могу это проверить.

Зажмурившись, я желала, желала, желала... и мне на живот упала груша. Значит, не сон.

Задумчиво жуя фрукт, размышляла о даре. И размышления сводились к тому, что дар с такими темпами полюблю. Ведь он в действительности открывал для меня пусть и не все, но многие перспективы. Теперь я хотя бы могла в случае чего проклясть Стоуна, когда тот меня вновь достанет.

Выбросив огрызок всё так же в угол комнаты, я повернулась на бок. Полежала так немного, зевнула и начала проваливаться в царство Морфея. Перед тем, как окончательно вырубиться, отстраненно заметила, что у меня почему-то чешется голова и побаливает кожа на ней.

***

Проснулась где-то в обед, что и неудивительно, так как ночной марафон с заговорщиками – это вам не шутки. Вообще странно, что я очнулась так рано, думала, просплю до вечера, не меньше.

Зевая, поднялась и потянулась. Интересно, а как сюда горничных вызывать? В прошлый раз мне очень понравилась та ароматная ванна, которую мне сделала Ривака, так что я не против это повторить.

Задумчиво зайдя в ванную, не сразу поняла, что не так. Взгляд сам по себе остановился на зеркале. Я пялилась на свое отражение наверное с минуту, пока ко мне не дошло, что волосы у меня... белые. Крик вырвался из горла уже сам.

Какого шерха происходит?! Почему я, гррал его задери, блондинка?! Была же шатенкой! Что, мать его, творится?!

Моя истерика начинала набирать обороты, а крики становились все громче. Я хваталась за волосы, рассматривала их в зеркале не только в ванной, но и в спальне. В итоге к чертям собачьим разбила все зеркала, порезалась, сломала ноготь и вырвала клок волос. И он был белым! А-а-а!

— Кейтелин! — к тому моменту, когда мою дверь полностью вышибли и ввалились в комнату, я сидела на полу возле кровати, обхватив колени руками, и покачивалась назад-вперед. Стоун, как только меня разглядел, ошарашенно опустил бластер, которым он, видимо, собирался убивать врагов. — Какого...

Мужчина спрятал бластер и сделал шаг ко мне. Я же схватила подушку, что почему-то валялась рядом, и бросила её в полмадронца с истеричным возгласом:

— Пошел вон! Не смотри на меня!

— Кейтелин, успокойся! — Тарэн поймал подушку и прикрываясь ею, словно щитом, медленно подошел ко мне. Я тем временем вскочила на ноги и указала пальцем на выход, мол «Уходи!». — Кейт, ты слышишь, что я тебе говорю? Тихо!

— Какое «тихо»?! Какое «успокойся»?! Я блондинка! Почему?! — неожиданно даже для самой себя перешла на едва ли не ультразвук. — Слышишь?! Я блондинка!

— Кейт, спокойно! — мужчина схватил меня в охапку, я даже пискнуть не успела, и, видимо не придумав ничего лучше, повалил на кровать, придавив своим далеко не малым весом. — Возьми себя в руки! Или ты предпочитаешь всё-таки быть истеричной девицей?

Я моментально заткнулась. Мне сразу же вспомнилась наша первая встреча.

Зло сверкнув глазами, гордо вздернула подбородок и отвернулась от лица Стоуна. Тот как-то весело хмыкнул. Весело ему? А вот мне что-то не очень.

— Успокоилась? Теперь можем поговорить? — немного отстраняясь от меня спросил мужчина и я кивнула. — Что произошло? Почему ты кричала?

— А не видно, что ли? — прошипела, вновь выходя из себя. — Я блондинка!

— Ты покрасилась? — осторожно уточнил Тарэн, держа свой вес на вытянутых руках, словно он собирался отжиматься.

— Совсем спятил, что ли?! — я сложила руки на груди, прищурив глаза. — Я сейчас блондинка, а не идиотка! Я бы в жизни не покрасилась в такой цвет. Блонд меня бесит! Да что там – я его ненавижу!

— Почему? — недоуменно поинтересовался мужчина.

— Просто. Ненавижу и все тут, — пожала плечами, разглядывая мышцы Стоуна, что в такой позе очень хорошо выпирали.

Так, о чем это я? Какие ещё мышцы?! Я блондинка, сейчас об этом нужно думать, а не о фигуре брата императора!

— Но если ты не красилась, тогда почему ты блондинка? — Тарэн после моих слов вообще выпал в осадок.

— Я это тоже очень хочу знать!

Мужчина наконец полностью слез с меня и сел на кровати рядом. Я тоже приняла сидячее положение и нахохлилась, с ненавистью смотря на белую прядку, что падала мне на глаза.

— И что, даже нет предположений, кто это сделал? — через некоторое время молчания спросил Тарэн, смотря в окно.

— Вообще-то есть, — с сомнением протянула я, понемногу успокаиваясь. — Только не кто, а что... Мне сегодня приснилась Платиция. Она обьяснила мне как пользоваться обретенными способностями. А ещё сказала, что масть симайи зависит от самой симайи и это станет видно со временем. Так не на цвет волос ли она намекала?

Я вопросительно посмотрела на мужчину, будто тот мог дать мне ответ. Он же задумчиво смотрел на мои волосы. Между его бровей залегла глубокая морщина, ибо он нахмурился.

— Это вероятнее всего, если конечно у нас во дворце не завелся шутник... — пробормотал он последнее. — Так что же, выходит, ты светлая симайя?

— Ну да, наверное, — не очень уверенно кивнула я. — Дар светлый, а значит и волосы – тоже светлые? Так получается? А я-то думала, почему у меня после сна с Платицеей голова чесалась и болела...

— Ну, если так, то тогда точно во всем виноват дар, — вынес вердикт Тарэн и повел плечом. — Других объяснений я не нахожу.

Эх, и я ещё говорила что полюблю этот дар? Теперь я его едва ли не ненавижу!

— Но что мне делать? — простонала я и спрятала лицо в ладонях.

— Ну, хочешь, можешь перекраситься обратно в шатенку, — неуверенно посоветовал мне полмадронец.

— Что-то мне подсказывает, что на следующее утро после покраски я вновь проснусь с белой шевелюрой, — буквально выплюнула я.

— Значит, будешь теперь блондинкой, — флегматично ответили мне.

— Отлично, — процедила и убрала руки с лица, закидывая голову вверх. Некоторое время пялилась на балдахин кровати, а после всё же спросила: — Что там из заговором-то?

— Основных заговорщиков ликвидировали, остальных упорно ищем, — скупо проинформировал меня мужчина.

— И как? Удачно?

— Вполне.

Занятный разговор у нас вышел. Тяжело вздохнув, поднялась с кровати и уставилась на сидящего Стоуна. Неудобно съежилась. А как теперь его выгнать из комнаты-то?

— Ты точно успокоилась? — спросил Тарэн, поднимаясь.

— Если не прекратишь это спрашивать, то я накормлю тебя набивкой подушки, — доверительно сообщила, смотря на него из-под лба. — Так что давай вали.

— Значит, успокоилась, — заключил мужчина и неожиданно обнял меня, я толком и отсахнуться не успела. — Кейтелин, даже то, что ты вылила мне в лицо вино, не отменяет того факта, что ты моя невеста, а потому уходить из твоей комнаты я буду когда захочу, и приходить также.

Я не ответила ему и даже не ударила. Просто очень-очень сильно захотела и... на голову генералу свалилось первое яблоко. Второе. Третье. Четвертое и пятое. Ровно столько раз, сколько он меня уже обидел. Для верности ещё и шестое свалилось.

— Что за?.. — Тарэн схватился за голову, шипя ругательства сквозь зубы, а я в это время освободилась от его объятий и сделала шаг назад.

— Вали из моей комнаты, иначе вместо яблок упадёт рояль, — прошипела я угрозу, смотря на него не совсем дружелюбно.

Инстинкта самосохранения у Стоуна отродясь, наверное, не было, поэтому вместо того, чтобы свалить подобру-поздорову, он опять схватил меня и крепко сжал в «объятиях».

— Вижу, с даром ты уже освоилась, симайя, — последнее слово он особенно выделил, усмехаясь, а потом... А потом он меня поцеловал, схватив одной рукой за подбородок. Я стояла в ступоре и не знала что делать, а мужчина «пробовал» меня на вкус и явно этим наслаждался. Поцелуй был настолько... настолько, что мне стало даже жарко и... хорошо. Когда воздух в легких уже стал заканчиваться, этот наглец отстранился, напоследок проведя языком по моим губам, и самодовольно усмехнулся. — Раз с даром всё хорошо, значит, привыкай теперь к новому цвету волос. Зайду вечером.

И развернувшись, Тарэн покинул мою комнату. Я же стояла, прикасаясь пальцами к губам, и пыталась осознать этот поцелуй. А когда осознала... то у просто меня не нашлось цензурных слов!