1 час после заражения.

Я шел по грязной, влажной дороге, изредка оглядывая окрестности, опасаясь бандитов, которые, кстати, довольно часто устраивали засады в этих местах.

От военных я ушел на удивление быстро и безболезненно, если не считать пуль, пущенных в спину. Но вояки очухались слишком поздно и стреляли только если для вида, потому что попасть с такого расстояния не могли. Мысль о том, как я смог перекусить крепкую железную проволоку все не отступала. А ведь тогда я и не думал о том, что это по меньшей мере просто невозможно. Да и случай с мыслью о сгрызенным трупе оставил неприятный осадок на душе.

Ведь со мной за последний час так много всего произошло! И почему все это происходит именно со мной? – я уже сбился со счета, сколько раз я это себе говорил. Когда я уходил в Зону я даже и представить себе не мог, что меня здесь ждет, но последние события окончательно меня убедили в том, что Зона живое существо. И я думаю, что все это не случайность, и всему этому есть какая-то причина. Такая явная... но почему-то ответ все время ускользал от меня.

Незаметно для себя, я почти дошел до свинофермы. Здесь было довольно опасно, так что я достал автомат. Патронов, как обычно, почти не было, опять появилась мысль направиться в бар. Мысль о вступлении в «Долг» уже давно меня привлекала и не давала покоя, но сначала до свалки... нужно добраться до свалки. В любом случае пары рожков должно хватить. В этом здании мог находиться кто угодно: от плоти, до бандитов, так что нужно быть всегда наготове.

Сворачивать туда не было никакого смысла, но остерегаться нужно было, так что я время от времени поглядывал в том направлении. Ощущение, что там кто-то есть все не ослабевала, так что я решил не давать тому, кто бы там ни был, ни единой возможности неожиданной атаки. Я никак не мог объяснить, почему мне это кажется. Вроде никакими экстрасенсорными способностями я не обладал, но почему же тогда это происходит со мной?

Над Зоной, казалось, вот-вот разразится настоящая и протяженная гроза. Небо очень быстро заволокло тучами, а солнце, казалось, ушло совсем. Становилось все темнее и темнее, будто пришла ночь, хотя на самом деле ею и не пахло. Было бы не плохо и переждать эту грозу, но только не в этих условиях. Сейчас нужно было валить подальше, и валить как можно скорее.

Но тем не менее я, почему-то все же заглянул на свиноферму. Я не понимал, что меня туда толкает, но порыв был настолько сильный, что я не удержался и все же пошел туда. Место было очень опасное, но все же мое второе я твердило, что мне туда надо.

Помещение встретило меня ужасным смрадом гниющей псевдоплоти и... пустотой. Да, да! – здесь было абсолютно пусто. Довольно большая ферма, с высоким потолком состояла из двух почти одинаковых, только зеркальных зданий. Конечно, можно было проверить и второе, но я был почти уверен, что оно тоже пустует.

Да... Обмануло меня предчувствие, обмануло. Мне все еще не было до конца понятно, что именно меня сюда все это время тянуло. Здесь же нет ровным счетом ничего важного!

Я, недолго думая, все же решил проверить все тщательнее. Конечно, я прекрасно понимал, что тут и не может быть ничего важного, но только, почему-то, вторая половина меня, твердила обратное. Я даже не мог толком объяснить это, но мне казалось, что в этом здании есть что-то близкое, родное, словно это не было заброшенным и опасным зданием в зоне, месте, где даже каждая травинка таит в себе опасность. Нет, я был уверен, что это дом моего друга, моего давнего и очень хорошего друга, но при этом, почему то я ощущал огромную печаль от того, что я нахожусь в этом месте.

Все еще пытаясь найти то, что привлекло меня сюда, я обвел глазами помещение, но безуспешно. Все казалось давно заброшенным и пустынным. Но вдруг мое внимание привлекла груда ящиков, мирно лежавших на другом конце здания. Вернее, в самих-то ящиках не было ничего необычного, но вот мое шестое чувство твердило обратное.

Как в тумане, я приблизился к этим ящикам и не раздумывая стал разгребать завал. Казалось, что вот-вот еще немного, и я пойму, что именно влекло меня на эту ферму и одновременно, мое сердце наполняла грусть. Великая грусть и скорбь.

Я не мог понять, что меня туда так влекло, но вдруг я случайно посмотрел на свои руки и остолбенел. Я уже не узнавал в них руки человека. И как я раньше этого не замечал? Как я мог разгребать этот завал руками, которые даже не принадлежат мне? И все же это мои руки? Нет, нет они не могут быть моими...

А ногти, что же случилось с моими ногтями. Теперь ЭТО уже нельзя назвать ногтями человека, а скорее когтями животного. Все эти выпирающие сухожилия и вены, вся эта гниль, заостренность на конце длинных когтей – все это просто не могло принадлежать человеку.

Но думать об этом как-то не хотелось, ведь работа была почти уже сделана. Завал казался мне самой важной задачей, которую я обязан был выполнить несмотря ни на что...

И вот я, наконец добрался до самого низа этой кучи мусора и понял, что меня влекло сюда. И одновременно ужаснулся. Передо мной на земле лежало мертвое тело снорка. Весь вид мертвого и гниющего мутанта должен был вызывать отвращение, но вот только почему-то его абсолютно не было. И тут я, наконец понял, почему мне было так грустно. Передо мной лежал мой друг. Мой сородич.