Глава 6

Спустившиеся с вертела гномы радостно обнимали друг друга и помогали последним выбраться из мешков. Я же продолжала висеть и ждать, когда кто-нибудь соизволит поднять голову и освободит меня. Всем было не до меня. Не удивительно. Продолжу тихонько коротать минуты в вонючем мешке и напевать грустную песенку под нос. Просить о помощи я не стану.

— Где она? — раздражённо рявкнул Торин.

Я поняла, что сидеть в мешке не так уж и плохо. Он меня тут не достанет, но легко сможет пырнуть, я же никуда не убегу.

— Спокойно, Торин, — вмешался Гэндальф.

— Мало того, что девчонка проглядела троллей, ещё и хоббит сунулся к ним.

— Откуда тебе знать, что мисс Тернер не заметила их раньше твоих племянников, м? А что насчёт Бильбо, то он успешно тянул время. Вы до этого не додумались.

Торин виновато опустил глаза. Как бы то ни было, а Дубощит невольно согласился. Ха! Маленькая победа в моем кармане.

И вновь разговор зашел о горных троллях, чье присутствие здесь неуместно со времен победы над Темной силой. Конечно волшебник догадался о моих любопытных ушах и отвел Торина подальше. Неужели все настолько плохо? Не люблю ломать голову над какой-либо ерундой, особенно над секретами, хотя у меня в запасе своих целый караван.

Вдруг раздались странные звуки. Сначала я представила, будто веревка, на которой держался мешок, потихоньку разрывалась. Только вот шум исходил снизу, а не под самым ухом. Я-то думала, будто похудела за несколько дней с «сытным» пайком, а тут наоборот. Никаких поездок на пони! Бег, бег и один лишь бег!

Я хотела разглядеть, что происходит подо мной, и неожиданно на дне мешка образовалась пустота, и я полетела вниз, закрыв глаза. Нос успел уловить отвратительную вонь внутри, которая не сравнится с наружной. Придется выживать, путешествуя во впитавшей аромат одежде, и привыкать. Эти секунды казались вечностью, как и мое падение в чьи-то сильные руки.

Распахнув глаза, я встретилась взглядом с нахмуренным Фили. Его силуэт освещало утреннее солнце, создавая яркий ореол вокруг него, волосы горели золотом. Мы молча разглядывали друг друга и без слов обменивались колкостями. Косичка усов забавно дернулась, когда уголок его губ поднялся вверх. Фили кажется еще таким ребенком, но одновременно зрелым и сильным мужчиной. Я не испытывала дискомфорт от этого молчания. Мне почему-то было спокойно. С ним мне не было страшно. И я не знаю почему.

Он аккуратно посадил меня на землю и разрезал веревки на ногах и руках. На запястьях образовались красные отпечатки, как ожоги. Я принялась тереть их, пытаясь унять жжение.

— Спасибо, — тихо произнесла я, глядя на собравшегося уходить Фили.

— Ты бы поступила так же, — гном сел на одно колено рядом со мной и улыбнулся.

— Прости меня за это, — я показала на щеку. — И за то, что назвала трусом.

— За второе прощаю. А за первое, — Фили с улыбкой коснулся места, куда я влепила ему пощечину. — Первое я заслужил. Мы действительно поступили глупо.

— Мир?

— Мир, — гном вложил в мою ладонь клинок.

— Это же...

— Да, я его наточил. Теперь он не только мешки может разрезать, — с гордостью заявил Фили.

На эмоциях я готова была расплакаться, но получилось совершенно иначе.

— Не будь ты вонючим, я бы тебя обняла.

— То же самое я могу сказать и о тебе, принцесса.

— Эй!

— Извините, что отвлекаю. Торин попросил привести остальных пони, а мне одному с ними не справиться, — объяснился Ори, неловко прервавший нашу беседу.

Фили непременно согласился помочь другу. Я осталась одна и с безумным удовольствием подставило лицо теплым лучам солнца. На душе царила безмятежность, отчасти радость и что-то ещё. Я не могу дать этому объяснения. Какое-то странное чувство зарождалось глубоко внутри.

— Вставай, красавица!

Идиллию нарушил Двалин, создавая тень надо мной.

— Дай мне пару секунд.

— У тебя их нет.

Присоединившись к отряду, мы дошли до темной пещеры, от которой несло, увы, не цветочками. Здесь тролли обитали в солнечное время суток. Несколько гномов вместе с волшебником и Торином отправились осмотреть ее, но меня туда не слишком уж тянуло. Хватало и одной вони от одежды. Лучше побуду снаружи, на свежем воздухе рядом с Кили, который гордой походкой приблизился ко мне.

— Держи пропажу, — Кили вручил мне пальто, снял с себя мою сумку и лук с колчаном. — Ну и ловко же ты всадила тому троллю.

— Этого не пришлось бы делать, если бы кое-кто не послал Бильбо на смерть, — надев пальто, я закинула остальные вещи на плечи.

— Но все же закончилось хорошо.

— Это могло бы и не начинаться. Понимаешь, о чем я?

Дерзко? Согласна. Грубо? Тем более. С одной стороны, я действительно не учла, что на разведку обязательно нужно ходить с оружием, принимая во внимание недавние события, к тому же сыграла моя неопытность. С другой стороны, не отправь Фили и Кили маленького хоббита на пирушку троллей, все обернулось бы другим боком. Я бы сумела донести Торину об увиденном и вместе с отрядом покинула бы злополучное место, хоть и со значительными потерями в виде четырех пони. Что было, то было. Эта глава закончилась для нас победой. По крайней мере, я так думала.

Выходя из пещеры, гномы жадно глотали свежий воздух и радовались найденным сундучкам, которые они благополучно закопали. Среди хохота еле различался звон монет в их карманах. Пф, это же гномы. Им только дай золото да серебро, потом век не отберешь.

— Мисс Тернер, — позвал Гэндальф, дружелюбно закончив беседу с Бильбо.

Я с интересом подошла к волшебнику, в ожидании какой-нибудь информации.

— Да, Гэндальф.

— Хочу поблагодарить за самоотверженность, которую ты проявила, спасая Бильбо.

— Не стоит. Вы просили меня приглядеть за отрядом. Это меньшее, что я могла сделать.

— Однако теперь гномы расположены к тебе более благосклонно, чем раньше.

— Вам кажется. Я по-прежнему для них девчонка с палкой в руках.

— Не для всех, — Гэндальф таинственно улыбнулся и посмотрел на кого-то из отряда. Но я так и не смогла понять, о ком идёт речь. — Пойдем.

Листья зашелестели, изнутри леса послышался топот чьих-то копыт (или лап?) и удар дерева об дерево. Мне легко было отойти от потрясений, но очередная беда застала нас врасплох.

Отряд мгновенно встал в боевую позицию. Не успела я достать стрелу, как Фили и Кили оттянулт меня за капюшон, заставили пригнуться и закрыли собой. Я ощутила себя хрупким и беспомощным существом, которое защищают от обидчика. Это довольно непривычно, когда борешься за свою жизнь самостоятельно. Но я все же выпрямилась в полный рост и выставила натянутый лук.

— Упрямая, — цокнул Фили, держа на готове два меча.

Из бушующих зеленью кустов выпрыгнули огромные серые кролики, запряженные в сани, которыми управлял взволнованный старичок в шапке. Он остановился у отряда и с безумием прокричал:

— Хаос, пожар, смертоубийства!

Обстановка немного разрядилась, когда Гэндальф признал в нем Радагаста Бурого, волшебника-чудака, живущего в лесу и предпочитающего компанию животных, а не людей. Отряд опустил оружие. Добродушное лицо внедряло доверие и, хочешь не хочешь, а от одного вида этого милого и безумного волшебника, улыбаешься до самых ушей: русые лохматые волосы с проседью запачканы птичьим, кхм, пометом, нос картошкой только больше придавал безобидный вид, но одежда, похожая на лохмотья, вызывала сочувствие. Однако Радагаста все устраивало, даже палочник, которого извлек Гэндальф из его рта.

— Меня сейчас вырвет, — прошептав, я схватила локоть Фили.

— Только не на меня.

Гэндальф и Радагаст оставили отряд для личного разговора.

Конечно же организм решил поиздеваться надо мной, подразнить. Возможно, усталость после бессонной ночи и пропущенные ужин воздействовали на меня плохо. Закружилась голова, перед глазами поплыли темные пятна, неприятно запершило в горле. Главное, чтобы этого не заметил Торин. Иначе он отправит меня на все четыре стороны света или, куда еще хуже, домой. Ему-то неизвестно, в какой непростой ситуации я нахожусь.

— Это надолго, — я села на покрытый мхлм камень. Живот предательски заурчал. И тут я вспомнила, что в сумке завалялась пара яблок, подаренных Гэндальфом. Уж они-то на время усыпят голод и придадут сил. Я жадно поедала сочную кисло-сладкую мякоть и смаковала куски дольше обычного. Когда долго отказываешься от еды, вкус обретает новые краски и начинаешь его ценить. Так и в жизни, когда очень долго бредешь в никуда.

Недолгое спокойствие исчезло с воем, похожим на тот, который мы слышали ночью в горах. Недоеденное яблоко упала в траву.

— Это что? Волк? Здесь водятся волки? — закидал всех вопросами Бильбо.

— Волки? — Бофур как-будто искал источник звука на деревьях. — Нет, это не волки.

От одного «это не волки» я вооружилась. На холме выросло огромное животное размером с медведя, но напоминающее волка. С яростным рычанием оно бросилось вниз в легком прыжке. Я настолько испугалась, что зажмурилась вслепую пустила стрелу. Она, рассекая воздух, летела к цели. Пару секунд и кто-то сносит меня с ног, нервно бормоча. Лишь очутившись на земле, я открыла глаза и с облегчением узнала, что на меня свалился не раненный волк-гигант, а Фили.

— У тебя есть чувство самосохранения? — тяжело дыша, выругнулся гном.

— Есть, — честно призналась я, от чего Фили застыл и с широко распахнутыми глазами уставился на меня.

— Этого не видно.

Поднявшись, я вновь достала стрелу из колчана и, оглядываясь, подошла к брату по оружию.

— Варг-лазутчик. Значит отряд орков где-то поблизости, — Торин со звоном вынул новообретенный клинок из второго мертвого чудовища, возникшего из неоткуда.

— С вами, гномами, всегда такие приключения? — вопрос был адресован всем, но никто не соизволил ответить.

— Кому ты рассказал об этом походе кроме своего клана? — Гэндальф  с восклицаниями обращался к Торину.

— Никому, — растерянно выдавил из себя гном.

— Кому ты рассказал?! — я была готова удерживать волшебника, лишь бы он не закопал Дубощита живьем.

— Никому, клянусь! — прежняя сила вернулась к Торину и отразилась в его голосе и взгляде. — Во имя Дурина, что происходит?

— За вами охотятся.

— А что если среди нас шпион? — невзначай предположил Двалин, но его взгляд устремился прямо на меня.

— Это абсурд, — возмутился Гэндальф, становясь на мою сторону.

Сердце ушло в пятки. Такого я представить не могла. Двалин все это время меня подозревал. И сейчас подвернулся повод высказать свое мнение.

— На кого ты работаешь? — Торин стремительно двигался ко мне.

— Ни на кого, — промямлила я, пятясь назад.

— Кто ищет нас? — Дубощит угрожающе поднес острие меча к моему горлу.

— Я не имею понятия!

— Торин! — вмешался Гэндальф, посохом опустив клинок вниз. — Если ты не доверяешь мисс Тернер, то ставишь под сомнение мой выбор?

— Мы ничего не знаем о ней!

— Я знаю и этого вполне достаточно, — волшебник грозно нахмурил брови. — Кто ещё сомневается в мисс Тернер?

Никто не встал на сторону Торина и на мою. Все боялись гнева волшебника. Это был не самый лучший момент для выяснения отношений. Напряжённую тишину нарушил зачинщик спора:

— Нужно убираться отсюда.

— Не получится, — на холме показался Ори, — мы остались без пони. Они сбежали.

— Что нам теперь делать? — я осмелилась подать голос.

— Я уведу их от вас, — вперёд выступил Радагаст. Не будь ситуация столь ужасной, когда каждая секунда на счету, я бы крепко обняла его, несмотря на птичьи сюрпризы.

Волшебник взобрался на свои необычные сани и помчался отвлекать врага. Помниться, я говорила, будто стоит заняться бегом. Лучше бы я этого не говорила.

Дружной цепочкой мы бежали друг за другом, стараясь не потерять дорогие припасы и оружия. Местность, по которой и был проложен наш быстро меняющейся маршрут, не предназначена для быстрых пробежек. Я постоянно отставала и оглядывалась назад.

Мы спрятались за высокой скалой. Как же мне стало стыдно, когда Бомбур дышал ровно. В глазах плясали темные пятна, и вновь проснулась жажда.

Не время расслабляться! Из отряда орков, последовавший Радагаста, отбился один. И он уверенно приближается к нам. Торин сигнально кивнул Кили, и я не осталась в стороне. Достав стрелу из колчана, натянула тетиву и вместе с Кили выстрелила. Прямое попадание в глаз орка. Теперь-то он нам не угрожал.

И вновь безумный бег. На этот раз я нашла в себе силы даже для обороны. Стрелы летели во все стороны, откуда появлялись варги. Будто я действительно давно этим занималась, но подзабыла пару основ. Все происходило само собой, стрелы находили свою цель, правда, было несколько осечек.

Пробегая через степь, я увидела, что нас окружили. И толк от стрел, если мы в ловушке. Толк от стрел, когда нет лука. Споткнувшись о спрятанный в высокой жёлтой траве камень, я неудачно упала вниз и приземлилась на единственное орудие дальней защиты. Древко хрустнуло под моим весом, как кость. Мир вокруг на мгновение стал мне безразличен. Я словно потеряла частичку самой себя, кусочек сердца, дорогу домой. Этот лук подарил мне Дэрил, когда я наконец-то научилась стрелять. Вместе с ним я попрощалась со счастливым воспоминанием о детстве. Проклятые орки! Мало того, что ночью они не дают мне покоя, ещё решил и наяву? Я этого просто так не оставлю.

Воткнув обломки в не поддающуюся землю, как могильное надгробие, я поспешила догнать отряд. Волшебник исчез из виду, что меня испугало. У Гэндальфа дурная привычка бросать друзей в беде.

— Сюда, безумцы! — над камнем показалась голубая остроконечная шляпа Гэндальфа. Забираю свои слова назад. Он вернулся очень вовремя.

Как бы сильно я не хотела оберегать отряд до самого конца, но без оружия мне оставалось лишь скрыться, чтобы спастись от неравного боя. Один за другим гномы прыгали в укрытие.

— Кили! Бегом! — крикнул Торин, и младший гном мигом оказался внутри, пока я на бегу пыталась увернуться от вражеских стрел. Они свистели над головой, практически задевали плечи. Но мне не было страшно. Я просто так не сдамся и не позволю жалким оркам лишить меня жизни.

Я бежала, не видя, что за мной гонится варг, а его наездник готовиться нанести удар в спину. Будь у меня лук, я бы пронзила стрелой его чёрное сердце.

Приблизившись к заветному проходу, я вскочила на камень и приготовилась спуститься, но что-то пошло не так, и я кубарем полетела вниз по бугристой горке. Вслед за мной спускался кто-то еще. Гномы в ужасе расступились. Лишь Фили, выступив вперед, словил меня и унес в сторону, предотвратив возможную давлю. Я с испугом смотрела на чёрную кровь, стекающую по спине мертвого орка, и от омерзения вздрогнула. Из него торчала стрела, не похожая ни на мою, ни на Кили.

— Эльфы, — с раздражением произнес Торин, рассмотрев наконечник.

Наверху происходила настоящая бойня. Топот копыт и рычание варгов сливались в единую страшную песню. Не хотелось бы мне там сейчас оказаться. Оставалось только представлять.

Прислушиваясь, я напрочь забыла, что стою на коленях в обнимку с Фили и нахожусь в паре сантиметров от его лица. Я держалась за его куртку и дрожала от испытанного.

— Тролли оказались не таким уж и страшными, — пошутила я, глядя ему в глаза.

— У тебя кровь, — смотря на мою бровь, Фили легонько провел пальцем по ушибу, от чего я зашипела и зажмурилась. Все-таки заработала травму после «поездочки» на горке.

— Бывало и хуже. Не беспокойся, — выдавив подобие улыбки, я прикоснулась к ране. — Всего лишь царапина.

— Теперь мне интересно, почему ты  называешь рассеченную бровь «царапиной».

— Я...

Я промолчала, но по выражению Фили было ясно, что он хотел услышать эту печальную историю. Я не готова рассказать об этом, не зная причины случившегося.

— Как-нибудь потом, — соврала я.

Фили ничего не оставалось, как понимающе кивнуть и помочь мне встать. Голова слегка кружилась, но это было терпимо. Главное, что мы все в безопасности.

Иногда сознание играет с нами злую шутку и заставляет содрогнуться от увиденного. Идя между двух скал, я представляю, как проход сужается и сдавливает нас. Но, чем ближе мы приближались к выходу, тем больше я ощущала легкость. Мне казалось, что сейчас меня встретят с теплыми объятьями и радостно воскликнут: «Ты вернулась! Ты дома!»

Моему удивлению не было предела, когда мы выбрались наружу. В лучах солнца величественно стояли белоснежные сооружения, напоминающие деревянные домики, издалека создающие иллюзию дворца, но это были всего лишь покои для странников, чей путь привел их сюда. Город возвышался на небольшой горе, из которой блестящими потоками стекали водопады. Шум воды уносил весь душевный груз, накопившейся за последние дни. Эти звуки казались мне необъяснимо родными, что я готова была бежать вприпрыжку к главным воротам.

— Поразительно, — на одном дыхании произнесла я, не обращая внимания на родник, в котором мокли сапоги.

— Это долина Имладрис, да, — оповестил Гэндальф. — На всеобщем наречии она известна названием…

— Ривенделл, — закончил Бильбо и с восхищенной улыбкой повернулся ко мне. — Мы в Ривенделле. Никогда бы не подумал, что увижу его собственными глазами.

— Я тоже.

На самом деле мне хотелось сказать:

— Никогда бы не подумала, что снова увижу его.

Внутри боролось двоякое чувство: одна часть твердила, будто я здесь была и до мелочи могу описать каждый коридор, каждую беседку, каждое дерево; вторая опровергала первое, объясняя тем, что я слишком устала и здесь никогда не была. Но почему же меня сюда так тянет? Сумею ли я получить ответы на свои вопросы и приблизиться к терзающей душу истине?