ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В САЛЛИ ХИЛЛ

Руки вспотели, и это раздражало.Я достаточно долго стою на крыльце знакомого дома, собираясь с духом постучаться в дверь, но конечности не слушаются либо из-за собачьего холода, либо из-за моей нерешительности. Боже... Мне правда нужно перебороть свою неуверенность и убедиться, что все получилось хорошо.Снег бесшумно ложится на землю, укрывая белоснежным одеянием абсолютно все: крыши с еле заметными сосульками, сгорбившиеся ветви деревьев, сменившие жёлтые «шубы» на молочные, пустые тратуары, дорогу, где господствует жёлтая слякать... Многие с нетерпением ждали смены погоды да и сезона, боясь остаться на Рождество без сказочной атмосферы, ведь снег - один из важнейших деталей для создания праздника. Впрочем, до Рождества ещё есть время, аж две недели, поэтому люди могут расслабиться.Я выдыхаю горячий пар изо рта, пару мгновений понаблюдав, как он тает перед носом, а после поправляю своё тёплое серое пальто, закрыв подбородок шарфом. Бр! Лютый холод! Была бы моя воля, то одним жестом прогнала бы тучи вон, позволив солнцу блаженствовать на небе. Однако этому не бывать.Откинув заманчивые мысли, я уверенно киваю. Все. Время вышло. Протянув кулачок вперёд, нажимаю ледяным указательным пальцем о звонок, ожидая отклика. Черт возьми, наконец-то я это сделала. Кровь пульсирует в висках, отвлекая моё внимание. Теперь назад дороги нет.Расправив плечи, я натягиваю приветливую (дежурную) улыбку, и как раз вовремя, ибо входная дверь с шумом открывается, а на порог выходит худая женщина с чёрными волосами, собранными в неуклюжий хвост. На её плечах красуется вязаный плед, от которого исходил сильный аромат сладких духов; её глаза туманные, опухшие, словно хозяйка только что проснулась от длительного сна, а на лице мелькает легкое недоумении. Сердце в груди сжалось, превратилось в сухофрукт и лопнуло. Боже...— Простите, вам кого? - натянула улыбку мама, взглянув на снежные хлопья за моей спиной.Боль пронзила конечности, и я чуть было не упала.Да. Сработало. Она меня не помнит. Теперь в Салли Хилл никто не помнит девочку Марго Ван де Шмидт, единственного сына уже покойного мэра - Билла Хофера и приезжего паренька Генри Ридла. Моё заклинание дало отличные плоды, только вот не могу разобраться: рада ли я этому или же нет? Сложно прощаться с теми, кого любишь. Они - моя семья. Салли Хилл был моим домом, но в один момент я всего лишилась, сбросив с плеч груз прошлого. Странно осознавать действительность и трезво реагировать на происходящее. Это вообще нормально?Я с теплотой смотрю на родную мать и сдерживаю слезы, которые так и мечтают выплеснуться наружу, пробежать по замёрзшим щекам, после чего бы те принялись покалывать. Черт, держи себя в руках, тряпка!Только было хочу ответить на вопрос, как на крыльцо выходит с угрюмой физиономией папа. Он так постарел... Вертикальные линии заполнили его лоб, у глаз собрались гусиные лапки, губы плотно сжаты, словно зашиты прочными нитями. Он сканирует меня недоверчивым взглядом, а затем расслабляется, наверное, осознав, что я не враг.— Девушка? - окликнула меня мама, из-за этого я подпрыгнула от неожиданности.Черт. Мама тепло улыбнулась и облокотилась плечом на косяк двери.— Ой, простите... Я здесь с друзьями проездом и толком ничего не знаю. Не подскажите, где здесь можно плотно и вкусно перекусить? - первое, что пришло в голову - еда.Гребаный Генри со своим обжорством! Естественно мне было известно, где в Салли Хилл вкусно кормят, просто другое ничего на ум не пришло. Если вы когда-нибудь будете проезжать мимо нашего города, обязательно загляните в «Мокко». Это райское место, без шуток.— А, конечно, - подключился к разговору отец, почесав макушку головы, — здесь недалёко есть хорошее заведение «Мокко». Его недавно отреставрировали. Самую вкусную еду вы найдёте там.Да, мы с папой всегда были солидарны в этой теме. Хорошо, что «Мокко» успели починить.Хлопаю ресницами, не желая прекращать разговор, который, увы, подходил к финалу. Вот бы растянуть эти несчастные мгновения. Мне больше не увидеть этих людей, дом, свою уютную и родную комнатку, «Старый гном», что отныне принадлежит маме. Старая жизнь Марго исчезло после её смерти в сражении с охотниками. Пришла пора прощаться.— Спасибо... Ну, я пойду. До свидания, - улыбнулась я, стиснув до дрожи челюсть.Главное не заплакать. Один. Два. Три. Три. Два. Один.Медленно пячусь назад, чуть ли не поскользнувшись из-за мороза, этим самым напугав до чертиков родителей, совсем не помнящих меня. Что ж, это к лучшему. Ведь так? Зато теперь им ничего не угрожает. Они есть друг друга, и, быть может, скоро усыновят малыша и заживут счастливо.— Будьте осторожней, милая. Берегите себя, - шутливо усмехнулся папа, торопливо прикрывая входную дверь, но потом тот останавливается и обводит взглядом серое небо, — вот это я понимаю - зима! Главное не отморозить мизинцы.Кое-как сдержав смешок, я отгоняю нахлынувшие воспоминания: отец постоянно пускал шутки с мизинцами, этим самым намекая, что нужно одеваться теплее. Он совершенно не изменился.Дерьмо, слишком тяжело оставлять их... Отпускать любимых людей - значит быть уверенным, что подобным поступком ты желаешь им счастья. Эгоисты долго не живут. Такова реальность.Входная дверь, кажется, спустя вечность, закрывается, а я разворачиваюсь спиной к дому Ван де Шмидтов и тихонько, слушая хрустящий снег под ногами, иду в никуда.

* * *— Чего так долго? - буркнул Билл, заводя двигатель своего «Хаммера».Дрожа от холода, мы с Генри стряхиваем с себя пушистый снег и кладём пакеты с вкусностями из «Мокко» на кожаные сидения, мечтая окунуться в горячую ванную. М-м, блаженство!Биллу, как и мне, тяжело покидать на веки вечные Салли Хилл, под землёй которого покоятся его родители. В этом городе он оставляет не только могилы отца и матери, но и свой дом, фамилию, обыденную жизнь.Думаю, нам повезло, что мы есть друг у друга, ибо вместе проходить сквозь преграды гораздо легче. К счастью, Хофер это знает, поэтому без сожаления, захватив с собой наследство, оставленное Томасом, покидает проклятый город.Какой кошмар, снова начался снегопад, отчего видимость ухудшилась в разы. Почему-то зимы в Салли Хилл с каждым годом суровей предыдущих. Очередное проклятье? Черт его знает.Дворники автомобиля интенсивно работают, очищая лобовое стекло от назойливых хлопьев. В такую погоду идеально сидеть перед камином, читая сопливый роман или же детектив и попивая горячий шоколад. Вот это идеальный вечер...Генри, сидящий рядом с Биллом, вручает мне мой гамбургер и тихонько сопит.— Господи, ну и холодрыга! - жалуется блондин, откусывая сэндвич.Он облокачивается спиной на сидение и облегченно выдыхает, не обращая внимания на влажные от осадков белобрысые пряди.Надеюсь, приятель не подхватит простуду.— Сейчас согреетесь, хватит ныть, - хмыкает брюнет, нажимая на газ.Вот же кретин. На дороге гололёд, а он разъезжает как ни в чем не бывало.Мимо проносятся нечеткие пейзажи магазинов, деревьев и наконец леса. Вечереет. Разноцветные огоньки, рекламные вывески, свет из окон разукрашивает белую гладь земли, отгоняя скуку и печаль. Смотря на это, складывается впечатление, будто мы в рекламном ролике.Странное чувство охватило меня в эту секунду, но я всеми силами старалась держаться твёрдой девушкой, которая точно знает, что делает.Спустя время, мы выезжаем из Салли Хилл, укутанного снегом, оставляя за спиной столько воспоминаний: и плохих, и хороших. Мы оставляем дорогих людей: живых и мёртвых. Мы перечеркиваем исписанную тетрадь, а затем бросаем её в огонь, зачарованно наблюдая как тлеет бумага.Когда понимаешь, что одна история подходит к концу, ты принимаешься за новую. Нет смысла перечитывать один и тот же черновик, друзья. Пока есть чернила - пишите. Вот вам мой бесплатный совет.Проехав мимо знака «Вы покидаете Салли Хилл», я обернулась полукругом, глядя в окно, на город, объятый густым туманом по вине обильного снегопада, и старательно игнорирую пустоту в грудной клетке. Мы никогда сюда не вернёмся, даже если сильно захотим, ибо я возвела невидимую стену для всего сверхъестественного: ничто не войдёт, ничто не выйдет... С этой минуты Салли Хилл больше не столкнется со странностями и смертями. Все кончено. Отныне это самый обычный городок Америки, штата Массачусетс, округа Эссекс.— Где планируете встретить Рождество? - спросил Генри, отпив глоток своего капучино. — Мы вот с мамой решили навестить друзей во Флориде. Как думаете, сейчас подходящее время для сёрфинга?Хофер незаметно перевёл взгляд на воодушевленного друга, а затем вновь на заснеженную дорогу, которую освещают фары и изредка мелькающие фонарные столбы.— Ты уверен в своём решении?— Да, - повернул шею к приятелю Ридл, — у вас своя дорога, у меня своя. Я обычный смертный, Билл. Рано или поздно, меня раздавят, поэтому я предпочитаю просто жить. Обычный парень обычной жизнью...Признаюсь, мне совершенно не по душе внезапное решение Генри оставить нас и отправиться в Нью-Йорк. Он мечтает поступить в престижный колледж и обустроиться на одном месте, параллельно зарабатывая деньги на подработке. Я думала, что мы будем путешествовать вместе, однако... Видимо, он правда устал от всего сумеречного мира.— Ясно. Это твой выбор, и я его уважаю, - серьёзным тоном одобрил инициативу блондина оборотень, барабаня пальцами о руль.Врет же. Мне говорил совсем другие вещи.— Но если передумаешь, мы всегда рады тебя видеть. Втроём быстрее уничтожим всех охотников. Первые наши жертвы в Амхерсте, через них выйдем на остальных. Будет весело, - подмигнула я, облокотившись руками на сидение Хофера.— Да ты и одна неплохо справляешься, - улыбнулся Генри, — тебе даже Билл не нужен.— Эй! Следи за языком, придурок, - обижено фыркнул тот, взглядом убивая Ридла.Я лучезарно улыбнулась, испытывая щекотку внутри, от который закружилась голова.— А ты следи за дорогой, - ответил второй, — водишь, как слепая курица.— Да я вижу ты последних извилин лишился, раз дерзишь оборотню? Совсем уже спятил?Генри приподнял одну бровь и ехидно хмыкнул, покачав головой.— А что, правда глаза колит? Цыплёнок Билл.И началось. Они вечно спорят и дразнят друг друга, как дети малые, ей Богу! Я, театрально закатив глаза, откинулась на спинку сидения, невольно став зрителем дешевого спектакля двух придурков. Парни громко разговаривают, пуская едкие шуточки и требуя моего вмешательства. Иногда так и хочется зашить им рты, чтобы хоть на мгновение насладиться тишиной.Я устремляю взгляд в окно и глубоко вздыхаю, играясь пальцами с браслетом на кисти руки. Не верится, что всем кошмарам в Салли Хилл пришёл конец. Кошмарам в моей жизни пришёл конец... Столько взлётов и падений, столько слез и боли, столько смертей и битв. Мы заслужили быть счастливыми, потому что жизнь отняла у нас всё дорогое, однако мы вернём потерянное обратно и будем счастливы. Да, именно так все и будет!Веки тяжелеют, а легкая тряска убаюкивает сознание... Незаметно для самой себя, я проваливаюсь в глубокий сон, где мелькают старые лица, полные любви и слышны... нет, не шепоты. Слышны голоса мамы и папы. Наконец-то никто не пытается связаться со мной, и мои сны безмятежны.Скоро машина проезжает знак «Добро пожаловать в Салли Хилл», навсегда покинув родные темные края... И за завесой серого тумана скрылся проклятый город... Город, полный загадок и волшебства.