Глава 20

Я чувствую это, мое сердце разбито, пожалуйста, не говори,

Что ты знаешь это, ведь ты же знаешь,

Я не переношу это, я нетерпеливый, скажи мне, детка.

Теперь я знаю, тебе лучше уйти.

Знаю, я влюблен в тебя, детка,

И это не то, чего я хочу.

( The Neighbourhood "Cry Baby")

Треклятый Эйден. Вот надо было ему подойти именно сейчас и задать этот идиотский вопрос... Джейми и я отпрянули друг от друга, смотря то друг на друга, то на общего друга, то на Колетт, вставшую около него и виновато кидавшую на меня взгляды. Больших усилий стоило мне устоять на месте и не рухнуть на асфальт от переизбытка чувств. То, что сейчас произошло между мной и Джейми, казалось каким-то наваждением, словно я сама все это выдумала сейчас.

- Так что вы здесь делали? – повторил Эйден, и у меня появилось желание задушить его.

Он слепой или не видит, в каком замешательстве мы находимся? Что мы сами не понимаем, что тут делали... Мир качнулся перед глазами. Джейми флиртовал со мной, соблазнял, отвечал взаимностью на мои действия. С ума сойти. Я незаметно ущипнула себя, все еще не веря, что это реально произошло. Кинув на него взгляд, я заметила, как он помрачнел и насупился, смотря на Эйдена так, что наш друг решил наконец-то заткнуться и не приставать к нам с этим тупым вопросом. Джейми провел рукой по волосам и, не глядя на меня, прошел мимо, кинув нам:

- И долго вас ждать?

- Псих, откуда я должен знать, в каком направлении мы двигаемся? – хохотнул Эйден, поравнявшись с ним.

Они о чем-то зашептались, что позволяло мне побыть наедине с моей подругой. Колетт поглядывала на нас, и это жутко напрягало. Мой взгляд уткнулся в спину Джейми, и невольно перед глазами вновь пронеслись картины прошедших минут, отчего моя кожа покрылась мурашками. Положив руку на шею, я начала массировать ее, ощущая жжение в ней, словно что-то горело изнутри. Покрутив головой, я потерлась об плечо, все еще пытаясь избавиться от этого чувства, приятно отзывавшегося во всем теле.

- Ты хочешь поговорить о том, что произошло между вами? – аккуратно спросила Колетт.

- Нет, - коротко ответила я.

В воздухе все еще стоял терпкий аромат Джейми, руками я все еще ощущала гладкость и силу натренированного тела, кожей все еще чувствовала его прикосновения, доводящие меня до иступления. Он буйный, страстный и весьма чувствительный – это то, что я поняла за время нашего короткого «разговора». И к сожалению, это распаляло меня еще больше, заводило, заставляя додумывать, что могло произойти между нами, если бы Эйден не остановил нас. Я хотела знать, на что способен Джейми, увидеть его в том состоянии, когда он больше не может контролировать себя, испытать тот взрыв эмоций и чувств, который был способен подарить мне только этот человек. Каждый нерв сейчас в моем теле реагировал так, что внутренний огонь грозил сжечь меня.

Я вновь посмотрела на Джейми, что шел впереди и не оборачивался, взглядом пыталась сделать так, чтобы он хотя бы на одну секунду взглянул на меня, но мои попытки были тщетными. Обсудив что-то еще, парни замедлились, и, стоило нам поравняться с ними, Эйден тут же завел разговор с Коко, пытаясь вовлечь в него и нас. Однако и я, и Джейми молчали, словно набрав в рот воды. Я оказалась рядом с ним, потянулась к нему рукой, дотронувшись до его пальцев, и получила такой ответ, что захотелось перемотать минуту своей жизни и не совершать столь опрометчивый поступок: он яростно оттолкнул мою руку, взглянув на меня так, словно ненавидел меня, и рявкнул:

- Не надо трогать меня. Когда ты уже отстанешь?

Взгляд, полный ярости, голос, выражающий злость, движения, резкие и хаотичные, и слова, жестокие, холодные, красноречиво говорили о том, что на самом деле испытывает Джейми. Это больно ранило меня.

Я замедлилась, идя позади них и смотря себе под ноги. В глазах появились слезы. Черт, только не сейчас, только не сейчас... Я не могу позволить себе проявить чувства здесь, в эту самую минуту, не хочу, чтобы кто-то из них заметил меня в таком виде. Тихо шмыгнув носом, я вытерла слезу, скатывающуюся по щеке. Меня отвергают. Вновь. Ноги двигались сами по себе, переступая лужи и ямы, шагая вперед, и остановились ровно напротив дверей бара, куда только что зашли Эйден, Коко и Джейми. Я встала перед порогом, решая, стоит ли мне сделать то же самое, готова ли терпеть это напряжение, что висит между мной и им. Решив, я вновь провела руками по щекам, стирая остатки слез, затем несколько минут постояла на улице, чтобы окончательно прийти в себя, а после открыла дверь, погружаясь в какофонию звуков. Люди сновали туда-сюда, таская в руках кружки пива, бокалы с янтарной жидкостью, стопки с прозрачной, и во многих из них угадывались знакомые лица. Мы кивали друг другу, когда я проходила мимо них, смущенно улыбались с теми, кто был малознаком и стеснялся так же, как и я.

Бар, большой и достаточно уютный, напоминал мне Заброшку, в котором всегда было многолюдно, шумно и весело. Каменные стены с уложенными и покрашенными в белый цвет кирпичами, деревянные столы и стойки, вокруг которых столпились люди, приглушенный свет, что позволял погрузиться атмосферно – зал был похож на погреб какого-нибудь европейского замка. Вытерев руки об джинсы, я нерешительно направилась к бару, потеряв из виду друзей, и опустилась на стул, глядя на меловую доску, где были расписаны напитки и ценники. Честно? Хотелось напиться до беспамятства, чтобы не вспоминать сегодняшний вечер, а лучше – забыть навсегда. Я подозвала бармена.

- "Лонг Айленд", пожалуйста, - еле выговорила я, пытаясь проглотить ком в горле.

Мне очень сильно хотелось плакать, но приходилось сдерживать себя. В груди болезненно ныло, и я погладила кожу в том месте, представляя, что успокаиваю свое  сердце, латаю раны на нем.

- Все хорошо? – спросила девушка, смешивая ингредиенты и посматривая на меня.

Я слабо кивнула головой, не находя в себе силы на разговоры. Все в порядке. Все в порядке вещей. За эти годы мне нужно было привыкнуть к тому факту, что ничего не будет, что все мои мечты относительно Джейми так и останутся мечтами, но нет, глупое сердце всегда верило, что однажды любовь случится, однажды он увидит во мне девушку своей жизни. Ха! Стало смешно от этой мысли, и я рассмеялась, испытывая слабость в руках. Схватив свой бокал с готовым напитком, я залпом выпила все содержимое, ощущая приятную сладость во рту.

- Еще, - сказала я, делая последний глоток. – три. И добавьте  в заказ "Зомби".

- Плохой вечер? – поинтересовалась барменша, занимаясь пока другим заказом.

Я зажмурилась от шума, что сводил с ума: люди кричали как идиоты. Рядом кто-то сел, но это меня нисколько не интересовало.

- Плохой вечер, - ответила я, ловя второй бокал и также заливая его в себя.

Мне было плевать на вкус, лишь только перестать испытывать эту тупую боль в груди.

- Сколько она уже выпила? – раздался рядом знакомый голос.

- Пока два, - ответила барменша.

- Не наливайте ей больше.

Тяжелая рука опустилась мне на спину, и все внутри воспротивилось этому жесту, однако я не остановила его. Повернув голову к нему, я увидела Виктора, что обеспокоенно смотрел на меня. Его рука переместились на мое лицо, касаясь щеки.

- Что случилось, милая? – спросил он, и я всхлипнула, понимая, как все это неправильно. – Мы вместе решим твои проблемы, только скажи, что тебя гложет.

Мне стало противно от самой себя. Я плохой человек, не заслуживающий такого парня, как Виктор.

- Просто я глупая, - хныкала я, тыльной стороной ладони вытирая нос. – Глупая, доверчивая и ранимая.

- Тебя кто-то обидел? – мягко спросил он, заключая меня в объятия, и я обвила его шею руками, утыкаясь в плечо.

Рыдания душили меня, не оставляя никаких шансов.

- Нет, - прохрипела я, - никто не обижал. Просто несбыточные мечты и неоправданные надежды. Я сама во всем виновата.

- Ты расскажешь мне об этом? – лаская меня, спросил Виктор.

- Нет, - ответила я, наслаждаясь поглаживаниями. – Это не стоит твоего внимания.

Он отстранился от меня и заглянул в глаза.

- Все, что касается тебя, стоит моего пристального внимания.

Виктор мягко улыбнулся, полоснув тем самым мое сердце, и я почувствовала себя таким мерзким и гадким человеком, что хотелось перестать существовать. Как я могу смотреть ему в глаза и делать вид, что между мной и Джейми ничего не было? Как я могу врать и продолжать дальше встречаться с ним, когда прекрасно понимаю, что мое сердце принадлежит другому? Когда знаю, что не смогу отдаться ему полностью, все время думая и представляя Джейми? Не-е-ет, это невозможно. Я не могу обманывать Виктора, не могу играть на его чувствах, не могу делать ему больно. Я не такая.

- Почему ты такой? – еле ворочая языком, спросила я.

- Какой? – нахмурился Виктор.

Я придвинулась к нему, отмечая, что звуки стали громче, а свет ярче, и положила руку на его лицо, водя большим пальцем по скуле.

- Ты такой добрый, такой чуткий, такой... такой..., - сбивчиво говорила я, - заботливый. У тебя такое благородное сердце.

Я положила ему руку на грудь, ощущая, как под ней пульсирует наша главная мышца. Виктор обеспокоенно посмотрел на меня.

- Валери, ты пугаешь меня.

Я хмыкнула, поворачиваясь к барной стойке и выхватывая у мужчины из рук бокал с неизвестной мне жидкостью. Выпив содержимое залпом, я поняла, что это был виски. Он возмущенно что-то прокричал, на что Виктор что-то сказал ему, и это успокоило недовольного посетителя. Я была неправа, но мне хотелось выпить. Для храбрости.

- Что случилось, птичка? – забрал у меня пустой стакан Виктор.

- Птичка, тыковка, нимфа, - как еще меня будут называть? – горько рассмеялась я. – Можно еще детка, малышка, сладенькая и что там еще обычно говорят в паре?

Я ударила по стойке кулаком, ощущая, как злость буквально растекается по телу. Чертов Джейми! Как мне было бы легче, если я не знала бы его, если бы он родился в другом городе, стране, а лучше - на другом полушарии! Ненавижу его, ненавижу! Он не дает мне жить, наслаждаться теми единственными отношениями, которые завязались у меня впервые после трех лет перерыва, чувствовать себя любимой и защищенной... Вместо всего этого я изменяю своему парню, предаю его одними только мыслями о Джейми, что похитил мое сердце и отказывается отдавать его. Захотелось закричать во все горло, выместить эту боль, что годами копилась во мне.

- Вал, пожалуйста, не закрывайся от меня, - умоляющего сказал Виктор, и я вновь горько рассмеялась.

- Ты такой добрый, такой чистый, как тебя угораздило обратить внимание на меня?

- Почему ты так говоришь?

В его голосе отчетливо читался испуг.

- Потому что я не достойна тебя, - плечи дернулись, и я развела руки в стороны. – Не достойна. Посмотри меня: я – фарс, маска, оболочка, что скрывает такое дерьмо, о котором лучше никому не знать!

Я хохотнула, понимая, что алкоголь сильно ударил по моей голове, что потеряла контроль и готова выложить всю правду человеку, который никогда меня за нее не простит.

- Не говори так, пожалуйста!

Виктор попытался приобнять меня, но я не дала, увернувшись от него.

- Ты понимаешь, насколько ты идеальный? – прогнусавила я, шмыгая носом. – Я не достойна тебя, - вспомнились все мысли о Джейми, все сны, все представления, и мне стало противно, что я позволяла себе делать это в отношениях. – Я гадкая, мерзкая, отвратительная, ненадежная дура, что не смогла уследить за самым важным – за своим сердцем, - я положила его руку к себе на грудь, заставив посмотреть мне в глаза. – Виктор, я не хочу ранить тебя, не хочу разбить твое чистое сердце, поэтому давай расстанемся?

Он застыл, глядя на меня так, словно я сморозила какую-то чушь, а затем обеспокоенно заерзал на стуле. У меня же все разрывалось внутри от  боли.

- Что ты такое говоришь? – нервно бросил он. – Ты слишком пьяна, чтобы трезво мыслить.

Он захотел встать, но я потянула его за руку, усаживая обратно.

- Нет, я не пьяна настолько, чтобы не понимать, что я говорю, - Виктор задрожал, и мне захотелось прижать его к себе. – Я говорю всерьез. Я не люблю тебя.

- Мы с тобой встречаемся не так долго, чтобы такое чувство возникло, - протороторил он.

- Оно и не возникнет, - горько прошептала я.

- Почему?! Почему ты так говоришь?! – вскочил Виктор, хватая меня за руки. – Что случилось, Валери?! Я как-то обидел тебя?! Что я сделал?

Сердце сжалось от боли за него.

- Нет, ничего не случилось, - соврала я, пытаясь опустить его обратно на стул. – Просто я не могу ответить взаимностью на твои чувства.

Теперь я понимаю Джейми. Невозможно быть рядом с тем, кого ты не любишь, и строить вид, что он тебе действительно интересен как партнер. Если чувств нет, значит, это фарс. Насильно мил не будешь.

- Но все было хорошо, - сбивчиво проговорил Виктор, не выпуская мою руку. – Все было хорошо до определенного момента...

Он погрузился в свои собственные мысли, пытаясь понять, где и откуда это пошло, на что я потянула его к себе и заключила в объятия.

- Ты навсегда останешься для меня близким человеком, с которым мне было очень хорошо, который был для чутким другом и невероятным парнем с крутым чувством юмора, - прошептала я ему на ухо, больше не сдерживая слезы и всхлипы. – Я всегда буду рядом, если тебе это понадобится, всегда выслушаю, помогу и сделаю все возможное, чтобы тебе было легче, - руки Виктора сжались на моей спине.

- Не бросай меня, Валери, - прохрипел он, также не сдерживая чувств. – Молю тебя, Валери, не бросай меня...

Я заплакала еще сильнее, ощущая себя мерзкой сукой, не заслуживающей ничего хорошего в этой жизни. Я делаю человеку больно, делаю так, что его сердце сейчас разрывается от чувств.... «Изверг, ты просто монстр», - пронеслось у меня в голове, и я зарыдала, то и дело громко всхлипывая.

- Но я больше не могу, - сказала я в ответ, отстранилась, не слушая возгласы воспротивившегося Виктора, чмокнула его в щеку и кое-как слезла со стула.

Нетвердой походкой я направилась к двери, испытывая такую пустоту внутри себя, что хотелось выть волком и бить себя по груди, лишь бы только это проклятое чувство исчезло. Перед тем, как открыть дверь, я повернула голову в сторону и наткнулась на пронзительно смотрящего на меня Джейми, который, как я уверена, видел все, что происходило между мной и Виктором. Его взгляд выражал сочувствие. Сука. Да пошел ты на хер со своей жалостью.

Отвернувшись, я все же вышла на улицу, вдыхая прохладный воздух и направилась к общежитию, оплакивая свои несбывшиеся мечты.