Глава 11

Раздался хлопок, после которого Коко вытащила пробку из бутылки вина, разливая его по трем бокалам. Вечер субботы мы решили провести вместе, как делали это раньше, сметая с полок магазина разные вкусности, выпивая бокал полусладкого и обсуждая все, что у нас накопилось за неделю. Мы делали это не так часто, как хотелось бы, но сегодняшняя возможность – это дар. Учеба буквально заполонила все, каждый день преподаватели устраивали коллоквиумы, тесты и практические. Мы звали своих друзей и знакомых, чтобы под пристальным взглядом профессоров сделать профессиональную чистку зубов, диагностировать различные заболевания, а иногда даже лечить зубы. Теория и практика смешались и превратились в буйную стихию, разбивая студентов о скалы их неподготовленности.

Откинув голову, я облокотилась на царгу кровати, ощущая из-за работы приятную ноющую боль в пояснице. Вот уже неделю как я работаю в кафе. Все мое время было заполнено ворохом дел, что не давало мне думать о Джейми и позволяло отвлечься, не зацикливаясь на человеке. О нем я не слышала уже больше 10 дней – это одновременно радовало и расстраивало меня. Скажу честно: я хотела, чтобы он был рядом, хотела видеть этого человека каждый день, как это было раньше, когда я еще училась в школе, хотела слушать его раскатистый смех и низкий голос, смотреть в серо-голубые глаза, трогать ямочку на щеке, водить пальцами по острым скулам, трогать шелковистые волосы. Я хотела и при это понимала, что все это неправильно, что это разрушает меня, мою жизнь, не позволяет наладить все то, что он уже успел разрушить (как минимум, мою психику).

Хоть мы и жили на одном этаже в паре комнат друг от друга, я так и не смогла даже мельком увидеть его, хотя Альму встречала достаточно часто. Она была мила в общении со мной, нередко предлагала зайти к ней в гости, расспрашивала об учебе, о моем брате, о его компании, но о Джейми никто из нас не решался заговорить, словно каждая понимала, что он - запретная тема. Да, я невероятно сильно желала узнать, что с ним, где он, как проводит время, но в то же время ощущала облегчение оттого, что его не было в моей жизни. Иногда я думаю, что жизнь решила сыграть со мной в злую шутку, сделав так, что этот человек учится в моем университете. Не Эйден, не Харви, не Рафаэль, не Зейн, к которым я испытывала сестринскую любовь, а Джейми, значащего для меня гораздо больше, чем мне бы того хотелось.

Последняя наша встреча с ним, представляющая собой исключительно стычку двух людей, заставила меня понять, что чувства к нему у меня такие же сильные, как и раньше. Эти горящие глаза, вздутая вена на шее, сжатые челюсти, желваки, играющие на скулах - я обожала его буйный характер. Увы, но мне не нравились спокойные мальчики, у которых все размеренно и просто. Я любила состояние, когда ты испытываешь с человеком волнение, когда тебя пробирает дрожь от его взгляда, полного влечения, когда внутри все распаляется от риска, которому вы подвергаетесь каждый день, переступая какую-то грань общепринятого. Я любила опасность. Почему? Потому что Джейми приручил ее, сделав частью себя. Теперь он и есть сама опасность.

Пригубив вина, я провела пальцем по губе, стирая каплю, оставшуюся на ней, а затем в один миг осушила бокал, ощущая какую-то пустоту, причина которой была и так ясна. Оливер открыл пакет чипсов со вкусом бекона, предложив мне, а Коко в это время залпом выпила все. По этому жесту я поняла, что она была в таком ж дерьмовом состоянии, что и я. Хотелось забыться, раствориться, перестать на мгновение существовать и испытывать эту тоску, разрывающую сердце. Тоску, возникшую оттого, что его не было рядом.

- Устал как собака, - выдохнул Оливер и стал разминать шею.

- Завал по учебе? – поинтересовалась я, наливая вино в бокал.

Коко сняла с себя футболку, оставшись в одном топе, отчего нашему взору открылся вид на ее грудь. Все-таки нет ничего прекраснее женского тела. Невольно вспомнился Джейми в душе, и в голове произошла корректировка мысли: нет ничего красивее человеческого тела. Усмехнувшись, я сделала большой глоток и принялась есть копченный сыр, вкус которого идеально гармонировал с напитком. Божественно.

- Мне уже во сне снять выкройки и шитье, - скорчил лицо Оливер, набросившись на чипсы.

- Это доставляет тебе дискомфорт? – тихо спросила Коко, вытягивая ноги.

- Иногда, - отозвался он. – Мне сейчас сложно понять себя. Иногда кажется, что я на своем месте, что я люблю это дело, создавать новые вещи, которые постоянно крутятся в моей голове и ищут выхода в свет, но иногда так тяжело, так..., - пытался подобрать слово Оливер, меняясь в лице, - оно как будто лежит мертвым грузом на моих плечах, - он запустил руку в волосы, взъерошив их. - Я, наверное, просто устал.

Коко слабо улыбнулась, подползла к нему и приобняла, чмокнув в висок.

- Любое решение, которое ты примешь, мы поддержим, - Оливер благодарно посмотрел в ее лицо. – Не мигнув и глазом, - добавила Коко.

- Не моргнув, - поправил ее Оливер и рассмеялся.

- Не моргнув, - повторила Коко, явно бывшая на веселе.

Я вновь глотнула, с наслаждением отмечая терпкий вкус вина и его сладость, а затем сказала:

- Главное, чтобы ты чувствовал себя комфортно. Занимаясь тем, что не нравится, ты никогда не сможешь стать по-настоящему счастливым.

- Тогда почему ты занимаешься тем, что тебе не нравится? – тихо спросил меня Оливер.

- О чем ты?

Я села ровно, ощущая легкое головокружение. Вино действует на меня быстрее, чем я рассчитывала.

- Только не делай вид, что не понимаешь, о чем я, - он закинул чипсы в рот и шумно начал жевать.

Я скривилась.

- Но я правда не понимаю, о чем ты.

Коко плеснула вина себе в бокал и залпом опустошила его, после чего обратилась ко мне, пронзая взглядом:

- Ты ведь сохнешь по Джейми до сих пор, но продолжаешь встречаться с Виктором.

Я пришла в замешательство.

- Ты сама поспособствовала нашему знакомству! – с обвинением в голосе воскликнула я.

- Да, но я ведь не знала, что ты испытываешь настолько сильные чувства к этому Аполлону, - она вскинула брови и в ожидании ответа насмешливо посмотрела на меня.

- Я ничего к нему не испытываю, - тихо прорычала я, хватая бутылку и залпом выпивая все, что в ней осталось.

Я хочу перестать слышать это, чувствовать это, переживать это. Дикая усталость навалилась на меня, и я, схватив телефон, набрала уже выученный наизусть номер.

- Кому ты звонишь? – нахмурившись, поинтересовался Оливер и привстал.

- Виктору.

- Зачем? – горько усмехнулась она, и я сбросила вызов. – Зачем ты пытаешься заменить одного человека другим?

Я вспыхнула от злости, совершенно не понимая, зачем она все это делает, зачем провоцирует меня.

- И ты смеешь говорить это?! – огрызнулась я. – Ты?! Та, что бегает от Тибо, начинает встречаться с каким-то Романо, о котором мы даже никогда не слышали!

- Мы говорим сейчас не обо мне! – прокричала она, резко повернувшись ко мне и тыкая пальцем, - пытаемся разобраться с твоей личной жизнью!

- А вас кто-то об этом просил? – возразила я, надвигаясь на нее. Оливер встал перед ней так, словно я была способна ударить ее. Я опешила, замерев на месте. – Я просила вас разбираться с МОЕЙ ЛИЧНОЙ ЖИЗНЬЮ?! – на глаза навернулись слезы, и я отвернулась, не желая показывать им, что сейчас мое сердце уязвимо. – Я довольна своей жизнью, своими отношениями и своим выбором, - мой голос дрогнул. – Вместо того, чтобы осуждать меня, вы могли бы поддержать и просто не напоминать о том, кого я не хочу, - выделяя эти слова, всхлипнула я, - видеть... в своей жизни...

Оливер заботливо обнял меня, и я уткнулась в его плечо, плача во весь голос и чувствуя такую боль, от которой разрывалось сердце. Я оплакивала свои несбывшиеся мечты, неоправданные надежды, чувства, что остались без ответа. Сложно отпускать человека, которого ты любишь так долго, так сильно, даже если понимаешь, что его сердце тебе не принадлежит и никогда не будет принадлежать.

Коко подошла ко мне сзади и обняла, поглаживая мою голову.

- Прости, - понизив голос, произнесла она. – Я была неправа.

Я кивнула головой, шмыгнула носом и отстранилась от Оливера, ощущая, как стало легче. В дверь кто-то постучал, и я поспешила привести себя в порядок, чтобы не предстать перед людьми в таком виде. Удостоверившись, что я в порядке, Оливер отпер замок и в дверном проеме показался Тибо и Брендон. Когда Тибо зашел, ему пришлось нагнуться, чтобы не удариться головой. Брендон усмехнулся, показывая на себя, затем на него.

- Я чувствую себя клопом рядом с ним, - покачал головой он.

Тибо, услышав это, хохотнул и потрепал друга по голове, а затем подошел к каждому из нас и заключил в объятия. Когда он дошел до Коко, по его лицу пробежала тень, и он едва коснулся ее. Ее щеки заалели, она потупила взгляд и сделала шаг назад. Я буквально физически ощутила, как ей было больно. Не хотелось признавать это, но отчасти она сама была виновата. Ей не стоило играть с ним. Подойдя к ней, я ободряюще улыбнулась, щелкнула ее по носу и поцеловала в щечку. Я буду рядом с Колетт и не дам ее в обиду.

Брендон окинул взором все, что валялось на двух столах и кроватях, а затем ухмыльнулся.

- Что ж вы сразу не сказали, что у нас намечается такая тусовка?

Я хохотнула при виде его лица и того, как он стал водить язык по верхней губе, набрасывая на еду. Его светлые волосы были уложены набок, отчего акцент приходился ровно на экзотичные янтарные глаза, что всегда смотрели на тебя так, словно он знал, что ты что-то от него скрываешь. Это неудивительно, ведь все юристы должны обладать проницательностью.

- Тебе бы только брюхо набить, - по-доброму цокнул Тибо, хватая новую бутылку вина и открывая ее буквально за несколько секунд.

- Слушай, - с набитым ртом кинул Брендон, - ты ко мне не лезь. Я голодный как волк и готов сожрать слона.

- Вообще-то мамонта, - поправила Коко, усмехнувшись.

- Мамонты вымерли, на смену пришли слоны, - пожал плечами Брендон, затем кивнул на пакеты, что они принесли. – Мы тут вам кое-что принесли.

Оливер, который за это время не проронил ни слова, подошел к ним и открыл, чертыхаясь.

- Здесь китайская еда! – благоговейно воскликнул он.

Оливер обожал китайскую еду, но в нашем студгородке нет азиатской кухни, и, чтобы дойти до ближайшего заведения, необходимо около двух часов побыть в дороге. Как хорошо все совпало. Он радостно захлопал в ладоши и принялся распаковывать еду. Брендон улыбнулся при виде счастливого Оливера, как и мы все в принципе. Схватив свой бокал, я подставила его Тибо, который любезно согласился наполнить его до краев, а затем стала прихлебывать, смеясь почти над каждым словом, произносимым Брендоном. Мне уже было хорошо. Затуманенный разум, заплетающийся язык, непослушное тело – кайф. Рухнув на пол, я немного пролила вина на пол, на что Коко фыркнула и поспешила помочь с уборкой, а затем села рядом со мной, избегая Тибо.

- Ты скоро заканчиваешь университет? – спросила я Брендона.

- Это последний курс. Через два месяца у нас практика, и, в принципе, в университете нам уже нечего будет делать, - он потянулся к лапше Оливера, который охотно поделился с ним.

Обалдеть, нас он готов был сожрать, когда мы просили хотя бы одну макарошку. Вот гавнюк.

- А как у вас осуществляется практика? – обратилась Коко к Брендону.

- Мы сами должны найти место в каких-нибудь юридических фирмах, где будет осуществляться наша практика. Стажеров берут часто, но вылетают они оттуда как пробки, - ответил Бредон.

- Ты где-нибудь нашел место? – продолжила она.

Он кивнул.

- «Саливан и Кромвель», - мы внимательно посмотрели на него, молча требуя объяснения. – Международная юридическая фирма в Нью-Йорке.

- Одна из крупнейших, - добавил Оливер.

Я восхищенно хлопнула Брендона по плечу, Коко пожала ему руку, Тибо словно в оправдание кинул:

- Я изначально обо всем знал и успел первым поздравить его.

Брендон засмеялся, толкнув его.

- Да, он был с самого начала со мной.

- Держал его потные ручонки, когда он открывал письмо, - кривлялся Тибо.

Мы засмеялись, а между парнями завязалась шуточная драка.

- С одной стороны сидел Тибо, а с другой – Джейми, - криво улыбнулся Брендон, когда они успокоились и заняли свои прежние места. – Я очень переживал.

Я замерла при одном упоминании имени этого человека, а затем бросилась к бокалу, вновь вливая в себя все, что там было. Я просто хочу перестать слышать что-либо об этом человеке. Неужели я так многого прошу?

- А Джейми нашел место? – вдруг спросил Тибо. – На момент, когда тебе прислали письмо, он еще даже заявку не отправил.

Брендон посмеялся и фыркнул:

- На дороге у этого черта помех не бывает, - Тибо вскинул брови и улыбнулся. – Все, за что берется этот бес, получается у него с первого раза, да еще так, что потом у всех рты остаются открытыми. Так что за него переживать не надо.

- Правда? – с интересом продолжил Тибо, глянув на меня. – Он настолько крутой?

- Пф-ф-ф, лучший из лучших! – воскликнул Брендон. – Джейми пашет как вол. Умнее его я еще никогда никого не встречал: он знает все о своем деле, все законы, все лазейки. У чувака такая логика, что я побоялся бы встретиться с ним в суде в качестве оппонента. Правда, - он склонился, понизив голос до шепота. – Не завидую тем, кто когда-нибудь перейдет ему дорогу. Он поставит его на колени и заставит пожалеть, - Брендон кивнул головой и вскинул бровь. - Я бы не хотел иметь такого врага.

Я знаю. Джейми, если берется за что-то, то всегда доводит дело до совершенства, становясь неуязвимым для кого-либо. Всегда, абсолютно всегда, когда требовалась осторожность, логика и максимальная аккуратность в работе, мой брат и его друзья решали передать дело Джейми, который никогда не допускал ошибок. Я до сих пор вспоминаю его гениальные решения, касающихся наших отцов, когда он и вся Шестерка не оставили для них ни единого выхода и обрекли на вечное заточение.

- Где он будет проходить практику? – я посмотрела в глаза Брендона.

- В WLRK, - ответил он, нахмурившись и подходя к окну.

Коко взяла телефон в непослушные руки и загуглила название.

- Нихрена себе, - вырвалось у нее. Она пролистнула страницу, быстро пробегая глазами текст. – Это лучшая юридическая компания в мире, к тому же самая прибыльная. Крупнейшие сделки фирмы заключают через нее.

Я схватила бутылку вина и начала жадно пить прямо из нее. Еще немного, и этой ночью я больше не вспомню о нем.

- Ребят, - донесся до нас озабоченный голос Брендона. Мы повернулись к нему, наблюдающему за чем-то в окне, - там полицейские, - я случайно выронила бутылку, с грохотом упавшую на пол. На полу быстро образовалась лужа. Мы с Коко, Оливером и Тибо переглянулись. – Твою мать! – воскликнул Брендон, настежь открывая окно.

- Что там? – испуганно спросила Коко, хватая Тибо за руку.

Тот стиснул ее ладонь, прижав к себе, Брендон повернулся к нам, и я увидела, как побелело его лицо.

- Труп, - ответил он,выбегая из комнаты, – там лежит окровавленный труп какого-то парня.