Глава 2

Ответив на очередной вопрос преподавателя, я сделала несколько пометок в тетради и нарисовала по памяти шестой зуб, отмечая все ткани. Рядом сидела Колетт, наматывающая на длинный палец зеленые прядки волос и что-то активно пишущая в тетради. Нас окружало несколько десятков студентов: некоторые из них откровенно ничего не делали (как они будут сдавать экзамены?!), некоторые спали после тяжелой рабочей ночи, некоторые так же строчили в тетрадях, испытывая откровенный страх не успеть за преподавателем. Миссис Руффало бежала впереди паровоза и всегда рассказывала свои лекции так, словно вот-вот начнется война и она не успеет показать нам фотографию очередного зуба, который ей удалось вылечить, а затем вновь рассказать, как она храбро сражалась за него чуть ли не насмерть. Фантазерка! Но одно я могу сказать точно: она высококвалифицированный специалист с манией величия. Точка.

Я правда всегда хотела быть стоматологом. То, как наш дантист копошился в моем рту, как он увлеченно лечил мои зубы, как подпевал песням, что играли по радио, как рассказывал о новой предстоящей конференции, вдохновило меня на то, чтобы я пошла вразрез своим родителям и заявила им в тринадцать, что буду не дипломатом, а стоматологом. Нельзя сказать, что они с радостью приняли мое решение – мои родители были откровенными психопатами, и то, что мама сейчас лежит в психиатрической больнице, а папа «трагически» погиб, меня никак не трогало. Вы можете посчитать меня самым мерзким человеком на земле, но мой отец годами избивал моего брата, чуть не изнасиловал его девушку, убил своего лучшего друга, а еще состоял в мафиозной группировке.

При одном только упоминании его меня передернуло, и во рту появилась горечь ярости и обиды. Из-за него моя сестра на долгие годы оказалась в кресле-каталке, из-за него мой брат сходил с ума, из-за него я... Нет! Тряхнув головой, я вновь вернулась лекции, ответила на очередной вопрос миссис Руффало, а затем сделала небольшую запись. Вдруг Коко тыкнула в меня своим ноготком, и я тихо ойкнула.

- Почему ты собрала волосы в хвост? – спросила тихо она.

Я недоуменно посмотрела на нее. Она реально хочет сейчас обсуждать именно это?

- Они мне мешают.

- Да иди ты нахрен.

Она схватила мою резинку и сдернула ее с волос, из-за чего они веером рассыпались по моим плечам.

Миссис Руффало повернулась именно в этот момент, и я сделала вид, что у меня что-то упало, из-за чего юркнула под парту.

- Ты что творишь? – шикнула на нее я, ударив в коленку.

Она ехидно улыбнулась.

- У тебя такие красивые волосы, а ты собираешь их вечно хвост!

- Они лезут в глаза.

- Ну и пусть лезут тому, кто потом намотает их на кулак. Виктору, например.

Она подмигнула мне, и я закатила глаза, представляя, как Виктор-красавчик берет меня за волосы, отчего мне приходится откинуть голову назад. В моих фантазиях у него почему-то были большие серо-голубые глаза, невероятные пухлые розовые губы с серебристым колечком, острые скулы, проколотые уши и длинные до плеч пшеничные волосы... Я резко распахнула глаза, словно меня окатили ушатом холодной воды, и в ужасе уставилась на Коко.

- Что случилось? – спросила она шепотом.

Я попыталась выкинуть из головы этот образ, но он все никак не уходил, вновь и вновь возникая перед глазами. Да что ж это такое! Я не вспоминала человека уже два с половиной года, а тут...

- Ничего, - быстро произнесла, прогоняю до ужаса знакомое и невероятно красивое лицо.

Слава Богу, от дальнейших разъяснений меня спасла миссис Руффало, которая объявила о завершении лекции и предупредила нас о предстоящем коллоквиуме. Мы с Коко быстро собрали вещи и ринулись из аудитории, торопясь в наше любимое кафе, в котором места занимались быстрее, чем распродавались сумки от Chanel в разгар скидок. Оливер обещал присоединиться через 10 минут.

Выбегая из здания, я пробежала мимо других студентов и остановилась возле одной девочки, что писала потрясающую картину в стиле лофт, но Коко тут же схватила меня за руку и потянула дальше. Громко ворча, она лавировала между остальными и замедлила шаг лишь тогда, когда перед нами открылась лучшая из всех картин: живая улица нашего студгородка, сплошь усеянная маленькими двух-трехэтажными домами, представляющими собой всякие магазинчики, библиотеки и кафе. Дома окружали нас с двух сторон, создавая иллюзию, словно мы гуляем по Хогсмиду, и их витрины были настолько яркими, что мне хотелось потратить все свои деньги, скупить все, что есть, и остаться жить на этой улице. Я бы так и сделала, но Коко вновь потянула меня за руку, и я, споткнувшись об ступень лестницы, оказалась внутри «Милой Лолиты», хозяин которой был так вдохновлен романом Набокова «Лолита», что решил в честь главной героини назвать так свое заведение. Фу. Мне было так противно читать, как взрослый дядька таскается с маленькой девочкой, что я даже не дочитала роман, оставив его Айрис. Он, кстати, ей очень понравился.

Нас встретил Тибо, четверокурсник факультета дизайна и лучший бариста в мире. Я радостно завизжала, увидев его, и кинулась обниматься.

- Я так долго вас ждал, - ухмыльнулся Тибо, чмокнув меня в голову.

Я положила голову ему на плечо, ощущая умиротворение. Этот человек буквально излучал его. Коко сладко улыбнулась и потянулась к Тибо, который давно сох по моей подруге, но все никак не решался ей в этом признаться. Как же я его понимаю. Я сама много лет была влюблена в человека и так и не призналась ему в своих чувствах, прекрасно понимая, что они безответны. По классике жанра я влюбилась в лучшего друга своего брата, а точнее - в одного из друзей, причем в самого безумного из них. Джейми. Это имя до сих пор отзывалось во мне дрожью в коленках и бабочками в животе. Но, как я говорила выше, мои чувства были безответны и запретны.

Мы сели за столик, и через несколько минут Тибо принес нам капучино и панини с моцареллой, а затем на несколько минут присел за наш столик. Он обладал яркой внешностью, которая не осталась незамеченной ни одной девчонкой, что хоть когда-то приходила в «Милую Лолиту»: высокий, темнокожий, кареглазый, накачанный брюнет с умопомрачительными ногами. Ну огонь, а не парень!

Когда мы впервые познакомились, признаюсь, я запала на него (это было еще на первом курсе), и мы часто проводили время вместе, а затем, как-то одним весенним вечером, сидя в этом же кафе, мы поцеловались и... ничего не испытали. Оставшись друзьями, я продолжала дальше свои поиски идеального парня, а Тибо втюхался в Коко, которую то тянуло к нему, то нет. Она до сих пор не может определиться, хотя я считаю, что они идеально бы смотрелись вместе. Тем более, что они оба друг другу нравятся. Что тянуть кота за хвост?

- Ну, Лери́, как поживает Айрис? – спросил Тибо.

Коко положила голову ему на плечо и блаженно закрыла глаза, а я в это время наслаждалась самой идеальной парой в своей жизни..., ну после Темпла и его девушки Билл, а еще после Айрис (моей сестры) и Беллы.

- Она наконец-то разобралась со своими предпочтениями и теперь встречается с Беллой, - сообщила я, жадно вонзая зубы в панини. Блаженство! - Одиннадцать баллов из десяти.

Тибо улыбнулся.

- Это ее соседка по комнате?

Я кивнула головой, а затем сделала глоток капучино. Матерь Господня, как бы я жила без кофе?!

- Да. Прожить вместе два года, чтобы на третий понять, что все это время рядом с вами ошивалась ваша судьба, - я улыбнулась, показав большой палец, и в этот момент из рта у меня выпал кусочек помидора.

Бесит! Вся пунцовая, я попыталась быстрее скрыть улики, но Тибо все видел. Ну блин...

- Все хорошо, - улыбнулся он.

- Эх, ты все-таки идеальный. И почему мы не вместе?

- Потому что это общество не вынесет двух идеальных людей, состоящих в отношениях.

- Ну все, ну все, я поняла, - ударила я его в плечо, и мы рассмеялись.

- То есть ты хочешь сказать, что не идеальная? – спросила Коко, театрально прикрыв рот рукой.

- Ты больше, чем просто идеальна, - ты божественна.

Улыбка на лице Коко стала еще шире, глаза засверкали от радости, а Тибо взял из ее рук кофе и немного выпил, чтобы скрыть смущение от своей собственной смелости. Я присвистнула. Вот это мачо.

Вдруг что-то непонятное упало на стул рядом со мной, и я, повернувшись, увидела Оливера, у которого на шее красовался засос. Засос, Хьюстон!

- Ты где был? – удивленно спросила я, трогая его шею. – Это что такое?

- Вы ни за что не поверите! – чуть ли не завизжал Оливер, но, оглянувшись, закрыл рот и понизил голос до шепота. – Я вам сейчас такое расскажу, вы просто закачаетесь!

Мы все поддались вперед, нетерпеливо ожидая продолжения, но в этот момент нас отвлекли: к нам подошли Брайан, Мартин и...Виктор. Я шумно выдохнула, из головы вылетело к черту все, и я, как идиотка, хлопала глазами.

- Привет, - улыбнулся мне Виктор.

Я быстро взглянула на Коко, которая под столом показывала мне большой палец, и ответила:

- Привет.

Суховато вышло. Черт. Я не спугну его? Я нормально выгляжу? У меня нигде ничего не торчит? Я незаметно опустила глаза вниз, проверяя ширинку штанов. Фух, она застегнута. «Выдохни, Валери, и вдохни», - приказал мой внутренний голос, и я последовала его зову, стараясь успокоиться, но мои планы испортил Виктор, спросив:

- Рядом с тобой не занято?

В моей голове гулял ветер. Прямо гулял вдоль и поперек, выметая из него последние остатки разума и оставив место только опилкам.

- Да..., в смысле нет!

Я кивнула головой и немного отодвинулась, из-за чего Виктор нахмурился. И все же он сел. Коко недоуменно посмотрела на меня, Оливер выпучил глаза, пытаясь что-то сказать мне через них, Брайан откровенно смеялся и попивал пиво, предварительно вылив его в кружку, Мартин же с улыбкой наблюдал за мной и Виктором. Последний был настолько красив, что это поражало мое воображение. Только один человек мог состязаться с ним на этом поприще, и его я предпочитала не вспоминать. Виктор сегодня был одет в свободную белую футболку с v-образным вырезом, в котором виделся медальон в форме солнца, и черные брюки. Белый цвет определенно выгодно оттенял его золотистый загар и выразительные карие глаза с длинными ресничками. Он вновь улыбнулся, и его пухлые губы захватили мой взгляд, и как бы я не старалась не смотреть на них, почему все остальное перестало для меня существовать.

- Так, мне пора приниматься за работу, - встал Тибо. – Всем хорошего вечера.

- И тебе, - хором ответили мы.

Мимо нас прошли какие-то девушки, может быть, на один-два года постарше, и подмигнули Виктору и Мартину, но те даже бровью не повели, делая вид, что не замечают этого. Я хотела спрятаться под стол от страха ляпнуть что-нибудь такое, отчего Виктор придет в ужас и сбежит от меня.

- Извините, что потревожили вас, - начал Виктор. – Здесь не было свободных столиков, и Брайан предложил подсесть к вам.

- Мои девочки никогда не будут против, - усмехнулся он, сделав глоток из кружки.

В следующую же секунду он получил пинок от Коко.

- «Мои девочки», - спародировала его она, а затем яростно прошипела:. – Какие мы тебе девочки?! Еще и твои?!

- Это все от того, что она без памяти в меня влюблена, - криво улыбнулся Брайан, но тут же изменился в лице, поморщившись от ее очередного пинка.

Я пустила смешок.

- Они всегда так общаются? – тихо спросил Виктор.

- Да.

Боже мой, что мне ответить? Что говорить? Господи, надо было выпить! С мужским полом я иначе не общаюсь – только после бокала вина, а лучше бутылки рома.

- Ты обычно немногословна? – усмехнулся он.

Ну вот, кажется, я все испортила.

- Нет! – поспешно воскликнула я. – Просто день тяжелый.

- Ну стоматологический факультет – это тебе не рай, поэтому про тяжелый день я знаю не понаслышке.

Он криво улыбнулся и толкнул меня в плечо, отчего я зарделась румянцем и улыбнулась.

- Спасибо.

- За что?

Виктор вопросительно поднял брови.

- Мне стало легче оттого, что я знаю, что не одна страдаю в этом аду.

Он засмеялся.

- Да, вариться в этом котле в одиночестве было бы самым ужасным наказанием.

Мы замолчали. На одно мгновение мне показалось, что Виктор не испытывает никакого смущения оттого, что наш разговор приостановился, и я даже расслабилась, но тут его рука неожиданно коснулась моей и нежно погладила костяшки пальцев.

- У тебя такая нежная кожа, - шепнул он мне на ухо, и я ошеломленно посмотрела в его глаза, пытаясь понять, что здесь вообще происходит.

Так, стоп, я к такому повороту событий еще не готова... Хьюстон, твою ж налево, я еле на разговор-то человеческий настроилась, а тут он меня трогает! Мне кажется, или солнце стало светить прямо в глаза? Тогда почему я ослепла?! Дыхание участилось, мурашки пробежались вдоль моей руки и вернулись обратно, приятно щекоча кожу там, где ее все еще касались его пальцы.. Я повернулась к нему:

- Ты всегда так подкатываешь к девушкам?

Он пустил смешок и зацокал, покачивая головой.

- Как ты могла такое подумать?

Его карие глаза засверкали, и я почувствовала, как что-то во мне переключилось, как смелость и риск буквально растеклись по моему телу.

- Ты используешь в своем арсенале достаточно весомые средства, - приглушенно ответила я, а затем приблизилась к нему, заглядывая в глаза. – Сначала сокращаешь между нами расстояние, затем касаешься меня, едва, нежно, - каждое слово я произносила с расстановкой, склоняя голову то на один бок, то на другой, и трогая его руку так же, как он делал это недавно. На его лице появилась блуждающая улыбка, глаза были при этом полузакрыты, - делаешь комплименты, шепча их на ухо, - я повторила его жест, с удовольствием отмечая, как он застыл, и прошептала: - словно это наш секрет; достаточно интимный, чтобы о нем никто не узнал.

Я отстранилась от Виктора, его глаза тут же распахнулись, находя мои, и мы долго смотрели друг на друга, пытаясь устаканить в своей голове все, что сейчас было. Я почувствовала, как одобрительно под столом Коко погладила мою коленку, и встала, чувствуя, что сейчас самый идеальный момент, чтобы уйти и дать Виктору подумать о том, что произошло здесь. Да, мы не поцеловались, не занялись сексом, но все это негласно прозвучало в воздухе, ощущалось в прикосновениях и читалось между строк.

Когда мы вышли из кафе и в лицо мне ударил прохладный ветер, я тут же пришла в себя. Черт, что это было? Как будто какое-то наваждение. Я тряхнула головой.

- Господи, ЛерИ, как ты это сделала?! – восторженно вскрикнула Коко, когда мы отошли от кафе на приличное расстояние.

- Что?

- Да он готов был есть с твоих рук! Ты видела его лицо? Я думала, что он прям там кинет тебя на стол и сделает с тобой все, что у него до этого было в голове! Уверена, что мысленно он тебя уже поимел!

Она развернулась ко мне лицом и стала идти спиной; улыбка на ее лице, точно лампочка, освещала улицу. Я устало потерла лоб и прошептала:

- Ей Богу, я не знаю, что это было.

- Глупышка! Это было феерично!

- Наверное, - неуверенно ответила я и, закрыв глаза, почему-то снова увидела пшеничные волосы и проколотые губы с серебряным колечком. Я вновь тряхнула головой, прогоняя этот образ, словно надоедливую муху. Нацепив улыбку и постаравшись придать своему голосу восторженности, я согласилась: – Да, это было феерично! Я еле сдерживала себя.

Интересно, кого я пыталась убедить? Ее или себя?