Part 27🌊

На краю свалки мы нашли эвакуатор, такой древний, что он, наверно, привез на свалку сам себя. Однако мотор завелся, бак был полный, и мы решили его позаимствовать. За руль села Луанна Талия сказала что если что они поменяются. Они, похоже, были потрясена не так сильно, как мы с Зоей и Гроувером.

– Нас по-прежнему преследуют скелеты, – напомнила Талия. – Надо двигаться!

Луанна везла нас через пустыню, под безоблачно-голубым небом, среди песков, таких ослепительных, что глазам было больно. Зоя села на переднее сиденье рядом с Талией и Луанной, места там было достаточно для них троих. Мы с Гроувером устроились на дне кузова, прислонившись к лебедке. Воздух был прохладный и сухой, но хорошая погода казалась насмешкой после того, как мы лишились Бьянки. Я стиснул в кулаке фигурку, стоившую ей жизни. Я даже не знал, какого бога она изображает. Нико, наверно, знает...О боги, что же я скажу Нико? Мне хотелось верить, что Бьянка все еще жива, просто потерялась. Но меня преследовало дурное чувство, что ее больше нет.

– На ее месте должен был быть я, – сказал я. – Это я должен был залезть в великана...

– Не говори так! – испугался Гроувер. – И без того все плохо. Аннабет пропала, теперь еще и Бьянка. Ты думаешь, я вынесу, если еще и... – Он шмыгнул носом. – Как ты думаешь, неужели кто-нибудь еще захочет быть моим лучшим другом?

– Эх, Гроувер...

Он промокнул глаза промасленной ветошкой, отчего у него на лице остались чумазые разводы, похожие на боевую раскраску.

– Я... со мной все в порядке.

Но это была неправда. Со времени того происшествия в Нью-Мехико – что бы там ни произошло, когда налетел этот дикий ветер, – Гроувер выглядел каким-то особенно хрупким, даже более чувствительным, чем обычно. Я боялся с ним об этом заговаривать, а то еще разревется...По крайней мере, в том, чтобы иметь друга, который психует больше тебя, есть один положительный момент. Я обнаружил, что не могу предаваться унынию. Надо было отодвинуть в сторону мысли о Бьянке и помогать другим двигаться вперед, как делали это Луанна и Талия. Интересно, о чем говорят они с Зоей там, в кабине? Бензин у нас кончился на краю каньона, в котором текла река. Впрочем, оно и к лучшему: дорога все равно дальше никуда не вела.

Луанна, Зоя и Талия вылезли из кабины и захлопнула дверцу. Одно из колес тут же спустило.

– Круто! И что теперь? - сказала Талия.

Я окинул взглядом горизонт. Смотреть было особо не на что. Во все стороны – пустыня, пустыня, пустыня, там и сям торчат голые горы. Единственным интересным местом был каньон. Речка сама по себе была невелика: метров пятьдесят в ширину, зеленая вода с несколькими перекатами, – но она высекла огромный шрам посреди пустыни. Скалистые утесы уходили далеко вниз.

– А вон дорожка, – сказал Гроувер. – Можно спуститься к реке.

Я попытался разглядеть, о чем он говорит, и наконец увидел узенький уступчик, вьющийся по стене утеса.

– Да это же козья тропа! – сказал я.

– И что? – спросил Гроувер.

– Но мы-то не козлы! Ну, кроме тебя.

– Ничего, тут можно пройти, – сказал он. – Ну, я так думаю.

Я поразмыслил. Лазить по скалам мне уже доводилось, но мне это не нравилось. Потом я взглянул на Талию – и увидел, как она побледнела. Она же высоты боится... Нет, ей тут не спуститься.

– Нет, – сказал я. – Я... э-э... я думаю, нам надо пройти выше по течению.

– Но... – сказал Гроувер.

– Идем, – сказал я. – Пройтись нам не повредит.

Я оглянулся на Талию. Она поблагодарила меня коротким взглядом. Мы прошли вдоль реки примерно полмили, прежде чем нашли более пологий спуск к воде. На берегу был пункт проката каноэ. Он был закрыт на зиму, но я оставил на прилавке столбик золотых драхм и записку, в которой говорилось, что я одалживаю у них два каноэ.

– Нам надо вверх по реке, – сказала Зоя. Я услышал ее голос впервые с тех пор, как мы уехали со свалки, и озабоченно подумал, что говорит она очень странно: как будто у нее насморк. – На перекатах течение слишком быстрое.

– С этим я разберусь, – сказал я. Мы спустили каноэ на воду.

Пока мы разбирали весла, Талия отвела меня в сторону:

– Спасибо... ты знаешь за что.

– Да не за что.

– А ты действительно можешь... – она кивнула на перекаты.

– Думаю, да. С водой я обычно управляюсь неплохо.

– Возьмешь Зою к себе? – попросила она. – Я думаю... э-э... может быть, ты сумеешь с ней поговорить.

– Она будет недовольна.

– Ну пожалуйста! Я не знаю, смогу ли плыть с ней в одной лодке. Боюсь не выдержать. Она... она меня беспокоит. Вообще-то это было последнее, чего мне хотелось, но я кивнул.

Талия расслабила плечи:

– Я твоя должница!

– Дважды.

– Полтора! – сказала Талия.

Она улыбнулась, и на секунду я вспомнил, что она ведь мне даже нравится, когда не орет на меня. Она отвернулась и помогла Гроуверу спустить на воду их каноэ.

Луанна сказала что полетит на своём огненном луче. Ей так будет лучше. 

Как оказалось, мне даже не пришлось управлять течениями. Стоило нам отойти от берега, как я, посмотрев за борт, обнаружил двух наяд, которые смотрели на меня. Выглядели они как обычные девочки-подростки, каких полно в любом торговом центре, если не считать того, что они были под водой.

«Привет!» – сказал я.

Они забулькали в ответ – возможно, захихикали. Кто их знает? Наяд понять трудно.

«Нам надо вверх по течению, – сказал я им. – Вы не могли бы...»

И не успел я договорить, как каждая из наяд подхватила одно из каноэ и принялась толкать его вверх по реке. Мы сорвались с места так стремительно, что Гроувер рухнул на дно своего каноэ, задрав копыта. Луанна засмеялась и оторвалась от земли и полетела рядом с нами.

– Терпеть не могу наяд! – проворчала Зоя. Из-под кормы лодки вырвался фонтан воды и ударил Зое прямо в лицо.

– Ах, чертовки! – Зоя потянулась за луком.

– Ты чего? – сказал я. – Они же просто шалят!

– Проклятые водяные духи! Они меня так и не простили.

– Так и не простили? За что? Она снова забросила лук за плечо.

– Это давно было. Забудь.

Мы мчались вверх по реке. По обе стороны от нас вздымались утесы.

– То, что случилось с Бьянкой, – не твоя вина, – сказал я ей. – Это все из-за меня. Это я ее отпустил. Я думал, что это даст Зое повод поорать на меня. По крайней мере, это выведет ее из депрессии. Но вместо этого плечи у нее поникли.

– Нет, Перси. Это я толкнула ее на то, чтобы отправиться в поход. Мне было слишком тревожно. Она была могущественной полукровкой. И к тому же сердце у нее было доброе. Я... я рассчитывала, что она станет следующей предводительницей.

– Но предводительница же ты. Зоя стиснула ремень своего колчана. Она выглядела более усталой, чем когда бы то ни было.

– Ничто не длится вечно, Перси. Уже более двух тысяч лет возглавляю я Охоту, а мудрости у меня не прибавилось. Ныне опасность грозит самой Артемиде!

– Слушай, ну уж в этом-то ты не виновата!

– Если бы я настояла на том, чтобы пойти с ней...

– Думаешь, ты способна одолеть такое могущественное существо, которое похитило Артемиду? Ничего бы ты не сделала. Зоя промолчала. Утесы вдоль реки становились все выше. На воду падали длинные тени. Сделалось намного холоднее, хотя день был солнечный. Я машинально вынул из кармана Стремнину. Зоя посмотрела на ручку, и лицо у нее болезненно скривилось.

– Это ты его сделала, – сказал я.

– Кто тебе поведал?

– Во сне видел. Зоя пристально посмотрела на меня. Я думал, она сейчас скажет, что я псих, но Зоя только вздохнула:

– Это был дар. И ошибка.

– А кто был тот герой? – спросил я.

Зоя покачала головой:

– Не принуждай меня называть его имя. Я дала клятву никогда более его не произ носить.

– Ты так себя ведешь, как будто я должен его знать.

– Это так и есть, герой. Ведь вы, мальчишки, все хотите быть такими, как он, разве нет?

В ее голосе звучала такая горечь, что я решил не спрашивать, что она имеет в виду. Я посмотрел на Стремнину и впервые задался вопросом, не проклят ли этот клинок.

– А твоя мать была водяной богиней? – спросил я.

– Да, Плейона. У нее было пять дочерей. Мои сестры и я. Геспериды.

– Это же те девушки, что жили в саду на краю Запада! Там росла яблоня с золотыми яблоками и жил дракон, который ее охранял.

– Да, – грустно сказала Зоя. – Ладон.

– Но ведь сестер было всего четыре, разве нет?

– Теперь всего четыре. Меня изгнали. Обо мне забыли. Стерли из памяти, как будто меня и не было.

– Почему?

Зоя указала на мою ручку:

– Потому что я предала свою семью и помогла герою. Но об этом в легенде не говорится ни слова. Он обо мне ни разу не упомянул. После того как ему не удалось одолеть Ладона в открытом бою, я дала ему совет, как похитить яблоки, как обмануть моего отца, но он присвоил всю славу себе.

– Но...

«Буль-буль!» – мысленно сказала мне наяда. Каноэ замедлило ход.

Я посмотрел вперед и увидел, в чем дело. Дальше они нас везти не могли. Река была перегорожена. На пути возвышалась плотина размером с футбольный стадион.

– Плотина Гувера! – сказала Талия. – Здоровенная какая!

Мы стояли на берегу и смотрели на вогнутую бетонную стену, вздымающуюся меж двух утесов. По верху плотины ходили люди. Они выглядели крохотными, как блохи. Уплывая, наяды негодующе ворчали. Не то чтобы я понимал, что они говорят, но было ясно, что они ненавидят эту плотину, перегородившую их чудесную реку. Наши каноэ поплыли назад, вниз по течению, крутясь в потоках воды с плотины.

– Двести двадцать метров, – сказал я. – Построена в тридцатые годы прошлого века.

– Тридцать пять кубических километров воды, – сказала Луанна.

– Самый крупный строительный проект в США, – вздохнул Гроувер.

Зоя уставилась на нас:

– Откуда вы все это знаете?

– От Аннабет, – сказала Талия. – Она обожала архитектуру.

– И с ума сходила по всяким памятникам, – добавила Луанна.

– И постоянно сыпала какими-то фактами и цифрами. – Гроувер шмыгнул носом. – Такая зануда!

– Эх, вот бы ее сюда! – сказал я.

Остальные кивнули. Зоя по-прежнему смотрела на нас как-то странно, но мне было все равно. Казалось чудовищной несправедливостью, что вот мы стоим перед плотиной Гувера, одним из любимых сооружений Аннабет, а ее самой с нами нет.

– Надо подняться наверх, – сказал я. – Ради нее. Просто чтобы сказать, что мы там были.

– Вы сумасшедшие, – решила Зоя. – Но дорога все равно находится там. – Она указала на большую крытую автостоянку рядом с верхом плотины.

– Ладно, пошли осматривать достопримечательности.

Идти пришлось почти час, прежде чем мы отыскали тропу, ведущую наверх, к дороге. Мы оказались на восточном берегу реки. И принялись пробираться обратно к плотине. Тут, наверху, было холодно и ветрено. По одну сторону от нас раскинулось огромное озеро, окруженное голыми, пустынными горами. По другую сторону уходила вниз плотина, похожая на самую опасную в мире рампу для скейта, и в двухстах метрах внизу бурлила вода с плотины. Талия шла посреди дороги рядом с ней шла Луанна подхватив Талию под руку. Гроувер все принюхивался к ветру и явно нервничал. Он ничего не говорил, но я знал, что он чует чудовищ.

– Они близко? – спросил я.

Он покачал головой:

– Может, и нет. Над плотиной ветер, вокруг пустыня... Запах может доноситься за много миль. Но он идет с нескольких сторон сразу. Мне это не нравится. И мне тоже. Была уже среда, всего два дня до зимнего солнцестояния, а нам предстоял еще долгий путь. Хватит с нас чудовищ!

– В туристическом центре можно поесть в буфете, – сказала Талия.

– А ты здесь уже бывала? – спросил я.

– Один раз. Чтобы повидать хранителей. Она указала на дальний конец плотины. Там в скале была высечена небольшая площадка, на которой возвышались две огромных бронзовых статуи. Они были похожи на статуэтку «Оскара» с крыльями.

– Когда построили плотину, их посвятили Зевсу, – сказала Луанна. – Дар Афины. Вокруг статуй толпились туристы. Все они почему-то пялились на ноги статуй.

– Что они делают? – спросил я.

– Пальцы на ногах трут, – сказала Талия. – Считается, что это приносит удачу.

– Почему? Она покачала головой.

– У смертных полно безумных идей. Они не знают, что статуи посвящены Зевсу, но чувствуют, что в них есть что-то особенное.

– А когда ты тут была в прошлый раз, они с тобой разговаривали или что? Талия помрачнела. Я видел, что она приехала сюда, потому что рассчитывала на что-нибудь такое – на то, что отец подаст ей знак. На какую-то связь с ним.

– Нет. Они ничего не делают. Просто большие металлические статуи.

Я подумал про предыдущую большую металлическую статую, на которую мы нарвались. В тот раз это кончилось плохо. Но я решил не поднимать эту тему.

– Ну, пойдемте, найдем этот сервант, – сказала Зоя. – Надо поесть, пока есть возможность.

Гроувер ухмыльнулся:

– Сервант? Ты имела в виду буфет?

Зоя поморгала.

– Ну да. А какая разница, сервант или буфет?

– Да нет, никакой, – сказал Гроувер, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. – Ну, пойдемте в сервант, я возьму картошку фри.

Тут даже Талия улыбнулась:

– А я схожу в туалет в шифоньер! Луанна прыснула смехом. Я Талия и Гроувер подхватили её смех.

Зоя растерянно смотрела на нас:

– Ничего не понимаю...

– А я попью водички в комоде! – сказала Луанна.

– А я... а я... – задыхаясь, выдавила Талия, – я куплю себе футболку в гардеробе!

Я заржал во все горло. Я бы, наверное, мог хохотать до вечера, но тут я услышал:

– Му-у-у! Улыбка растаяла сама собой. Может, этот звук мне просто почудился? Но нет, Гроувер тоже перестал смеяться. И растерянно озирался по сторонам.

– Я действительно только что слышал мычание?

– Мычание из секретера? – рассмеялась Талия.

– Да нет, – сказал Гроувер. – Я серьезно.

Зоя прислушалась:

– Ничего не слышу.

Талия посмотрела на меня:

– Перси, с тобой все в порядке?

– Ага, – сказал я. – Вы, ребята, идите вперед. Я сейчас.

– Что-то случилось? – спросил Гроувер.

– Да нет, – сказал я. – Я... мне просто надо минутку подумать. 

Они замялись, но я, наверно, действительно выглядел расстроенным, потому что они пошли в туристический центр без меня. Как только они удалились, я трусцой подбежал к северному краю плотины и посмотрел вниз.

– Му-у!

Она плавала в озере, метрах в десяти внизу, но я отчетливо ее видел: это была моя знакомая по проливу Лонг-Айленд, змеекорова Бесси. Я огляделся. По плотине носились стайки ребятишек. Довольно много пенсионеров. Несколько семей. Но на Бесси, похоже, пока никто внимания не обращал.

– Ты что тут делаешь? – спросил я у нее.

– Му-у!

Ее мычание звучало тревожно, как будто она пыталась меня о чем-то предупредить.

– Ты как сюда попала? – спросил я. Мы же в тысячах миль от Лонг-Айленда, и до моря тут сотни миль. Она никак не могла бы сюда доплыть. И все же она была тут. Бесси принялась плавать кругами и биться головой о плотину.

– Му-у!

Она хочет, чтобы я отправился с ней. И требует, чтобы я поторапливался.

– Не могу, – сказал я ей. – Со мной тут друзья.

Она уставилась на меня печальными карими глазами. Потом еще раз настойчиво замычала, кувырнулась и скрылась под водой.

Я колебался. Что-то было не так. И она пыталась мне об этом сообщить. Может, и правда прыгнуть с плотины и последовать за ней? Но тут я насторожился. Волоски у меня на руках поднялись дыбом. Я посмотрел на восток, вдоль шоссе, ведущего вдоль плотины, и увидел, что в мою сторону медленно идут двое мужчин. Они были одеты в серый камуфляж, из-под которого проступали скелеты. Они растолкали толпу ребятишек. «Эй!» – вскрикнул кто-то из детей. Один из воинов обернулся, его лицо на миг превратилось в череп.

– А-а! – завопил ребенок, и вся их компания шарахнулась назад.

Я помчался в информационный центр. Я был уже почти у лестницы, когда услышал визг шин. С западного конца плотины подлетел черный фургон. Он развернулся поперек дороги, едва не задавив нескольких старичков. Двери фургона распахнулись, и наружу выскочили еще несколько воинов-скелетов. Я оказался в окружении.  Я ссыпался по лестнице и влетел в музей. Охранник у металлодетектора заорал: «Эй, парень!» Но я не остановился. Я пробежал мимо витрин и спрятался за экскурсией. Я озирался, разыскивая друзей, но их нигде не было видно. Где же этот чертов сервант... тьфу, буфет? 

❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️❤️