Катабис

Убежище Лоренса. Небольшая, грязная комната, где ютились самые низшие из его людей, те, кого мир уже успел вычеркнуть.В тусклом свете керосиновой лампы, у своего матраса на полу, на корточках сидела Ким. Она торопливо собирала вещи, немногочисленные, потерявшие цвет от времени и пыли. Неопрятный пучок давно распался, чёрные как ночь, пряди спадали на лицо, скрывая его от света. Худые руки, исхудавшие ещё сильнее за последние месяцы, двигались быстро, небрежно, она не складывала одежду, а просто запихивала её в чёрную сумку, будто боялась передумать.

— Это безумие! — Выдохнул Галли, стоявший позади. — Ты не знаешь, что тебя там ждёт! Не знаешь этого мужика! Здесь твой дом, Ким! Здесь есть я!Азиатка не ответила. Ни единого взгляда, ни одного лишнего движения, только шорох ткани и глухой звук застёжки.— Ким! Ким! — Он шагнул ближе, хватая её за плечи. — Посмотри на меня! Если с тобой что-то случится, я не...— Ты что?! — Она резко выпрямилась, глаза сверкнули. — Не начинай! Не говори мне о долге перед другом, не говори о Минхо. Его давно нет. Он больше не твой друг. И не мой брат. — Голос был хриплым, будто каждое слово царапало горло. — Это место - твой дом. Не мой.

Галли замер. Он давно не слышал этих звонких нот из её уст.

Она глубоко вдохнула, подняла сумку, перекинула ремень через плечо и направилась к выходу.— Ким... — Девушка остановилась. На несколько секунд в помещении воцарилась гнетущая тишина. Парень не знал, что сказать. Все слова казались бесполезными, чужими. Как можно удержать того, кто уже ушёл, хотя бы внутренне? Может, она права? Может, где-то там, за пределами лагеря, она всё-таки найдёт свой очаг, в этом жестоком, рваном мире? И всё, что он смог выдавить из себя, было простым, почти шёпотом; — Береги себя... Хотя бы ты. Если уж никто из нас не смог.Ким сжала ремень сумки. Медленно повернулась в профиль, и не глядя ему в глаза;— До встречи, Галли.

Она вышла.

*

У ворот убежища уже стояло несколько заведённых машин, моторы рычали, подрагивая от нетерпения. Первая из них - старый джип, пыльный, но крепкий принадлежал Тео.

— Выезжаем, Теодор! — Крикнул один из мужчин из задней колонны.Тео обернулся, поднял руку, показывая подождать.И в тот момент появилась Ким, с небольшой чёрной сумкой через плечо.Он оглядел её взглядом, не сказав ни слова, лишь молча кивнул, когда она села на переднее сиденье. Потом, коротким жестом руки, дал команду. Взглянув, последний раз на убежище Лоренса, Тео увидел на верхнем этаже Фиону. Он кивнул ей, будто с благодарностью, и та в ответ.

Колонна тронулась.

*

Дорога уходила вдаль, растворяясь в пыльном мареве. Недалеко впереди виднелся Денвер. Город П.О.Р.О.К.а, окружённый высокими стенами, будто каменным куполом, который Ким уже видела раньше.— Тут недалеко.— Сказал Тео, ведя машину. Его голос был ровным, почти скучным. Потом он скользнул взглядом по её сумке. — Могла и не брать ничего. В Катабиссе тебе бы выдали всё необходимое.— Катабис? — Фыркнула Ким.— Мы почти на месте.Она приподняла бровь;— Мы выехали десять минут назад.— А ты думала, мы будем весь день ехать? — Хмыкнул брюнет. Руки на руле сжались крепче, вены вздулись.Самое странное для Ким было то, что они ехали прямо к Денверу. Будто им и правда откроют ворота с распростёртыми объятьями.Но нет. Эти стены не открываются. Не так как в родном Глэйде.В Денвер можно попасть только на воздухе, скажем, вертолёте.

Через мутное стекло Ким видела, как по обе стороны дороги мелькали люди, измотанные, оборванные. Кто-то держал в руках плакаты, кто-то выкрикивал лозунги.Ближе к стенам заброшенных зданий, обломков стояли торговцы, продавали воду в грязных банках, консервах, любой ёмкости. Лекарства с вытертыми этикетками, чёрствый хлеб. Дети копались в пыли рядом с горкой песка. А женщины укрывались под брезентовыми навесами, глядя в сторону города с такой тоской, будто за стенами не бетон, а рай.

И вдруг Тео резко повернул руль. Машина занеслась, Ким вжалась в кресло, схватившись за ручку двери.Он лишь усмехнулся, не смотря на её, хмурый, теперь взгляд.Чёрноглазка выпрямилась, осмотрелась. Перед ними возвышалась серая стена, глухая. По обе стороны пустыня, без конца и начала.Они просто объехали Денвер, оказавшись у его тыльной стороны. Будто здесь может быть "чёрный вход".Тео достал рацию, прижал кнопку;— Открывай, Сокол.— Есть. — Раздался мужской голос.

Прошла секунда. Другая.Из-под земли, чуть дальше от стены, послышался тяжёлый гул. Земля дрогнула. Песок осыпался, и прямо перед ними начала опускаться массивная железная плита, открывая проём, уходящий вниз под землю. Медленно, с грохотом, словно раскрывалась пасть гиганта, из глубины потянуло прохладой, сыростью и запахом старого металла.Ким приподнялась на сиденье, не веря глазам.Перед ними открывается наклонный спуск, достаточно широкий, чтобы в него могла проехать колонна машин.Тео нажал на газ.Джип плавно съехал вниз, колёса заскрипели по металлическому настилу. Свет сверху быстро гас, сменяясь холодными бликами ламп, встроенных в стены тоннеля. Когда верхняя плита сомкнулась над ними, шум пустыни стих, будто их отрезали от всего мира.Чем глубже они спускались, тем сильнее становился гул машин и вентиляторов. Воздух сделался плотнее, пах железом и озоном. Стены постепенно менялись: от грубой скалы к бетону, потом к гладкому металлу, по которому пробегали провода.— Здесь безопаснее, чем наверху.Через несколько минут тоннель расширился, превращаясь в огромный подземный зал. Над головами тянулись трубы и кабели, внизу двигались люди.Ким не отводила взгляда."Это… целый город." — Пронеслось в голове. — Катабис. — Произнёс Тео, заглушая двигатель. — Добро пожаловать.

*

Катабис оказался не просто подземным бункером, а целым миром под землёй. Когда Ким вышла из машины, она впервые ощутила масштаб этого места.Потолок уходил так высоко, что казалось  над ними не каменная толща, а ночное небо, спрятанное за тусклыми прожекторами. Земля над ними была далеко, на десятки метров вверх, и ощущение клаустрофобии не приходило. Воздух прохладный, с привкусом металла и влажного камня, мощные вентиляционные шахты гудели где-то в глубине. Оттуда доносился гул турбин, будто город жил и дышал своим ритмом.Улицы уходили вдаль, пересекались под сводами, где-то наверху тянулись мосты между уровнями, а лифты и лестницы соединяли этажи, будто город построен слоями, один над другим.Дома стояли крепкие, из металла и стекла, с мягким светом в окнах. На первом уровне жилые кварталы, на втором склады и мастерские, выше командные блоки и лаборатории. Всё было продумано, распределено по секторам, как в муравейнике, но с человеческим уютом.— И всё это… Под Денвером? — Выдохнула Ким.— Гораздо глубже  — Ответил он, помогая друзьям перетащить ящики. — Катабис — сердце того, что осталось от нас. Ему много лет. Кто знает, возможно больше, чем пандемии. — Мужчина дал приказ разойтись, и все снова уехали.

*

Pov Ким:

Прямо сейчас я вошла в маленький лифт вместе с Тео.— Здание, в котором мы находимся, на третьем уровне. — Начал он. — Кейвхом.Я моргнула. Что за названия такие?.. Глазам было трудно привыкнуть к тусклому свету. Это было словно обычный город, но в сто раз тусклее, будто кто-то приглушил краски всего мира. Сначала почти ничего не разглядела, но постепенно глаза начали привыкать.Лифт двигался медленно, с лёгким скрипом металла, иногда отдавая глухим гудением внизу. Внутри лифта было пахнуще влажной бетонной стены и старого масла механизмов. Я знала, что это не единственный минус, во всём, что здесь происходило, явно был подвох.— Катабис… — Продолжил мужчина. — Означает «спуск» или «путь вниз». Называй как хочешь. Иногда бывают проблемы с водой, землетрясениями, но это пустяки. Ты освоишься. — Он нахмурился и наклонился чуть ближе. — И самое главное… Если расскажешь кому-нибудь из Надземных, тебе не сдобровать.— Надземных?— Мы подземники, а те, кто снаружи, наверху надземники.— Чего ж ты взял меня сюда, если не доверяешь?Он хмыкнул, снов просмотрев вперёд. Лифт слегка покачнулся, издавая металлический скрип;— Потому что ты не сможешь отсюда выйти.«Что?..» — Промелькнуло в голове, когда двери лифта медленно разъехались, и я увидела помещение, освещённое множеством тусклых ламп. Свет отражался от бетонных стен, создавая длинные тени, а где-то вдали послышался шум людей. То ли крики, то ли смех.Тео шагнул вперёд по коридору.— П-подожди! — Выкрикнула я, делая шаг к нему. — Что ты сказал?! Что значит, что я не выйду?!— Ты думаешь, я вот так доверюсь и отпущу тебя? — Его взгляд был холоден, а в голосе слышалась решимость.Из одной из дверей вышел парень.

Азиат, слегка наклонив голову, приветствовал Тео.— Хей, Теодор!— Ты псих! — Выпалила я, толкнув Тел сзади. Тот почти не сдвинулся с места. Парень слегка прищурился на меня. — Ты ничего мне не говорил об этом!— Ты и не спрашивала. — Он приблизился, нависая надо мной, почти впритык. Я уверена, он чувствовал моё учащённое дыхание. — Разве не ты была в отчаянии, готовая уйти куда угодно, лишь бы не гнить там?— А тут лучше?.. — Заскрипела я, ощущая, как лифтные двери едва слышно стучат где-то позади.— Более чем. — Вмешался азиат.— Да пошли вы! — Крикнула я, отступая назад к лифту, но Тео уже схватил меня за запястье. Я пыталась вырваться, била его локтями по груди, ногой толкала в колено, вертела запястье, но его хватка была как сталь. Мои удары отдавались по его руке, но он не ослаблял хватку, лишь наклонился, удерживая меня.Мужчина потянул меня к двери перед другим парнем.— Отведи её на кухню, пусть пока с вами побудет. У меня дела.— Давай, милая. — Ухмыльнулся парень, сжимая меня ещё сильнее.— Пусти, урод! — Закричала я, пытаясь вырваться, но он был выше и сильнее.— Огонь по своим? — Хихикнул тот. Я резко подняла голову и ударила его по подбородку. Раздался щелчок зубов. Он застонал от боли, но не отпустил.— 정말 해충이네요… ( — Вот зараза..) — Прошипел он сквозь зубы.И прежде чем я смогла среагировать он ударил меня по лбу своим.Почувствовав резкую боль, я отключилась

Конец Pov Ким.

*

Голова гудела, будто кто-то медленно стучал изнутри молотком. В нос ударил запах сырости, пыли, старой земли. Воздух был таким, как будто его кто-то уже выдохнул. Ким попыталась пошевелиться, но тело не слушалось. Что-то удерживало её, давило, будто само подземелье легло сверху.С усилием она открыла глаза. Потолок. Она лежит? Где-то сбоку звякнули флаконы, раздался тихий, нервный звон стекла.С трудом сфокусировавшись, Ким поняла, что лежит на узкой металлической кровати. Над столом возилась девушка, худая, в мятой одежде, волосы собраны кое-как в грязный хвост. В свете лампы её кожа блестела от пота, а лицо было усеяно мелкими воспалениями. Она перебирала флаконы, ловко и монотонно, как будто всё вокруг существовало только в этих звуках.Медицинские.Резко моргнув, Ким рванулась вперёд. Мир качнулся. Что-то звякнуло. Её правая рука оказалась прикована наручником к спинке кровати.

— Как спалось? — Раздался голос. Брюнетка подняла глаза.

Девушка  теперь стояла напротив, склонив голову чуть набок. — Как себя чувствуешь?

Чувствовала себя Ким подавленно. Лёгкие сводило от сырого воздуха, глаза немного двоились, хотя в Катабисе и горел был свет. Грязь будто въелась в тело, став частью её самой. Девушка напротив выглядела не лучше - лицо усыпано акне, под ногтями въелась тьма подземелья.Ким не собиралась рассказывать ей хоть каплю о себе.

— Чего молчишь? — Фыркнула та. — Влюбилась, небось.— Выпусти меня. — Хрипло бросила Ким, дёрнув рукой, наручник звякнул о спинку кровати.Звук был не сильным, но собеседница скривилась, зажав уши, затем усмехнулась и опустила руки;— Как скажешь, босс. — Подняв руки в притворной капитуляции, затем отвернувшись. — Через пару минут принесут еды.— Пусти меня! — Крикнула Ким. Она этого даже не планировала, будто это была не она, это была Ким, что была взаперти в Лабиринте. Собеседница вздрогнула, повернулась с гримасой раздражения;— Чё орёшь как больная? Тебя режут, что ли? — Она похлопала себя по уху и недовольно поморщилась. — Аж уши заложило. — Потирая ухо, девушка направилась к двери, что была закрыта лишь шторками звунючими.

Брюнетка злостно рыкнула, отчаянно дёрнув рукой. Наручник снова звякнул о металлический прут спинки кровати, больно врезаясь в запястье. Никаких следов податливости, только холодная уверенность стали. Она потянулась сильнее, агрессивнее, мышцы на руке напряглись до дрожи, но сдвинуть хоть на миллиметр массивную скобу не удалось.Отдышавшись, она окинула взглядом комнату, скорее медкомнату.В полумраке, в паре шагов от кровати, стоял старый металлический шкафчик, его дверца неплотно прикрыта. Сердце Ким учащённо забилось.Из последних сил, растягивая связки до хруста, она потянулась к нему свободной рукой. Кончики пальцев скользнули по холодному металлу, едва зацепившись за ручку. Ещё рывок, и дверца с скрипом отворилась. Внутри, в беспорядке, валялись разные мелочи: обрывки бинтов, пустые флаконы, какая-то ветошь. И там, в углу, блеснули ключи. Она лихорадочно перебрала их пальцами, цепляя связку. Ключи были разной формы и размера, старые, ржавые, похожие на те, что открывают подсобки или старые замки. Она с трудом подтянула их к себе. Подобрав самый маленький, похожий на ключ от наручников, она дрожащими руками попыталась вставить его в замочную скважину. Не подошел. Следующий тоже. Она пробовала один за другим, торопясь, роняя их на одеяло, её движения становились всё более отчаянными и небрежными. Ни один не подошёл.

С рыктм раздражения она швырнула связку на пол. В глазах потемнело от ярости и бессилия. Она снова запустила руку внутрь, уже не разбирая, сгребая всё подряд. И тогда её пальцы наткнулись на что-то маленькое и острое.Не нож, а скорее лезвие для канцелярского ножа, с обломанным кончиком, вставленное в самодельную ручку из изоленты. Но оно было острым.Схватив его, она снова принялась за наручник. Не пытаясь подобраться к замку, она начала яростно царапать и отковыривать место, где металлическая дужка крепилась к старой, ржавеющей спинке кровати. Стружки летели мелкой пылью. Она пилила одну и ту же точку, вкладывая в крошечное лезвие. Минута, другая... Раздался слабый, но такой желанный скрежет, и болт, державший скобу, поддался.Одним резким движением она вытащила руку из ослабленного наручника. Запястье горело огнём, по коже струилась тонкая полоска крови от пореза, но она была свободна.С трудом поднявшись на ноги, она пошатнулась. Колени подкашивались, словно ватные, голова закружилась от резкой смены положения. Она схватилась за край кровати, чтобы не упасть, сделала глубокий вдох прогорклым воздухом.И побежала. Нетвёрдой, спотыкающейся походкой она рванула к выходу. По крайней мере это была вторая дверца, в которую не вошла та девушка.

— Эй! — Раздался сзади возмущённый крик девушки.Но Ким уже не оглядывалась. Она оттолкнула старую дверцу и выскочила в тёмный, гулкий коридор, полный незнакомых теней и звуков. Коридор оказался лабиринтом из грубого бетона, освещённым редкими тусклыми лампами, отбрасывающими длинные, пляшущие тени.— Держите её!Крик девушки эхом покатился за спиной, и этот звук придал Ким новые силы. Она бежала, не разбирая пути, сворачивая в первые попавшиеся проходы. Мимо мелькали люди, кто-то оборачивался с удивлением, кто-то отскакивал в сторону, кто-то пробовал протянуть руку, но её стремительный, испуганный бросок было не остановить.И вот прямо перед ней, из бокового ответвления, появился он, тот самый азиат, что вырубил её. В его руках был металлический поднос с двумя мисками, от которых поднимался скудный пар. Увидев Ким, его глаза расширились от изумления.— Стой! — Рявкнул он, пытаясь преградить ей путь.Но она не думала останавливаться. С низким криком, врезалась в него, выбивая поднос из рук. Миски с грохотом полетели на пол, еда, какая-то сероватая каша, размазалась по бетону, а сам парень, не удержав равновесия, тяжело рухнул на стену, ударившись головой с глухим стуком.— Держите её! — Всё дальше и отчаяннее кричала девушка, и теперь в коридоре послышались другие голоса, тяжёлые шаги.Ким не оглядывалась. Она мчалась вперёд, пока коридор не упёрся в крутую, узкую лестницу, уходящую вниз, рядом лифт, через который она приехала. Спускалась она почти прыжками, хватаясь за холодные перила. Свежий, точнее, менее спёртый, поток воздуха ударил в лицо и она выбежала на нижний уровень Катабиса.Вместо ровных улиц здесь были проходы, пробитые прямо в скальной породе, а «здания» выглядели как вкопанные в землю или приваленные к стенам модули из рифлёного металла. Над всем этим, на огромной высоте, под самым куполом, горели те самые мощные лампы, имитирующие дневной свет, но отсюда, снизу, их свет едва достигал земли, растворяясь в вечных сумерках.

И она побежала туда, где этот искусственный свет становился ярче. Инстинкт тянул её к нему, как мотылька к огню.

Наконец, в конце широкого транспортного тоннеля зиял высокий, как гора, арочный проход. Он выглядел так же, как и тот, через который они въехали. Мощный, наклонный скат, выложенный грубым бетоном, уходил вверх. Где-то там, в самой дальней точке, виднелся крошечный, но такой желанный лучик настоящего, живого света, пробивавшийся с поверхности. Даже ночь поверхности была ярче света под землёй.

Внезапно, она разглядела что у выхода внизу, кружатся несколько стражей.Даже Тео и один из стражей, изучавшие какую-то статистику на планшете. Они стояли сбоку огромного выхода, полностью поглощённые своим разговором.— Эй, что за девчонка! — Кто-то крикнул из стороны, первым заметив обезумевшую фигуру, несущуюся к выходу.Головы повернулись одновременно. Стражи у входа встрепенулись, их позы сразу стали напряжёнными, готовыми к броску. Но Тео поднял взгляд на Ким медленно, почти лениво. Ни тени удивления, ни гнева.Ким попыталась проскочить, как вихрь, но двое охранников уже преградили ей путь, смыкаясь стеной. Она врезалась в первого, локтем и коленом пытаясь выбить из него дух. Тот отшатнулся с проклятием. Второй попытался схватить её сзади, но она резко дёрнулась. На мгновение ей показалось, что она свободна, но третий, самый массивный, двинулся ей наперерез. Его руки, словно стальные тиски, сомкнулись на её плечах, и вся её инерция бега угасла в этой неумолимой хватке.Вокруг быстро собралось ещё несколько человек. Ким рычала, как загнанный зверь, её тело извивалось в бессильной ярости. Она царапалась, пыталась кусаться, брыкалась, но её держали крепко. Отчаянное дыхание свистело в горле, в глазах стояли слёзы бешенства и отчаяния. Она была так близко! Так близко к тому просвету вверху!И вдруг, раздался его голос. Спокойный, ровный, без единой нотки напряжения.— Пустите. — Прозвучало громче любого крика. Повисла секунда ошеломлённой тишины. Даже Ким замерла. Люди, державшие её, переглянулись в полном недоумении.— Но, Сэр...Вожак даже не повернул головы. Он лишь скользнул по тому взглядом, быстрым, тяжёлым, как удар. И этого оказалось достаточно. Протест замер на губах мужчины, он опустил глаза и отступил на шаг.Хватка, сковывавшая Ким, ослабла. Её отпустили. Она пошатнулась, не веря происходящему, её дикий взгляд метнулся от растерянных стражей к невозмутимому лицу Тео. Он смотрел на неё с каким-то странным, почти научным интересом, будто наблюдал за экспериментом.Не дожидаясь, что он передумает, Ким рванулась с места. На этот раз никто не преградил ей путь. Она побежала вверх по наклонному тоннелю, к свету, к свободе, оставляя под землёй гул Катабиса и тяжёлый взгляд человека, который её туда завёл.

*

Ким вырвалась на поверхность, и её будто оглушило. Не звуком, а самим фактом.  Чистый воздух ударил в нос, вместо терпкого, грязного. Она помчалась вперёд, не оглядываясь на чёрную дыру, из которой только что выскочила, словно боялась, что из неё протянутся щупальца и втянут её обратно. Сердце колотилось так, что перехватывало дыхание, а в ушах стоял оглушительный звон.Перед ней возникла... Парковка? Это было огромное, квадратное помещение из серого, отполированного до блеска бетона, залитое до боли ярким светом бесчисленных ламп. Они горели под потолком ровным, безжалостным светом, не оставляя места теням. Машины, стоящие ровными рядами, были не старыми ржавыми джипами и грузовиками, а гладкими, обтекаемыми, высокотехнологичными аппаратами с глянцевыми кузовами и тёмными стёклами. От них веяло холодом, богатством и такой чужеродной чистотой, что Ким на мгновение почувствовала себя диким зверем, забредшим в стерильную лабораторию.Она бежала по этому неестественно ровному полу, её грязные, потрёпанные ботинки казались кощунством на этом идеальном асфальте.И вдруг...Грохот.Лёгкий, приглушённый, идущий из-под земли. Ким замерла на месте, будто её вкопали. Дрожь, которую она не чувствовала от адреналина, пробежала по всему телу, и колени предательски задрожали, едва не подкосившись.Медленно, словно против воли, она повернулась.Тот самый проход, чёрный зев в бетоне, из которого она вырвалась, теперь медленно, с нарастающим металлическим скрежетом, начал закрываться. Массивная плита, замаскированная под сегмент пола, плавно и неумолимо наползала на отверстие. Неужели они и правда отпустили её?..Стыки сошлись так идеально, что теперь на том месте был лишь бесшовный участок серого пола. Будто Катабиса, Тео, всей этой подземной цивилизации и не существовало вовсе.Ким застыла с открытым ртом, её тело перекосило от напряжения и непонимания.Задрав голову, она попыталась сориентироваться. И снова удар, на этот раз по чувствам. Над ней не было потолка. Парковка была открытой. И над ней... Звёзды. Не тусклые, пробивающиеся сквозь вечную пыльную дымку Лоренса, а яркие, чёткие, холодные точки, усеявшие бархатную черноту ночного неба. Это было одновременно прекрасно и пугающе.И только тогда, когда её слух начал отходить от оглушительного звона собственного страха, она обратила внимание на шум. Тот самый гул, что отличался от монотонного гула генераторов Катабиса и от приглушённого ропота выживания в Убежище Лоренса.Это был живой, пульсирующий, почти агрессивный гул жизни. Отдалённый, но настойчивый рёв машинных двигателей, не хриплых и кашляющих, а ровных и мощных. Гул голосов, не десятка, а сотен, тысяч людей. И музыка... странная, электронная, бездушная мелодия, которая лилась откуда-то сверху, с окружающих парковку зданий.И сквозь этот гул, словно ножом, резали искусственные, до жути слаженные голоса, доносящиеся из динамиков.«Город приветствует вас, если вы приветствуете ПОРОК. ПОРОК — это хорошо!» — Вещал приятный баритон, в голосе которого не было ни капли искренности.Следом, женский голос, сладкий и навязчивый, как сироп, вторил ему; «Маски — ваше спасение. Соблюдайте комфортную дистанцию. Ваша безопасность — наш приоритет».

Голова закружилась.

П.О.Р.О.К.?

      ░                              хо⧉⧉      

              ?                    ?                                   П.О.Р.░░░К..                                           

                            из неё ничего не выйдет

⧗ ОР.                             ░О.   

         Я                     Знаю                ▒                                                   Р ⧗ О ▒ К ▒█▌                

                Р.                                                   Она этого не

заслуживает!

                                                 п̶р̶о̶ш̶у̶!    О.  ▒▒ ПР      ▒ К ▒                █▌                                 Р.                                                ⧗ О

         Она больна!                    ⌬

П.\.

          -                                                               №A8 ¿                                                                       -    •      π.°.₽.°.k    

                                 Это ничего не

К.               П█▌.          Док        Р.⌬.                                               Аз

                                                                           A8?

                       8.                      ▒▒ П О ░ Р⧗ О ▒ К

░▒               

                                     ⌬П.\.

          -              К.         П█▌.                Р.⌬.        

                                               Юн Бум.                  π.°.₽.°.k                                  

Юн Бум. ¿                               №A8                -    •

                                          Юн Бум

A8?                        8.                      ▒▒ А8

П.О.Р.О.К. — это хорошо.