Глава 2

Фреска была огромной, покрывалась паутиной трещин, а магическое изображение постепенно утрачивало свою силу. Свет на её поверхности мерцал неуверенно, словно угасающее пламя, цепляющееся за последние искры жизни.

Но Лана уже знала, что делать.

Она активировала магический шар связи, и в тишине зала тут же раздался восторженный визг.

— Это она?! Она?!!

— Как видишь.

— ЛАНА! Я ТЕБЯ ОБОЖАЮ!

Лана поморщилась, слегка отстраняясь от шара.

— И ты решила признаться в этом, пробив мне барабанные перепонки?

— Не могу поверить, что я наблюдаю последнюю работу Баларда. О, она просто великолепна! Подойди ближе, хочу разглядеть её получше.

— Может, оставить вас наедине?

Подруга не обратила внимания на иронию. В её голосе звучало неподдельное восхищение.

— Ты не представляешь, насколько уникальна эта картина! — взволнованно начала она. — Это одна из древнейших магических фресок, и её история одновременно печальна и удивительна.

Лана молча слушала, погружаясь в рассказ.

— Художник запечатлел момент трансформации — тот самый переломный миг, когда маленький мальчик превращается в пса. Но это не просто иллюстрация — это настоящая магическая запись. Его мать была королевой-ведьмой, и когда враги ворвались в замок, она, умирая от ран, использовала последнее заклинание, чтобы превратить сына в собаку. Всё ради того, чтобы солдаты не нашли его и не убили как других детей рода.

— Отчаянный шаг, — задумчиво произнесла Лана, всматриваясь в мерцающий силуэт.

— Ты только посмотри внимательно: на фреске видно, как детские черты ещё угадываются в морде пса — переход не завершён до конца. Его глаза всё ещё наполнены слезами, а вокруг — остатки материной магии, сияющие мягким светом.

Лана замерла перед картиной, словно почувствовав всю тяжесть этой истории. Её пальцы едва касались потрескавшейся поверхности, стараясь уловить остаточное тепло старинного заклинания.

— Ты представляешь, каков был выбор матери? — продолжила подруга. — Она знала, что её больше не станет. Но лучше потерять человеческий облик, чем жизнь. И теперь этот пёс — символ спасения и утраты одновременно.

— Ну, в конечном счёте он же стал человеком? — заметила Лана.

— Разумеется. Но сам замысел... В этом столько глубины. Знаешь, что ещё поражает? Художник использовал очень необычную технику.

Лана вскинула бровь, изучая детали изображения.

— Он применил смешанную магию красок: обычные пигменты переплелись с зачарованной пылью редких кристаллов. Поэтому картина будто светится изнутри — особенно глаза мальчика и та самая магическая аура вокруг.

— Я заметила этот эффект, — кивнула Лана. — Она будто живая.

— Точно! А ещё он использовал технику послойного наложения. Сначала основа — грубая текстура земли и камня, создающая ощущение тяжести и скорби. Затем — тончайшие слои света и теней, придающие глубину. Это делает момент трансформации особенно драматичным.

— Я вижу... — задумчиво проговорила Лана.

— А посмотри на края фигуры. Они слегка размыты, словно художник хотел показать, что превращение ещё не завершено. Это создаёт ощущение неустойчивости — как будто мальчик и пёс существуют одновременно в одном пространстве. Печально видеть, что время сделало с этой работой

— Наконец-то мы перешли к самому основному, — нетерпеливо сказала Лана, оглядывая фреску. — Я тут не просто так стою и любуюсь, не забыла? Помогай.

— Да-да, конечно. Сначала тебе нужно стабилизировать узлы. Видишь, где линии магии рвутся? Их нужно соединить. Но аккуратно и медленно!

Лана хмыкнула, и на её лице мелькнула хитрая улыбка.

— А если быстро?

— Тогда пёс взбесится!

— Прекрасно.

— Лана!

— Ладно-ладно, сделаю всё правильно, не переживай, — рассмеялась она.

Лана щёлкнула пальцами — и музыка заполнила зал, разливаясь мягкими мелодичными волнами.

— Какое творчество без музыки?

— А никто против не будет?

— Думаю, нет.

Лана зажгла потоки энергии, и те, как по команде, начали кружиться вокруг неё, переплетаясь в танце света. Она двигалась плавно и уверенно, словно она дирижировала магией. Руки поднимались, направляя светящиеся линии туда, где они угасали, а ноги легко скользили по каменному полу.

Кто сказал, что реставрация — скучное занятие?

Перед Ланой разложились инструменты: магические кристаллы, энергетические пластины и древние символы, которые диктовала Корнелия. Лана касалась каждого предмета с ловкостью, соединяя их в единое целое. Символы вспыхивали и разлетались вокруг, растворяясь в потоках света.

На фреске изображённый пёс дрогнул, его глаза вспыхнули новым светом, а затем он медленно расправил лапы, словно просыпаясь от долгого сна.

Лана подхватила три мерцающих кристалла и в такт музыке бросила их в воздух. Кристаллы соединились во вспышке энергии и мягко опустились на фреску, вливаясь в изображение.

Музыка звучала всё громче, освещая стены сиянием магических потоков. Лана продолжала танцевать, вплетая в свои движения магию, словно устраивая представление на грани искусства и заклинания.

Любопытные зрители начали собираться вокруг. Ритмичные движения, изящные жесты, магия, переплетающаяся с мелодией, создавали атмосферу чуда.

В кульминационный момент Лана подняла руки вверх, и кристаллы вспыхнули, идеально синхронизируясь, прежде чем осесть на фреску.

Наступила тишина. Лана замерла на месте, осознавая, что её импровизированное выступление подошло к концу. Сердце ещё билось в такт музыке, хотя звуки уже стихли.

И вдруг — лёгкие аплодисменты. Кто-то осторожно захлопал в ладоши, затем к нему присоединились ещё несколько человек. Лана обернулась и заметила, что вокруг неё собралась небольшая группа — человек десять, не меньше.

Лана развернулась на каблуках, сложила руки на груди и, бросив лукавую улыбку, картинно поклонилась.

— Благодарю, благодарю! Повторных представлений пока не планирую, но не исключено, что будет турне по девяти мирам.

— Кажется, твоё выступление удалось на славу, — заметила Корнелия, слыша аплодисменты.

— Думаю, твой метод заслуживает того, чтобы его представили с размахом, — ответила Лана, улыбаясь.

— Вот только в следующий раз предупреждай заранее, — заметила Корнелия. — Чуть сердце не выпрыгнуло, когда я увидела, как ты бросаешь кристаллы в воздух.

Лана рассмеялась:

— Да брось, всё было под контролем.

— Ты же пришлёшь мне все данные? Пришли как можно скорее! Презентация будет потрясающая! — взволнованно произнесла Корнелия.

— Да твоя методика просто нечто. Поздравляю, Корни, — радостно ответила Лана

— Вижу, без шума, как всегда, не обошлось

Лана вздрогнула от неожиданности и обернулась — перед ней стоял Джеймс в сопровождении Фригг. На мгновение на её лице отразилось лёгкое замешательство, но она быстро взяла себя в руки, стараясь не показать смущения.

— Позже свяжемся, — коротко сказала и отключила связь.

— Учитель, Госпожа, — произнесла Лана, почтительно поклонившись в сторону Фригг, которая наблюдала за происходящим с лёгкой улыбкой на губах.

— А поскромнее нельзя было провести работы? — с укором спросил Джеймс, бросив строгий взгляд на Лану.

— Да бросьте, учитель! Какое творчество без музыки? — с озорной улыбкой ответила Лана, поднимая руки, словно дирижируя воображаемым оркестром.

Фригг лишь слегка улыбнулась, наблюдая за их разговором.

— Устрою тебе творчество на тренировке, раз уж тебе его так не хватает, — пообещал Джеймс.

— Но... — начала Лана, но Джеймс жестом показал, чтобы она не спорила.

Фригг подошла к фреске, провела пальцами по обновлённым линиям и кивнула сдержанно, но одобрительно.

— Работа действительно впечатляющая.

— Моя подруга из Академии придумала этот метод реставрации. Очень вовремя, — заметила Лана.

— Что ж, нам повезло, — спокойно отозвалась Фригг.

Лана на мгновение застыла, поняв, что проболталась. Ведь в заявке на реставрацию Лана не сказала, что будет использовать новый метод. А значит соврала. Но царица не выглядела сердитой — она только разглядывала картину с интересом.

— Мы только приехали, а ты уже экспериментируешь с уникальными предметами искусства? — ворчал Джеймс.

— Между прочим, фреску не реставрировали как раз из-за сложности её магии. Этот метод универсальный и тонкий, и, как видишь, он сработал.

— А если бы не сработало?

— Я видела картины, восстановленные Корнелией. Она проделала огромную работу, чтобы разработать эту технику и ещё больше чтобы ее проверить, — Лана попыталась уверенно объяснить.

Фригг сдержанно улыбнулась.

— Что ж, думаю, Одину будет приятно узнать, что ты не тратишь время зря, — произнесла она не отрывая взгляда от картины

— Мы повесим золотую табличку с твоим именем, — послышался голос Локи, явно подшучивающего.

Лана повернулась к нему, и увидела рядом с ним Тора с удивлённым выражением лица.

— А я и не думал, что магия может быть хоть немного интересной, — с искренним удивлением произнёс Тор.

— Да ладно, — обиженно произнёс Локи, скрещивая руки на груди.

— Обычно ты используешь магию только для того, чтобы устроить очередную каверзу, — продолжил Тор, улыбнувшись брату.

Локи поднял бровь и сделал вид, что возмущён.

— Во-первых, мои каверзы всегда утончённы и изысканны. А во-вторых, неужели ты думаешь, что я не способен создать что-то столь же впечатляющее, как эти жалкие пляски?

Лана усмехнулась и прищурилась.

— Эй, жалкие тут только твои попытки колдовать, — парировала она

Локи прищурился в ответ, его глаза блеснули.

— Ты любишь бросать вызов всем подряд, не так ли?

— Нет, — ответил за нее Джеймс, тяжело вздохнув, а затем обратившись к Лане строгим взглядом.

— Лана, — произнёс он, сдерживая раздражение, — напомни-ка мне, что я говорил тебе об общении с принцами?

Лана закатила глаза и пробормотала:

— Помнить о манерах.

— И что надо сделать?

— Извиниться.

— А теперь ещё раз и громче, чтобы принц мог услышать, — настаивал Джеймс.

Лана нехотя вздохнула, сложила руки на груди и взглянула на Локи.

— Прошу прощения, принц, — произнесла она с видимой неохотой.

— Искреннее сожаление прямо-таки бьёт фонтаном, — усмехнулся Локи, поднимая бровь.

Лану бесил его пронзительный взгляд и эта показная надменность, словно он считал себя на несколько ступеней выше. Её пальцы невольно сжались в кулаки, и ещё немного — она не выдержит и ответит колкостью.

Однако прежде чем она успела что-то сказать, раздался спокойный, но твёрдый голос Фригг:

— Полагаю, вы уже всё обсудили?

Локи лишь слегка улыбнулся, изящно склонив голову в знак уважения к матери, но в его глазах продолжала плясать насмешка. Лана же прикусила язык, сдерживая эмоции, и молча опустила взгляд.

— Лана, это Лив. Она проводит тебя в твои покои. Советую отдохнуть перед приёмом, — с лёгкой улыбкой произнесла Фригг, её голос звучал мягко, но уверенно.

— Конечно, большое спасибо, — поспешила ответить Лана. Её охватила благодарность к царице — та мудро и ненавязчиво пресекла конфликт. Лана даже не заметила, как среди них появилась новая девушка.

Лив подошла ближе и учтиво поклонилась:

— Прошу вас следовать за мной.

Лана кивнула и, собравшись с мыслями, шагнула вперёд. Однако перед тем как покинуть зал, она обернулась и вновь встретилась с глазами Локи. Он продолжал смотреть на неё с лёгкой усмешкой, будто предвкушая её очередную ошибку. Лана твёрдо решила для себя: больше никаких разговоров с Локи. От греха подальше.