Глава 36

— Научить тебя колдовать? — с удивлением переспросила Эйра. — Я училась много лет и то многого еще не знаю, но чтобы за один день...

— Понимаю, что звучит бредово, но давай хотя бы попробуем. Я все-таки наполовину эльф, у меня должна быть склонность к магии.

Девушка недоверчиво приподняла бровь и со вздохом подперла кулаком щеку. Едва из-за горизонта приподнялось солнце, как Мориан разбудил ее и попросил о просто космической услуге: обучить заклинаниям за один день или хотя бы основам магии. Его упрямство и непонятная энергия вызывали в ней усталость и желание сдаться. Но как она могла это сделать, учась колдовству почти всю свою жизнь и так и не достигнув той силы, что обладала ее бабушка, ведьма Леса?

«И все же мой долг — помочь герою меча, несмотря на абсурдность и странность его запросов».

— Даже если я и соглашусь, вряд ли ты чему-нибудь научишься, — покачала головой Эйра и потерла висок. — Но можно попробовать.

— Спасибо тебе, — с благодарностью улыбнулся Гальсар, незаметно вытерев вспотевшие от волнения ладони о штаны.

— «Чтобы ты там не вешал всем на уши, но я против твоего желания научиться колдовать. Неужели тебе мало меня?» — с нотой обиды и возмущения спросила Лия.

«Тебя мало не бывает. И разве плохо развиваться во всех направлениях?» — Если бы эта мысль пришла ему еще в Даркхейме, он мог бы попросить свою мать показать ему основы магического искусства. Однако Вейлан сейчас далеко, а Темный лес и врата совсем близко.

Осталось всего пятнадцать дней. Чуть больше двух недель для того, чтобы изменить тот исход будущего, что представился ему. И для этого ему нужно выжать максимум из своих возможностей и отведенного времени.

— Раз уж ты настаиваешь на одном дне, то предлагаю начать прямо сейчас, — отвлекла его от совсем не радостных мыслей Эйра и встала, забрав со стула теплую шерстяную накидку. Разодранное белое платье она сменила другое, светло-зеленое, с широкими рукавами и треугольным вырезом.

За черными остатками дома оказался огороженный дворик с зеленой лужайкой и небольшим колодцем. Дру, до этого вовсю сопевший под навесом для полевых инструментов, приподнял голову и издал приветственную трель. Мориан с улыбкой почесал у него над веками и посмотрел на девушку.

— Основа всей магии — это мысль, — произнесла она с вмиг посерьезневшим взглядом. — Умение же давать мысли оболочку называется колдовством или же магическим искусством. Чтобы использовать заклинания, достаточно научиться этому, хотя для дальнейших успехов будет очень мало.

— Сейчас сойдет и это. — «Ведь выбора у меня особо и нет».

Меч, аккуратно положенный возле дрокса, недовольно клацнул в ножнах, однако Лия ничего не сказала.

— Тогда смотри, — Эйра вытянула перед собой руку, — гори. — Кучка дров у колодца вдруг вспыхнула, будто на нее насыпали пороха и поднесли спичку. — Сейчас, прежде чем поджечь эти дрова, я представила, как моя мысль наполняется жаром и необузданностью пламени, что высвободился в одном слове. Каждая стихия обладает своим содержимым, всего лишь надо дать ей оболочку. Попробуй поджечь что-нибудь здесь, кроме навеса.

Мориан осмотрел почти пустое пространство, возвращаясь взглядом к горящим дровам. Вода.

Он представил, будто погружается в темную глубину вод. Мягкость и упругость, что может вмиг сдавить тебя или с силой швырнуть в объятия смерти. Ее текучесть и способность терпением и хитростью подтачивать самый крепкий камень.

«Стань водой. Призови ее», — прошептала сила внутри, и Мориан отдался ей, позволяя растекаться по всему телу.

Что-то холодное и мокрое коснулось его пальцев, уходя корнями глубоко под землю, где стремительно несся по тоннелю водный поток. Тонкая струя отделилась от него и понеслась наверх, к свету и жару огня.

Дрова гневно зашипели, испуская пар. Бушующее пламя исчезло, оставив полуобгорелые куски дерева.

Эйра с изумлением и как-то по-новому взглянула на него, не до конца веря в увиденное.

— Тебе даже не понадобились слова, чтобы призвать воду, которая находится на десятки метров под землёй. Ты точно полукровка?

— Да. — От достигнутого результата у него немного кружилась голова, а слова, нашептанные его эльфийской сутью, продолжали висеть в голове, как утренний туман.

«Ты родился с той самой гармонией двух сущностей, которая редко бывает у полукровок, — сказала Лия в ответ на его мысли. — Обычно слабую кровь подавляет сильная, и магические способности редко у кого проявляются. И все равно я против».

Гальсар удержался, чтобы не засмеяться от ее настойчивости и задетой гордости.

«Это все лишь подстраховка, — успокоил он ее. — Ты все еще моя главная сила и козырная карта в предстоящем сражении».

— «Вот и нечего подстраховывать себе ничего, — с горделивой усмешкой ответила она. — Я эти врата на раз, два превращу в кучу пыли».

«Представляю».

— Попробуй призвать другие стихии, и тогда уже перейдем к более сложным призывам.

Солнце уже мигнуло им желтым круглым глазом, когда он смог без глубокого погружения в мысли делать что-то простенькое. Пот струился по нему, как ливень по покатой крыше, и ему пришлось снять рубашку, чтобы не испортить ее. Таскать с собой запасную одежду у них не было возможности.

— Так, давай попробуем с заклинаниями, — выдохнула Эйра, вытирая пот со лба. Рыжие кольца волос блестели красной медью на солнце. — Слова дают более прочную и четкую оболочку, поэтому и эффект от них намного больше, чем от простого взывания к стихиям.

— Да уж, — выдохнул он.

— Срань господня, — прокряхтел рядом кто-то, — какого черта вы тут с раннего утра ошиваетесь? Еще и полдень не наступил, а вы уже взмыленные, как почтовые лошади.

Сэм, потягиваясь и хрустя затекшими конечностями, вылез из подвала. За спиной у нее висела громовая секира. Вслед за ним показалась и копна каштановых волос. Встретившись с ним взглядом, Мари покраснела и отвернулась, быстро направляясь к колодцу.

— Занимаемся мы тут, — буркнул Гальсар. — Спал бы себе и дальше, чего вылез?

— Ярн очень хотел посмотреть, чем вы тут занимаетесь. Решил стать ведьмаком?

— К твоему сведению, я наполовину эльф.

— Да хоть наполовину тролль. Ведьмаками не рождаются, а становятся, чтобы ты знал. Вы вообще собираетесь обедать? Я вообще-то жрать хочу, а не смотреть, как ты светишь своими мускулами перед дамами.

— «Он прям глиста какая-то, — заметила Лия, — только и думает, что о еде».

«Говорит глиста о глисте».

— «Эй!»

Девушка отряхнула подол платья и  натянуто улыбнулась:

— Сейчас мы закончим и я займусь приготовлением еды.

— Дамочка, а нельзя ли...

— Сгинь. — Сильный порыв ветра толкнул его в грудь, отчего Сэм полетел назад и упал в подвал, дверь от которого неизвестным образом сама открылась и ткт де захлопнулась, подняв ворох пепла.

Мари с мстительной улыбкой посмотрела на то место, куда провалился Дакшер, и сказала:

— Я лучше тут посижу. — И направилась к навесу и недовольно заскрипевшему мечу.

— Вернемся к нашему занятию, — Эйра вытянула перед собой руку ладонью вверх. — Заклинания ты создаешь сам, с помощью слов, но чем больше сил ты вкладываешь в создаваемый сосуд, тем сильнее и затратнее он становится. К примеру, для запечатывания сильного мага требуется по меньшей мере дюжина таких же сильных магов, иначе всем грозит смерть от истощения. Поэтому нужно заранее рассчитывать, хватит ли тебе сил исполнить задуманное.

— А если не хватит? — спросил Мориан.

— В лучшем случае повредишь себе внутренние органы, в худшем — мучительно умрешь от недостатка жизненной энергии, — пожала плечами она. — Для этого я и учусь столько лет, чтобы не допустить такого исхода. А теперь смотри. Гори в моей руке, необжигающее пламя.

Над ее ладонью появилась маленькая оранжевая искра, которая разрослась до небольшого языка пламени. Извиваясь и будто норовя укусить, оно не причиняло вреда девушке, и та спокойно наблюдала за его танцем. Затем она встряхнула рукой и огонь погас.

— Сможешь сделать также? Необязательно придумывать что-то свое, для начала и мое заклинание сойдет.

Гальсар застыл, прикрыв глаза. Усталость медленно опутывала его своей паутиной, однако сила внутри еще осталась. Повернув руку ладонью вверх, он медленно произнес:

— Гори в моей руке, необжигающее пламя.

Эйра хотела подойти поближе, однако с невольным вскриком отшатнулась. В его руке горел не огонек: там бушевало настоящее пламя! Мориан едва удержался, чтобы не отскочить самому, завороженно глядя глядя на свою ладонь.

«Так вот оно какое, колдовство...»

— Всезнающие боги, — прошептала Эйра, прожигая в нем дыру взглядом нефритовых глаз. — Что же ты за герой такой?..

— «Мой, а чей еще? — раздался в его голове довольный и полный гордости голос. — Героем меча может быть только лучший».

«Кто-то совсем недавно был против того, чтобы я учился магии», — заметил Гальсар, накрывая свободной ладонью пламя. То, притворно огрызаясь, потухло, оставив в руках приятное чувство жара.

— «Это не мешает мне довольно взирать на эту ведьму, что сначала снисходительно согласилась, а теперь рвет и мечет от зависти и собственной глупости», — фыркнула она, довольно завибрировав в ножнах. Мари заметила это и спросила:

— Чему это Лия так радуется?

— Да так... своим вещам. — Из подвала послышался громкий стук и ругань. — Думаю, все-таки пора пообедать. Я голоден, как проснувшийся дракон.

— Не один ты. — Казберн посмотрела на вглубь обгорелого дома и отвернулась, пока он, фыркая, обливал себя водой из колодца и надевал рубашку. Дру же сменил место для сна и теперь лежал на щедро поливаемую солнечными лучами лужайку и довольно урчал, купаясь в жаре. Черная чешуя накалилась, поблескивая обсидианом. Мориан случайно смахнул на него несколько капель воды, которые тут же со злобным шипением испарились с дрокса. Тот даже глаза не открыл, продолжая спать.

— Редкостное ты чудовище, Дру, — пробормотал он и обошел ящера, забирая из-под навеса меч. Мари встала и, не глядя на него, пошла к подвалу.

«Странная сегодня какая-то, — с недоумением подумал он. — Спала плохо?»

— «Скорее желчью давится».

«Что?»

— «Да так, мысли вслух. Между прочим, я тоже есть хочу, а сейчас из еды у меня только твоя жизненная энергия. Понимаешь?»

«Намек понял», — хмыкнул Мориан, спускаясь по лестнице в подвал. Дверь сверху закрылась, и удар эхом отозвался по прохладной комнате.

Эйра и Мари что-то шаманили в дальнем углу возле камина и стола. Сэм, пытаясь незаметно сглатывать слюну, ковырял пальцем в ухе и разговаривал с Ярнбъерном. Тот уже успокоился и больше не норовил разнести все вокруг в щепки, поэтому с него сняли зачарованные. Однако они подзрительно близко поблескивали у кровати, скрывая часть магического круга на полу.

— Эй, Мор, заканчивай ворковать с железкой и поговори со мной. Мне скучно.

— Так почитай или поброди по деревне, — ответил он, с опаской садясь на старый стул. — Я устал.

— Я тоже устал, но от скуки, — ответил Сэм и положил руки на живот. Серые глаза кольнули его усмешкой. — Когда пойдем за оставшимся небесным оружием?

Этот вопрос мучил его, однако все уже было решено.

— Сегодня.

— Вы с ума сошли? — Оказывается, девушки прекрасно слышали их разговор. Эйра, держа в руке нож, воскликнула: — Темный лес — это убежище Мрака. Помимо Скрывающихся во мраке там обитают злые духи, а Хозяйка не даст вам и шагу ступить, если захочет, особенно ночью. Лучше дождитесь утра, днем будет идти безопаснее.

— Без разницы, опасно или нет, — произнес он, переплетая пальцы рук и сжимая их. — Мы идем к Источнику, который охраняет эта Хозяйка. Встреча с ней неизбежна.

— И все же... — продолжила было она, однако неожиданно ее перебила Мари:

— Осталось пятнадцать дней. Неизвестно, сколько из них мы проведем в лесу, а сколько на пути к Пепельным землям. Дорог каждый час, и ты должна это понимать, раз действительно хочешь нам помочь.

— Глупая смерть не спасет этот мир. Неужели так сложно внять голосу рассудка?

— Его мы не слышим с тех пор, как решили спасти этот умирающий в крови мир, — проговорил Дакшер без малейшего намека на сарказм. — Лучше не спорь и продолжай готовить, так жрать охота, что слюной можно захлебнуться.

Эйра не слушала его. Нефритовые глаза схлестнулись с пронзительной зеленью изумруда. Мориан понимал, что она права, но правда есть и на его стороне: времени на осторожность нет. А значит, нужно рисковать всем.

Девушка первой опустила взгляд и что-то пробормотала на незнакомом языке.

— Что ты сейчас сказала?

— Утраченный людьми язык древних. Счастливы те, кто слеп, ибо во тьме мы видим и живем, а свет лишь ослепляет и толкает нас в пропасть. Радуйся, герой меча, однако во тьме тоже можно оступиться. Исход один, лишь различны пути к нему и их последствия.

Ее слова вызвали в ушах тот самый омерзительный хруст, который он услышал в видении и с тех пор не мог спутать ни с чем иным. Мориан стиснул до скрипа зубы.

«Этого не случится. Я сделаю все, хоть на части разорвусь и умру, но изменю увиденное будущее. Изменю и спасу этот чертов мир и своих друзей».