Глава 21

  Я видела, как напрягся Грэм после появления рядом с нашим столиком Джесси. - Что ты здесь делаешь? – аккуратно спросила у своего младшего брата я.- Может, это будет звучать немного странно, - тихо начал он, переминаясь с ноги на ногу. – Но я пришёл извиниться за всё то, что тебе пришлось пережить за все четыре года, когда ушёл наш отец.Он наконец встретился глазами со мной и чуть поджал губы. - Я сожалею о том, что знал обо всём и никак не мог помочь тебе, - отчеканил он, и я услышала в его словах тембр отца. – Я боялся встретиться с тобой, потому что думал, что ты будешь меня ненавидеть.Я медленно встала со своего места и, поравнявшись со своим младшим братом, который был выше меня на две, а то и все две с половиной, головы, продолжила смотреть ему в глаза, совершенно не зная, что сказать.Я совершенно не знала, что я могу сказать ему, хотя по идее должна была рассказать ему многое.Даже не оборачиваясь я точно знала, что Грэм тоже встал со своего стула и сейчас, стараясь изобразить безразличие, прожигает Джесси взглядом.- Я просто хотел сказать, что мне жаль, - тихо пробормотал он, но даже так я достаточно чётко различала все его слова. – Я точно такой же, как и наш отец. Но я стараюсь быть лучше, ведь отец всегда сильнее любил тебя. И, если ты хоть раз ловила себя на этой же мысли, то ты поймёшь, что я хотел сказать, Гѝдеон.Я вскинула голову и во все глаза уставилась на Джесси.Где-то в глубине души я всю жизнь надеялась на то, что он жив. А сейчас, наконец встретившись с ним лицом к лицу, я не могла вымолвить ни слова только из-за того, что не смогла простить отца за всю ложь. И да, он был прав. Я постоянно ловила себя на мысли о том, что я слишком сильно становлюсь похожей на отца. - Не желаешь присесть? – тихо спросила я, указывая на стул рядом со мной.Я видела, как глаза Джесси немного округлились, а Грэм за моей спиной поперхнулся воздухом. Но всё же мой брат улыбнулся и слабо кивнул головой.Мы вдвоём сели за стол, а Грэм так и остался стоять, медленно переводя взгляд с меня на Джесси.- Я выйду проветриться, извините, - сказал он, чуть склоняя голову. Я знала, что значит это его «провериться», поэтому протянула руку ладонью вверх. Он удивлённо вскинул брови вверх, вначале посмотрев на мою протянутую руку, а потом мне в глаза.Я многозначительно посмотрела на его пиджак, и Грэм, проследив за моим взглядом, закатил глаза.Вложив в мою руку пачку сигарет, он ушёл.- У вас с ним довольно тёплые отношения, - заметил Джесси, смотря вслед Грэму. - Я работаю на него, - просто ответила я, смотря на точёный профиль брата. Он, несомненно, был красив: светлые волосы аккуратно уложены на левую сторону, немного вытянутый нос, тонкие губы, пышные ресницы. – Ничего такого, как ты мог бы подумать.Я убрала пачку сигарет себе в сумку, обещая себе, что потом обязательно верну её Грэму. Просто сейчас было не очень красиво класть её на стол.- Как отец? – тихо спросила я, вспоминая слова Грэма о том, что он разбил ему нос. – Наверняка опять громит всё, что только попадётся ему под руку из-за того, что что-то пошло не так, как он хотел?Джесси тихо рассмеялся и кивнул головой.- Он ужасно зол на тебя и Дра̀гнила, - облокачиваясь об спинку стула и поворачивая голову в мою сторону, сказал мой брат. – И собирается делать себе пластику носа. Я отговорил его подавать заявление в полицию.- Спасибо, - прошептала я практически одними губами.- Я больше не брошу тебя, Джессамина, - так же тихо сказал он, накрывая мою руку своей рукой и, заглянув в мои глаза, слабо улыбнулся.- Я надеюсь на это, Гидео̀н, - ответила я, тоже едва заметно улыбнувшись. – Расскажи о себе.Джесси усмехнулся.- Воспитание мы с тобой получали одинаковое, - всё ещё не выпуская моей руки, начал свою историю он. – Единственное что, отец ещё учил меня верховой езде, фехтованию и ещё всякой ненужной хрени, которая никогда не пригодится мне в жизни. Я получал образование в Англии. Отец заставлял меня много путешествовать по миру, потому что только так я мог научиться всему самостоятельно.- И из-за этого ты решил, что отец любил меня больше, чем тебя? – печально спросила я, глазами ища на стоянке Грэма. Но его не было видно. – Отец всегда бы слишком строг ко мне, я жила в четырёх стенах, потому что отец запрещал мне куда-либо выходить. Единственное, куда я ходила – танцы и школа. Мне было запрещено даже ходить по магазинам.Я видела смятение в глазах брата.- Прости, - пробормотал он, сильнее сжимая мою руку. – Из уст отца история твоей жизни звучала иначе. Почему ты работаешь на Дра̀гнила?Мои глаза округлились.- Ты совершенно ничего не знаешь, - сказала я, чувствуя горечь в своём голосе. – Когда мне только исполнилось четырнадцать, а моей сестре два отец просто сбежал, оставив меня, маму и Лекси. Спустя пару месяцев мама заболела раком. Мне пришлось работать на нескольких работах, чтобы обеспечить их всем.Мой взгляд выцепил Грэма, он медленно шёл по направлению к нашему столику, рукой небрежно откидывая волосы назад. В свете ламп заблестели его часы. Заметив мой взгляд, он слабо улыбнулся. Я не удержалась от ответной улыбки. - Если бы не Грэм, - продолжила я, всё ещё не отводя от него взгляда, - я понятия не имею, где бы сейчас оказалась. Он очень добр ко мне и моей семье. И, что самое главное, он всегда сможет прийти на помощь, что бы ни случилось.Это была чистая правда. Грэм Дра̀гнил всегда помогал мне в любом вопросе, был это вопрос в выборе туфель под юбку или разборки с моим отцом. Грэм Дра̀гнил никогда не мог пройти мимо человека, нуждающегося в помощи. Грэм Дра̀гнил был самым замечательным человеком, которого я знала.- О чём болтаете? – тихо спросил он, присаживаясь напротив меня, и, кажется, совершенно не обращая внимания на Джесси.- Я рассказываю Джесси о том, как ты вытащил меня из всего этого дерьма, - беззаботно сказала я, пожимая плечами и переводя взгляд на брата.Грэм вскинул брови вверх и солидно покачал головой, прежде чем улыбнуться:- Надеюсь, что ты закончила, а то моя самооценка взлетит до небес. Ты ведь не хочешь этого?***Мы летели в самолёте, возвращаясь обратно в наш шумный мегаполис, и я полулежала на плече Грэма, закинув ноги на диван и укрыв их пледом, потому что внезапно сильно замёрзла, практически дремала, а он, одной рукой перебирая мои волосы, в другой держал книгу. Его ноги были закинуты на кресло, которое он придвинул ближе к себе. Очки для чтения сползли на нос, но Грэм, взамен того, чтобы поправить их, всё выше и выше поднимал голову, продолжая чтение. Наверное, он читал что-то действительно интересное, но мне не очень хотелось рушить окружающую нас идиллию. - Какие у тебя планы на каникулы Лекси? – как бы невзначай спросил он, откладывая книгу и снимая с себя очки.Я вскинула голову и посмотрела в его глаза. Внезапно в моей голове сложились два и два. - Таинственный спонсор, пожертвовавший на ремонт школы кругленькую сумму? – спросила я и заметила в его лице разочарование к самому себе.- Ладно, я немного не так поставил вопрос, - начал оправдываться он, но я, сев ровно на диване, уставилась на него, улыбаясь.Он протянул ко мне руку и поправил сползший на плечо ворот его свитера, который всегда был в самолёте.- Прекрати оправдываться Грэм Дра̀гнил, я вижу тебя насквозь, - сразу же пресекая все его попытки как-то выкрутиться из ситуации, сказала я. – Тебе некуда вкладывать свои деньги или ты заделался в Робин Гуда? Нет, конечно, ты и так делаешь много хороших вещей, но ремонт школы – это слишком мило даже для тебя.Он виновато улыбнулся, рукой поправляя волосы, прежде чем вновь притянуть меня к себе. Я удобней легла на его плече и, вскинув голову вверх, посмотрела на его скулу, дожидаясь его пояснения.- Я действительно только хотел помочь, - тихо сказал он, опуская голову вниз и мягко улыбаясь мне. Грэм вновь начал перебирать мои волосы. – Лекси и так не получала отцовской любви. Так пусть хотя бы получит мою.Я почувствовала, как на моём лице появляется глупая улыбка.Он был слишком милым, чтобы скрывать это.Грэм смущённо улыбнулся, прежде чем отвернуться и, мне кажется, на его щеках заиграл лёгкий румянец.Я обняла его за талию и тихо прошептала:- Ты слишком добр, но именно этим ты привлекаешь к себе людей.- Я так добр только с тобой, - всё ещё не смотря в мою сторону пробормотал он, а затем, внезапно вздрогнул, словно подумал, что сказал лишнего и добавил ещё тише: - И я сам не понимаю, почему веду себя так рядом с тобой.Я глупо улыбнулась и спрятала лицо у него на груди, в ответ на что он тихо рассмеялся и обнял меня двумя руками.- Просто если никаких, - продолжил он, - то у меня есть идея, куда бы можно было вывезти всю твою семью. Но, Гейл, это сюрприз, так что не расспрашивай меня об этом, я ещё не научился противостоять твоим чарам.***Я сидела в кабинете управляющего, осматривая огромную стопку бумаг, накопившихся за два дня моего отсутствия.- Гѝдеон! – послышался радостный возглас Микки откуда-то со стороны двери, а в следующую секунду я оказалась в её объятиях.- Привет, - нежно прошептала я, обнимая её в ответ.- Я хочу знать всё! – воскликнула она, присаживаясь на белоснежный диванчик и хлопая ладонью по нему, как бы приглашая меня сесть.Печально посмотрев на стопку бумаг, я поняла, что её придётся отложить, иначе Микки от меня не отстанет.- Что ты хочешь знать? – аккуратно присаживаясь рядом с ней, спросила я, смотря прямо в глаза подруги.- Для начала это, - пробормотала Микки, протягивая мне телефон.Я взяла его, и заметила, что это снимок экрана с историей в интаграмме от Грэма, на которых была сфотографирована сковородка с оладьями. Я поняла, что это были те оладьи, которые он готовил, когда приехал ко мне, чтобы убедиться, что всё хорошо. Ниже была подпись: «Завтрак для любимого...». Видя мой ошарашенный взгляд, Микки перелистнула фотографию. На ней была я, в пижаме, состоящей из коротких шорт и укороченной футболки, а подпись гласила: «Секретаря». Я быстро пересказала ей всю историю о том, как он, волнуюсь за меня, приехал ночью к дому и позвонил, потом мы пили чай на кухне, и я предложила ему остаться на ночь.Микки выслушала всю историю с хитрой улыбкой на лице, но в конце даже ничего не сказала.- А что было на Гавайях? – спросила она, убирая телефон в карман юбки.Я почувствовала, как мои щёки начали алеть. Я ещё сама не до конца разобралась, что было на Гавайях и очень хотела поговорить об этом с Микки. Но вначале я должна была сказать ей ещё кое-что:- Я встретила там отца, - честно призналась я, смотря прямо в её глаза. – А также своего брата-близнеца, который якобы умер через несколько дней после рождения. Но это были ещё одна ложь отца.Глаза Микки округлились, и она обняла меня.- И как ты? – тихо спросила она, всё ещё не выпуская меня из объятий.- Грэм разбил моему отцу нос, а мой брат оказался довольно приятным, - просто сказала я. – Есть кое-что, о чём бы я действительно хотела поговорить с тобой.Микки чуть отстранилась от меня и, придвинувшись ближе, уставилась мне в глаза. Я тихо рассмеялась.- После встречи с отцом Грэм вёл себя довольно странно, - тихо начала я, косясь на дверь, потому что боялась, что он может в любой момент войти в кабинет. – Он устроил пикник на пляже, мы с ним танцевали в свете костра под музыку волн и ветра, и он сказал, что я красива. Чёрт, Микки, я была в пижаме с единорогами и, уверена, на моей голове царил полный хаос. А на следующее утро он арендовал мотоцикл, и мы катались по острову. Он устроил что-то вроде проверки, посадив меня за руль байка и завязав мне глаза. А потом сказал, что я очаровательна и поцеловал меня в щёку. В самолёте ещё выяснилось, что это он оплатил ремонт школы Лекси и теперь хочет куда-то вывезти мою семью. Я видела, как Микки пытается сдержать улыбку, но у неё это не выходило.- Он влюблён в тебя, - прошептала она, когда я закончила свой рассказ. Я чувствовала, что всё происходящее как-то неправильно, поэтому, прикусив нижнюю губу, спрятала лицо в руках. – Постой. Только не говори, что ты...- Я не знаю, - пробормотала я, прекрасно понимая, как она собирается закончить предложение. Конечно, после всего того, что он сделал для меня и что было между нами, чувство влюблённости было вполне нормально. Но я понимала, что это не влюблённость, а просто привязанность. Точно так же, как и Грэм тоже совершенно ничего ко мне не может чувствовать. Не должен. – Нет, я не могу так. Я привязана к нему. Он дорог мне. Но я не влюблена в него. Нет.Не знаю, старалась я убедить Микки или себя саму, но, судя по всему, у меня не вышло убедить никого.Кажется, мне начинает нравится Грэм Дра̀гнил.Это уже само по себе звучит абсурдно. Я и глава многомиллионной корпорации. Я тихо хмыкнула себе под нос.- Это действительно глупо? – тихо спросила я Микки, поднимая на неё взгляд.Подруга лишь приобняла меня за плечи и отрицательно покачала головой.- Ты знаешь, - тихо начала она, - если бы мне кто-нибудь сказал, что я красива, когда я не выглядела как первая леди, и, если бы кто-то делал так много хороших вещей, как Грэм для тебя, я бы тоже чувствовала влюблённость. Это нормально. Самое главное, не разбей себе и ему сердце.Она в последний раз крепко обняла меня, прежде чем выйти.Я осталась одна в кабинете, наедине со своими мыслями.Он не может мне нравится. Нет.Разве это само по себе не звучало по-дурацки?Я села за стол и принялась разбирать всю накопившуюся документацию, но мои мысли снова и снова относились к его тихому шёпоту: «Ты так красива». Нет, это не влюблённость. К Джо, парню из моей школы, в которого я была влюблена с девятого класса и который позже разбил мне сердце, я чувствовала совершенно другое.Грэм Дра̀гнил вызывал в моей душе какие-то тёплые чувства, но я не могла назвать это влюблённостью или любовью.Грэм Дра̀гнил стал мне отличным другом, заменить которого я бы не смогла никогда в жизни. Но почему я чувствую что-то такое именно сейчас?- Гѝдеон, ты не могла бы подменить сегодня одну девочку? – услышала я тихий голос одной из стриптизёрш совсем рядом со входом в кабинет, который делили мы с Грэмом. – Она приболела.Я подняла взгляд на женщину, которую знала с самого начала работы здесь. Она была одной из тех, кто спал с Виктором просто ради удовольствия. Никогда не понимала этого, но никому не приходилось что-либо выбирать.- Конечно, - тихо сказала я и встала из-за стола. Я всё равно почти закончила все свои дела. Даже несмотря на все эти мысли. – Я сейчас переоденусь и подойду.- Иди сразу в приват-зону, - пискляво сказала она, прежде чем удалиться.Я прикрыла глаза рукой. Надеюсь, что всё будет в порядке.Быстро зайдя в свою гримёрку, я достала свой любимый слитный купальник серебристого цвета со шнуровкой на груди до пупка и открытой спиной. Достав чёрные лакированные туфли на высоком каблуке с открытым мысом, я обулась. Прежде чем выйти из гримёрки, я подкрасила губы ярко-красной помадой и накинула на себя сверху халат из тонкого шёлка нежно-розового цвета.Прямо в дверях я наткнулась на Грэма, который собирался постучаться.- Привет, - поздоровалась я, плотнее закутываясь в халат.- Привет, - прошептал он и улыбнулся мне. – Ты идёшь вниз?Я лишь кивнула головой и вышла из гримёрки, аккуратно прикрывая дверь.- Меня попросили подменить одну девочку в приват-зоне, - пробормотала я, начиная медленно идти по коридору бок о бок с Грэмом. – Это на несколько часов, потом я доделаю всю документацию. Я видела в его глазах беспокойство, но, переведя взгляд на меня, он вымучено улыбнулся.- Мне кажется, тебе надо поспать, - отозвалась я, смотря на залёгшие под его глазами тени. – Ты выглядишь измученным. Не переживай, я всё сделаю тут сама. Мы остановились рядом с лестницей, ведущей в подвал, и он крепко обнял меня.- Думаю, ты права, - сбивчиво зашептал он, как обычно начиная пальцами перебирать мои волосы. – Будь осторожнее. До завтра.Он отстранился от меня, не выпуская моей руки из своей, и сдержано кивнул головой. В немного тусклом освещении он действительно выглядел измученным. - До завтра, - прошептала я, медленно отпуская его руку. Мне не хотелось этого. Я помахала ему рукой на прощание и начала быстро спускаться вниз по лестнице. Зайдя в небольшое помещение перед приват-зоной, я скинула с себя халат и взяла пульт для управления музыкой и светом.Быстро набрав номер музыки, я положила пульт обратно на небольшую стойку и вышла в свет софитов.В последний раз я танцевала, когда этот клуб ещё принадлежал Виктору. Но танцы уже стали неотъемлемой частью моей жизни. Даже если это были эротические танцы.- Я надеялся, что ты наденешь этот купальник, - услышала я знакомый голос с небольшого диванчика. – Он один из моих любимых.Этот голос принадлежал Виктору – бывшему владельцу клуба, который заставлял меня спать с ним.- Я слышал, ты теперь стала управляющей, - его голос как всегда был груб. – Ну что ж, поздравляю. Надеюсь, спать с твоим шефом лучше, чем со мной. Хотя нет, наоборот. Я боюсь, как бы ты не забыла всё, что было между нами.Я чувствовала, как меня начало трясти и неосознанно попятилась назад, из-за чего Виктор мерзко рассмеялся. - Ты всё ещё не можешь преодолеть передо мной страх? – спросил он, и я увидела, как он медленно поднялся со своего места. В буквальном смысле я рванула к двери, чтобы выбежать за пределы приват-зоны, но она почему-то оказалась заперта. Но ведь она никак не могла запереться сама собой. Выходит, кто-то сделал это за меня.Его мерзкий смех заполнил небольшое помещение приват-зоны.- Ох, Гѝдеон, - его голос словно разносился ото всюду, как будто звучал у меня в голове. – Ты думала, что вот так просто сможешь сбежать от меня?Я начала стучать кулаками в дверь, надеясь, что кто-нибудь услышит меня. Но звукоизоляция была сделала слишком мастерски.Я вновь вышла на сцену, понимая всю неизбежность происходящего здесь.Он вновь лишь воспользуется мной. А я ничего не смогу с этим сделать.- Ты так красива, - хрипло сказал он, подходя ближе ко мне. Я узнала в его словах слова Грэма. Но почему-то из уст Грэма это звучало в тысячу раз приятнее.Грэм.Мне так страшно, Грэм. Прошу тебя, Грэм, помоги мне.Почему я такая наивная? Почему я никогда не слушала твоих слов? Почему я не могла дать отпор Виктору?От Виктора как всегда пахло дешёвым табаком и алкоголем, а по обычаю заправленная в джинсы клетчатая рубашка сейчас была расстёгнута. В его руках я увидела ремень. Ну да, он же любит жестко. Я вновь начала пятиться назад, пока не уперлась в стену. На его губах заиграла пошлая улыбка, когда он подошёл ко мне практически в плотную.Виктор грубо схватил меня за горло и пару раз ударил по щекам, из-за чего они начали гореть. Я чувствовала, как жгучие слёзы обиды начали течь из глаз, ещё сильнее обжигая щёки. - Ну не плачь, - грязно прошептал он, слизывая мои слёзы. – Ещё скажи, что ты не получаешь от этого удовольствия. Я попыталась отрицательно покачать головой, как Виктор ещё сильнее вцепился в мою шею и на этот раз ударил по лицу ремнём. Кажется, он начал поднимать меня вверх по стене, потому что я перестала чувствовать точку опоры под ногами, а дышать становилось всё труднее с каждой секундой.Когда я рухнула на пол, больно ударившись бедром, то единственным желанием было обнять себя за ноги руками и расплакаться, но взамен этого я лишь тяжело закашлялась, схватившись за горло.Виктор присел рядом со мной и, грубо схватив за волосы, заставил сесть на полу и посмотреть ему прямо в глаза.- Я ненавижу тебя, - прошептала я и плюнула ему в лицо.Не знаю, зачем я это сделала, потому что после этих слов он взбесился. - Ты всего лишь маленькая грязная шлюха! – закричал он, несколько раз прикладывая меня головой об стену и принялся бить своим ремнём по всему телу, прежде чем по обычаю не закинуть его мне на шею. – Я смотрю ты слишком осмелела! Ну ничего, я преподам тебе урок! Он потянул меня вверх за волосы, заставляя меня встать с пола и развернул лицом с стене, уткнув меня в неё лицом так, что я едва не сломала себе нос. Виктор принялся расстёгивать на себе джинсы.Я чувствовала, как слёзы вновь начали стекать по моим щекам. Это не могло быть правдой.Может, я сплю?Почувствовав жгучую боль внизу живота я поняла, что всё действительно происходит на самом деле. Я пыталась как-то сильнее затянуть на своей шее ремень, чтобы вызвать нехватку воздуха, потерять сознание и не чувствовать всего этого позора, но у меня совершенно ничего не выходило.Я прикрыла глаза, понимая всю безысходность происходящего вокруг.Никто не придёт.А Виктор, вновь вдоволь насладившись происходящим опять уйдёт безнаказанным. Грэм, помоги мне. Пожалуйста, Грэм, я не хочу быть здесь.Я хочу умереть.Я согласна на суицид, только больше не надо всего происходящего вокруг.Его грязные руки скользили по моему телу, вновь и вновь заставляя меня ненавидеть себя.Внезапно я услышала слишком громкий звук, перекрывающий даже грохот музыки и в помещение хлынул яркий свет из коридора и нескольких людей, стоящих в дверях.Виктор отстранился от меня мгновением позже.Я сползла вниз по стене, закрыв лицо руками и позволила себе разрыдаться ещё сильнее. Не важно, кто это, главное, что не Виктор.- Гѝдеон, - услышала я голос где-то рядом с собой, а в следующую секунду меня подняли на руки и вынесли из приват-зоны.В тусклом коридорном освещении, которое, как казалось мне, светило ярче солнца, мне показалось, что тёмные спутанные волосы принадлежат Грэму, но из-за пелены слёз я не была уверена.Мы оказались в моей гримёрке, и я, всё ещё сидя на руках, вцепилась в белоснежную рубашку, разрыдавшись навзрыд. Грэм, как я поняла по его движениям и отношению ко мне, привычно гладил меня по волосам, прижимая к себе. Время от времени он стирал с моих щёк слёзы, но я всё никак не могла прекратить плакать от облегчения, что он здесь.Он пришёл, чтобы помочь мне.- Почему ты здесь? – тихо прошептала я, чувствуя сухость во рту.Грэм бережно провёл рукой по моей раскрасневшейся щеке и убрал назад упавшие на лицо волосы.- Я уже ехал домой, - начал он, целуя меня в макушку. – Как внезапно, я сам не знаю почему, в моей голове зазвучал твой голос, просящий меня о помощи. Я не был уверен, что это не плод моего воображения.Он поцеловал меня в висок и вновь стёр рукой слёзы с моего лица.- Но я решил, что лучше проверить, чем потом корить себя за это, - закончил он, трепетно дотрагиваясь губами до моего лба. – Я рад, что с тобой всё в порядке. Прости, что опоздал.Я прижалась к нему ещё сильнее, стараясь показать, что я в порядке.Но я не в порядке.Мне бы очень хотелось закончить всё это прямо сейчас и не быть настолько униженной вновь. Я бы с радостью закончила свою жизнь прямо сейчас.- Гѝдеон, - вновь тихо позвал меня Грэм, привлекая к себе внимание. Я встретилась с ним взглядом. – Обещай мне, что ты ничего с собой не сделаешь.Я прикусила губу.Не знаю, почему, но я не могла врать ему в последнее время.Я встала с дивана и, подойдя к зеркалу, принялась стирать застывшие дорожки из слёз и потёкшей туши.- Гѝдеон, - уже требовательнее позвал меня он, а в следующую секунду я увидела его отражение в зеркале. – Обещай мне.Я прикрыла глаза и почувствовала, как по моей щеке вновь скатилась слеза. Я отрицательно покачала головой, Внезапно он вновь развернул меня к себе за плечи и крепко обнял.- Прошу тебя, Гейл, - хрипло попросил он, обнимая меня ещё сильнее. – Я не смогу без тебя. Я чувствовала, как задрожал мой подбородок, когда он сказал эти слова.- Мы заведём на Виктора уголовное дело, - тихо продолжил он, привычно гладя меня по волосам. – За изнасилование и побои. Я обещаю тебе, Гейл, я сделаю всё, чтобы он больше никогда не притронулся к тебе даже пальцем. Надо было сделать это ещё тогда, но я сглупил. Я очень сильно жалею сейчас об этом. Потому что в том, что сейчас произошло есть моя вина. Ты можешь ненавидеть меня. Но только прошу, не убивай себя. Я чуть отстранилась от него и взяла его лицо в свои руки, пальцами ощущая его двухдневную щетину. - Я никогда не возненавижу тебя, Грэм Дра̀гнил, - прошептала я, заглядывая в его небесно-голубые глаза. – Не знаю, что должно произойти, чтобы я стала тебя ненавидеть. Он улыбнулся мне самой искренней, как будто детской, улыбкой, прежде чем осторожно, как будто боясь, что я его оттолкну, поцеловал меня в щёку.Я улыбнулась ему и тихо шмыгнула носом.- Я отвезу тебя домой, - тихо прошептал он мне прямо в губы. Я лишь кивнула головой и ушла переодеваться. Если бы я любила этот купальник хотя бы чуточку меньше, то тут же выкинула его. Но я не могла.Мы ехали в машине Грэма, и я была одета в его пиджак, потому что на улице было слишком холодно для того, чтобы в два часа ночи гулять в топе и юбке.Он остановил машину прямо у подъезда, где я жила, и я принялась стягивать его пиджак, но он, улыбнувшись, отрицательно покачал головой.- Спасибо тебе за всё, Грэм, - сказала я, аккуратно кладя свою руку поверх его, покоившейся на коробке передач. Он развернул руку и переплёл наши пальцы.- Хочешь, я останусь?