Глава 40

Началась черная полоса моей жизни и она уже длилась третью неделю подряд. Это самые тягостные дни моей жизни. Я хожу сама не своя, витаю в облаках. Мои мысли постоянно рядом с Хантером. Я придумываю разные ситуации в своей голове, где мы с ним счастливы. Как бы все пошло, если бы не было всего того, что случилось месяц назад. Вы скажете, что я сошла с ума? А как не сойти с ума, когда ваш возлюбленный в коме уже третью неделю и еще по вашей вине.

Я сижу в палате Хантера. Он значительно исхудал, появилась щетина и темные круги под глазами. А вот ссадины наоборот начали приобретать желтоватый цвет. Он, не менее красив, чем две недели назад. Я крепко сжимаю в своих ладонях его руку и горячо целую ее. Рука у него теперь холодная, как и моя, нет прежней теплоты.

Палату ему выделили отдельную, за ним постоянно наблюдают врачи и медсестры. Разрешено заходить лишь нескольким людям, ради его же безопасности. Я удивлена, что Молли разрешила мне посещать Хантера, после стольких с ним размолвок.

- Хантер, я скучаю... прости меня... прости меня глупую... Я неустанно буду просить у тебя прощения. – Слезы текут без конца. - Я читала в одном журнале, что люди, находящиеся в коме, слышат. Я знаю, ты меня слышишь. По-другому и быть не может... - прошептала ему в надежде, что он услышит меня и откроет глаза. Но он ни как не репгирает.

Мне тяжело просто смотреть на него, я хочу быть рядом. Стаскиваю с себя обувь с бахилами и ложусь рядом на самом краю. Это невероятно ощущать его тепло. Придвигаюсь к нему ближе, стараюсь не задеть больное плечо. Почти все раны зажили, но он почему-то все не приходит в себя, словно не хочет возвращаться в этот мир.

- Знаешь, я никогда не верила в любовь для себя, что меня кто-то может полюбить. Но ты... ты доказал обратное, я слишком поздно это поняла. Я уйду если ты решишь, что все кончено так и не начавшись... это твое право.

Я молчу какое-то время, слышу лишь его и свое ровное дыхание, а еще звук медицинский аппаратов. Потом снова начинаю свой монолог, не выдерживаю лежать в тишине и слушать, как аппарат пиликает. Нервы сдают конкретно.

- Почему же ты не просыпаешься, Хантер? Почему ты не хочешь вернуться? Тебя здесь ждут столько людей, твои друзья, родственники, партнеры и в конце –то концов твоя компания. Ты не можешь все это бросить. Ты нужен всем! Очнись ты уже, Хантер! Молли сидит на успокоительных... Грег - твой лучший друг он очень переживает, места себе не находит. И я... я с хожу с ума, ночами не могу заснуть... А если засну мне сниться кошмар те кадры из новостей. Я знаю, ты искал меня – это случилось на Оушен авеню на моей улице. Говорят, ты чудом избежал смерти... Прошу очнись не покидай меня, я не переживу... – нежно провела кончиками пальцев по руке Хантера, словно это было дуновением ветра. Он никак не среагировал на меня. Я глухо порычала от безысходности, от того, что не могу ничего сделать. Немного поболтав так и заснула рядом с ним. Все же бессонные ночи дают о себе знать, а здесь рядом с ним так спокойно.

Проснулась от того, что меня кто-то будит, слегка потрясывает за плечо. А после слышу обеспокоенный голос Молли:

- Ох, деточка, что же ты делаешь?

- О, Молли... - протерла сонные глаза. – Я не заметила, как заснула, - поспешно оправдалась густо покраснев. Как же неловко получилось.

- Иди отдохни, я посижу с ним... - хочу возразить, но понимаю, что женщина тоже хочет побыть со своим племянником. Согласно киваю. Поворачиваюсь к Хантеру и шепчу:

- Я вернусь завтра... - напоследок не сильно сжала его руку и покинула палату. Стены Медицинского центра Сидарс-Синай стали уже родными. А общежитие стало таким чужим. Я больше не могла там жить. Оушен авеню стало моим кошмаром. Первые дни после аварии лишь безысходность заставляла меня ступать стены этого здания. Но сейчас я живу у очень доброго человека, который меня приютил, пока кошмары не перестанут меня преследовать.

Уже десятый час. Я гуляю по пляжу Санта Моники. Не спешу возвращаться особняк к Молли. Здесь тепло, морской ветер нежно ласкает кожу. Сейчас как никогда ощущается время, как один день сменится через пару часов другим. Мы не привыкли ценить свое время, мы не привыкли ценить то, что имеем.

Пусть закат унесет все мои печали и горести и рассветом наступит радость и безмерное счастье.

Вибрация телефона вывела меня из состояния гипноза. Звонила Мелинда.

- Ало, - улыбнулась я в трубку, словно она могла увидеть меня.

- Привет, милая... - защебетала она своим нежным голоском.

- Привет... - прошептала, глотая ком в горле.

- Как ты? Как Хантер?

- Я- то хорошо, а вот он без изменений... уже почти месяц прошел... - не смогла сдержать всхлип.

- Ну, ну, ну, не плачь... он обязательно очнется, ты только не теряй веру. Его организму нужно отдохнуть после такой встряски, а ты будь рядом... будь сильной... Он непременно вернется к такой обаятельной принцессе, как ты...

- Мелинда! – томно произнесла имя сестры, чтобы не продолжала. Знаю, что она говорит все, ради того, чтобы приподнять мне настроение. И все же, я не обладаю обаянием. Тут она преувеличила.

- Что? Разве не так? Ты у меня красавица и умница, а еще...

- Все, Мелинда, не продолжай... - простонала я, стирая слезы со щек рукавами свитера. .

- Все, все, все молчу... - усмехнулась она. Немного промолчав продолжила. – Может, мне приехать?

- Да, нет, не хочу, чтобы ты из-за меня пропускала учебу. Я буду держать тебя в курсе событий.

- Хорошо, ну, мне пора... Целую, пока...

- Пока, и спасибо за поддержку... - чтобы я делала без сестры. Наверно, давно бы сдалась. Она источник моей силы, моя невидимая крепость.

- Да, что ты... Будь я на твоем месте, уверена, ты бы поступила точно так же... все не раскисай. – В трубке послышались короткие гудки. Мне снова стало грустно. Да, она права не надо раскисать. Погуляв еще немного вернулась в особняк Молли, где она меня уже заждалась...

Очередной день сурка наступил для меня быстро. Я не успела выспаться, а когда я в последний раз высыпалась и не помню. Кошмар не снился это плюс. На работе побыла до обеда. Сейчас компанией управляет заместитель генерального директора Антонио Симонс. Довольно приятный человек, но я совершенно понятия не имею, о чем с ним можно разговаривать, кроме рабочих вопросов. А с Грегом как-то само вышло. Молли поедет на работу, как только я приеду в Медицинский центр Сидарс-Синай, то есть заменю ее. Она не хотела его оставлять ни на минуту, боялась оставлять, так же, как и я. Вдруг Хантер очнется, а вокруг никого. Это же отвратительное ощущение, что тебя все бросили.

Я шла по тихому коридору, все думая, о чем же я сегодня буду рассказывать ему. Но у дверей услышала голос Молли она с кем-то разговаривала. Ох, что же это я? Конечно, она разговаривает со своим племянником. Ведь сама это делаю каждый день. Тихонько постучав вошла в палату Хантера. Моя челюсть со скрежетом отвисла до пола. Сердце на миг остановилось, а после начало биться невероятной скоростью от увиденной картины. Ноги подкосились. Молли сидела рядом с Хантером, а он был в сознании. Он в сознании? На звук они перевели взгляд на меня. Наши с ним глаза встретились или у меня воображение разыгралось. Я взвизгнув выбежала из палаты за дверь.

Дышать было невероятно тяжело, словно я пробежала целую милю без остановки. Прислонилась к стене и нервно усмехнулась.

- Что с ней? – услышала до боли знакомый и долгожданный голос, на что мое тело моментально среагировало – покрылось мурашками. У меня должно быть галлюцинации не только зрительные, но и слуховые никак не иначе. Вот до чего ты меня довел, Хантер Вурворт! Не удивлюсь, если меня еще и упекут в клинику для душевнобольных... - размышляла про себя.

Ко мне вышла Молли, обескураженная моим поведением. Еще бы.

- Деточка, что с тобой?

- Молли, кажется, у меня гал-люцинации... - судорожно выдохнула. В глаза милой женщине смотреть было стыдно.

- С чего ты взяла? – с улыбкой спросила она. Ох, черт, если признаюсь она тоже решит, что я не в себе. А если промолчу тоже подумает, что у меня не все в порядке с головой. И зачем только сказала про галлюцинации?

- Мне на миг показалось, что... что Хантер очнулся... - взволнованно посмотрела на Молли. Та расплылась в широкой улыбке. Я не поняла, чего она улыбается и напряглась подобно натянутой стреле.

- Ох, милая, тебе не показалось. Он правда вышел из комы... - Что? Очнулся? Так значит, мне не показалось? Значит, наши глаза и в правду встретились. Боже, какая же я дура. - Я звонила тебе, но у тебе телефон был выключен. Грег тоже скоро приедет. Пойдем он хочет видеть тебя...

- Я-я боюсь... - призналась Молли. Ведь именно сейчас решится моя судьба. Он прогонит меня или решит... не важно... будь, что будет.

- Не бойся иди, - легко сказать.

Я с замиранием сердца вошла в палату. Он с прищуром глядел в окно. Казалось, и не заметил, что я вошла или сделал вид. Я делала медленные шаги к нему на негнущихся ногах. Наконец, повернул голову ко мне, я вздрогнула и замерла на месте, не решаясь более не делать шаг. Хантер оценивающе оглядел меня с ног до головы, что мне стало не по себе. Хотелось заново выбежать из палаты.

- Хелен, - его тихий голос прозвучал с придыханием. Он протянул мне руку.

- Хантер! – всхлипнула я и подбежала к нему. – Прости, прости, прости... - пылко начала покрывать его лицо поцелуями.

- Ты меня задушишь, - наигранно возмутился он.

- Задушить бы тебя! За что только ты получил водительские права? Небось купил? Ты чем думал, когда выезжал на встречную полосу? А когда ждали, пока тебя оперируют чуть с ума не сошли! Молли сидела на успокоительных, Грег ходил сам не свой! Я думала, умру вместе с тобой, если ты не выживешь... ты ни о ком из нас не подумал, ты чертов эгоист, Хантер! - выплеснула всю горечь и боль, что накопилось за это время. Я сжала его руку, сдерживая безумное желание разрыдаться. Вновь поцеловала его кисть.

- Прости за все... - виновато посмотрел на меня. Знала, что жалеет, но не смогла не высказать. Он должен знать, что мы чувствовали пока он был в коме, чтобы в следующий раз следил за дорогой, не нарушал правила дорожного движения, которые могут привести к летальному исходу.

- Никогда, слышишь никогда не оставляй меня... - прошептала я, чуть отстранившись. Мои затуманенные глаза полные боли встретились с его. Воздух замер где-то в глубине легких, а мозг отчаянно пытался поверить в то, что Хантер очнулся, он не моя галлюцинация, что он не мое очередное воображение.

- Не оставлю, даже если сбежишь... - улыбнулся мне уголками губ. Как же я скучала по его улыбке.

- Я больше не уйду, - уткнулась ему в грудь. Вот оно его сердце бьется. Я ведь чуть не потеряла его.

- Моя Хелен, - произнес скорей утверждая, чем спрашивая.

- Твоя, - улыбнулась ему, поместившись рядом на кушетке. Мы сцепили наши руки в крепкий замок. Да, его руки снова теплые, а мои все также хранят холод. Наверно это не изменить.