Запись 35. Вам нравятся клоуны?

С тех пор я больше не встречала Виктора на улице. Богдан сначала отчаялся, что ничем не смог помочь, но потом решил обратиться к психологии. Я рассказала ему о своем варианте решения проблемы, упомянув кулон и визит к гадалке. Он был очень удивлен, учитывая мой скептицизм по отношению к подобным вещам, но все же не стал отговаривать и сказал, что мы попробуем все возможные варианты, включая этот. Его поддержка очень много для меня значила.

Время пролетело незаметно. Я отработала свой последний день и купила два билета на представление. Мне не терпелось увидеть его своими глазами. Накануне выступления я очень волновалась, последний раз была в цирке примерно пять лет назад. Нам с Богданом пришлось купить билеты на первый ряд, чтобы все успеть. Это был рискованный план, но мы должны спасти Виктора.

Вечер выступления стал для меня довольно волнительным. Мы тщательно подготовились и приобрели парики, чтобы не привлекать внимание циркачей. Кроме того, я надела круглые очки, похожие на те, что носил Гарри Поттер. А еще накинула на платье кофту, которую по дешевке приобрела в одном магазине. Богдан несильно изменился, но с ним сложно было провернуть этот трюк. Мы уложили его волосы на бок, купили клетчатую рубашку, а брюки решили оставить от костюма. В целом этих изменений было достаточно.

В цирк пришло довольно много людей. Когда мы оказались внутри здания, нас окружили продавцы с предложениями сфотографироваться с обезьянкой, купить сладкую вату и детские игрушки. Помню, как однажды я упрашивала папу купить мне одну из таких игрушек, но через пару дней забросила ее в своей комнате.

— Скоро начнется, нам нужно наверх, — сказал Богдан. Жаль, что у меня не было того кулона в момент, когда мы с Виктором пересеклись на улице, сейчас же нам следовало пойти на риск.

Пока зрители рассаживались, по рядам начали бродить продавцы. Конечно же, мы у них ничего не купили, денег у нас и так было впритык. Скоро началось представление, нас поприветствовал человек в черном плаще. Я ожидала вполне стандартные номера, но ошиблась. На сцену выходили люди, обладающие определенными странностями, которые просто поражали. Например, на акробатике выступала девушка, которая могла растягивать свои руки и ноги метра на четыре. Следом были фокусники, они буквально растворяли в воздухе машины, поднимали вверх слона, тот просто висел без какой-либо опоры. Выглядело это за гранью реальности, теперь понятно, почему билеты оказались настолько дорогими. Мы с Богданом ахнули, когда увидели того самого шута с лягушачьими лапами. Да уж, если бы рядом был Димка, он бы точно не выдержал и набросился на него.

Наконец настало время выступления самого Виктора. Мне было интересно, в чем же они его задействовали, но выбор оказался довольно прост — ролики. Да, он вышел на публику с танцем, но не один. С ним была та самая девушка, которая кокетничала тогда на дороге.

Когда они вышли на центр сцены, большинство огней погасло, создавая романтическую атмосферу полумрака. Однако прожектор был направлен на танцоров, чтобы их выступление было видно даже с дальних рядов. Зазвучала музыка — спокойная, но постепенно переходящая в динамичную. У девушки была удивительная способность совершать высокие прыжки и выполнять невероятные трюки в воздухе. В этот момент Виктор казался лишь дополнением к ее танцу, и можно было подумать, что его пригласили только для создания красивой картинки.

— А в прошлый раз эта девушка не могла так делать. Ее выступление было довольно обычным, но сейчас... Что же они с ней сделали? — вдруг сказал Богдан. Теперь я поняла, они и Виктора собирались превратить в циркового урода. От осознания этой мысли мне хотелось сорваться на сцену прямо сейчас, но Богдан заметил это и взял меня за руку. — Не спеши, иначе все испортишь.

Он прав, нужно быть сдержаннее. Несмотря на то что у Виктора не было способностей, он вел себя как настоящий артист. Великолепно держался, выполнял трюки на уровне профессионала и достойно отыгрывал драматические сцены со своей партнершей. Я не могла оторвать от него взгляд, это в нем меня тогда и привлекло — его безудержная страсть во время слалома. В тот день я его совсем не знала, но его невероятная увлеченность напомнила мне о моей мечте и о безумной тяге к роликам.

— Должно быть, их выступление будет последним, — сказал Богдан.

— Надеюсь.

Богдан оказался прав, теперь пришло время для нашего плана. Когда все участники шоу вышли на сцену, люди поспешили дарить букеты понравившимся артистам. Я крепко сжала букет и направилась в сторону Виктора. Всю дорогу к нему я старалась вести себя как можно естественнее и затеряться в толпе. Но все же безумно боялась, что меня смогут раскрыть. Богдан остался наблюдать за мной из зала. Чем ближе я подходила к Виктору, тем сильнее меня охватывал страх, что все пойдет не по плану.

Как назло, он стоял рядом с этой девкой, она то и дело улыбалась и принимала букеты от поклонников. Сердце колотилось от страха, я надеялась не сломать букет, так как сжимала его довольно сильно.

— Спасибо вам за выступление, — сказала я, протягивая букет Виктору. Он улыбнулся и, казалось, хотел уйти, но я его остановила. — Позволите подарить вам этот кулон? Я занимаюсь их изготовлением, поэтому для меня это будет очень важно, если вы примете этот подарок.

Как и ожидалось, Виктор согласился, и в эту же секунду я надела кулон на него, при этом аккуратно спрятала его под рубашку, чтобы другие не обратили внимания. Осталось лишь дождаться, когда кулон подействует.

— Вить, покажешь мне этот кулон? Я тоже хочу примерить.

Я застыла в тот момент, когда эта блондинка вдруг полезла к Виктору. Вокруг суетились и толкались люди с букетами, а меня всю пронзило от страха. Я обернулась и встретилась взглядом с этой циркачкой. По ее глазам я все поняла, она догадалась.

— Виктор Золотарев, не смей снимать с себя этот кулон! — чуть ли не закричала я. На меня обратили внимание, кто-то позвал охрану. Виктор смотрел ошеломленно в мою сторону, теперь оставался лишь план Б на крайний случай.

Как и планировалось, в зале раздался грохот. Это был Богдан, он запустил фейерверк прямо внутри здания. В тот момент, когда все были ошеломлены этим неожиданным событием, я схватила Виктора за руку и потащила со сцены.

— Кто ты такая? Куда ты меня ведешь?

Он мог бы остановиться, но не делал этого. Видимо, ему настолько промыли мозги, что он беспрекословно выполнял любые приказы, даже мои.

— Те циркачи промыли тебе мозги.

— Откуда тебе знать это? — спросил он.

— Я знаю о тебе и твоей семье, о том, как умер твой брат, о жестокости твоего отца.

— Ты знаешь о моей семье? Кто они были?

Неужели они и это стерли из его воспоминаний? Даже прошлое, хотя неудивительно, так гораздо проще управлять человеком.

— Я все тебе расскажу, если доверишься мне, — уверяла я, пока мы в толпе выбегали из общего зала. Богдан побежал в другую сторону, я уже не могла проследить куда именно. Нам нужно было срочно выбираться отсюда, но вдруг произошло нечто невероятное. Стены, пол и потолок стали гибкими и начали искажаться, словно я попала в мир иллюзиониста. Дверь, через которую мы должны были выбежать, стремительно уменьшалась в размерах, но окружающие просто этого не замечали. Их глаза были обращены вверх, и они полностью стали белыми. С ними что-то сделали, определенно.

— Виктор, прошу, остановись, не слушай ее, — послышался голос одного из циркачей.

— Они уничтожили твою память, не слушай их, — тут же сказала я, и Виктор продолжил бежать со мной, в то время дверь становилась все меньше. — Быстрее!

Мы с трудом протиснулись в узкое отверстие, пока оно совсем не исчезло. Но это было только начало наших испытаний. Стены и пол стали настолько неровными, что бежать оказалось невозможно. Из-за постоянно появляющихся бугров на полу я сразу же упала, а рука Виктора выскользнула из моей руки.

— Помоги мне! — закричала я. Он растерянно пополз ко мне, но не знал, что делать. — Нам нужно выбраться из здания!

Мы старались ползти, но нас перебрасывало из стороны в сторону, словно в бушующем океане. Двигаться стало просто невозможно, я потеряла контроль. Но Виктор все равно пытался мне помочь, хоть до конца не осознавал, что им движет.

— Виктор, сними кулон, — требовал мужской голос.

— Вить, не слушай его, посмотри, что он с нами делает. Он боится, что ты узнаешь правду, — уговаривала я, и в эту же секунду вдруг все замерло. Пол остался холмистым, а стены искривились. Наступила тишина, я не понимала, что случилось. Почему вдруг резко все прекратилось? Но затем стены снова пришли в движение и резко сузили пространство вокруг нас. Мы оказались в круглой пустой комнате.

— Виктор, у тебя замечательный талант, я ведь всегда тебе это говорил. Разве ты забыл, что ты особенный в нашем коллективе?

Пол подо мной начал распрямляться, пока не стал идеально ровным. Вдруг Виктор неожиданно схватился за голову и закричал.

— Витя! — я подбежала к нему, но меня тут же отбросило в сторону. Я так сильно ударилась головой, думала, что потеряю сознание. Я взглянула наверх, этот циркач протянул длинные висящие плети с потолка. Одна из таких и отбросила меня в сторону.

— Зачем вы стерли мне память? — спросил Виктор, подняв взгляд. Его глаза были похожи на глаза дикого, измученного животного, которое страдает уже не первый день.

— Виктор, все дело в кулоне, сними его, и все закончится. Он вселяет в тебя ложь, — продолжал врать тот циркач.

— Не слушай его! — крикнула я и тут же получила удар плетью по спине такой силы, что я почувствовала резкую боль. Я закричала и пришла в ужас от мысли, что, если так будет продолжаться, мы не выйдем отсюда живыми.

— Настя? — сказал Виктор. Он вспомнил мое имя. — Не трогай ее!

— Тогда сдайся, другого варианта у тебя нет.

Я заметила, как Виктор поднялся и гордо заявил:

— Извини, но это не входило в мои планы.

— Тогда мне придется ее дальше истязать! — заявил циркач, и я внутренне сжалась в ожидании следующего удара. Плеть взметнулась в воздухе, нацеливаясь на меня, но вдруг... Виктор бросился ко мне, и плеть ударила его по спине, заставив упасть. Я схватила его и прижала к себе.

— Хватит! Прекрати! — взмолилась я, но циркач не желал меня слушать.

— Виктор, сними кулон и закончи это. Иначе я не остановлюсь, — продолжал циркач.

— Да пошел ты, — плюнул Виктор и в этот момент прижал меня к себе. Он едва сдержался, чтобы не закричать, когда следующий удар плети чуть не оставил его без сознания.

— Вить, я не могу на это смотреть. Он тебя убьет.

— Спасибо, что вернула мне воспоминания, — прошептал он, и последовал следующий удар. В этот момент его тело так сильно прижалось ко мне, это было настоящее безумие. От происходящего у меня началась истерика, я хотела уже сама сорвать этот кулон, но Виктор мне не позволил.

Все было как в тот раз, когда он защищал меня от черного существа. Только теперь уничтожали его, я хотела вырваться, но он не позволял. Его руки прижимали меня к себе так крепко, с такой силой...

— Вить, я все испортила. Я не смогла тебя вытащить... — рыдала я.

Следующий удар. Виктор обмяк, изо рта хлынула кровь. Его голова склонилась рядом с моей, и я почувствовала прикосновение его щеки. Плеть готовили к следующему удару. Я заливалась слезами: они убьют его! Следующий удар станет последним, он не выживет.

— Короткова, я люблю тебя, — прошептал он, и внутри меня что-то сломалось от этих слов. Словно разбился дорогой хрусталь, и я не знаю, почему именно звук бьющегося стекла так четко отпечатался в моей памяти. Воспоминания закружились в моей голове, как в фильме, который поставили на перемотку. Все происходило так быстро, до безумия: наша первая встреча, прикосновения, танец, смущенные взгляды, сон в одной кровати и то, как он случайно упал на меня в поле... Мои сны, мысли о нем и каждый его взгляд в мою сторону — все эти моменты так и остались в моей памяти, словно бесконечный поток.

Я словно провалилась в другую реальность, где время шло совершенно иначе. Чувствовала тепло его тела и смотрела в его глаза, которые, казалось, заглядывали мне прямо в душу. Виктор был так близко, но в то же время мог пропасть в любой момент. И потерять его было бы так страшно, ведь он стал мне очень дорог. Каждая частичка его тела казалась мне близкой и родной, а его улыбка, которая начала исчезать, с которой я не могла вот так расстаться.

— Даже не думай, что это твои последние слова Золотарев, — произнесла я. — Ты мне танец должен, на корабле мы так и не станцевали.

Плеть полетела в нас, другого выхода не было, я закричала:

— Он снимет этот кулон!

Плеть не задела Виктора, но на несколько секунд замерла в воздухе, а затем медленно поднялась вверх.

— Слышишь? Он снимет этот чертов кулон! — кричала я, но вдруг начали происходить странные вещи. Стены и пол медленно возвращались в прежнее положение. Я не понимала, что происходит.

— Настя! — послышался знакомый голос. Неужели это Богдан? — Господи, я думал, они вас убьют!

Комната стала прежней — превратилась в длинный и большой коридор.

— Что происходит? — спросила я.

— Мне удалось вывести людей из гипноза. Все-таки не зря я читал психологию все это время, циркачам тут же пришлось вернуть все на места, чтобы никто ничего не заметил. Но люди все равно увидели, что сделал этот их главный циркач, кто-то уже вызывает полицию. Короче, это уже не наши разборки. Что с Витькой? Твою...

Богдан тут же помог посадить Виктора на кресло. Мы поспешили вызвать скорую, и пока ждали врачей, я не отходила от Виктора ни на шаг. Его состояние было настолько ужасным, что я только и плакала, пока он продолжал возмущаться:

— Короткова, какого черта ты такая сентиментальная?

После этой фразы он тут же закашлял, и я пригрозила ему:

— Лучше помолчи, не позволю тебе умереть до приезда скорой.

Он с достоинством переносил боль, и я до сих пор не понимаю, как ему удалось не потерять сознание.

— Они чем-то накачали меня, я бы не выдержал столько ударов в обычном состоянии, — прошептал он.

— Неважно, сейчас все будет нормально, скоро приедут врачи, — успокаивала я.

— Эй, ты такая смешная сейчас, — улыбался он.

— Это еще почему? — спросила я.

— Ты в круглых треснувших очках, да еще и в глупом парике. Разве это не забавно?

Я рассмеялась, но Виктор от бессилия смог лишь улыбнуться. Скорую ждать долго не пришлось, Виктора положили на носилки и экстренно забрали в больницу. Теперь оставалось лишь дождаться, пока он сможет поправиться. В это время мы с Богданом вернулись в гостиницу к нашим собакам, которые уже успели соскучиться. И хотя раны у Виктора были очень серьезные, я была уверена, что он скоро поправится. В конце концов, это Золотарев, в его способностях я не сомневаюсь.