Глава 34

— Чёрт! Возьми грёбаный телефон, Артём! — я шепчу в трубку, но меня снова переключает на голосовую почту.

Надеясь скрыться от шума семейной вечеринки, я прячусь на кухне. В любой другой момент я бы восхитилась, как здесь всё устроено, но сейчас стены словно сжимаются плотной пеленой неизвестности. Моё состояние не даёт сконцентрироваться, мучает до дрожи. Артём всегда с телефоном, куда бы ни пошёл. Почему сейчас не берёт? Я стою, прижимая телефон к уху, и слышу только своё собственное дыхание, тяжёлое и неровное.

Стук каблуков по плитке заставляет сжать пальцы на телефоне с ещё большей силой. Мама Артёма холодно мажет по мне глазами и начинает рыться в шкафах.

— Где мой сын? — её голос звучит как ледяной порыв ветра. Женщина даже не поворачивается в мою сторону.

— Понятия не имею.

— Может быть, он, наконец, решил уйти от тебя.

Попадает точно в цель и бьёт по самому болезненному месту. Что ж, мне терять нечего...

— В чём ваша проблема? — получается резко, с ноткой вызова.

Елизавета Николаевна, явно опешив, замирает на месте, но сразу же берёт себя в руки.

— Я вижу тебя насквозь, Милена. Ты не любишь Артёма, и он заслуживает лучшего, чем обычная девка.

— Но я лю... — закрываю свой рот, не закончив предложение. Я не собираюсь ей ни в чём признаваться.

Она улавливает это и, прищурившись, медленно оборачивается.

— Рада, что ты решила не лгать хотя бы мне. Мне бы это не понравилось.

Да я как-то и рассчитываю на ваше одобрение... Прикусываю себе язык.

— Позвоните Артёму. Он не отвечает на мои звонки.

— И почему я должна слушать ребёнка? — она остаётся на своей позиции.

— Потому что ваш сын пропал, — я закатываю глаза. — Я думаю, ваше желание позаботиться о нём сильнее, чем спорить с ребёнком, — небрежно бросаю и оставляю её одну на кухне.

Время идёт, и каждая минута уходит в никуда. Три часа... Я не могу дозвониться до Артёма три мучительно долгих часа. Всё из-за меня? Артём разочаровался так сильно? Теперь я не верну его? Чёрт, чёрт, чёрт. Никто не может отвезти меня домой, не задавая при этом множества вопросов, да и сама задаю их слишком часто. Чёртовы вопросы не дают покоя.

Нахожу Викторию глазами. Она замечает раньше и бросается ко мне.

— Где Артём?

— Хотела бы я знать. Он исчез, — я обвожу взглядом толпу. Вдруг где-нибудь увижу знакомые каштановые волосы.

— Саша тоже исчез, — добавляет она.

— Думаешь, они вместе?

— Я позвоню им, — на её лице отражается беспокойство. Как и ожидалось, вызов переходит к голосовой почте и у Артёма, и у его близнеца. — С ними всё хорошо.

— Надеюсь, — я выдыхаю и нервно тру переносицу. Этот долгий день закончится или нет?

— У тебя глаза опухшие. Ты плакала?

И, словно по мановению волшебной палочки, пощипывание в носу возвращается, а со слезами возвращается и боль.

— Он... — я начинаю и не могу сдержать всхлип, — такой... — всхлипываю, — придурок... — ещё один всхлип, — чёрт... — Виктория приобнимает за плечи.

— Это правда, но ты ведь любишь его, да? Ты собиралась выйти за него замуж, — я захожусь в рыданиях ещё сильнее, вспомнив, что мы всем врали.

— Вика, это было фальшивкой, — я шепчу срывающимся голосом. — Я так ненавижу его, потому что я... я стала той девушкой, которая в итоге влюбилась, а он...

— Артём хороший актёр, но не настолько великолепный. У него есть чувства к тебе, Мила.

Неверие смешивается с горечью, и я продолжаю рыдать, вспоминая Анну.

— Он вроде как целовался с Анной. Ну, она его поцеловала, ну и вот... Да...

— Э...

— Мне хочется сказать себе: «А я говорила!». Я ничего не понимаю, Вик! Мы наговорили друг другу столько гадостей...

— Я обожаю своего брата, но он иногда лажает, — Вика заботливо утирает слёзы с моих щёк. — Я уверена, что история с Анной на самом деле не такая. Так что пусть Артём сам придёт и объяснится, а ты выслуш...

— Виктория! — крик Елизаветы Николаевны резко прерывает нас.

Мы растеряно переглядываемся, и Вика тащит меня за собой. Мама Артёма стоит напротив телевизора, вся бледная и указывает пальцем на плоский экран.

— На данный момент сообщения о выстрелах в центре города подтверждены. Количество пострадавших уточняется. Огонь охватил большую часть здания, принадлежащего бизнесмену Геннадию Васильеву... — слова репортёра застывают в воздухе и с ними весь мой мир.

В гостиной виснет угнетающая тишина. Голоса гостей и детский смех затихают.

— Где Артём? — я шепчу с колотящимся сердцем. — Боже! Где Артём?

— Ты паршивка! Ты убила моего сына! — мама Артёма в истерике кидается в мою сторону, обвиняя в самом ужасном.

— Лиза, успокойся, — глава семьи пытается удержать женщину на месте.

— Ты сделала это с моим мальчиком! Ты убила Артёма! Сашенька всё мне рассказал! Это ты привела к Артёму этого Васильева! Всё из-за тебя, Милена! Где мои сыновья? Где Александр? — она бросается ко мне, встряхивает за плечи.

Сердце тяжело стучит в груди и слёзы неудержимо текут по моим щекам. Закрываю лицо ладонями, бесстыдно всхлипывая. Я заслужила это. Из-за меня Артём уехал...

— Мне так жаль. Простите меня, — повторяю раз за разом. — Мне жаль...

— Милена, ты говорила с Артёмом? — Сергей Витальевич кое-как оттаскивает жену. В голосе нет ожидаемого обвинения.

— Нет. Он не берёт.

— Поднимись наверх и позвони ему ещё раз.

Я без раздумий иду выполнять его просьбу, не оглядываясь на женщину, которая продолжает выкрикивать угрозы. Только звоню не Артёму. Словно в тумане достаю телефон и набираю номер отца. Прошу найти билет на ближайший самолёт домой, быстро объясняюсь. Переодеваюсь в удобную одежду, собираю все свои вещи и выхожу из дома, ни с кем не попрощавшись. Двигаюсь на автомате. Подальше отсюда и как можно быстрее к Артёму.

К тому времени, как я добираюсь до центра города, вокруг уже потушенного здания собирается толпа людей. Репортёры, пожарные и полиция толпятся вокруг, из-за чего моему невысокому «я» трудно что-либо разглядеть.

— У нас один труп! — крик прорывается сквозь сирены.

Блядь! Протискиваюсь ближе. Район здания оцеплен лентой, так что нахожу ближайшего ко мне полицейского.

— Извините?

— Вы не можете пройти.

— Мне и не нужно. Куда увезли пострадавших? В какую больницу?

— Я не могу вам сказать.

— Там был мой жених! — я не выдерживаю. Ещё один отказ я не переживу. Кручу перед полицейским безымянным пальцем с кольцом. — Артём Сергеевич Мартынов! Мне нужно знать, где он! Пожалуйста, помогите мне!

По лицу чётко вижу, что до него доходит моя отчаянная ситуация, и чувствую жалость, исходящую от мужчины.

— Больница на соседней улице.

— Спасибо!

Я не теряю ни секунды. С каждым шагом беспокойство нарастает, и я боюсь узнать правду о том, что произошло. В больнице пугающе тихо, что расшатывает и так убитые нервы. Я иду к регистратуре, боясь задать вопрос, на который могу получить ужасающий ответ. Легко стучу костяшками о стекло.

— Я ищу Мартынова Артёма. Я его... невеста, — слово ощущается каким-то не родным.

Девушка бегло осматривает меня и вводит имя.

— Третий этаж. Левое крыло. Комната 420.

Я не потрудилась сказать даже «спасибо». И вот я замечаю Артёма, как только добегаю до нужного этажа. Сгорбленный, глаза опущены в пол. Он здесь! Живой! Невредимый! Моя радость и облегчение длятся недолго. Стоит его взгляду встретиться с моим – я понимаю, что это не Артём.

— Александр! Где твой брат?

— Он...

Из палаты доносятся громкие возгласы, и врач вбегает внутрь, за ним медсестра.

— ... открылось кровотечение... — успеваю услышать и дверь плотно закрывается.

Делаю неуверенный шаг, но рука Александра останавливает. Он оттаскивает меня назад, подальше от палаты.

— Пусть они делают свою работу.

— Да к чёрту это! Что происходит? — сбрасываю руки с себя. Осматриваю мужчину и цепляюсь за капли крови на белой рубашке. — Боже! — я прикрываю рот ладонью и проглатываю жёлчь, сдерживаясь от побега в туалет. — Я хочу знать правду! Сейчас же!

Александр тяжело выдыхает и садится на стул позади. Его обычная саркастичная манера исчезает, и теперь он выглядит измученным и подавленным.

— Мы уговорили Васильева встретиться с нами и заключить договор. Сначала Артём не хотел ехать, но потом резко согласился. И вот мы поехали.

— И? — не выдерживаю, когда он берёт слишком долгую паузу.

— Васильев был с пистолетом, — голубые глаза стекленеют, — а Артём, он... Бля...

Как бы сильно мне ни хотелось пожалеть Александра, мой гнев по отношению к нему только растёт.

— Значит, теперь тебе хочется плакать? После всей этой чуши? Ты рассказывал семье, что Васильев пришёл из-за меня! Не из-за твоей тупости! Ты скинул всё на девушку! Будешь продолжать вести себя так, будто тебе реально не всё равно на своего брата? — я начинаю закипать. — Ты сделал это!

— Ты не имеешь права сваливать всё на меня, — Александр огрызается в ответ и вскакивает на ноги. — Я, может быть, и врал, но Артём вернулся в город не из-за меня, а из-за тебя! Вы с ним посрались и он был на взводе!

Злость достигает пика, и я не могу больше сдерживать.

— Не я натравила на него убийцу!

— Да, но вместо этого ты передала его убийце, — Александр наклоняется ближе к моему уху. — Если ты думаешь, что брат очнётся и сразу побежит к тебе... Я тебя разочарую, — я напрягаюсь и упорно молчу, глядя перед собой. Я отказываясь отвечать на его провокации, хоть насмешка болезненно режет. — Артём был взбешён, Мила, вы поссорились, и то, что его подстрелили не исправит ваши отношения.

Он в открытую издевается! Я отталкиваю Александра от себя, что не приносит ничего, кроме мрачной ухмылки на его губах.

— Я всегда буду братом, его семьёй. Меня простят. А ты ничего для него не значишь, — мужчина выпрямляется и отходит от меня. — Вашим фальшивым отношениям пришёл конец, дорогая. Он не заботится о тебе. Будь умной девочкой и уходи.

— Фальшивые отношения?

Обернувшись, я оказываюсь лицом к лицу с Сергеем Витальевичем, который обнимает свою расстроенную жену. В который раз за эту ночь стираю слёзы со щёк. Этого не должно было случиться. Они не должны были узнать всё именно так... «Не должны», «не должны»... Уже ничего не исправить!

— Мила, что он имеет в виду под «фальшивыми отношениями»? — Сергей Витальевич хмурит брови.

— Я... я... — нужно попытаться объясниться, но не получается собрать слова.

Тогда-то Александр берёт инициативу в свои руки.

— Милена встречалась с Артёмом, чтобы он мог получить компанию, а у неё был, так сказать, бойфренд.

— Это правда? — взгляд Сергея Витальевича останавливается на мне.

— Нет! Нет, это было так, но потом я... мы...

— Это правда? — повторяет свой вопрос уже значительно тише.

Я молчу, понимая, что больше нет пути назад. Ненависть и отвращение к самой себе захлёстывают с головой, становится трудно дышать. Крепче сжимаю ремешок сумки.

— Да.

— Я думаю... тебе пора уходить. Это исключительно семейная ситуация.

— Я могу объяснить! — мой голос срывается.

— Не хочу этого слышать. Пожалуйста, просто уходи, Милена.

Я это делаю. Просто ухожу.

Кстати, пошёл первый снег. Как и обещал Артём. Поднимаю голову к небу и ловлю кожей маленькие кристаллики. Мои нервы истощены, а сердце бьётся так громко, что кажется, его слышат все вокруг. Я такая дура... Где всё пошло не так?

— Почему ты не заведёшь настоящую девушку? — спрашиваю Артёма, который стоит возле раковины и бреется.

Пузырьки в ванне скрывают моё тело от карих глаз, которые периодически озорно сверкают в мою сторону.

— Зачем она мне?

— Ну-у, не знаю, может быть, любовь?

Он смеётся и промокает лицо полотенцем, смывая остатки геля для бритья.

— Влюбиться в кого-то, кто может причинить боль? Никогда.

— Значит, у тебя всегда будут фальшивые девушки?

Артём садится на корточки перед ванной и нежно скользит пальцами по моей щеке.

— Почему «будут» и «девушки»? Ты планируешь уйти от меня?

— Не знаю.

— Тогда я обязательно заставлю тебя остаться, — он с лёгкость отбивает и прижимается губами к моим губам.

Наконец-то я дома. Или то, чем была эта квартира для меня последние недели. Даже при включённом свете комнаты кажутся тёмными и мрачными, будто и квартира оплакивает своего хозяина. Оставляю ключ-карту на кухонном столе. Она мне больше не понадобится.

Кольцо, всё ещё надетое на мой палец, тяжёлым грузом лежит на душе. Сбрасываю без разбора одежду в чемоданы. Снимаю кольцо и кладу на комод в спальне. Я оставлю всё это позади и продолжу жить нормально.

Боже! Да какая же я лгунья. Не будет уже «нормально». Это невозможно оставить в прошлом без последствий. «Завтра» не придёт облегчение.

Что ж, если это мой последний день в квартире Артёма, я воспользуюсь им по максимуму. Попкорн на столе, полусладкое в бокале и экран телевизора, на котором идёт «Титаник». Я худший кошмар любой одинокой девушки.

— Не отпускай его! — я кричу на Роуз и в отчаянии хватаюсь за сердце. — Не отпускай! Просто подвинься! Там хватит места!

Мой телефон вибрирует, отвлекая от фильма. Пальцы беспокойно тянутся к нему, я открываю сообщение с неизвестного номера.

С ним всё хорошо. Он стабилен.

Александр. Я знаю, что не должна отвечать. Отбрасываю от себя телефон и сосредотачиваюсь на экране, безмерно радуясь, что Артём в порядке.