Глава 30

Два дня ничего не происходит. Никаких угроз. Никаких сообщений. И никакого Артёма. В каждом уголке квартиры витает напряжение, а как от него избавиться я не знаю. Дни становятся монотонными. Я езжу на работу и возвращаюсь в квартиру. Пустую. Тоска охватывает всё сильнее. Артём снова прячется от меня. Избегаем встреч, мы как два незнакомца, которые однажды были близки. Он уезжает рано утром, ещё до того, как я просыпаюсь, и приезжает за полночь.

— Вот ведь!

Есть одна проблема, которая бесит меня намного сильнее, чем игнор Артёма. Знакомая женская фигура, выходящая с мужчиной, предположительно отцом, из кабинета Артёма. Лучше бы двери в офисе не были прозрачными....

— Козел... — я бурчу под нос и слежу за проплывающей парочкой.

Отрываю свою задницу от стула и собираюсь пойти обедать. Обед в одиночестве уже стал обыденностью.

— Милена! — словно из ниоткуда появляется Антон. — Где твой парень?

— С Барб... кх, только что ушёл куда-то с Анной.

Босс реагирует смехом и приобнимает меня за плечи, как старого друга. Только поднимаю брови на необычное действие.

— Ревнуешь? — он игриво подталкивает бедром.

— Ни капельки.

— Я чувствую ревность даже у себя в кабинете, дорогуша, — я не утруждаю себя отрицанием, поскольку очевидно, что я лгу. Что-то в его взгляде заставляет думать, что Антон видит людей насквозь. Кстати, он был прав, когда в первую нашу встречу, сказал, что я привыкну к нему. — Пообедаем на первом этаже?

— Я не собиралась идти туда, но раз уж сам Антон Павлович настаивает...

Босс отвлекает меня историями о брате, пока мы ищем свободный столик. Впрочем, людей не так уж много, и это в какой-то мере успокаивает.

— Для ресторана в бизнес-центре выбор так себе, — я просматриваю меню, которое меня не сильно удовлетворяет.

— Повара здесь одни из лучших, — Антон напоминает с улыбкой.

— Если это правда, то где пицца, а? Хотя бы кусочек! Или бургеры?

— Скажи Мартынову. Ты живёшь с ним.

Моя реакция не заставляет себя ждать.

— Ну... — запинаюсь, — мы не разговариваем.

— Почему? — на меня переключается всё внимание.

— Я не знаю. Он вроде как игнорит меня.

Антон наклоняется вперёд через стол и подзывает к себе пальцем, взгляд сразу напрягается.

— Тогда вот тебе вариантик, — босс серьёзно сверкает глазами, — хватаешь его за яйца и заставляешь говорить. Называешь козлом и требуешь ответы.

Я хихикаю, представляя себе такую сцену. Надолго Антона не хватает, и он подхватывает мой смех.

— Он та-ак разозлится! — я не могу даже представить, как Артём отреагирует на такой нестандартный подход. Он и так невысокого мнения обо мне, а после такого... По-любому подарит мне направление в психушку.

— И вот тогда-то на помощь приходит примирительный секс. Поверь мне, это работает, — откровенность и непосредственность Антона поражают.

— Думаю, я просто загляну к Артёму в офис и скажу, что родители пригласили нас на ужин.

— Скучно.

— У Артёма как будто биполярка. В одну минуту он милый, а в следующую ведёт себя так, словно меня не существует, — жалуюсь, разгружая своё сердце перед Антоном.

— Богачи такие странные. Мой брат вообще другая история. Временами складывается впечатление, что исчезает с планеты.

— Не сильно ли драматично?

— О, нет! — Антон понимающе улыбается. — Но он может быть миленьким ангелочком.

— Угу, я знакома с ним, — я киваю в знак согласия. — Богатые люди какая-то особая порода.

Взгляд Антона падает мне за спину. Я оглядываюсь и вижу богача. Поджимаю губы и отворачиваюсь.

— Кажется, твой парень один, — Антон кивает, подбадривая. — Шанс положить конец войне.

— Это не война, — я подчёркиваю, но всё-таки иду к Артёму, который выглядит слишком заинтересованным своим телефоном.

Я делаю глубокий вдох, собирая всю смелость внутри, и нервно хлопаю Артёма по плечу.

— Артём? Мы можем поговорить?

— Что? — карие глаза опускаются на меня. — А... да, конечно.

— Мои родители пригласили нас на ужин.

— Твоя мама уже прислала мне сообщение. Ты хочешь поехать? — быстро проговаривает и возвращается к телефону. Видимо, там происходит что-то важнее...

— Ну-у, да.

— Я заберу тебя из квартиры... — коротко переводит взгляд на часы, — в шесть.

И тут-то раскрывается моя неуверенность. В груди тянет, когда Артём поворачивается, чтобы уйти. Но я решаюсь на отчаянный шаг для себя. Хватаю его за предплечье.

— Ты не заедешь домой? — слова вырываются, как последний вздох перед прыжком в неизвестность.

— Нет, у меня дела.

— О...

— Тебе нужно что-то ещё?

— Нет, — я резко выдыхаю. Всё обрывается.

Артём медлит, и я замечаю, как его взгляд скользит в сторону, будто размышляет. Он остаётся на мгновение в своих мыслях, а затем, будто приняв какое-то решение, начинает отходить. Молча провожаю спину Артёма. На этом всё?

Босс сразу же оказывается рядом и успокаивающе прихлопывает меня по плечу.

— Дай ему немного времени. Вижу, мой друг в замешательстве.

— В замешательстве? Что ж, ему следует попробовать быть мной.

Сегодня с работы отпрашиваюсь пораньше, чтобы успеть привести себя в порядок. Настроения наряжаться нет, но девушка внутри требует и кричит: «Пусть этот козёл увидит, что теряет!». Я делаю миллион масок, обмазываюсь всевозможными кремами, крашусь и завиваю локоны. Уф, Мартынов, ну, поиграем!

Вечер подходит незаметно, и вот мы молча поднимаемся по ступенькам к дому моих родителей. Наши пальцы переплетены, в свободной руке Артём держит подарки к Новому году. Я поднимаю сжатый кулак, чтобы постучать, но Артём вдруг мягко разворачивает лицом к себе. Прищуриваюсь, глядя на него.

— Нам нужно поговорить, — я высвобождаю ладонь из его хватки.

— Не тебе одному это решать, — остро шиплю в ответ, поворачиваясь, чтобы постучать снова. Но теперь Артём обходит меня, возвышаясь и загораживая входную дверь. — Я попрошу один раз, Артём, — специально выделяю его имя, — потом будет хуже. Свали с дороги.

— Прости.

— За что конкретно? Потому что, знаешь, есть за что извиняться, список длинный.

— Я не хочу, чтобы ты злилась.

— Слишком поздно.

Он тянется пальцами к моему лицу. Отталкиваю его ладонь, Артём заметно тушуется.

— Прости, Милашка.

Запретный приём. Поджимаю губы и опускаю глаза в пол, рассматривая свои чёрные сапожки. Легко сказать: «Прости», и ожидать, что всё забудется по щелчку пальцев.

— Я всё ещё злюсь.

— Прости.

— Нет, — я произношу с горечью, подчёркивая, что даже извинения не могут сразу смыть все мои обиды.

— Чего ты хочешь добиться этим?

— В следующий раз, — я резко вскидываю на Артёма глаза, — когда в твою грёбаную голову придёт мысль вести себя так, будто меня не существует, между нами всё кончено. Да лучше кричи на меня, но не молчи! Считай это ещё одной сделкой.

— Сделка нахрен, — соглашается Артём, грустно усмехаясь, что становится не по себе. — Ещё одна сделка.

— Тёма, что...

Я не успеваю договорить, входная дверь позади Артёма распахивается и на крыльцо выходит отец. Довольно ухмыляется, держа нож в руке.

— Моя прекрасная дочь! Добро пожаловать домой!

Улавливаю, как Артём облегчённо выдыхает. О, так ему нравится, что нас прервали?

— Добрый вечер, Альберт Константинович.

— Почему ты держал её на улице? — папа просто свирепо смотрит на Артёма, никаких приветствий и обмена любезностями. — Ты хочешь, чтобы она заболела?

— Конечно, нет.

— Заходи внутрь, Мила. Заносчивых бойфрендов можешь оставить по ту сторону двери.

— Не обращай на него внимания, — я вздыхаю и тяну Артёма за собой.

В доме гораздо теплее. Он уже украшен к новогодним праздникам. Из гостиной доносится слабый смех мамы. Вешаю пальто и спешу к семье.

— Ты этого не делал! — выдыхает мама, очевидно не веря в историю, которую рассказывает брат.

— Это правда! — отбивается Влад.

Маша, улыбаясь, сидит рядом с ним. Она первой замечает меня.

— Милка! Я так давно тебя не видела!

— Это вина её парня, — вставляет Влад, на что мой папа что-то бормочет в ответ.

Бью его в плечо и сажусь на диван рядом с Артёмом.

— Ты вообще молчи! Я вижу тебя едва ли два раза в год.

— Ложь.

— Да что ты? Ты хотя бы принёс мне подарок? Твоей любимой младшей сестрёнке?

Мимолётно замечаю, что моя мама и Артём о чём-то беседуют. Улыбки свидетельствуют о том, что разговор идёт хорошо. Мама прикрывает рот ладошкой, а свободную руку прижимает к сердцу.

— Мне кажется, она с удовольствием поедет!

— Куда поедет и кто? — я присоединяюсь к разговору.

— Моя семья перед каждым Новым годом уезжает на пару дней загород, и нас тоже пригласили. Выезжать нужно сегодня, — поясняет мой «парень».

— Сегодня? Сейчас почти семь вечера.

— Самолёт через час.

— Ты мог бы сказать об этом раньше, чтобы я хотя бы собрала вещи? — я раздражённо закатываю глаза.

— Доченька, Артём уже всё собрал! — подмечает мама и понижает голос. — Тебе нужно поехать! Так романтично!

— Ладно. Ладно!

Всё, что могу сказать – «спасибо». Не вслух, конечно же. Мне не выдали билет на обычный рейс. Да, я всегда буду вспоминать, как Артём поступил со мной в начале наших «отношений». Поднимаюсь на борт самолёта и встречаюсь с пятью парами глаз. Неловко мнусь на месте, пытаясь избежать этих интенсивных взглядов.

— Доброй ночи... — я испуганно пищу и неуверенно веду плечом.

Артём протискивается мимо меня, защищая.

— Мам, ну хватит пялиться! — раздаётся резкий голос и Артём ведёт нас дальше по салону. Надеюсь уйти от внимания, где Елизавета Николаевна напрямую не сможет увидеть нас, точнее меня.

— Видишь, что она сделала с ним? — женщина причитает, обращаясь к мужу, который возвращается к чтению каких-то документов. — Он набрасывается на свою семью из-за какой-то девушки!

Я устраиваюсь на кожаном сиденье удобней, стараясь не обращать внимания на голоса.

— Твоя мама ведь не собирается жаловаться на меня всю поездку, да?

Артём садится рядом со мной и пожимает плечами.

— Зависит от обстоятельств. Если ты будешь спать, я сомневаюсь, что ей будет о чём поговорить.

— Не понимаю, что такого хорошего в этой девушке! Она использует моего сына ради денег! — не унимается женщина. Прикусываю язык, сдерживая желание вставить свои пять копеек.

— Я недостаточно устала, чтобы спать, — я вздыхаю и вглядываюсь в огни аэропорта, которые медленно отдаляются.— Не могу поверить, что до сих пор не выпал снег...

Прикусываю язык ещё сильнее... Мысли вслух – не лучшая идея. Особенно рядом с Артёмом. Уже многое произошло между нами — и хорошее, и плохое. Сейчас вовсю идёт стадия «непонимания».

— Дай ему пару дней. Уверен, к Новому году город заметёт.

В снежной погоде есть что-то особенное, что заставляет сердце биться чуть быстрее. С моим ростом я легко могу сойти за подростка, ожидающего снежинок и зимней сказки. Заснеженные улицы, мягкий свет фонарей, идущие рука об руку пары. Горько усмехаюсь. Сказка... Переключаю внимание на принца рядом. Его профиль выглядит усталым и загадочным одновременно. Мы молчим, но каждый из нас, наверное, многое хочет сказать. Всё, что хочу я – найти хоть какую-то точку соприкосновения.

— Артём, что происходит?

— Что ты имеешь в виду?

Ищу в карих глазах хоть что-нибудь, любую подсказку, скрывает ли он что-то. Но они слишком напряжены и насторожены. Дальше крепкого панциря Артём уже не пропускает.

— Ты был занят последние дни.

— Работа, — его ответ слишком краток и лишён эмоций.

— Я бы поверила в это, не будь ты постоянно напряжённым и не виси над тобой угроза смерти, — опускаю разговоры о том, что дело с нападением на Артёма волшебным образом замяли. Ни одной новости. Ни-че-го. Васильев не понёс никакого наказания и всё также продолжает спокойно жить.

— У меня было много дел по работе, Милена. Вот и всё.

Ложь звучит так гладко.

— Тогда следует нанять помощника, — советую с умным видом, над чем Артём легко смеётся.

— Могу ли я нанять тебя?

Пальцами Артём осторожно убирает волосы мне за ухо, задерживается на щеке. В ответ лишь хмыкаю и качаю головой. Такой себе вариант...