Глава 45.

— Я больше не могу, — прошептала я, мой голос захлебывался от слез, которые лились по моему лицу, как водопад.

— Давай, Джейс, ты справишься. Осталось недолго, — подбадривала Лу, осторожно смахивая бисеринки пота с моего лба.

Ощущения были невыносимыми, словно мою матку безжалостно сжимали, как апельсин,  в соковыжималке. Я собралась с силами, чтобы озвучить свои муки, когда очередная волна боли обрушилась на меня.

— Такое ощущение, что мои внутренности выжимают, — смогла выдавить я сквозь стиснутые зубы.

— Еще одна схватка?— спросил Винсент, его голос был наполнен беспокойством, когда он расположился между моих ног.

Он вернулся как раз вовремя, через полтора часа после того, как у меня отошли воды, и я испытала огромное облегчение от того, что он не пропустил роды. Луиза была слишком потрясена, чтобы справиться с этим в одиночку. Но теперь первоначальный восторг улетучился. Прошло изнурительных шесть часов с момента первой схватки, и мои запасы энергии были исчерпаны.

— Да-а-а, — выдохнула я.

"Боже, меня как будто разрывает на части. Эта боль... она не похожа ни на что, что я когда-либо испытывала".

— У тебя все еще есть желание тужиться? — спросил он

Я кивнула.

— Хорошо, Джейс, просто доверься своему телу. Дай ему все, что у тебя есть, и тужься изо всех сил. Ты почти у цели.

Стиснул зубы, я изо всех сил сжимаю ручки акушерского кресла, направляя каждую унцию оставшейся во мне энергии.

— Я не могу, — мое дыхание вырывается рваными толчками. 

Истощение взяло свое, оставив меня без сил и чувства беспомощности. Кажется, что я уперлась в стену, не в силах продвинуться вперед. Разочарование просачивается внутрь, усугубляя ситуацию с каждой секундой.

— У тебя все получится, — подбадривает меня Винсент, его голос полон непоколебимой веры.

Луиза наклоняется ближе, ее голос успокаивает.

 — У тебя получится, Джейс, — шепчет она, ее рука мягко ложится на мою.

— Хорошо, Джейс, еще один толчок!  Голос Винсента гремит от настойчивости.

Собрав все силы, я глубоко вдыхаю и делаю все возможное. 

— АРРГГХ!— кричу я, вкладывая в последний толчок все свое разочарование и решимость. Но, кажется, ничего не сдвигается с места. — Не выходит!— кричу я, мой голос полон отчаяния.

— У тебя все получается, Джейс. Продолжай, — успокаивает меня Винсент.

— Но это больно!— хнычу я. 

— Я знаю, что это больно, но ты можешь это сделать. Ты сильнее, чем думаешь. Еще немного, и мы все сможем сделать перерыв и насладиться заслуженной чашкой чая, — уверяет меня Луиза, предлагая проблеск передышки. —Давай, Джейс,  нужно, чтобы ты еще раз собралась с силами.

Стиснув зубы и сильнее сжав ручки, я собираю все силы. Толкаю изо всех сил, напрягаюсь, вкладывая всю свою энергию в это усилие. Но все равно это кажется тщетным.

— Я не могу, — признаюсь я, мой голос дрожит от страдания.— Боль невыносима. Я не могу этого вынести, — я качаю головой из стороны в сторону, чувствуя себя так, словно меня разрывают надвое.

— Можешь, — подбадривает Винсент. 

— Нет, я устала. С меня хватит! Я хочу что бы это уже закончилось! 

— Еще немного, — успокоил меня Винсент, его голос был непоколебим. — Ты почти у цели. Просто копни поглубже и отдай все, что у тебя есть.

Слезы текли по моему лицу, смешиваясь с блеском пота, покрывавшего мое тело. Боль была не похожа ни на что, что я когда-либо испытывала раньше, она крепко сжимала меня, не желая отпускать.

—Нет...— всхлипывала я, мой голос захлебывался от страдания. — Я не могу больше этого делать. Это слишком больно. Я не могу это вынести. Просто вытащи его.

Выражение лица Винсента стало мрачным, он покачал головой. 

— Слишком поздно, Джейс. Роды в завершающей стадии. Я вижу головку. Теперь мне нужно, чтобы ты собрала все свои силы и дала мне один мощный толчок.

«Ты можешь это сделать, Джейс. Можешь». 

Я собрала все оставшиеся во мне силы, глубоко вздохнула и издала оглушительный крик, толкаясь изо всех сил.

— Вот так! — раздался голос Винсента, полный гордости и ободрения. — Продолжай, Джейс. У тебя потрясающе получается.

— ЧЕРТ!

Улыбка Винсента расширилась, его глаза сияли от возбуждения. 

— Плечики вышли! Еще один мощный толчок, Джейс, и все будет кончено.

Я на мгновение перевела дух, вытирая слезы, затуманившие мое зрение. 

— Еще один, — прошептал я.

При мысли о том, что я наконец-то смогу подержать ребенка на руках, во мне вспыхнула яростная решимость. 

— ГРЕБАННЫЙ АД!— закричала я, мой голос прорвался сквозь воздух, давая выход всей боли и изнеможению, которые я пережила.

И тут, в этой хаотической смеси боли, потуг и предвкушения, комната наполнилась самым волшебным звуком, который я когда-либо слышала.

Криком моего ребенка.

— У тебя мальчик!—  воскликнул Винсент, положив мне на грудь мой драгоценный комочек радости.

Я взглянула на его крошечную головку, украшенную дикой копной темных волос, и прилив любви нахлынул на меня, как цунами. Я осторожно поправила его хрупкое тело, желая впервые увидеть его лицо. И вот он лежал передо мной.

Черт, он был прекрасен. Безупречен.

Любопытные изумрудные глаза встретились с моим взглядом, захватив мое сердце в свои пленительные глубины.

Я нежно поцеловала его бархатистую щеку.

— Привет, малыш, — прошептала я, мой голос задыхался от эмоций. — Я твоя мама.

— Он потрясающий, Джейс, — пробормотала Луиза, ее голос был едва слышен в комнате, гудящей от благоговения.

— Эллиот? — прошептала я. 

— Не волнуйся, Джейс, — успокоила меня Луиза. — С ним все в порядке. Эллиот позвонил мне несколько часов назад, и я думаю, что он скоро приедет.

В моей голове бушевали противоречивые эмоции, когда я держала на руках нашего новорожденного сына. Груз ответственности лег на мои плечи, переплетаясь с болью от предательства, которое причинил мне Эллиот. Смогу ли я когда-нибудь простить его за то, что он бросил нас в такой ответственный момент?

Я тосковала по знакомому теплу объятий Эллиота и в то же время негодовала на него за боль, которую он причинил. Наши отношения всегда были поездкой на американских горках, наполненной моментами эйфории и душераздирающих падений. Но это... это был новый минимум.

Я обдумывала идею принять один из домов Эллиота, часть меня молча признавала практичность всего этого. Эта мысль заставила меня содрогнуться. Как же так получилось? Отказаться от своей гордости и положиться на него ? Но глубоко внутри, под слоями гордости, скрывалась измученная душа, отчаянно жаждущая стабильности и безопасности.

Луиза, почувствовав мое внутреннее смятение, положила утешающую руку мне на плечо. 

— Ты сильная, Джейс, —  сказала она, ее голос был наполнен состраданием. — Ты справишься. И мы будем рядом с тобой на каждом шагу.

Ее слова принесли проблеск надежды в мое израненное сердце. Луиза была моей опорой на протяжении всего этого пути, оказывая неизменную поддержку и любовь. И я была безмерно благодарная за это. 

По мере того, как шли минуты, предвкушение и тревога закручивались в моем животе. Я гадала, когда наконец появится Эллиот. Будет ли он раскаиваться, сожалеть о своем отсутствии? Или он просто отмахнется от меня с безразличным видом, как будто его исчезновение не разрушило мой мир?

Но, несмотря на мой гнев и обиду, какая-то часть меня надеялась на искупление. Часть, которая жаждала, чтобы Эллиот сделал шаг вперед, показал, что он может быть тем отцом, которого заслуживает наш ребенок. Я знала, что это опасная надежда, которая может легко привести к разочарованию, но, тем не менее, она оставалась.

В тот момент, прижимая к себе сына, я молча пообещала себе. Я буду яростно защищать его, ограждая от боли, которые пережила сама. А если Эллиот не справится со своими обязанностями отца, я найду в себе силы быть для своего ребенка всем.

Когда дверь со скрипом открылась, мое сердце заколотилось. Эллиот стоял там, его глаза были наполнены смесью страха и раскаяния. Казалось, время застыло, когда мы встретились взглядами, тяжесть нашей общей истории повисла в воздухе.

Я глубоко вздохнула, собрав все оставшиеся силы. Это был решающий момент, который определит ход нашей жизни. Я посмотрела на своего сына, и меня охватила яростная решимость. Что бы ни случилось дальше, я буду бороться за наше счастье, за жизнь, которую мы заслужили.