Глава 26.

Стоя перед маленьким зеркалом в ванной, я пристально вглядывалась в свое отражение. Я укладывала свои непокорные волосы с помощью выпрямителя уже более получаса, но они не были такими безупречными, как когда мне помогала Лин. Я нанесла на лицо косметику, пытаясь добиться дымчатого макияжа глаз в оттенках серого, но в итоге получилось несколько вычурно. Тем не менее, это было именно то, что мне нужно для сегодняшнего вечера. Платье было именно таким, как я и ожидала: ужасно коротким, и если бы я чуть-чуть наклонилась, все бы увидели, что под ним. Тем не менее, сверху оно было довольно скромным и приличным. Мне было страшно, но я твердо решила помочь брату. Если для этого мне пришлось бы поставить себя в неловкое положение, я была готова пойти на все. Глубоко вдохнув, я постаралась взять себя в руки и сосредоточиться на задаче.

Когда я вышла из ванной, глаза Эллиота постепенно осмотрели мое тело, от кончиков пальцев ног до макушки головы.

— Чёрт! — тихо прошептал он. 

— Что?—  спросила я, чувствуя себя немного смущенной.

— Ты выглядишь... невероятно, —  сказал он, его голос был едва слышен. — Я имею в виду, я знал, что ты красивая, но я не понимал, насколько сногсшибательной ты можешь быть.

Мои щеки покраснели, и я не могла отвести взгляд от него, не зная, что сказать. Я вспомнила, как он говорил, что во мне нет ничего примечательного, но его глаза опровергали его слова. Они были похожи на глаза ребенка, впервые увидевшего рождественскую елку, наполненные благоговением и удивлением.

Он медленно встал и подошел ко мне, не сводя с меня глаз. Его пальцы коснулись моей щеки, вызывая покалывание во всем теле. Казалось, он прослеживал каждый изгиб и линию моего лица, запоминая каждый дюйм меня.

— Клянусь, если бы я мог заставить тебя остаться здесь, я бы сделал это, чтобы никто не видел тебя такой, — прошептал он.

Мое сердце колотилось от смешения эмоций, когда я смотрела в его глаза. Он всегда был непредсказуем, и я не могла понять, почему в одну минуту он говорил мне такие добрые слова, а в следующую - отталкивал.

Эллиот взглянул на часы на своем запястье, затем сказал: 

— Нам пора идти. 

Клуб располагался в самом сердце промышленной пустоши, его высокие серые склады зловеще возвышались на фоне ночного неба. Вход в клуб был без опознавательных знаков, замаскированный в бетонном окружении, и его легко было бы пропустить, если не знать, где искать. Однако, когда мы подъехали ближе, взору предстал огромный ангар, кишащий роскошными автомобилями, бессистемно припаркованными на обширной стоянке. Эллиот поставил наш автомобиль на свободное место, и некоторое время мы сидели в тревожном молчании. Он повернулся ко мне, и заговорил с серьезным видом:

— Надеюсь, ты понимаешь, насколько это серьезно. Если что-то пойдет не так, я не смогу справиться более чем с одним человеком одновременно. Ты должна внимательно слушать и делать то, что я говорю, несмотря ни на что. Никаких вопросов, никаких колебаний

Я кивнула головой, мои ладони начали потеть.

— Понимаю, — тихо сказала я.

Эллиот вылез из машины, обошел вокруг и открыл для меня дверь. Он взял мою руку в свою и повел меня к дальнему концу здания. Когда мы приблизились, и я заметила огромную ржавую дверь лифта, за которой наблюдала грузная фигура. Обтягивающая рубашка охранника едва сдерживала мышцы, бугрившиеся под ней, а его лицо не выдавало никаких эмоций. Его темные глаза буравили меня, заставляя мое сердце бешено колотиться. Я посмотрела на Эллиота, который выглядел совершенно невозмутимым. Он обхватил меня за талию и притянул ближе к себе, когда мы подошли к охраннику. Я пыталась держать нервы в узде, улыбаясь, как я надеялась, убедительно. Мой взгляд упал на пистолетную кобуру, висевшую на поясе охранника, и меня охватил страх. Эллиот, должно быть, почувствовал мое беспокойство, потому что он притянул меня ближе, слегка поцеловал в висок и прошептал:

— Расслабься. 

Эллиот сунул руку в карман своего классического пиджака и достал небольшую прямоугольную карточку. Он протянул ее охраннику, который внимательно изучил ее, затем одобрительно кивнул и отошел в сторону, давая нам пройти.

Я вздохнула с облегчением, когда мы вошли в лифт и дверь за нами закрылась. Эллиот по-прежнему держал руку на моей талии, и я прислонилась к нему, чувствуя его ровное сердцебиение. Он слегка поцеловал меня в висок, и я закрыла глаза, позволяя его ободряющему прикосновению успокоить мои нервы.

Пока лифт спускался на нижний этаж, я рассматривала окружающую обстановку. Гладкий черно-белый дизайн лифта был удивительно современным, и безупречно чистым. В углу висела небольшая камера наблюдения, я быстро отвела взгляд, не желая привлекать ненужное внимание.

Лифт прибыл с низким гудком, возвещая о нашем спуске на нижний этаж. Когда двери разъехались, взору предстал тускло освещенный вестибюль клуба, задрапированный бархатными шторами и наполненный слабым ароматом алкоголя и сигарет. Я осмотрелась. Небольшие столики усеивали пространство, каждый из них окружала группа людей, их внимание было сосредоточено на скудно одетых женщинах, которые сидели на коленях у мужчин, флиртуя и дразня. Их наряды были облегающими и откровенными, некоторые настолько, что их грудь вываливалась при малейшем движении.

По сравнению с другими девушками, мое платье было скромным. Я как будто попала в совершенно другой мир, где не действуют правила общества. Некоторые из девушек не стеснялись лапать мужчин между ног, а мужчинам, похоже, нравилось это внимание. Я же чувствовала себя не в своей тарелке посреди такого разврата.

Мы пробирались сквозь толпу, огибая низкие стеклянные столики и плюшевые диваны, пока не добрались до бара. Тогда я увидела вдалеке клетку, в которой собирался драться мой брат. Квадратная конструкция была окружена толстыми металлическими прутьями, создавая угрожающую и пугающую ауру. Вокруг нее уже собралась толпа, их лица светились предвкушением и волнением.

Мелкая дрожь пробежала по моему телу, когда я наблюдала за людьми, ожидающими начала боя. Как такое зрелище стало формой развлечения? Это было варварское и жестокое зрелище, но оно привлекало множество зрителей. Мое сердце болело за брата, которому предстояло войти в клетку, подвергая себя риску ради нескольких мгновений славы.

Эллиот прервал мои мысли, обратившись к бармену:

— Два Лонг-Айленда.

Я наконец-то оторвала взгляд от клетки, чувствуя, как меня накрывает волна страха. Мне определенно нужно было выпить, я не знала, что буду делать, когда увижу Дэна в центре клетки.

— Бой начнется через пару минут. Мне нужно сделать ставку, — сказал он.

Я не могла поверить, что Эллиот собирается поддержать такое жуткое проявление насилия. Прежде чем я успела высказать свои возражения, он притянул меня к себе и заправил прядь моих волос за ухо. Его теплое дыхание щекотало мне ухо, когда он наклонился и прошептал:

— Улыбнись, притворись, что мы флиртуем. Мне нужно сделать ставку, чтобы вернуться сюда позже, это единственный выход, таковы условия. Хочешь пойти со мной? 

В моей голове пронеслись противоречивые мысли, когда он указал на небольшое зарешеченное окно. Толпа вокруг него была почти такой же большой, как и та, что собралась вокруг клетки. Я покачала головой, показывая свое нежелание.

— Тогда садись за барную стойку, — проинструктировал он меня, — и не пей то, что я заказал.

Я наблюдала, как Эллиот исчез в глубине клуба, оставив меня в одиночестве наблюдать за происходящим вокруг. Заняв место у бара я осмотрела зал.

Мой взгляд сразу же привлек полукруглый диван, расположенный рядом с барной стойкой. Там сидел молодой человек в окружении двух красивых женщин. Его рубашка была наполовину расстегнута, обнажая мускулистую грудь. Его глаза были закрыты, как будто он погрузился в свой собственный мир. Одна из женщин жадно целовала его губы, а другая, сидя у него на коленях, страстно целовала его шею.

Я не могла не смотреть. Это зрелище было одновременно интригующим и ужасающим, как наблюдение за крушением поезда. Но мой взгляд, должно быть, привлек его внимание, потому что внезапно его карие глаза открылись и впились в мои. Одним быстрым движением он оторвался от двух женщин, его губы искривились в жуткой улыбке. Он столкнул одну из женщин со своих коленей и встал, поправляя рубашку.

На краткий миг я почувствовала себя оленем, попавшим в свет фар встречной машины. Мои щеки горели от смущения, и я быстро отвела взгляд, надеясь, что он не подойдет поговорить со мной. Почему я так долго смотрела на него? Я беззвучно ругала себя.

Бармен поставил на стойку два коктейля, и я, не задумываясь, потянулась за одним из них и сделала щедрый глоток. Жидкость обожгла горло, но это меня волновало меньше всего.

Мужчина сел рядом со мной, и я почувствовала, как его глаза прожигают меня. Я пыталась изобразить незаинтересованность, но знала, что у меня ничего не получается. Он наклонился ко мне, прижался губами к моему уху и прошептал: 

—Тебе понравилось то, что ты видела?

Мой взгляд переместился на парня, на его лице сияла широкая улыбка.  Рубашка мужчины все еще была расстегнута, обнажая татуировку в виде черепа со змеей в глазницах. Его светлые вьющиеся волосы были взъерошены, а карие глаза сверкали озорством. Я почувствовала его дыхание на своем лице и ощутила запах алкоголя в его дыхании.

— Нет, — пискнула я.

Но он, казалось, не поверил мне. Он поднялся со своего места, его тело нависло надо мной, как темное облако. Его дыхание щекотало мое лицо, когда он прошептал:

— По твоему взгляду вижу, что понравилось.

Мое сердце бешено забилось, и я откинулась назад, пытаясь создать между нами пространство. Где, черт возьми, был Эллиот, когда я нуждалась в нем больше всего? Парень протянул руку, чтобы коснуться моей щеки, и его взгляд переместился на мои губы. Я оттолкнула его руку от своего лица и положила ее на его грудь, но он не сдвинулся с места.

— Я не одна, — шипела я, надеясь отпугнуть его. — Мой друг скоро вернется

Его брови сдвинулись в недоумении.

— Друг? — спросил он, растягивая слово.

Казалось, он наслаждался вызовом.