Глава 51.Тепло

Данна первой отвела разговор в сторону предстоящих покупок, с лёгкой усмешкой качнув головой:

- Ну, скоро опять это всё - магазины, толпы людей, выбирать новый рюкзак... одежду... и эту парадную форму, которую потом надеваешь два раза в году.

- И всё это вечно в последний момент, - протянул Кулкид, театрально закатив глаза, - я в прошлом году вообще рюкзак купил за два дня до школы, и он был с динозаврами... ну, мне-то норм, но папа говорил, что я уже «слишком взрослый» для этого.

- С динозаврами норм! - вставила Прити, усевшись на край лавочки и шевельнув хвостиком. - Хотя мне бы больше понравился с зайками или сердечками.

- Ага, а Данна, наверное, возьмёт чёрный, как всегда, - поддел её Блудуд, хитро улыбнувшись.

Данна сделала вид, что не услышала, и спокойно поправила волосы:- Главное, чтобы удобный был. И чтобы молнии не заедали.

Блюи, сидевший на ступеньках, вдруг оживился:- А я хочу рюкзак с кучей карманов! Чтобы для тетрадей, для пенала, для бутылки воды, для конфет...

Киди прыснул со смеху:- Ты хочешь, чтобы твой рюкзак был как чемодан, только на спину.

- Ну а что? - не обиделся Блюи. - Потом все будут просить у меня конфеты.

Разговор потёк дальше - каждый стал вспоминать, какие у него были рюкзаки раньше. Кулкид рассказывал, как один из них порвался в первый же месяц, и он всю зиму ходил с заплатками. Прити делилась, что в прошлом году она сама выбрала себе форму с кружевным воротником, а мама всё лето говорила, что «так не пойдёт», но в итоге сдалась.

- Парадная форма - это вообще отдельная история, - вздохнула Данна. - Купишь одну, а потом через пару месяцев уже мала.

- Ну, - пожал плечами Блудуд, - значит, в этом году надо брать на вырост.

- Так мы все потом будем как в мешках ходить, - фыркнула Прити.

Друзья засмеялись, и тема сама собой перешла к тому, кто что планирует купить этим летом и какие магазины уже успел присмотреть.

Вечер опускался медленно, но неизбежно - солнце уже почти коснулось горизонта, окрашивая всё в тёплые, золотисто-розовые тона. Воздух стал чуть прохладнее, а длинные тени деревьев начали переползать по поляне, будто тихо напоминая: «Пора домой». Дети, ещё минуту назад громко спорившие о том, чья очередь держать пакет с печеньем, постепенно успокаивались и помогали собирать вещи.

- Так, всё, ребятки, - громко, но с игривыми нотками сказала Данна, хлопнув в ладоши, - давайте сворачиваем лагерь. А то стемнеет, и... какая-нибудь чёрная машина подъедет, а оттуда выйдет дяденька и увезёт кого-то в неизвестность!

Она специально чуть понизила голос на словах «чёрная машина» и «увезёт», а глаза блеснули, будто она рассказывала страшилку у костра. Эффект был мгновенный: даже самые отважные из детей рефлекторно прижали к себе рюкзаки и начали помогать быстрее.

Смех, возня, шуршание пакетов и тихое перестукивание термосов наполняли вечер. Кто-то подбирал остатки еды, кто-то закрывал коробки с настольными играми, кто-то уже натягивал куртку, готовясь к дороге домой. Некоторые  родители и очереди подходили, забирали ребят, и постепенно поляна пустела.

Когда оставшиеся начали расходиться, Данна, как обычно, проверила, ничего ли не забыли: термос на месте, покрывало сложено, пакеты убраны. Она поправила сумку на плече, вздохнула и уже хотела направиться к дому, как вдруг...

Слева, за деревьями, мелькнул тёмный силуэт автомобиля. Чёрная машина - блестящая, как будто только что выехала из автомойки, - тихо стояла у обочины. Внутри, за слегка приоткрытым окном, сидели двое мужчин в строгих костюмах. Лица частично скрывала тень, но Данна успела заметить - выражение у них было сосредоточенное, слишком внимательное.

Один из них слегка повернул голову, и на мгновение их взгляды пересеклись. Внутри у Данны всё похолодело. Эти мужчины выглядели... слишком знакомо. Чёрные костюмы, аккуратные галстуки, холодный, оценивающий взгляд - как у людей, что часто сопровождали Мафиозо.

Они не выходили, не делали резких движений. Просто сидели. Наблюдали. За ней.

В груди всё неприятно сжалось. Её рука непроизвольно скользнула к ремешку сумки, словно проверяя, всё ли при ней. Вечерний ветер принёс запах бензина и чего-то ещё - тонкий аромат дорогого мужского парфюма, который почему-то только усилил тревогу.

Шум уходящих ребят стихал за спиной, и вдруг стало слишком тихо. Только шелест листвы и редкие щелчки кузнечиков. Данна сделала вид, что поправляет волосы, и, не оборачиваясь, медленно пошла прочь от поляны. Но каждый шаг казался долгим, а взгляд в спину - слишком ощутимым.

Конец августа, вечер опускался медленно, и воздух уже был прохладнее, но ещё держалась тёплая летняя нотка. Лёгкий ветер шелестел листьями, а длинные тени деревьев растягивались по тропинке. Данна шла вперёд, держа сумку на плече, и рядом с ней шагали Киди и Блюи. Маленькие мальчики шли точно по её следу, время от времени переглядываясь друг с другом.

- Мама... - тихо сказал Киди, сжимая кулачки, - кто эти мужчины?

- Не волнуйся, - ответила Данна, слегка улыбаясь, чтобы не пугать их, - мы с ними справимся.

Блюи кивнул, глядя на Дану серьёзными глазами, хотя ему едва исполнилось несколько лет:

- Мы с тобой, мама.

В этот момент из-за поворота тропинки появился Кулкид. Красная кожа, рога, хвост слегка дергающийся от волнения.

- Эй! — позвал он, весело, но с ноткой тревоги, - Данна, я думал, тебя уже увели!

- Ещё нет, - ответила она, слегка расслабляя плечи. - Но что-то мне подсказывает, что эти мужчины за мной следят.

Вскоре рядом появился Блудуд, с синей кожей и чёрными зубами, спокойный взгляд выдавал готовность к любой ситуации.

- Значит, ты их тоже заметила, - тихо сказал он, - лучше быть осторожными.

Прити, с розовой кожей и бантиками, подбежала к Данне и приобняла за плечо:

- Не переживай, мы рядом.

Данна кивнула, ощущая поддержку друзей и маленьких «детей». Сердце чуть успокоилось, но взгляд всё ещё возвращался к чёрной машине, стоящей неподвижно.

Внезапно из машины вышли оба мужчины. Они двигались медленно, без спешки, каждый шаг выверен и точен. Их глаза не отводились от Данны, изучая каждый её жест.

- Лучше уйдём быстрее, - сказал Кулкид, слегка сжимая кулаки.

- Согласна, - ответила она, сжимая ремешок сумки и готовясь использовать магию живого пламени в случае опасности, - но мы не позволим им просто напугать нас.

Киди и Блюи, сжимая её руки, следовали рядом, а Кулкид и Блудуд встали рядом, как щит. Маленькая группа шагнула вперёд, оставляя шуршащие листья позади, но ощущение наблюдения не исчезало ни на минуту

Кулкид, Прити и Блудуд переглянулись и одновременно решили: оставлять Данну одну - плохая идея. Тревога, которая закрадывалась в них ещё с поляны, усиливалась с каждой секундой.

- Ладно, Данна, - сказал Кулкид, слегка нервно, но твёрдо, - мы проводим тебя до дома. С тобой что-то не так.

- Да, - добавила Прити, слегка опустив голову и поправляя бантики, - извини, что мы следили за тобой раньше... просто моё шестое чувство говорило мне, что стоит вернуться. И, похоже, я была права.

- Ну что ж, - хмыкнула Данна, - тогда идём.

Они шли по узкой улице, покрытой сумеречными тенями. Вечерние огни редких фонарей отбрасывали длинные и искажённые силуэты на стенах домов. Казалось, будто каждый звук разносится слишком громко - шорох листьев, шаги, тихий скрип под ногами.

Но внезапно, за поворотом, всё изменилось.

- Подождите, ребятки! - крикнула Данна, когда заметила, что Кулкид, Блудуд и Прити остановились, но её взгляд застыл от ужаса.

Они исчезли. Прямо перед её глазами - просто испарились. Ни следа, ни тени - будто их кто-то или что-то похитило.

- Нет... нет, это не может быть... - шептала она себе под нос, шаг за шагом продвигаясь дальше, чувствуя, как сердце бешено колотится.

Она оказалась одна на узкой тёмной улице, которая вдруг превратилась в лабиринт из стен и мрака. Слева и справа дома с пустыми окнами казались зловещими, как будто наблюдали за ней. Её маленькая фигура была загнана в угол: с одной стороны стенка забора, с другой - тьма, почти поглощающая всё вокруг.

Данна напряглась, её уши слегка поднялись, хвосты дрожали - почти рефлексом, мгновенно реагируя на опасность. Её дыхание стало резким, руки сжались в кулаки, а магия живого пламени едва заметно вспыхнула вокруг, словно маленькие искры на коже. Страх был ощутим, но вместе с ним - внутреннее решимость: она не позволит себе остаться жертвой.

Шум шагов, который она сначала приняла за ветер, вдруг усилился. Где-то впереди, между тенями, послышался тихий хруст - словно кто-то приближался. Данна сделала шаг назад, прижимаясь к стене, её глаза - почти светящиеся в полумраке - сканировали пространство вокруг.

Она была одна. Её друзья исчезли. И тьма на этой улице, казалось, была не просто ночью... она дышала, шевелилась, ждала.

Резко Данна ощутила резкий запах и давление у рта - кто-то приложил к нему тряпку, явно пропитанную снотворным. Её глаза наполнились слезами, дыхание сбилось, руки безвольно задергались. Магия, которую она всегда могла использовать, дрогнула внутри, но слабость и дезориентация мгновенно её подавили.

- Мама... - подумал про себя Киди, если бы был рядом, но его здесь не было.

Тело Данны медленно теряло контроль. Она пыталась сопротивляться, но силы уходили, словно песок сквозь пальцы. Ещё мгновение - и сознание растаяло, растворяясь в полусне.

Сквозь полусон она чувствовала движения: лёгкое покачивание, скрип шин - они везли её в машине. Её руки были за спиной, ноги тяжело волочились. Магия, хоть и слабая, пыталась реагировать, но туман сна размывал всё вокруг.

Она слышала обрывочные звуки: шум двигателя, тихие голоса за спиной, будто несколько мужчин переговаривались, но слова не складывались в смысл. Сердце билось быстрее от смутного страха, хотя тело уже почти не слушалось.

Потом ощущение сменилось - её понесли. Холодная, влажная атмосфера ударила по лицу, когда её опустили. Пол под ногами был каменным, стены вокруг - сырые и сыро пахнущие. Она почувствовала, как тело касается холодного пола подвала.

Сон и реальность смешались. Её глаза упорно не открывались, но мозг пытался понять, что происходит. Она ощущала запах сырости, слышала капли воды, падающие где-то далеко, и холодные тени, скользящие вокруг.

Состояние было странным - полусон, но не отдых; слабость, но не мирное оцепенение. Её ум играл с образами: смутные силуэты друзей, странные огни, будто маленькие языки пламени плясали вокруг. Она пыталась собрать воедино события, но каждое движение было размыто.

Страх смешивался с решимостью. Даже в этом полусне, даже в полной беспомощности, внутри Данны что-то шептало: «Я должна выбраться. Я должна защитить их».

И где-то там, в глубине сна, маленькие искры живого пламени пытались вспыхнуть, пробуждая крошечный свет надежды в холодном подвале.

Даже сквозь тяжесть полусна и слабость, Данна пыталась собраться и думать логически. Она понимала: если Киди и Блюи успели улететь, значит, они обязательно донесут о случившемся Мафиозо. Он не промедлит - известие о похищении его подопечной вызовет мгновенную реакцию, и начнётся массовый поиск.

«Только как быстро они найдут меня...» - мелькнула мысль, и Данна почувствовала лёгкую тревогу. Время в подвале тянулось медленно, словно липкое, холодное покрывало. Каждый звук отдавался эхом в каменных стенах, каждый шаг похитителей - глухой удар по её сердцу.

Она пыталась сконцентрироваться: запомнить запахи, направление шагов, легкие шумы, которые могли помочь определить путь к выходу. Лёгкие вспышки магии живого пламени то и дело пытались вырваться наружу, но усталость и воздействие снотворного делали своё - энергия почти исчезла.

Данна понимала: любая попытка сопротивления сейчас лишь ускорит истощение. Её тело дрожало от холода и напряжения, руки сжались в кулаки, словно пытаясь удержать хотя бы каплю контроля над собой. Она мысленно прокручивала возможные варианты спасения, но разум всё чаще погружался в туман сна.

«Мафиозо узнает... они придут... Киди и Блюи...» -её мысли теряли силу, расплывались, как обрывки снов, и единственным чувством оставалась тихая тревога.

Постепенно усталость взяла верх. Тело стало тяжелым, глаза закрылись, дыхание замедлилось, а полусон перешёл в окончательный. Магия жёлтых и оранжевых искр, едва заметная внутри, будто засыпала вместе с ней, оставляя холодный подвал в полной тишине.

И Данна окончательно погрузилась в сон, в котором страх и надежда переплетались, как дым над тихим огнём, готовым однажды вспыхнуть вновь.

Утро медленно пробивалось через щели в старых ставнях подвала. Солнечный свет едва касался холодного каменного пола, но Данна уже открыла глаза. Сначала было тяжело понять, где она находится: боль в спине, лёгкая слабость и остатки сна, который будто ещё держал её в своих объятиях.

Но сразу же внимание привлекли движения в комнате. Чьи-то силуэты стояли вокруг. Данна почувствовала их присутствие - лёгкая вибрация магии и тонкая аура, которая ощущалась даже сквозь сонливость.

- Кто здесь...? - пробормотала она, стараясь собраться, - и чего вы хотите?

Никакого ответа не последовало. Только тихий шелест одежды, легкие шаги и приглушённые голоса, обсуждающие что-то между собой. Данна напряглась, пытаясь понять намерения этих людей.

Её сердце мгновенно узнало знакомую ауру. Это были люди Мафиозо. Они обладали строгой дисциплиной, хладнокровием и необыкновенной осторожностью в каждом движении - всё как у настоящих членов мафии.

Но странное чувство тревоги не отпускало её. Она понимала, что эти люди действуют за спиной своего босса. Почему? Какое дело им до того, что происходит с Данной, если они должны были подчиняться Мафиозо?

Сквозь остатки сна и слабость Данна пыталась собраться: попыталась ощутить их число, расположение в комнате, и хотя ауры были знакомы, поведение выдавало скрытую мотивацию. Они не были здесь, чтобы просто наблюдать; что-то планировалось, что-то тайное, что не касалось напрямую Мафиозо...

Она сжала кулаки, хвосты и уши напряглись, едва заметно вспыхивая магическим пламенем. В голове промелькнула мысль: «Если они за спиной моего опекуна, значит, это может быть опасно не только для меня, но и для него».

Данна сделала осторожный вдох, стараясь скрыть слабость и сонливость, и начала прислушиваться к каждому шороху. Её маленькая, но цепкая логика подсказывала: сейчас любая ошибка может стоить слишком дорого.

Внутри смешивались страх и решимость: страх перед неизвестными планами этих людей и решимость использовать все свои силы, чтобы остаться живой и не позволить им сыграть против её семьи.

Данна напрягла свои две пары ушей, прислушиваясь к шепоту и тихим переговорам мужчин в комнате. Их голоса были сдержанными, с оттенком растерянности и сомнения.

- Я... честно, не знаю, зачем мы её вообще забрали, - тихо сказал один из них. - И почему держим здесь...

- Да, я тоже не понимаю, - ответил второй, - кажется, кто-то решил, что это нужно, но что именно... я не знаю.

Данна быстро сложила два и два. Они сами не знали, зачем её похитили. Информации она от них точно не получит. Силы пока оставались в запасе, магия жгучего пламени тихо колыхалась внутри, но она решила не менять форму кумихо, оставаться наблюдательной и ждать подходящего момента.

В это время действия переместились к Мафиозо. Он стоял в своём кабинете, с напряжённым взглядом, когда внезапно маленькие, но неумолимые силуэты - Киди и Блюи - влетели в комнату, сияя и волнуясь.

- МИСТЕР МАФИОЗО! - закричал Киди, едва заметно дрожа от волнения, - ДАННУ УКРАЛИ КАКИЕ-ТО СТРАННЫЕ МУЖЧИНЫ, ПОХОЖИЕ НА ВАС!!!

Блюи кивнул, добавляя:

- Мы пытались её защитить, но они были слишком быстры...

Мафиозо замер. Его обычно спокойное лицо и уверенные движения на мгновение выдали растерянность. Он не ожидал, что похищение произойдёт прямо у него «под носом».

Еллиот, стоящий рядом, почувствовал тревогу и начал нервничать: лицо побледнело, руки слегка дрожали.

- Всё в порядке, - сказал Мафиозо, мягко, но твёрдо, подходя к нему, - дыши. Мы справимся.

Еллиот кивнул, пытаясь успокоиться, а Мафиозо повернулся к своим людям. Его голос был ровным, но каждое слово прорезало воздух, как команда на поле боя:

- Ни один из вас не уйдёт без результата. Во что бы это нам ни стоило - найдите мою дочь. И пусть никто и ничто не остановит вас.

Каждое лицо в комнате мгновенно насторожилось. Приказы были даны, и энергия решимости, исходящая от главы мафии, разлилась по всему пространству, заражая каждого, кто был рядом.

В этот момент, даже на расстоянии, Данна могла почти ощутить мощь Мафиозо, его готовность идти до конца ради её спасения.

Поиски уже превратились в отчаянную гонку с временем. Город к этому часу казался вымершим: редкие фонари тускло освещали мокрый асфальт, тени старых зданий становились похожи на кривые фигуры, будто следили за каждым шагом. Люди Мафиозо прочёсывали улицу за улицей, врывались в полузаброшенные дома, поднимали грохот в пустых квартирах, проверяли подвалы и чердаки. Шаги эхом отдавались в узких переулках, а от стука тяжёлых ботинок дрожали старые двери.

На двадцатой по счёту улице они наткнулись на облезлое кирпичное здание, у которого окна были заколочены досками, а единственная дверь держалась на ржавых петлях. Казалось, этот дом стоял заброшенным десятки лет, но один едва уловимый звук внутри - глухой металлический скрежет - выдал, что он не пустует.

Мафиозо жестом остановил всех. Его глаза блеснули холодным светом - он уже знал, что они близко. Один из людей тихо сорвал замок, дверь со скрипом открылась, и в нос ударил запах сырости, плесени и чего-то ещё... слишком знакомого запаха подвала, где держат пленников.

Внутри царил полумрак. Лампочка под потолком мигала, словно сопротивляясь любому движению воздуха. Грубые голоса и приглушённый смех доносились из-за железной двери в глубине.

- Там, - хрипло сказал один из бойцов.

Мафиозо, не отводя взгляда, тихо, но отчётливо произнёс:

- Расправиться со всеми. Сжечь до тла. Ни одного свидетеля.

Приказ не требовал повторения. Люди разошлись по комнатам, и уже через мгновение тишину прорезали глухие удары, крики и звон металла.

Мафиозо тем временем шагнул к железной двери, открыл её и увидел Данну. Она лежала на холодном полу, завернутая в тонкое одеяло. Лицо её было спокойно, будто она просто спала, но в уголках губ читалась слабая тень усталости. Густой аромат какого-то травяного зелья подсказывал - её усыпили искусственно.

Он присел, аккуратно поднял девушку на руки, стараясь не разбудить, и развернулся к выходу. Позади уже слышался треск ломающихся досок и запах гари - бойцы выполняли приказ.

Когда Мафиозо вышел на улицу, небо было всё темнее, а где-то за горизонтом уже полыхали отблески пожара. Он шёл, крепко прижимая Данну к себе, а её дыхание было тихим и ровным, как у ребёнка.

Ему предстояло не просто спасти её - теперь он знал, что придётся охранять её ещё сильнее, чем раньше.

После того как приказ был выполнен, Мафиозо коротко и сухо отдал распоряжение людям разойтись. Никто не задавал вопросов - каждый понимал, что их босс хочет остаться один. Он сел за руль сам, избегая даже малейшей задержки, и, держа Данну на заднем сиденье, повёз её домой. Машина скользила по ночным улицам, фары выхватывали из темноты то редкие дорожные знаки, то ветви деревьев, нависающие, словно старые руки.

Особняк встретил его полной тишиной. Ни шагов, ни голосов - только тихий, мерный стук чайника на кухне. Запах свежезаваренного чая мягко тянулся по коридору.

Еллиот сидел за столом, обхватив кружку обеими руками, и пил уже, наверное, пятнадцатый по счёту чай за ночь. Под глазами залегли тёмные круги, а взгляд был устремлён в пустоту - он ждал, считал минуты, вслушивался в каждый звук за окнами.

Когда дверь тихо щёлкнула, и в холл шагнул Мафиозо, Еллиот резко поднялся. Увидев Данну, пусть даже спящую, он мгновенно подбежал, осторожно взял её на руки. Вдвоём они понесли её по коридору, и мягкий свет ночника в её комнате окрасил всё в тёплые, почти домашние оттенки. Еллиот аккуратно уложил девочку на кровать, поправил подушку, а Мафиозо укрыл её плотным одеялом, словно создавая защитный барьер от всего, что могло потревожить.

Они задержались в комнате на пару секунд, наблюдая за тем, как спокойно она дышит. Потом тихо вышли и направились на кухню.

Пар от чайника всё ещё поднимался вверх, смешиваясь с мягким светом лампы. Еллиот налил Мафиозо чашку, сам сел напротив, и только тогда, когда тишина уже стала почти гнетущей, он заговорил:

- Как... как такое вообще могло произойти? - его голос дрогнул, но взгляд был твёрдым. - Они ведь были... похожи на твоих людей. На тебя.

Мафиозо долго молчал, глядя в чашку, пока пар медленно рассеивался.

- Это и есть самое опасное, - тихо произнёс он. - Кто-то изнутри. Кто-то, кто знал, как подойти близко, не вызывая подозрений.

Еллиот сжал ладони вокруг кружки, и в его глазах мелькнула тень тревоги.

- Мы ведь сможем... защитить её? - он не спрашивал про месть, не про план. Только про одно - безопасность.

Мафиозо поднял взгляд, и в нём было железо:

- Смогу. Но теперь я никому не позволю подойти к ней так близко... даже тем, кто клянётся в верности.

В кухне снова воцарилась тишина, нарушаемая только тихим постукиванием чайной ложки о фарфор.

---

На утро она очнулась резко - словно тело само решило предупредить её об опасности, ещё до того, как мозг окончательно проснулся. Едва она успела сделать вдох, как ощутила - в комнате были чужие. Не один человек, а как минимум трое. Движения тихие, шаги едва слышны, но каждый выдох, каждое перемещение воздуха их выдавало.

Данна медленно повернула голову, не подавая виду, что уже пришла в себя. Слепота не мешала ей «видеть» их — она ощущала их присутствие кожей, слухом, чем-то глубже. Тяжёлое дыхание слева, запах дешёвого табака и кожаной куртки; впереди - человек с мягкими, выверенными движениями, будто привык подкрадываться; сзади - ещё один, нервно переступающий с ноги на ногу.

Она сразу поняла - это люди Мафиозо. У них особая манера держаться, какая-то хищная, но в то же время дисциплинированная. И всё же... это было странно. Почему они здесь, в её комнате, и почему без ведома самого Мафиозо? Она слышала, как один из них тихо шепчет другому:

- Быстрее, пока она толком не проснулась,ты же знаешь за то что ты куришь на посту нам влетит...

Её сердце ускорило ритм, но лицо оставалось спокойным, каменным. Она знала - показать страх или растерянность значит дать им преимущество. В голове уже мелькали варианты: что они задумали? Проверка? Запугивание? Или кто-то из них играет в свою игру, за спиной босса?

Она медленно села, как будто всё происходящее было обычным утром. Пальцы нащупали край одеяла, но при этом она незаметно подвинула ногу к ножке кровати, где оставила спрятанную накануне тонкую стальную шпильку.

- Интересно, - тихо сказала она, - Мафиозо в курсе, что вы в моей спальне?

Тишина повисла на мгновение. Один из мужчин фыркнул. Другой шагнул ближе. Третий тяжело выдохнул, и в этом дыхании была нервозность. Значит, они и сами понимали, что играют с огнём.

Данна прищурилась, всё ещё настороженно удерживая дистанцию, пока двое мужчин в строгих костюмах медленно подняли руки в жесте безоружности.

- Мы свои, - спокойно сказал один, с едва заметной улыбкой. - Нас назначили твоей охраной. Мафиозо в курсе.

Второй кивнул, добавив:

- И, кстати... твой кот. Он... эээ... - мужчина поискал слово, - нафырчал на нас. Очень агрессивно.

- Это не кот, это Персик, - с лёгким холодком в голосе поправила Данна.

Как раз в этот момент из-за её ноги, плавно и уверенно, вышел бело-бежевый котозаяц. Янтарно-коричневые глаза сверкнули, хвост дёрнулся, а уши приподнялись.

- Эти двое хотели подойти слишком близко, - Персик говорил тихо, но каждое слово отдавалось в воздухе стальным звоном. - Я предупредил. Если бы они сделали ещё шаг, я бы... - он сделал паузу, облизывая лапу, - ну, ты знаешь.

Данна едва заметно улыбнулась, но тут же вернула лицо в привычную, каменно-вежливую маску.

- Персик, тише, - мягко, но с ноткой приказа сказала она.

В тот же миг он закрыл рот, только хвост нервно дёрнулся, выдавая, что его мнение о новых «охранниках» осталось прежним.

Данна, всё ещё сидя на кровати, чуть наклонила голову набок, глядя на мужчин с выражением, в котором смешались недоверие и любопытство.

- Логичный вопрос, - наконец сказала она. - Почему мой отец... - она нарочно сделала паузу, - не назначил Шанса моим охранником?

Один из мужчин отвёл взгляд, будто эта тема ему была неприятна. Другой, наоборот, выдержал её пристальный взгляд и спокойно ответил:

- Его не приняли по... определённым причинам. Но он оставил для тебя записку.

Он достал из внутреннего кармана тёмный, почти чёрный, конверт и протянул его. Бумага была плотной, с чуть шершавой поверхностью, и пахла лёгким ароматом сигарного дыма - запахом, который всегда окружал Шанса.

Данна аккуратно надорвала край, достала сложенный пополам лист и начала читать:

"Привет, бусинка. Мафиозо решил, что я не очень подхожу на роль твоей охраны, так что смогу только писать тебе письма. Я слышал, что с тобой произошло, но не бойся — я лично устранил того, кто за этим стоял. И скажу так: у него были весьма пошлые намерения, так что пускай горит в аду. С уважением, Шанс."

Она перечитала строчки дважды, задержав взгляд на словах «пошлые намерения». Лёд неприятного осознания скользнул по позвоночнику, но она сделала глубокий вдох, сжав письмо в руках.

- Хм... - тихо произнесла она, - значит, дядя Шанс снова работает по-своему.

В глазах мелькнула тень сожаления - не увидеть его в ближайшее время было... непривычно. Шанс всегда был рядом в критические моменты, а теперь, видимо, будет только «голосом на бумаге».

Она аккуратно сложила письмо и положила под подушку, словно маленький личный талисман.

- Передайте, - произнесла она, поднимая взгляд на мужчин, — что я смирилась. Но если он снова напишет, я хочу, чтобы письмо дошло до меня в тот же день.

Те синхронно кивнули, но в их взглядах Данна уловила что-то... не до конца честное.

Данна, держа в руках письмо от Шанса, медленно встала с кровати. Тёплый утренний свет пробивался сквозь шторы, но в её голове всё ещё стояли ночные события. Она подошла к шкафу, открыла его и, не торопясь, выбрала лёгкое домашнее платье - мягкое, с короткими рукавами, удобное, но всё же с изящной деталью на подоле, чтобы чувствовать себя хоть немного «как в нормальной жизни».

Два мужчины-охранника тут же повели глазами за каждым её движением, но, когда она направилась в сторону ванной, молча двинулись следом, словно тени.

- У вас что, инструкция такая? - бросила она через плечо, входя в ванную. - Даже в туалет за мной ходить?

- Мы - охрана, - сухо ответил один, но, к счастью, на порог не сунулись.

Дверь захлопнулась, и за ней остались лишь глухие шаги, переминания с ноги на ногу и редкое покашливание. Данна, конечно, ценила заботу, но постоянное ощущение, что за ней наблюдают, раздражало.

Водные процедуры прошли в полной тишине, но тишина была не пустой - за дверью стояли, ждали, как будто на страже у сейфа, а не у ванной комнаты.

Когда она вышла, свежая, с чуть влажными волосами, оба синхронно шагнули за ней, и снова этот «хвост» преследовал её по коридору.

На первом этаже из кухни доносился приятный аромат - запах обжаривающегося хлеба, яичницы и чего-то сладкого. Еллиот, с привычным сосредоточенным видом, управлял на плите сразу тремя сковородками, умудряясь при этом помешивать чай в заварнике.

- Доброе утро, солнышко, - улыбнулся он, заметив её. - И... доброе утро вашей эскорт-группе.

- Это... Том, Джек и Перси, - ответила Данна, чуть скосив глаза на своих сопровождающих. - Новенькие, как я поняла.

Еллиот бросил на них быстрый взгляд, в котором читалось откровенное недоверие. Он, конечно, не сказал ни слова, но уголок его рта чуть дёрнулся, как всегда, когда он был не в восторге от гостей.

— Ну, - вздохнул он, - я не зверь. Раз уж вы здесь, садитесь.

Через пару минут на столе стояли тарелки с яичницей, поджаренным хлебом, мёдом и чашками горячего чая. Еллиот аккуратно разлил напиток, пододвинул одну из тарелок к Данне и кивнул в сторону охранников.

- Приятного аппетита. И да... не пролейте, - добавил он сухо, явно проверяя, как они себя поведут.

Данна уселась за стол, но не переставала украдкой наблюдать за Томи, Джеком и Перси. У неё всё ещё было ощущение, что за этими «новенькими» скрывается куда больше, чем просто забота о её безопасности.

-------------------------------------------------------

потихоньку выхожу из вечного желания суицыда.но пока жывем завтра еще чето начиркаю,всем поки!!!