Глава 9

Завтра в школу, ура! Мне уже становится легче. Прошло два дня. Температура, слава богу, спала и все отлично. После того раза Егора я больше не видела. Он не приходил. А мне так хочется, чтобы он пришел. В дверь вдруг позвонили и я пошла открывать, на мне было платье, которое я сшила сама, специально чтобы ходить дома. На пороге стоял Данил Курбатов, друг Егора, в руке у него был конвертер, наверно, с письмом и роза. — Егор просил передать это тебе. Он вручил мне посылку и ушел, не сказав ничего. Я пожала плечами и закрыла дверь. Поднялась в свою комнату, села на кровать, и стала читать письмо. Оно было написано красивым почерком, он был немного с наклоном: "Дорогая Ангелина Прости, что не приходил все эти дни, даже не звонил. Просто у меня были очень серьезные дела. Я мог бы прийти к тебе сам, или написать смс с тем же текстом, но подумал, что так будет не очень романтично. Поэтому пишу тебе письмо. Скоро выпускной и поэтому я спрашиваю тебя еще раз: Ты согласна пойти со мной на выпускной? Я не жду от тебя моментального ответа или что—то еще. Думай сколько нужно. Но помни, что до выпускного еще месяц. Он пройдет незаметно. Поэтому решай скорее. Еще мой подарок это роза. Когда я ходил за продуктами, то проходил мимо цветочного магазина, и там их было много. Увидев их, я подумал о тебе. Ты такая же, как эта роза. Красивая и нежная. Егор " Это самое замечательное письмо, которое я когда— либо читала. По щекам бежали слезы, но это были слезы счастья. Я тут же позвонила ему. Они взял трубку со второго гудка. — Алло? — Да, я согласна пойти с тобой на выпускной. — Ура! — Закричал он в трубку. От чего я еще громче засмеялась. Мы проговорили еще час, просто, не о чем. — Ну ладно, пока. — Сказал он. — Пока. — И он отключился. Письмо я сразу же вклеила в свой дневник. А завтра я подсушу розу и тоже положу в дневник, чтобы это была моя память о нем. И почему мне так повезло с ним? *** Как же сегодня тепло. Солнце светит ярко, и я поднимаю лицо, чтобы они попадали на него. Настроение у меня просто замечательное. Думаю, ничего не сможет испортить его. Но его все же оно было испорчено. Когда я подходила к дверям школы, то увидела, как Егор целуется с какой—то девушкой, не знаю кто она, и вообще с нашей ли школы? Ах да, я же не сказала ему, что приду сегодня в школу, и что у меня все хорошо. У меня не было желания  рассматривать, как именно они целуются,  просто зажала рот рукой, мне показалось, что меня сейчас стошнит, и побежала домой. Когда я пришла, дома была только Августина, она заразилась от меня, и теперь тоже сидит дома. Я побежала в комнату, упала на кровать и заплакала еще сильнее.

Ко мне в комнату зашла Августина.

— Ей, что с тобой? Почему ты не в школе?

— Он...Он... —И опять слёзы.

— Ну все, все. Не плачь. Кажется, я поняла.

Конечно, она поняла. Она была первым человеком, которому я рассказывала все тайны, ну и Наташе, конечно, тоже. Она знала все обо мне и о Егоре. Не было никаких тайн. Не знаю, сколько времени я поплакала. Ведь в школу я ушла в восемь часов, а сейчас десять тридцать. Что же мне теперь, вообще в школу не приходить? Скоро закончится третий урок и, возможно, на четвертый я еще успею, ведь сегодня у меня семь.

— Сейчас, я не могу лежать здесь, нужно идти.

—Конечно, иди. Дай ему по морде.

— Легко сказать, хотя, возможно, так и будет. Я быстро умылась и вышла на улицу. Мне хотелось узнать, как поведет себя Егор, когда узнает, что я все видела. Это предавало мне сил, и я шла быстрее. Вот я стою перед дверью школы и не решаюсь зайти. До звонка еще пятнадцать минут. На удивление, до школы я добрались очень быстро. Как же я скучаю по Наташе. Я не видела ее неделю. Мне было плохо без нее. Надеюсь, сегодня увижу ее. Вот я зашла. И к моему удивлению, Наташа сидела на скамейке и ждала, пока прозвенит звонок. Её голова была повернута в другую сторону, поэтому она меня не видела. Я остановилась и шепотом закричала : — Наташа!!! — На моем лице была такая широкая улыбка, что даже рот заболел. Он обернулась и ее грусть сменилась радостью. — Ангелина! — Тоже крикнула она и побежала ко мне. Я раскрыла для нее свои объятия, и она окунулась в них. Волнующе, правда? — Я так скучала — Прошептала она. — Я тоже, очень. Мы посмеялись и сели на скамейку вместе. Рассказали друг другу, что произошло за минувшую неделю. Однако, про Егора я ничего не сказала. Прозвенел звонок, и огромный поток людей начал выходить из классов. В этом потоке я случайно поймала взгляд Егора. Он улыбнулся мне, и направился в нашу сторону. Мне же было противно смотреть на него. Как он мог так. Когда он подошел, то хотел поцеловать меня в щечку, но вместо этого я дала ему пощечину. Все это было на глазах у Наташи, и мне было неудобно перед ней. Ведь она явно не понимала, что происходит.

— За что? — Спросил Егор, держась рукой за щеку. — Думаю, ты сам знаешь. — Ответила я. И схватив за руку Наташу потащила ее в кабинет химии. По дороге я все ей рассказала. — Я же говорила тебе, не начинай с ним никаких отношений. Но ты ведь как всегда, самая умная. — Пожалуйста, перестань — Молила я. — Мне и так плохо еще ты нагнетаешь. — Я говорю все как есть. Я ничего не ответила, лишь покачала головой. — Просто я не могу понять, для чего он это сделал? — Начала я. — Почему именно мне достаются такие мучения? — Может, стоит быть с ним осторожнее, не верить каждому его слову. — Возможно, ты права. Остальные часы прошли, как в тумане. Я слышала лишь отрывки предложений из того, что говорили учителя. Ладно, дома посмотрю, что за тема там была. В столовой я делала вид, что не замечаю Егора. Хотя, то и дело ловила на себе его взгляды. Однако я сразу отворачивалась. Мне было больно смотреть на него. Почему же он смотрит на меня, когда может бежать к той дуре? Я больше не держу его, я устала бороться, зная, что проиграю в конце. Дома я переоделась в свои любимые клетчатые шорты и майку, на тонких бретельках. Я поела и пошла делать уроки. Очень трудно до меня дошла последняя изученная тема. Нужно учиться, а не строить фантазии о том, чего никогда не будет. Дома была Августина и мама, я слышала, как в дверь кто—то позвонил и она открыла. Слушала, как она попросила подождать на крыльце и поднималась по лестнице в мою комнату. Стук в дверь. — Ангелина, к тебе пришли. Я застонала от отчаяния. Ведь было понятно, кто пришел. И мне не хотелось открывать ему. — Кто это, мам?— Спросила я, будто действительно не знала кто там. — Какой-то молодой человек. И забыв про то, как я нелепо одета, пошла открывать дверь. И правда там был Егор. — Что тебе нужно? — Спросила я уставшим голосом. — Я хочу, чтобы ты выслушала меня. — Иди домой, пожалуйста. Я устала играть в твои игры. Тебе самому не надоело, зачем я тебе? Почему ты врешь мне? Я не нужна тебе! Хватит, остановись. Посмотри правде в глаза. Я никто для тебя, и никогда никем не буду. Зачем ты все это делаешь? — Да потому что я люблю тебя, мать твою. — Закричал он. Сейчас мне стало страшно. — Я каждый гребнанный день думаю о тебе. Ты постоянно там — Он показал пальцем на свою голову. — Я люблю тебя. Люблю, люблю! Он кричал так, что могла услышать вся улица. Я закрыла его рот рукой и затащила в квартиру. — Прекрати орать! — Добрый день. — Черт. Из кухни вышла мама и ее руки были скрещены на груди. Упс! Плохой знак. — Мам, это Егор. Он помогает мне делать школьную газету. Ну, мы пойдем в мою комнату. — Ну, идите. По ее лицу я сразу поняла, что потом меня ждет долгий и серьезный разговор. То, что говорила Наташа утром, всплыло у меня в голове, но тут же исчезло. А зря. — Что за концерт ты уст...— Не успела я сказать этого, как Егор набросился на меня, прижал к двери и поцеловал. Остатки моей гордости лежали на полу у его ног. Я поцеловала его в ответ. Он приподнял меня, и я обвила ногами его талию. Он взял за край моей майки и протянул вверх. Но я его остановила. — Нет, хватит! Он тут же отошел от меня, тяжело дыша. — Извини. — Не извиняйся, я сама виновата. — Так ты прощаешь меня? — Ну не знаю. Думаешь, сказал мне, что любишь и я сразу все простила? Ну, уж нет. Так просто тебе это с рук не сойдет. — Что ты хочешь? — Ну, во—первых я хочу, чтобы ты сводил меня куда— нибудь, в кино например. Во— вторых хочу научиться кататься на роликах, и ты должен меня этому научить. И в— третьих ты скажешь всем, что любишь меня. — Хорошо. — Отлично. Он снова потянулся ко мне, но я выставила руку вперед. — Нет, сначала скажешь всем, что любишь меня. А теперь иди. Мы спустились вниз, и когда он уходил, то крикнул мне напоследок. — Классные шорты, носи их почаще. Я хлопнула дверью, прислонилась к ней и стала улыбаться как идиотка. Он любит меня, любит.