Глава 39

Не поворачиваясь, я слышала, что Гарри быстро идет ко мне. Не знаю почему, но в этот момент я вдруг почувствовала сильное волнение, а когда теплые руки парня коснулись моих плеч, то просто остолбенела. Кровь отхлынула у меня от головы, налившись мгновенной тяжестью в ногах, приросших к полу. Я стояла в ступоре и полном оцепенении, не зная, что делать, что сказать...

И в этот момент звенящую тишину нарушили переливы дверного звонка. Господи, кого еще принесло на ночь глядя?

- Кто это? - в моих глазах стояло неподдельное изумление.

- Сейчас разберемся, - с тяжелым и разочарованным (или мне это показалось?) вздохом ответил Гарри, направляясь в прихожую...

Следующие события грозили превратиться в ночной кошмар. Как только открылась входная дверь, я услышала громкие возмущенные крики, не дослушав которые, Гарри бросился в кухню и остановился у порога как вкопанный. Я прибежала следом и тут же в ужасе вскрикнула.

Мне доводилось часто слышать выражение, что можно бесконечно смотреть на две вещи: огонь и воду. Так вот – второго здесь было в избытке. Хоть обсмотрись. С потолка капало так, что впору было раскрывать зонт. Пол уже покрывал слой воды. Мимо, покачиваясь как лодочки на волнах, гордо проплыли тапочки, которые Гарри, видимо, оставил вчера в кухне. Сквозь открытую входную дверь было слышно, как по лестницам с топотом и нелестными выражениями в адрес строителей и коммунальщиков бегали жильцы. Под окнами уже гудели сирены машин аварийных служб.

Как оказалось, в квартире двумя этажами выше прорвало трубу, вследствие чего у жильцов всего дома началась активная ночная жизнь. Почти два часа мы с Гарри, переодевшись в шорты и майки, вооружившись огромными тряпками, которые еще недавно были банными полотенцами, то ругаясь, то давясь от хохота, собирали воду в ведра.

Когда водопад с потолка, наконец, прекратился, и мы, мокрые с ног до головы, вытирали с пола последние лужи, произошло то, чего я никак не ожидала. Даже предполагать не могла.

Выжав мокрую тряпку и бросив ее на пол, я резко выпрямилась и устало провела тыльной стороной ладони по лбу, убирая с него прилипшие волосы. А в следующую же секунду мои ноги сами собой разъехались по влажному и скользкому полу, я нелепо взмахнула руками, и через пару секунд Гарри заворожено смотрел на то, как я с грохотом приземляюсь на свою пятую точку. При падении я задела рукой стоящее рядом ведро с водой, которое немедленно опрокинулось, и через секунду я оказалась сидящей в луже. Наверняка на моем лице было написано безбрежное изумление, смешанное с ужасом и болью, к которому вскоре добавилось и искреннее возмущение:

- Может, хватит уже трястись от смеха? – проворчала я, глядя как парень самоотверженно пытается справиться с весельем. - Лучше бы подняться помог!

Пряча улыбку, Гарри протянул мне руку, и через мгновение я буквально взлетела в воздух.

- Ох, теперь придется начинать все заново, - простонала я, с тоской глядя на мокрый пол.

- Да ладно, справимся, - махнул рукой Гарри, улыбнувшись.

Я посмотрела на него: ставший вдруг странным взгляд парня медленно прошелся по мне с ног до головы, слегка задержавшись на груди, которую облепила мокрая майка, затем остановился на лице.

- Считаешь меня неуклюжей, да? – я преувеличенно тяжело вздохнула.

- Нет, - он покачал головой, и улыбка тут же пропала с его лица, – я считаю тебя не такой, как все.

На моих щеках вспыхнул румянец, и, почувствовав это, я смущенно опустила глаза. Что за ерунда такая: откуда это смятение, откуда эта дрожь в руках? Гарри же ничего такого не сказал, и еще неизвестно, что он имел в виду... Не такая, как все... Это какая? Может, он просто хотел сказать...

Я не успела ничего додумать, потому что в следующее мгновение Гарри шагнул ко мне, мокрый, взлохмаченный. Абсолютно идеальный.

А дальше произошло то, что бывает в жизни сплошь и рядом. Разум словно впал в спячку, бодрствовали лишь чувства. Зеленоглазый парень крепко сжал меня в объятиях и с глухим стоном боли и отчаяния впился в мои изумленно раскрывшиеся губы.

Это не было дружеским, братским, шутливым или каким бы то ни было еще поцелуем. Честно говоря, больше всего это походило на самоубийство. Обреченный и сгорающий в огне собственной страсти, Гарри целовал меня так, как целуют в первый и последний раз в своей жизни. Словно он знал это с первого мгновения, но сделать ничего не мог.

- Вики, прости, - отстранившись, но не выпуская меня из объятий, сказал он. - Прости... я не сдержался.

Я смутилась, отодвинулась от него и закрыла лицо руками. Остатки сил улетучились, голова закружилась, ноги ослабли, и я покачнулась, шагнула назад и прислонилась спиной к стене. Но уже через мгновение Гарри был рядом:

- Вики, что с тобой? Тебе плохо?

Мне плохо?! Да мне просто охренительно и фантастически хорошо!!!

- Нет, нет, - как-то умудрилась ответить я, опуская руки.

Наши взгляды встретились. Я замерла, боясь спугнуть мгновение. Это мгновение было сейчас даже прекраснее, чем самая первая, самая яркая моя любовь.

- Алло, Вик. Ты еще здесь?

- Вроде бы да...

- Так ты меня простишь? – губы парня дрогнули в чуть заметной улыбке.

- Я подумаю над этим, - прошептала я и, внезапно обняв Гарри за шею, вновь притянула его к себе. - А теперь можешь продолжать дальше. Возможно, чуть позже я тебя за это убью.

Он не стал сопротивляться этому заманчивому предложению, лишь первым закрыл глаза и продолжил поцелуй.

А когда нам уже не стало хватать воздуха, когда начало казаться, что сердце вот-вот выскочит из груди, я открыла глаза и посмотрела на Гарри. Еще несколько часов назад я и предположить не могла, что такое вообще может случиться, и вот...

- Скажи мне хоть что-нибудь, Вики.

Гарри слегка отстранился и пытливо заглянул мне в глаза.

- Я понятия не имею, что сказать. Если только задать вопрос: «Что это было за безумие?»

- А ты до сих пор ничего не поняла? – в глазах парня зажглись веселые огоньки.

Я выдохнула, с некоторым удивлением глядя на него:

- Гарри. Ты что, хочешь сказать, что... я тебе нравлюсь?

Гарри хлопнул себя по лбу. Получилось довольно звонко, и мы засмеялись.

- Ну, наконец-то! - торжествующе объявил он, поднимая глаза к потолку. - Наконец-то ее осенило! Но, если честно, слово «нравишься» сюда не очень подходит. – Гарри замолчал, а затем немного нервным жестом взлохматил свои волосы и оглянулся вокруг. – Может, продолжим уборку? А то я сейчас такое буду говорить, что потом...

- Что потом? Ты боишься это говорить? – усмехнулась я, глядя на парня.

- Не боюсь, а... – Он вдруг снова притянул меня к себе. – Неужели ты до сих пор не поняла, что я люблю тебя? И как теперь с этим жить?

- Господи, Гарри...

- Я сам не понимаю, как это получилось. – Продолжал он тихо. - Хотя, нет – понимаю. Я просто тебя люблю. Жить без тебя не могу.

- Ох-ре-не-ть, - вырвалось у меня помимо воли.

- Это значит «да»? – в его красивых зеленых глазах теплилась надежда.

- Я не знаю... Боже... И ты ждал, чтобы сообщить мне всё это, стоя в луже воды?

- Люблю спецэффекты.

- Я в шоке, - снова отодвинувшись, я и закрыла вспыхнувшее лицо руками.

- Я вижу. Слушай, иди уже ко мне, а? – Гарри взял мои руки, отвел их от лица, поцеловал одну ладонь, затем другую.

Я посмотрела на стоящего рядом со мной парня, и сердце защемило так, что я невольно вздрогнула, испугавшись тех чувств, которые окружили сейчас мое сердце со всех сторон.

- Гарри...

- Вики...

- Не понимаю, как я могла без тебя жить... - изумленно прошептала я.

Секунда – и я уже была в его объятиях. Уткнулась носом в грудь Гарри и заплакала от счастья. А он прижал меня к себе крепко-крепко, уткнулся подбородком в мои волосы и тихо произнес:

- А я все это время почти не жил...

Мне показалось, что в эту секунду все часы в доме перестали отсчитывать время, растягивая эту ночь до бесконечности...

Все, что сейчас происходило между нами – не было безумной страстью. Это было отчаянное желание просто быть рядом, касаться друг друга, шептать слова любви. Мы просидели на диване в обнимку до утра и тихо разговаривали. Обо всем и ни о чем. Иногда я сжимала руку парня, чтобы почувствовать, что все это не сон. Теперь я не одна. Теперь у меня есть Гарри...

Мы не заметили, что за окном уже вовсю шумел просыпающийся Лондон.

Я очень, очень сильно опоздала в колледж в этот день.

Меня ругал за это преподаватель, затем Джуди и, наверное, порицал весь мир.

Но меня это почему-то не волновало.

Потому что теперь я чувствовала, что жизнь продолжается.

И эта жизнь прекрасна...