60

-Я сказала убираться!!! - проорала Софья, ещё больше раздражаясь, но Алексей не стал больше терпеть:-Я не уйду, пока не выслушаешь.-Пошёл вон, подлец! - выкрикнула Софья вновь, желая дать ещё пощёчину.Алексей схватил её руки, чтобы противостоять и, как бы она ни противилась вырваться или кричать вопреки, говорил:-Это было невыносимо, осознавать, что не увижу тебя больше. Я искал, ждал, надеялся, судьба подарит мне снова шанс встретить тебя. И вот, в трактире у Саввы ты и нашлась. Как бы знал раньше, приехал бы скоро. О, как я был благодарен судьбе, когда увидел тебя вновь, хоть и боялся, что ты с Саввой, что может в сердце у тебя кто иной. Но всё время сочинял тебе песни, душа рвалась к тебе, забыть не могла. Да, - видел он застывший взгляд Софьи от шока услышать всё это.Она больше не вырывалась. Она смотрела в его глаза и будто не верила ушам...-Да, - кивал Алексей, понимая, что его рассказ побеждает ярость Софьи и заставляет изменить своё мнение. - Да, я сочинил все песни тебе. Каждая строчка в них о тебе. Все вокруг не понимали, о ком да кому пою, но когда ты была уже рядом, а я смотрел лишь на тебя, как ты не видела моих чувств?Опустив медленно руки, Алексей замолчал. Софья отошла в сторону, повернувшись к Алексею боком, но молчала. Она смотрела вперёд, словно осмысливая услышанное.-Нет на свете никого дороже и нужнее тебя. Никого мне, кроме тебя, не нужно. Всё отдам, всё брошу к твоим ногам. Да, ты ненавидишь, злишься на меня, считаешь развратником, - говорил дальше Алексей, уже не страшась ничего, лишь бы открыться полностью любимой. - Если бы ты только могла поверить, я хранил тебе верность с нашей встречи в Париже... Два года... Как ни переубеждали меня друзья, как ни ругали, как ни боялись, что ты — моя муза, окажешься не достойной сей жертвы,... я всегда был и буду твой, Софья.Она оглянулась, теребя кружева ночного платья, а волнение от всего, что тревожило так долго, стало уступать место странному чувству: то ли сомнение, что всё правда, то ли осознание, что тайная мечта сбывается... Почувствовав дрожь и желая как-то её унять, Софья поспешила надеть пеньюар...Видя, как смутил возлюбленную своим признанием, Алексей медленно подошёл. Он стоял позади неё, а руки тянулись осторожно прикоснуться к её плечам.-Люблю, - прошептал он, еле касаясь любимой. - Одну тебя... люблю навсегда...Еле сдерживая в себе вырывающуюся дрожь владеющего трепета, Софья медленно повернулась. Она и сама не заметила, как, но в то же мгновение, заключив друг друга в объятия, они неотрывно целовались... Весь мир закружился... Всё было теперь лишь для них, за них и... с ними...Не желая отрываться от возлюбленной, Алексей скоро расцеловывал уже её шейку, лицо, возвращаясь к губам и сжимая в руках всё её тело... Разгораясь давно терзающим его желанием, Алексей еле сдерживался, но начинающая пугаться такого же желания в себе Софья резко отпрянула:-Нет!-Прости, - выдохнул Алексей, покорно отступив.Он сел в кресло у окна и опустил взгляд. Сев напротив него в такое же кресло, Софья отдышалась, как он, и они снова посмотрели в глаза друг друга. Молча общаясь, оба, казалось, кинуться в объятия вновь, но Алексей сделал попытку сдержаться:-Я не трону, - прошептал он. - Не трону... Но и уйти не смогу, как не уходил все ночи.-Что? - не понимала Софья.-Я следил, охранял, чтобы никто не посмел причинить тебе хоть какую неприятность, - старался осторожно признаться Алексей. - Днём и ночью был твоей тенью.-Вы, - стала снова взволнованно дышать Софья.-Ты, - поправил её любимый.-Я не смогу, - вдруг прослезилась она, слегка удивив ставшего чуть смелее Алексея:-А когда ругала, смогла.-Ну, - опустила взгляд она, принимая более гордый вид, но сразу осознала, что сдаётся:-Ты,... ты сумасшедший.-Да, - признался любимый и улыбнулся. - Я не один такой, что радует.Взглянувшая с удивлением Софья не находила слов ответить. Встав перед нею на колени, обняв её колени, Алексей смотрел с такой нежностью, с который всегда пел. Видя его такого перед собой, вспоминая теперь всё, что было, она осознала: его любовь, и правда, была обращена лишь к ней...-Мне не верится, - прошептала прослезившаяся возлюбленная, и Алексей взял её за руки, поднявшись вместе:-Это всё так. Я твой и твоим останусь вопреки всему. Навсегда.-Но другие, - мотала головой Софья, поскольку страх не отступал.-Нет, - снова улыбнулся Алексей. - Других нет и не будет.Он взял её на руки, положив на постель, и их губы снова слились в поцелуе... Нежные, сладкие, манящие продлиться вечность поцелуи не прекращались ещё долго. И снова, почувствовав, что силы сдерживать бурю желания слиться воедино, уходят,... оба вздрогнули...Приобняв милую, Алексей прошептал:-Прости, что не сказал о любви раньше... Я боялся...-Чего? - положила ему голову на плечо та, закрыв глаза и наслаждаясь столь неожиданным подарком судьбы — оказаться той самой и именно его любимой.-Ты говорила, что презираешь, что никогда бы не захотела быть с таким, - припомнил Алексей всё, и Софья с чувством вины покрепче прижалась к нему телом.Снова одарив губы завораживающим поцелуем, они так и не выпустили друг друга из объятий, вскоре уснув мирным сном. Теперь покой покровительствовал им, а всё, что будет — уже будет не страшно, потому что они — всё-таки вместе...