15

Роскошный дом на одной из больших улиц Петербурга наконец-то начинал провожать разъезжающихся после очередного бала гостей. То был знаменитый клуб, где так часто и так блистательно устраивались маскарады, балы и встречи членов клуба, которых насчитывалось тогда до пятисот человек...В тот день прошёл бал по случаю окончания зимы, будто с наступающей весной этого нового 1792 года наступит и новая жизнь...Камердинеры стали ходить ко комнатам и коридорам курить смолкой — конусообразным предметом из бересты, набитым смолой, которая была зажжена угольком и давала пахучий дым. Парадные залы освежили раскалённым кирпичом, который положили в медный таз с мятой. И этот мягкий аромат с наслаждением вдохнули оставшиеся ещё на беседы молодые господа.Так, сидя на софах у окна, Алексей, Николай и Антон отдыхали после бала, попивая чай и читая принесённые утренние газеты...-Ой, ты гляди, - удивился Николай, видя новую статью. - Уже два года прошло, а войну со шведами так и не могут забыть. А, Лёшка? Твой отец, поди, всё ещё в ярости на русских?-Не знаю, - улыбнулся тот, отдыхая откинувшись на спинку софы. - Мало волнует его мнение. Моё он знает.-А помните, как нам повезло тогда? Корабль наш от Ревеля вот-вот бы и мог попасть в те военные разборки у Кронштадта, - припомнил Антон. - А ведь тогда шведам сопутствовала удача! Правда, много потеряли в том бою, а честь не уронили!-Ну и чего добился наш Густав? - удивился Алексей. - Мой отец так его поддерживал, вот теперь вся их группа получила урок гордости. Лишь императрица русская оставалась спокойная. Показала им всем, кто настоящий победитель.-Лестно слышать это из твоих уст, Лёшка, как от человека, почти всю жизнь прожившего в Швеции, - похвалил Николай. - Хотя государыня тебя не зря приняла, увидела, что свой ты.-Больше ничего там не пишут? - поинтересовался Антон. - А то я тут объявления нашёл интересные.-Ну так читай, - заинтересовался Николай, и тот встряхнул газетой:-Подле Новогородского трактира, в доме княгини Мещерской, что противу соляных лавок, продаются из Тулы привезённые соловьи и другие певчие птицы, также тульские самовары и сахарные щипцы.-Зачем нам это? - засмеялся Николай, на что Антон вполне серьёзно пояснил:-А я сразу про тебя, Лёшка, подумал. Дядя твой умер, а тебе оставил дом. Так ты мог бы богато его обставить! В доме сей княгини часто продают роскошные вещи. -Какой дом? - усмехнулся Алексей. - Руины он мне оставил, а не дом. Всё своё распродал перед смертью, поскольку знал, что не жилец. А руины никто брать не захотел. Я, как единственный местный наследник, получил счастье обрести его землю с руинами.-Так вот куда ты вчера ездил и вернулся молчаливый, - догадался Николай. - Хорошо, что к балу сюда успел.-Так пропускать бал последний не хотелось. Жаль, что клуб разорён и закроется, - жалел Алексей. - Да и чувствовал, что подвох какой-то с наследством тем и домом... Руины, господа, руины!-Обождите же, - остановил беседу Антон. - А ты новый дом построй. Ведь средствами тебя батюшка пока не обделил.-Да зачем мне дом? Скоро сошлют с турками или поляками воевать, - махнул рукой Алексей и встал к окну. - Просыпается Петербург... Пора наверное и нам в путь.-О! Ещё одно объявление! - воскликнул воодушевлённо Антон и сел прямее. - На Литовском канале, близ ямских кузниц, в доме Недосекина, у жильца продаются две девки!-Тебе девок мало при дворе? - оглянулся с недовольством Алексей, на что Антон подивился:-Так ты то одну, то другую оприходуешь, мне и шанса нет. То фрейлина Лиза к тебе ходит, то Катя, то Анна, а тут ещё прибывшая баронесса фон Менгден заявила, что и она твоя.От его слов Николаю стало смешно, а Алексей начинал раздражаться:-Вы мне друзья или как? Я же говорю, не был я с ними! По крайней мере, фрейлин точно не трогал! Про баронессу не помню.-А? - с удивлением улыбался Николай, на что Алексей сел обратно на софу и вздохнул:-А кто не гулял со мной тогда в Швеции? Вы оба там были. Не помню, с кем и где находился. Может баронесса и была, но теперь у неё нет шанса.-Но ведь во дворце видели в твоей спальне девиц, фрейлин... Да не просто видели, спал ты с ними да с нагими, - не понимал Антон.-Я уже тогда пытался сказать, убедить, что всё не так. Ну не настолько я был пьян, чтоб не помнить такого! Вы друзья или нет? Верить должны! - снова раздражался Алексей. - Мало ли, кто ко мне в постель влезает, пока сплю!-Ладно, забудь, - махнул рукой Николай и засмеялся. - Всё это интрижки придворные. Знаком я с такими. Не раз попадался и я. Так ничего не докажешь, а славу ловеласа заслужил.-Спасибо, успокоил, - кивнул Алексей, а Антон насторожился:-Погоди, ты это что сказать хочешь? Ты ещё с Парижа воздерживаешься? Ты хранишь той певичке верность?!Но Алексей молчал и смотрел в сторону, что дало Антону повод убедиться в своих догадках:-Господи, да ты с ума сошёл! Создал себе идеал, ангельский образ, который воспеваешь в каждой букве каждого слова своих песен... А она может того не стоит! Ты же даже имени её не знаешь!-Ах, Энтони, - улыбнулся Николай. - Ты так серьёзен. Это всего лишь муза! Разве плохо? Посмотри, чего Лёшка смог из-за неё добиться... Песни какие поёт, да так, что все плачут.-Плачут, потому что грустные. Пара песен только нормальные, где поётся о внешности сей музы, - пробубнил Антон. - Жалко мне тебя, Лёшка... Зря ты... Столько девиц по тебе сохнет.-Да не хочу я всех этих девиц... Не хочу больше такого, - пожал плечами задумчивый Алексей. - Иного хочется... Чего-то иного. А они все, взгляни сам,... развратные, пустые, безмозглые...-А мы, кстати, за эти два года тоже многого достигли! - сменил скорее тему разговора Николай, вернув добрые улыбки друзей. - Все дослужились столь скоро до кавалергардов. Нам ли унывать о чём-то?-А пойдёмте в трактир? - предложил вдруг Алексей.-Наконец-то! Я всё боюсь, ты и пить бросишь! - вскочил Антон, отбросив газету в сторону, и с радостным смехом друзья вскоре покинули клуб...