Глава 1

****- Иди на хуй, - сказал Александр. Он лежал, накрыв лицо подушкой, на кровати в общаге театрального института. - Да она реально охуенный фотограф! - горячился Иван, сосед Александра по комнате, сидящий на соседней койке. - Посмотри её Инстаграм!- Отъебись.- Слушай, Сань... - Иван сбавил обороты и почесал рыжую косматую голову, - я ей обещал, что ты будешь.- Твои проблемы.- Иди ты! Если тебе не нужно бесплатное портфолио, то мне оно жёстко надо: у меня нет денег, чтобы платить, блядь, фотографам! - И поэтому ты, блядь, сука, продал ей меня? - Александр отбросил подушку с лица.- Да она не такая! - Иван кинулся к нему. - Она реально творческая! Рот Александра искривился в усмешке.- У неё топовые фоточки! Я тебе сейчас покажу, - Иван схватил свой смартфон с обшарпанной тумбочки. Александр отвернулся к стене.- Вот смотри! - Иван сунул телефон приятелю, но тот даже не взглянул. - Да посмотри же ты, блядь!     Александр не пошевелился.- Ну и хуй с тобой! Иван опустился на свою постель, и его руки по привычке ухватились за волосы. - Слушай, Сань, - проговорил он спустя пару минут, - я, правда, хочу, чтобы у меня было нормальное портфолио. Я хочу, блядь, сниматься в кино. Иначе зачем мы вообще тут учимся? Я понимаю, что тебе, блядь, всё похуй... Если бы у меня был такой же фейс, мне б тоже, блядь, всё было до пизды. - Он перевёл дух. - Без тебя я этой фотограферше на хуй не сдался, понимаешь ведь.     Александр молчал.- Я уже договорился с ней на завтра. В девять утра. Александр беззвучно засмеялся, и Иван поёжился.- Ваня, ты еблан, - устало произнёс Александр и сел на кровати. - Я знаю, Сань! - Иван преданно смотрел на него. - Я с тобой буду, если чё, ни на шаг не отойду.- Иди в пизду, - Александр поднялся с кровати и пошел к двери.- Сань, пожалуйста! Больше не буду ни о чем просить! Никогда!      Александр обернулся - Иван знал этот взгляд друга, пустой, ничего не выражающий, как будто вместо глаз две дыры... он значил всегда лишь одно: делай как хочешь, мне всё равно. И всякий раз Ивану становилось от этого взгляда не по себе.- Спасибо, Саня... - пробормотал он, но Александр уже вышел из комнаты.

**** «Сегодня меня назвали классным фотографом, и я испугалась... Как будто ко мне потянулись незнакомые руки, желая сорвать с меня покров сокровенности». Изящным пальчиком с коротким ярко-розовым ноготком Василиса нажала на кнопку «Опубликовать» и, дождавшись появления нового поста в ленте, с удовольствием ещё раз полюбовалась на свою фотографию.

В тот день, когда был сделан этот снимок, к обеду обещали ураган. Все заранее попрятались по домам и носа не высовывали на улицу. Именно тогда Василиса открыла ветхий бабушкин чемодан, бережно сохраняемый на антресолях, достала старомодное крепдешиновое платье и позвонила своей лучшей подруге.

- Дашечка, - сказала Василиса в телефонную трубку, - сегодня ураган. Сфотографируешь меня? Когда ещё выпадет такая удача?.. На другом конце линии ее подруга Дарья сидела перед тарелкой свежеприготовленных суши-роллов и собиралась приятно провести денёк за чтением книжечки. - Я ненавижу тебя, Васичка, - кисло проговорила она, запихнула в рот ролл и уныло поглядела за окно.- Я тебя тоже люблю!

Вдвоём, несмотря на предостережение охранников, они вышли из метро на пустынную улицу. Ветер гнал по ней вихрями какие-то бумажки, листья и пыль. Казалось, что они попали в фильм о вымершем городе. Даже машин не было... Они встали на дорожной разделительной полосе: Василиса, босая, в развевающемся бабушкином платье, Дарья с фотоаппаратом в руках. «Снимай снизу! - пытаясь перекричать вой ветра, Василиса показывала рукой вниз. - Ниже!» И Дарья опустилась на колени, щёлкая одну фотографию за другой. «Ты сумасшедшая!» - крикнула она. Но Василиса ее не услышала. Небо над их головами стало почти чёрным... Ветер рвал старое крепдешиновое платье... Василиса смеялась...

****

- Ты точно понимаешь, что делаешь? - спросила Дарья, вылезая из машины и с сомнением глядя на лес.- Что? - не расслышала Василиса, роясь в багажнике. - Я говорю, ты даже не знаешь этих парней! - В первый раз увижу! - беззаботно отозвалась Василиса, доставая из багажника большой термос и рюкзак.- Ты сумасшедшая, Васичка!- Поэтому ты меня и любишь, Дашечка! - Хоть бы они не приехали, - проворчала Дарья, приседая, чтобы размять затёкшие ноги. Василиса закрыла багажник и посмотрела на лес.- Дашечка, сфоткай меня на фоне леса для Сторис, - Василиса передала свой телефон подруге и стала позировать, мило показывая пальчиком на лес и изумлённо округляя глаза. - И этому человеку сорок два года, - проговорила Дарья, фотографируя ее. - Моя пятнадцатилетняя племянница ведёт себя примерно так же. Василиса рассмеялась и послала в камеру воздушный поцелуй.

Именно такой ее и увидел Александр в первый раз. Машина, которая подвезла их с Иваном, притормозила чуть поодаль у обочины. - Их двое? - спросил Александр, глядя в окно. - Она та, что фотографируется, - Иван сконфуженно взглянул на приятеля. - А это, наверно, ее ассистент... Александр открыл дверцу машины и вышел. - Сейчас она заплатит, - Иван кивнул водителю на Василису и выскочил вслед за другом. - Удачно порезвиться! - хохотнул водитель.

- Привет! - крикнул Иван Василисе, но она не услышала... Она смотрела на Александра... Он был в бейсболке и стоял к ней в профиль, глядя на лес, но даже то, что Василиса могла разглядеть, производило сильное впечатление. Его волосы, волнистые и путаные, достигавшие ему до подбородка, были белоснежного цвета... не желтоватые, не пшеничные, а белые, как самый чистый нетронутый снег... Его кожа: лицо и кисть руки, выделявшаяся на фоне темно-синих джинсов и лонгслива, были также невероятно, нечеловечески бледны... как будто он был не живым существом из плоти, а мраморной статуей... И так же неподвижно, как статуя, он стоял - только ветер слегка колыхал его волосы... Его холодный, безжизненный профиль показался Василисе совершенным... Резкий и настойчивый автомобильный гудок заставил её очнуться - она встряхнула головой, отгоняя наваждение, и кинулась к машине, чтобы заплатить водителю.

- Привет, я Василиса, - сказала Василиса, улыбаясь Ивану, после того, как машина, взревев мотором, умчалась прочь.- Мы поняли, - Иван заулыбался в ответ и тут же указал на приятеля, - Это Саня.- Я поняла, - Василиса бросила на Александра быстрый взгляд, но тот даже не повернулся в её сторону. - Там моя подруга Дарья, - она махнула рукой. - Честно говоря, мне страшновато было одной ехать с вами в лес. - Ясно, - Иван расплылся в улыбке. - Тебе надо будет переодеться, - обратилась Василиса к Александру.     Она окинула взглядом его тело и заметила на его ногах резиновые вьетнамки. - Не самая лучшая обувь для похода в лес.     Иван тут же посмотрел на ноги друга. - Сань, ты чё охуел?! Никогда в лес что ли не ходил? За грибами. Вместо ответа Александр медленно повернул голову в сторону Василисы и холодно произнёс: - Ты снимешь ему портфолио?      И тогда Василиса впервые увидела его глаза... ледяные - у неё побежали мурашки по коже, удивительного ярко-фиолетового цвета... окруженные белоснежными, как будто покрытыми инеем ресницами... Она забыла, что должна отвечать... не могла пошевелиться... не могла оторваться от этих глаз... Александр отвернулся, и Василиса очнулась. «Что это было?» Она заморгала. «Какой-то гипноз?»- Когда ты снимешь ему портфолио? - спросил Александр. Василиса пожала плечами:- Да хоть сегодня. Я сделаю портфолио вам обоим.- Отлично! - Иван бросил многозначительный взгляд на приятеля.- Во что переодеваться? - спросил Александр, не оборачиваясь.  - Ну ты будешь кем-то вроде лесного бога... - начала объяснять Василиса. - Как из греческой мифологии...- Я буду голый?! - ледяные глаза в упор уставились на неё. - Голый? - не понял Иван.      Василиса открыла рот. - Знаешь что, мальчик! - подошедшая к ним Дарья гневно уставилась на Александра. - На это даже не рассчитывай!      Александр перевёл на неё изумлённый взгляд. - Конечно, нет! - Василиса пришла в себя. - Я тебе тунику принесла. У тебя ноги ровные?- А у тебя? - Александр надменно смотрел на неё. Она поняла, что сморозила глупость и покраснела.- У него ноги - заебись! - поспешил заверить Иван. - Хорошо, - Василиса отвернулась и поскорее, чтобы не сказать ещё чего-нибудь не того, направилась к машине. - Переоденемся на месте.

- У нас тут рюкзак и тяжёлый термос! - крикнула она.- Я помогу! - с готовностью вызвался Иван.

     Они вошли в лес - никакой тропинки там не было - и пошли наугад.- Надо, наверное, запоминать дорогу, - сказала Василиса, - иначе заблудимся.- Я буду метить деревья! - предложил Иван и попытался нащупать в кармане свой перочинный нож.      Василиса фыркнула.- Меть деревья без нас, пожалуйста, - саркастично заметила Дарья, обгоняя его.- Да я не в том смысле...

     Спустя десять минут Александр остановился.- Долго ещё идти?     Вся компания разом застыла на месте. Василиса огляделась вокруг.- Можем остаться здесь... - неуверенно сказала она. - Твоя туника, - Василиса протянула Александру белую свернутую ткань.      Александр взял сверток и ушёл с ним в кусты. Иван кинулся следом.      Василиса достала косметичку и самодельный венок из серебряной проволоки, украшенный красными, похожими на ягоды, бусинами.

     Вскоре Иван с одеждой Александра в руках вынырнул из зарослей и, оттопырив большой палец, показал Василисе, что всё окей.      Василиса выпрямилась, внутренне настраиваясь увидеть Александра: она должна была оценить его вид, но при этом ей совсем не хотелось снова потерять самообладание. Александр вышел и остановился, давая Василисе возможность рассмотреть себя, и при этом сам он даже не взглянул на неё. Если бы в кустах было зеркало, то, вероятно, Александр послал бы Василису вместе с её туникой на хрен, потому что... туника была ему коротка - едва прикрывала трусы. Василиса сшила её вчера впопыхах, когда Иван подтвердил, что Александр приедет на съёмку, и мерила по себе, но Александр был гораздо выше, чем она. И вот он стоял перед ней почти голый... (легкая ткань держалась на одном плече)... У Василисы перехватило дыхание... Таких красивых людей просто не могло существовать... Она смутно понимала, что нельзя вот так на него пялиться... но его бедра были так притягательны... его талия была такая тонкая... его руки выглядели такими... сильными... Даже Дарья, считавшая, что обладает железной выдержкой по части мужиков, увидев его, поспешно отвернулась в сторону. Василиса судорожно вздохнула и, собрав остатки воли, зажмурилась.- Как будешь фоткать, если даже смотреть не можешь? - раздался холодный голос. И Василисе нестерпимо захотелось задушить мальчишку. Он знал, какое впечатление производит, и откровенно насмехался над ней. Ей бы хотелось ответить ему какую-нибудь колкость, но в голове, как назло, была пустота. - Справлюсь, - сказала она и открыла глаза, но не рискнула взглянуть на него выше ступней. Резиновые вьетнамки всё ещё были на его ногах. «Греческое божество в китайских шлёпанцах...» - пронеслось у Василисы в голове - она фыркнула и рассмеялась, пряча в ладони лицо.      Все замерли. Иван с беспокойством посмотрел на товарища - тот устремил мрачный взгляд на хохочущую Василису... Только Дарья, привыкшая к непредсказуемому характеру лучшей подруги, сохраняла спокойствие.- Шлёпанцы... - Василиса старалась взять себя в руки, - странно выглядят... И, честно говоря, чёрные трусы просвечивают.      Александр взглянул на себя вниз и проговорил:- Я не сниму трусы.     Иван выпучил глаза, а Василиса испуганно замахала руками. - Тебя никто и не просит, - пробурчала Дарья. - Сейчас подкрашу лицо, - Василиса стала рыться в своей большой косметичке. Образ Александра всё ещё стоял перед ней: ей не надо было видеть его, чтобы видеть его. Он запечатлелся на сетчатке её глаз. Изначально она планировала, что Александр будет лесным божеством... но сейчас в реальности он совсем не вызывал у неё ассоциации с юной, пробуждающейся к чувствам, расцветающей жизнью... Он был скорее... как лёд, как бесчувственность... как вечная зима. Василиса замерла. И вдруг, забыв про косметичку, кинулась к рюкзаку и вытащила телефон. Она вся дрожала внутри, когда искала эту песню в своих плейлистах... «Вот она!» Все смотрели на побледневшее сосредоточенное лицо Василисы, вслушивающейся в первые такты музыки.- Кто это? - удивился Иван, когда раздался голос, показавшийся ему сначала мужским, а потом женским.- Клаус Номи, - ответила Василиса. - Поёт Арию Гения Холода. Зная, что ему осталось жить всего несколько недель или даже дней...

- Присядь, пожалуйста, и закрой глаза, - попросила Василиса Александра. - Я подкрашу лицо.     Александр опустился на корточки возле неё. Василиса глубоко вдохнула и, готовая лучше умереть, чем поддаться дьявольскому обаянию, взглянула на него. И первое, что она увидела, была задравшаяся туника и чёрные трусы. Она мгновенно зажмурилась, пока не успела разглядеть ничего больше, - её бросило в жар.- Я не буду пудрить тебя, - пробормотала она. - Моя пудра слишком тёмная... Александр открыл глаза... Василиса всё ещё стояла с закрытыми. «Дура», - подумал он. В его классификации женщин было две категории: дуры и суки. Василиса открыла глаза... и Александр сразу закрыл свои, потому что прекрасно знал, что от его взгляда люди впадают в ступор, а сейчас ему хотелось только одного - чтобы вся эта хуйня со съёмкой поскорее закончилась. Василиса не знала, что ей делать с этим лицом... Она никогда не видела ничего подобного - эта удивительная бледность... его кожа казалась полупрозрачной и хрупкой, как лепесток цветка... Его ресницы и брови были такие же белоснежные, как волосы... Если она станет красить его глаза, то неизбежно и ресницы окрасятся... а этого ни в коем случае нельзя допустить... Она знала, что у молодёжи сейчас модно осветлять брови, но чтобы и ресницы... Или это его собственные?- Ты красишь волосы и брови? - спросила Василиса.     Он отрицательно мотнул головой. «Значит, свои...» - подумала она с какой-то радостью. Василиса посмотрела на рот Александра... Надо ли ей подкрасить его? Губы были не розовыми, как обычно у людей, а красноватыми... болезненно красноватыми... то ли от контраста с белой кожей, то ли сами по себе...- Будешь красить или пялиться? - холодно произнес Александр, не открывая глаз. И Василисе снова захотелось придушить его. - Я не буду тебя красить, - ответила она, отворачиваясь. - Косметика только испортит твоё лицо. Она подняла с земли венок с красными бусинами... и подумала о том, что ему больше подошла бы корона с льдинами... хотя красные ягоды красиво сочетались бы с его ртом... Василиса отбросила венок.

- Ты сможешь бегать в этих шлёпанцах? - спросила Василиса.- Бегать?     Александр с сомнением поглядел на заросли вокруг. - Да, мы с тобой побежим. Я хочу разогреть тебя. Он саркастично взглянул на её пышную розовую юбочку, похожую балетную.- Может, я ему свои кроссовки отдам? - поспешно вызвался Иван.- Если он согласен...- Ок, - без особой радости согласился Александр.

- Пойдём, - Василиса взяла фотоаппарат и направилась в заросли. - Я с вами! - засобирался Иван.- Нет. Только мы вдвоём.      Иван бросил растерянный взгляд на товарища, но тот, даже не взглянув в его сторону, ушёл за Василисой.

- Возьмём жест и окраску сейчас, - сказала Василиса. - Побежишь уже в этом состоянии.      Она остановилась. - Жест - защититься от смертельной опасности, окраска - отчаянно, мучительно.     Она отшатнулась в сторону, заслоняясь руками от невидимой опасности.       Брови Александра скептично взметнулись вверх.- Я должен повторять это за тобой? - Нет! Ты должен найти свой жест, который зажжет именно тебя!      Василиса внимательно посмотрела на него:- Вы проходили психологический жест? - Наверное. Я проспал. Давай без этого.- Без этого? - Василиса саркастично взглянула на него. - Ну что ж, удиви меня! Ты бог. Бог холода, зимы и вечного сна. Ты презирал любовь и смеялся над ней. И тогда бог любви решил отомстить и превратился в женщину и поразил тебя в сердце любовью. И теперь ты обречен: ведь если твоё сердце оттает - ты умрёшь. Тебя убьёт та, которая стала тебе дороже всего.     Василиса жестко взглянула на него. - Сможешь с ходу войти в образ? Он с досадой отвернулся и подумал, что, когда вернется в общагу, убьёт, блядь, этого еблана.- Мне неинтересно снимать твои пустые глаза, даже если они очень красивые, - сказала Василиса. - Мне нужно, чтоб от тебя искры летели, чтоб меня трясло, когда я гляжу на тебя! - Ты не по адресу.- Даже бревно может хорошо сыграть с психологическим жестом!     Рот Василисы искривился в насмешке.- Похоже, ты проспал самое главное... - и она чётко и нагло проговорила, - мальчик.     Александр закрыл глаза. «Сука».- Что ты ненавидишь из еды? - спросила вдруг Василиса.- Тыкву, - ответил он не задумываясь.- Тогда представь, что тебе в рот засунули кусок холодной, вонючей и склизской тыквы.- Нах... - он осёкся. - Зачем?- Представь! - потребовала она. - Ну?- А теперь вырази телом то, что почувствовал.     Александр не пошевелился.- Ты актер или красна девица? Может, мне отвернуться, чтоб тебя не смущать? Желание послать её на хуй становилось у Александра всё нестерпимее. - Сейчас у тебя есть шанс узнать что-то очень крутое, - голос Василисы вдруг стал мягким. - Ты можешь пройти мимо... или можешь попробовать. Никто об этом не узнает, кроме меня. Я бы попробовала, но я не ты... Ему хотелось только одного: сделать уже эту грёбаную фотографию и свалить. - Возможно, тебе достаточно только красивого лица... - проговорила она. Он застыл. - Это актёрская система Михаила Чехова, - сказала Василиса. - Самая космическая актёрская система в мире. Ты должен был слышать о ней...     Возможно, Александр и слышал, но не придал этому никакого значения. Его вообще не интересовали ни актёрские системы, ни само актерство... и это чертово портфолио ему на хер не сдалось... Но то, что она сказала про его лицо... - Что делать? - проговорил он, не глядя на неё. - Серьёзно? Попробуешь? - изумилась она. Он молчал. - Если кратко и упрощённо, - Василиса решила не терять время зря, - то психологический жест - это когда ты делаешь движение телом и от этого у тебя возникает нужное чувство. - Она бросила на него быстрый взгляд, но он по-прежнему смотрел в сторону. - Ладно, это было вступление, - сказала она. - А теперь главное. Ты пришёл на съёмку, репетиции нет, и режиссёр требует, чтобы ты вежливо произнёс «Я очень рад тебя видеть», но при этом испытывал отвращение. Вежливо сказать не проблема, но отвращение... Перед тобой стоит очень милая актриса - как ты можешь испытывать к ней отвращение? «На изи», - подумал он. - Вот тут и нужен психологический жест! Сейчас сосредоточься, - попросила она. - Жест - это какое-то действие. А «отвращение» не действие, его нельзя показать жестом, это эмоция. Поэтому надо заменить слово «отвращение» на другое, действенное, но которое будет значить то же самое. Например... на «отторгать». Понимаешь?- Примерно.- Не бывает жеста «отвращение», но бывает жест «отторгать», - ей очень хотелось, чтобы он понял ее. - Можешь сделать жесть «отторгать»? Он выставил руки вперёд, отстраняясь от чего-то невидимого. - Да! И теперь самое интересное. Жест называется психологическим, потому что состоит из двух компонентов: самого жеста, то есть действия (то, что ты сейчас показал), и психологии, то есть эмоции - а это и есть то самое отвращение, которое требовал режиссер! Тебе надо просто совместить их в одно. Понимаешь? - Вроде... - Сейчас, - подбодрила Василиса. - Твой жест - отторгать, а окраска, эмоция - отвращение. Это понятно?- Да.- Чтобы было ещё проще, вспомни тыкву. Отторгай её с отвращением. Жест плюс эмоция. Александр мгновение стоял неподвижно, а потом зажмурился, отгораживаясь ладонями и подавляя рвотный рефлекс. Василиса радостно заулыбалась. Это выглядело очень естественно. «Похоже, пацан действительно не выносит тыкву...» - Круто, - сказала она. - А дальше просто пробуешь несколько раз, пока тебя не вбросит в нужное состояние. Попробуй, и когда будешь готов, скажи мне вежливо, но с отвращением, как ты рад меня видеть. Василиса отвернулась, чтобы он мог расслабиться и не думать о её присутствии и вдруг осознала, что всё это время, пока они обсуждали психологический жест и препирались, она ни разу не подпала под его очарование... она как будто даже забыла о том, что он невероятно красив.... - Готов, - сказал Александр. Василиса обернулась, и вдруг, надув губки уточкой, жеманно помахала ему:- Приве-е-ет! Александра передёрнуло, но он взял себя в руки и вежливо улыбнулся, ощущая, как омерзителен ему весь её вид... - Я тоже рад тебя видеть. Василиса хихикнула: - Ты точно не выносишь меня! - Заметно? - мрачно проговорил он, и она расхохоталась. - Давай побежим! - предложила вдруг Василиса и, не дожидаясь его ответа, тут же помчалась прочь.     Сначала он застыл от неожиданности, а потом кинулся вслед за ней. - Обгоняй! - закричала она. - Я за тобой!      Он обогнал ее за деревьями, и она бросилась в погоню за ним. На бегу она смеялась и перескакивала через молодые поросли. А Александр старался бежать медленнее, чтобы она не отстала. Ощущение нереальности происходящего охватило его. - Стой! - крикнула она.      И он застыл.- Бери жест - защититься от неминуемой гибели!     Он отшатнулся, заслоняя лицо.- Ярче! - потребовала она - Опасность смертельная!     Он отшатнулся, одновременно уворачиваясь и пытаясь заслониться руками.- А теперь представь, - сказала Василиса, и Александр замер, глядя на неё, - что ты защищаешься от того... кто тебе дороже всего на свете. Александр попытался представить... - Забудь то, что я сказала, - тут же потребовала Василиса. - Все эти слова мы просто заменим окрасками. Мучительно, с отчаянием. Понимаешь?      Он кивнул. Эта замена ему определенно нравилась. - Тогда пробуй! Жест - защититься, окраски - мучительно, отчаянно.      Он отпрянул, попытался заслонился руками, хотя и знал, что спасения нет... и вдруг почувствовал, как внутри, кроме желания выжить, яркой вспышкой возникло другое, не менее мощное желание... и оно было... противоположно первому... «Вот оно...» - его сердце заколотилось. Он отчаянно хотел жить и мучительно стремился к гибели одновременно...- Великолепно! - глаза Василисы вспыхнули. - А теперь... мы добавим ещё кое-что... Она подождала, пока Александр поднимет голову и взглянет на неё. - Любовь. Александр закрыл глаза, пытаясь представить, что такое любовь.- Не пытайся отыскать в себе любовь, - тихо произнесла Василиса, - такой эмоции просто нет. Он вопросительно посмотрел на неё. - Нежно, - подсказала она. - Ласково. У каждого может быть что-то своё... Александр снова закрыл глаза, пытаясь найти эти чувства в себе.      Губы Василисы медленно искривились.- Ты проиграл, - проговорила она. - Я хочу увидеть, как ты умрешь. Он распахнул глаза. Она смотрела прямо на него, и ее взгляд был... убийственный. Она сделала шаг в его сторону. Он поднял руки, защищаясь и заранее зная, что это не поможет ему. «Нежность, где эта чертова нежность?» - крутилось в его голове. - Слабак, - засмеялась она. - Я хочу видеть, как ты мучаешься. Он отступил. - Смотри на меня! - приказала она. Он поднял глаза и увидел ее пылающее лицо. Она сделала ещё шаг к нему и не то улыбнулась зловеще, не то оскалилась. И он внезапно почувствовал, что хочет быть разорванным ей... «Это не нежность», - промелькнуло в его голове, и, собрав, последние силы, он в отчаянии отвернулся.- Здорово! Здорово! - Василиса чуть не подпрыгивала от радости.- Запомни это! - крикнула она и помчалась прочь от него. Он устремился следом за ней и быстро нагнал, и обогнал ее. Изо всех сил она понеслась за ним (а она была действительно быстрая). Как сумасшедшие гнались они по лесу. - Стой! - крикнула она. И он замер как вкопанный. Она медленно приближалась к нему. Ее дыхание было неровное, короткие волосы растрёпаны. - Встань к дереву! Он послушался.- Сейчас буду снимать, - предупредила она. - Вспоминай жест. Она открыла фотоаппарат. Ему не надо было ничего вспоминать: и жест, и окраска жили в нем и жгли его изнутри. - Вцепись в кору, - велела она. - Чтобы пальцы в кровь! Смотри в объектив. Он сделал все, что она потребовала. - Тебе больше некуда бежать... - негромко проговорила она низким голосом и начала фотографировать.

- Ты не хочешь такой любви... ты хочешь жить... - как заговор произносила Василиса, медленно двигаясь с фотоаппаратом вокруг дерева, и он не мог отвести от неё взгляд. - Но любовь не выбирают... Она сама выбирает тебя... И она засмеялась низким удовлетворённым смехом.- Ложись на землю! Он бросился на землю. Она приблизила фотоаппарат, чтобы снять крупный план. Он хотел отползти, но не мог...- Мне не нужна твоя любовь! - прокричала она, фотографируя.- Смотри в объектив, - Василиса нависла над ним с камерой. - Я хочу видеть твои глаза, когда ты будешь умирать. И он смотрел на неё через камеру.- Отдайся, - сказала Василиса, - Окраски бесстрашно и счастливо. - Жест в уме, не вставай. Александр закрыл глаза. Она ждала, приготовив фотоаппарат. Уголок его болезненно-красных пересохших губ чуть приподнялся... Он открыл глаза и посмотрел на неё... И в его взгляде не осталось ничего... кроме нежности... Мурашки побежали у Василисы по рукам, и, боясь упустить момент, она начала снимать. «Гениально!» - ей хотелось кричать.- Есть! - она щелкнула последний кадр. И тут же, будучи не в силах больше сдерживать свой порыв, она завизжала, потом засмеялась, целуя фотоаппарат, перепрыгнула через какое-то поваленное дерево и понеслась прочь. Но через пару шагов она внезапно исчезла из вида. Александр поднялся с земли и недоуменно глядел на то место, где только что скакала Василиса. Сердце его все ещё колотилось. Эмоции, только что пережитые им, были настолько яркими и реальными... «Куда она делась?»

- Эй! - послышался глухой и присмиревший голос Василисы. - Я здесь! Александр медленно подошёл и увидел глубокую яму. На дне ее сидела Василиса, обнимая фотоаппарат, и жалобно глядела на него. Мгновение они смотрели друг на друга: он ошеломлённо, она тоскливо... а потом правый уголок его рта пополз вверх... и он захохотал. Александр упал на колени от смеха, и слёзы потекли из его глаз. - Ничего смешного, - начала было Василиса, но не выдержала и сама расхохоталась ещё сильнее, чем он.- Ты цела? - спросил он, пытаясь успокоиться.- Не знаю, - всхлипывая от смеха, проговорила Василиса.

- Ау! Ау! - послышались из-за деревьев голоса друзей. Александр и Василиса замерли, застигнутые врасплох неожиданно ворвавшейся реальностью.- Мы здесь! - крикнул Александр и поднялся на ноги. - Саня! - раздался в ответ душераздирающий вопль Ивана. С обезумевшим взглядом он выскочил из кустов и бросился на шею товарищу.- Саня! Из-за дерева показалась запыхавшаяся Дарья. Она поглядела на обнимающихся друзей, потом вокруг... Лицо ее не предвещало ничего доброго.- Слушай ты, лесной эльф! - она угрожающе двинулась к Александру. Иван благоразумно отошёл в сторону.- Где моя подруга?!- Я здесь! - раздался из ямы голос Василисы. Дарья и Иван уставились вниз.- Что она здесь делает? - Дарья яростно взглянула на Александра.- Спроси ее, - предложил тот.- Я упала, - жалостливо проговорила Василиса.- Бедняжка, - Иван присел на краю ямы. - Давай руки, мы тебя вытащим. Сань, помоги! Давай за две руки. Александр опустился на колени рядом с Иваном и протянул Василисе руку.- Ты такая лёгкая, - заулыбался Иван.

- Я от тебя ничего другого и не ожидала, - Дарья саркастично взглянула на Василису, когда та была спасена. Василиса хмыкнула и принялась отряхивать землю со своей розовой юбочки и чёрных легенсов.- Мы ещё будем бегать, или я могу переодеваться? - спросил Александр.- На сегодня хватит, - хмыкнула Василиса.- А портфолио? - забеспокоился Иван.- Снимем, конечно. Только я бы сначала выпила чаю. У меня стресс.- Я за! - обрадовался Иван. - Где мои вещи? - спросил Александр.- Мы их в рюкзак убрали, - Иван с готовностью кинулся к рюкзаку.- И бутерброды достань! - попросила Василиса, включая  фотоаппарат: ей не терпелось увидеть только что сделанные кадры. - Я сама! - Дарья выдернула рюкзак из-под носа у Ивана.

     Александр ушёл переодеваться в кусты. Дарья выложила большой кулёк с бутербродами, пластиковый контейнер с чем-то ещё и одноразовые тарелки и стаканчики.

     Вернулся Александр. Босиком.- Шлёпанцы верни, - он сунул Ивану его кроссовки.- Смотри, какой кадр! - Василиса возбужденно замахала Александру.      Но он даже не взглянул на неё, надел вьетнамки и остался стоять чуть в стороне.      Василиса отвернулась. Ей показалось, что они нашли общий язык... Наверное, она ошиблась. - Васичка, иди есть. Потом будешь рассматривать фотографии.     Дарья распаковала кулёк с бутербродами, и в воздухе вкусно запахло пряностями.     Василиса убрала фотоаппарат и подошла. - Иди к нам! - позвала она Александра.- Я не буду, - он остался стоять.- Отлично. Нам больше достанется, - Дарья открыла контейнер с печёными овощами. - Он вегетарианец, - сообщил Иван, с интересом заглядывая в контейнер. - Сань, здесь овощи!- Серьезно?! - обрадовалась Василиса. - Мы тоже вегетарианки! А молочное ты ешь? Адыгейский сыр?- Ест, - доложил Иван, протягивая руки за тарелкой с бутербродами. - У нас здесь домашний хлеб, обжаренный сыр и овощи. Чай травяной. Садись! - Василиса помахала Александру.      Дарья сунула Ивану тарелку.      Подошёл Александр и подсел к ним.      Дарья выдала всем поровну бутербродов и овощей.

- Вкусно, - с набитым ртом проговорил Иван.- У Васички все вкусно, - с набитым же ртом ответила Дарья. - А кстати, что это за яма? - спросила она, дожевав.- Не знаю, - пожал плечами Иван. - А добавка есть?      Дарья залезла в кулёк и выдала ему ещё бутерброд.- А правда, что за яма? - Василиса посмотрела на Александра. - Ловушка, наверное, - равнодушно ответил тот.- Для кого? - изумилась она.- Для тебя, судя по всему. - Слушай, а может, тут волки водятся? - у Ивана загорелись глаза, и он стал нащупывать в кармане свой перочинный нож.- Типун тебе на язык величиной с бычью голову! - пожелала Дарья.- Чё? - не понял Иван.     В кустах что-то хрустнуло. Все замерли и переглянулись. - Разве в подмосковных лесах волки не вымерли? - прошептала Василиса.     Иван огляделся и схватил тяжёлый металлический термос:- Не бойся! Я его термосом! - Тсс! - Дарья приказала всем молчать. - А если это маньяк? - едва слышно проговорила она.- Эта яма... могила! - глаза Василисы расширились от ужаса.- Для нас... - добавил Иван и сглотнул. - Что-то у меня аппетит пропал, - проговорила Дарья.- Я хочу домой, - Василиса отставила тарелку и поднялась. - А можно я доем овощи? - Иван с надеждой взглянул на остатки в контейнере. - Ешь давай скорей, - Дарья сунула ему контейнер. - И пойдём отсюда подобру-поздорову.     Василиса начала собирать вещи в рюкзак. - Чай ещё есть? - поинтересовался Александр. - Они над нами издеваются? - спросила Дарья, но чай все же налила.

     Наконец все закончили есть и пить, и все вещи были собраны и упакованы. Василиса поглядела на свой рюкзак.- Рюкзак... - начала было она.- Я возьму, - Александр закинул его себе на плечо.- И термос, - тут же мило улыбнулась Василиса, протягивая ему и термос.     Не взглянув на неё, он взял и термос.      Дарья покрутила головой по сторонам. - Кажись, туда, - неуверенно показал вперёд высунувшийся из-за ее спины Иван. - Конечно, туда, - она бросила на него не допускающий сомнений в ее компетентности взгляд.      И вся компания, не мешкая, двинулась в путь. Дарья быстро и уверенно шла впереди, за ней почти бежала Василиса, пугливо оглядываясь по сторонам, от неё не отставал Иван со складным ножиком в руке (на всякий случай), последним шёл Александр и, в отличие от остальных, совершенно не спешил. Ивану то и дело приходилось останавливаться и ждать, чтобы он не отстал. - Сань, ну ты чё? Давай, блядь, скорей!

- Дорога! - завопила Василиса и, обогнав подругу, умчалась вперёд.      Дарья остановилась, чувствуя, как бешено колотится сердце. «Спасены!»- Я думал, мы останемся здесь навсегда, - растроганно проговорил Иван и кинулся вслед за Василисой.- Ага, и будем жить большой дружной семьей в землянке, - пробормотала Дарья.

- Ну что, снимем твоё портфолио? - Василиса посмотрела на Ивана.      Теперь, чувствуя себя избежавшей великой опасности, она готова была от радости отснять для него не то что портфолио, а целый кинофильм. - Прям щас? - разволновался он и принялся приглаживать взлохмаченные волосы.- Оставь так, - посоветовала Василиса, настраивая камеру. - В волосах твоё очарование.      Подошедшая Дарья села в машину и, откинувшись на спинку сиденья, закрыла глаза.      Александр поставил на землю рюкзак и термос и остался стоять. В его ушах были наушники.

     Василиса с Иваном отошли к ближайшему дереву. - Дальше не пойдём, - Василиса с опаской взглянула на лес. - Ага. - Вы хотите отнести эти фото на киностудию? - Ага.- Хочешь сниматься в кино? - Ага.- Очень хочешь? - поддразнила она. - Очень хочу, - подхватил Иван. - Ну тогда я тебя, так и быть, сфотографирую.     Василиса сняла первый пробный кадр.- А кого хочешь сыграть? Гамлета? Или Гамлет нынче не в моде? Может, Гарри Поттера? - Какой из меня Гамлет?! - хохотнул Иван.- А если серьезно, о какой роли мечтаешь?      Иван замялся, не зная, доверить ли ей свою тайну тайн. - Бильбо Бэггинса! - выпалил вдруг он.     Василиса изумлённо округлила глаза: - Ого!      Она с уважением поглядела на него. - Мои поклоны, мистер Бэггинс! Я слышала, Вас приняли в отряд Торина Оукеншильда на должность взломщика... - она слегка поклонилась ему.      У Ивана загорелись глаза, и он заулыбался во весь рот. - Да, есть такое...- Позвольте сделать Вашу памятную фотокарточку, - Василиса почтительно подняла фотоаппарат.     Бильбо Бэггинс поправил футболку и, с достоинством, подобающим уважаемому хоббиту, облокотился на ствол дерева.     Василиса начала фотографировать.

     Александр, слушая музыку, наблюдал за их дурачествами.

- Предлагаю ещё отсняться в городе. Завтра, - Василиса опустила фотоаппарат. - Я бы поменяла тебе костюм. Может, рубашку... или пиджак... Что думаешь?- Заебись!      Василиса хмыкнула.- Тогда пошли.     Она почувствовала, как усталость вдруг разом навалилась на неё. Это был очень эмоциональный день...

- Дашечка, мы вернулись! - Василиса заглянула в окно машины. - И чего так орать? - Дарья открыла глаза. - Мы же подвезём ребят? - шепнула Василиса.- Нет, оставим в лесу.- Спасибо, Дашечка! - Пусть один сядет впереди, а второй сзади, - распорядилась Дарья, заводя мотор.

     Василиса влезла на заднее сиденье, Иван тут же впрыгнул к ней, а Александр сел впереди.     Машина тронулась.- А! - завопила Василиса секунду спустя.- Что?! - все уставились на неё, а Дарья вдавила тормоз в пол. - Я забыла сделать селфи после съёмки, - Василиса чуть не плакала. - Чё? - не понял Иван.- Я тебя убью, Васичка! - разъярённая Дарья обернулась к ней. - Мы быстренько, - смиренно заверила Василиса. - Пойдём скорей! - она бросила выразительный взгляд на Ивана и выскочила на улицу.     Иван неуклюже вывалился следом.- Сфотографируемся? - Василиса заглянула к Александру в окно. - Для Сторис.- Без меня.- Пожалуйста, - попросила она, пряча улыбку в уголках губ. - Мне так хочется...     Александр повернул к ней своё равнодушное лицо и холодно взглянув ей прямо в глаза, произнёс:- Хочется - перехочется.     Василиса застыла. Александр отвернулся. Иван тут же подскочил к ней:- Снимемся вдвоём!- Да, - пробормотала она.     Они отошли от машины. - Он никогда не фотографируется ни с кем, - прошептал Иван.      Василиса кивнула.- Готов?- Ага.     Она изобразила очаровательное лицо, а он заулыбался во весь рот. - Есть!

     Дарья завела мотор. Василиса и Иван залезли в машину.      Дарья обернулась к ним.- Если кто-то ещё пикнет - выкину из машины, - пообещала она.

***

«Мы не выбираем любовь. Это Любовь выбирает нас» - написала Василиса под фотографией Александра и опубликовала пост. Из всех снимков она выбрала последний, самый невероятный. Он лежал на траве... его белые волосы разметались... лихорадочный румянец на бледных щеках... и глаза... Как это могло выйти, что её камера изменила цвет его глаз? На всех других фотографиях они были ярко-фиолетовые, но на этом, самом лучшем, гениальном снимке они оказались синими. Нет, не совсем синими... синими с оттенком фиолетового... васильковыми... удивительными... И его взгляд... В его глазах не было ничего, кроме любви... Похоже, мальчишка посмеялся над ней: знал он и про Чехова, и про психологический жест... иначе бы не сыграл так сразу, на таком высочайшем уровне. Но она не сердилась... Разве можно сердиться на того, кто так талантлив? Да, конечно, он заносчив... и презирает других людей... Его «хочется-перехочется» болью отозвалось у неё внутри... Неужели она была так плоха во время этой съёмки? Он даже не взглянул на фотографии... Василиса вздохнула и помотала головой, чтобы вытряхнуть эти разрушительные мысли. Но мысли не хотели вытряхиваться... Конечно, она знала, что не дотягивает... знала, что является посредственным фотографом... также, как когда-то являлась посредственной актрисой... а до этого посредственной... Не важно. Василиса опустила лоб в ладони... У неё не было выбора...