Глава 23. В жизни всякое бывает...

Даже страшно смотреть - когда я выпускала последнюю главу....

Приятного чтения!

___________________________________________________________________

Я стала в последнее время слышать от глав пиков, что моя дочь редко появляется на занятиях, из-за чего прилетало, пусть и не так сильно, как могло быть. Было так стыдно за это. Лунь Линь находится в том возрасте, когда ты бунтуешь и связываешь себя с кем попало, пусть я и не была такой, как моя дочь. Но долго я молчать не могла, ведь стоит с ней серьёзно поговорит. Потому решила обозначить этот день.

Сегодня вновь готовила нам ужин. Иногда поглядывала на дверь, да и в окно тоже — темнело, а она ещё не появилась. И вот, наконец, долгожданный топот.

— Кто это у нас пришёл? — спросила, выходя к коридору. Лунь Линь смотрела на меня с неким равнодушием.

— Ну я, и что? — спросила она, меняя обувь. Я же по привычке хожу в носках.

— Линь, мне нужно с тобой серьёзно поговорить. Обсудим все после ужина.

— Ага... — и она ушла в свою комнату, демонстративно хлопнув дверью. Вздохнула. Я даже не знаю — как с ней об этом говорить и рассказать правду об её происхождении, хоть вроде это и не требуется, ведь она знает о своих силах.

За ужином смотрела на Лунь Линь — она выросла настоящей красавицей. Дома она снимает амулет и являет мне настоящий облик. Думаю, что и её маскировка тоже хороша.

— Мама, ты так во мне дыру проделаешь. — пробурчала она, съедая онигири.

— Ой, прости. — ответила и слегка склонила голову. — Просто ты такой красавицей растёшь, аж гордость распирает.

— Я как и все, мама.

— Но для меня ты всегда будешь лучше других, нужно же тебя хоть иногда хвалить. Это полезно так то.

Лунь Линь что-то пробубнила с набитым ртом, чего я не смогла разобрать и я продолжила ужинать, стараясь смотреть уже не на неё.

После ужина я наскоро помыла посуду и пошла в гостиную, где сидела Лунь Линь, прижимая к себе подушку и со скучающим видом смотрела в тетрадь.

— Делаешь уроки? — поинтересовалась я, садясь рядом.

— Да. Я не понимаю ничего. — она выдохнула и ударила себя тетрадкой по голове.

— Линь, я хочу с тобой кое о чем поговорить и это серьёзно. — глубоко вздохнула и продолжила. — Я понимаю, что тебе не особо хочется учиться и что друзья для тебя важнее всего, но... Учиться тоже нужно. Ты ведь понимаешь, что мне прилетает за то, как ты ведёшь себя на уроках, а иной раз вообще не приходишь. Я довольно долго молчала и позволяла тебе прогуливать, но моё терпение может быстро лопнуть. Линь, расскажи мне — в чем причина твоих прогулов? Дело в мальчиках?

— Мам, я не хочу об этом говорить. — дочь скрыла лицо в подушку.

— Но это нужно, чтобы потом мне было проще найти с тобой общий язык и не ссориться нам, да и подымать руку на тебя не хочется, ты ведь у меня девочка хорошая.

— Я не понимаю — зачем мне учиться... — она подняла голову и я увидела слезы. — Не вижу в этом смысла. Я умею все, что мне нужно.

— Вот как... Я тебя прекрасно понимаю. — нежно погладила её по плечу. — Сама однажды с подобным столкнулась, но мне кажется, что дело не в учебе, а в тебе самой или твоем дружеском окружении. Может ты в кого-то влюблена?

— Нет, никто мне не нравится. — она отодвинулась от меня и вжалась в угол дивана. — Отстань.

— Хорошо, отстану, но тогда думаю стоит заключить пари. Я ведь знаю — как ты их любишь.

Она сразу посмотрела на меня, а в глазах начал сиять маленький огонёк любопытства.

— И что же ты предлагаешь? — спросила она сквозь подушку.

— Ты будешь в течение недели помогать мне с детьми. И если ты справишься, то продолжишь помогать, а если не справишься, то вернёшься к учёбе. По рукам? — вытянула руку. Линь долго на неё смотрела, потом на меня, но все же пожала её. — Вот и чудно. Со следующей недели начнём, а пока что ты учишься, хорошо?

— Угу.

— Но... Это ещё не все, о чем я хотела бы с тобой поговорить.

— О том, что я приёмная? Так это я знаю.

— О-откуда?

— Мои друзья рассказали. — по её щекам потекли слезы.

— Я хотела тебе об этом когда-нибудь рассказать, но боюсь, что ты меня возненавидишь за это, что я не твоя мама... — я взяла вторую подушку и прижала к себе. — Просто знаешь, я тоже была кем-то вроде приёмной дочерью. Меня воспитывали в начале родители, но с появлением в семье моей младшей сестры, на меня перестали обращать внимание, поэтому я стала жить с бабушкой и дедушкой и именно они помогли мне принять тот факт, что я буду для них лучшей и отличной девушкой в будущем. Представляешь — для своих родителей я вмиг стала никем, будто меня никогда и не существовало. И...я приму, если тебе будет неприятно звать меня в будущем мамой.

— ...я не перестану звать тебя мамой. — пробурчала она. — Просто это так непривычно. Обычно ты всегда такая радостная и уверенная в себе, чему я иногда завидую, но не теперь, когда я узнала о своей маме такое, то...

— Понимаю, что принять это непросто. У тебя всегда есть время подумать, а пока лучше иди поспи — утро вечера мудренее.

— Мам, а что значит эта фраза?

— Ну... Там, где я родилась мне так бабушка часто говорила, когда я до глубокой ночи засиживалась, пока готовилась к экзаменам. Это значит, что утром тебе будет проще все выучить и повторить. Можешь еще перед сном раз прочесть и тетрадь под подушку положить — лучше запоминается. Ну все, удачи тебе. Я тебя люблю.

Я встала и, чмокнув дочурку в голову, пошла в сторону своей комнаты, где развалилась на кровати и стала постепенно погружаться в сон.

Началась неделя со знакомства детей с дочерью. Многие странно на неё смотрели, но со временем стали постепенно подпускать к себе, а вскоре и вовсе слушались, пока я сидела и отдыхала или давление скакало, бывали такие моменты.

Лунь Линь держалась довольно неплохо, порой я давала ей поручения к главам других школ, а также доставки почты к тому же Гунъи Сяо, например. Она послушно все выполняла, но вот в пятницу я заметила, как она тяжело дышит.

— Что-то случилось? — я подошла к ней и дала кувшин с водой, который она залпом опустошила и вернула.

— Я так устала...

— О, как. Неужели думала, что быть учителем — дело простое?

— Да...

— Как видишь, за детьми нужен глаз да глаз, чтобы с ними ничего плохого не случилось, но и знаний нужно достаточно, чтобы потом дать им простой вариант основы — то, на что будут ложиться другие знания.

— Угу... Папа! — обернулась и заметила вдали шагающего к нам Юэ Цинъюаня. Лунь Линь побежала к отцу, а я, улыбнувшись, медленно пошла к ним.

— Дорогая, справляется ли наша дочь с такой ответственной работой? — спросил муж, погладив Лунь Линь по голове. Я подошла к нему, слегка поклонилась и ответила:

— Как видишь, справляется и довольно хорошо. Думаю, оставить её своей помощницей, но ещё срок не прошёл, так что судить рано.

— Ма-а-ам. — возмутилась Линь и надула губки от обиды. Я хихикнула.

— Да-да, срок не прошёл. — посмотрела на мужа. — Линь, пойди проверь наших учеников — справляются ли они.

— Хорошо, — и она убежала. Так я и Глава школы остались одни. Я медленно подошла к нему и обняла. Он прижал в ответ.

— Ты большая молодец. — ощутила поцелуй в лоб. — Не думал, что так быстро возьмёшься за её воспитание, обычно ты молча принимала упрёки со стороны глав пиков.

— Однажды это все равно должно было произойти. Она девочка умная, просто...нужно было дать ей стимул.

— Это так...

— Дорогой, как ты думаешь — пришло ли время и о наших детках подумать?

— Наших? — он с недоумением смотрел на меня, но когда дошло, то сразу спросил: — Ты имеешь в виду, что...

— Да. Именно об этом, но думаю для начала стоит поговорить с Лунь Линь...

— Я буду ждать.

— Чуда? Конечно будешь! — чмокнула его в щеку. — Пойдём посмотрим за Лунь Линь.

И мы направились к месту, где мы обычно проводили урок. Мы скрылись среди стволов бамбука и стали наблюдать. Линь активно жестикулировала и рассказывала основы каллиграфии, но в более простом и понятном понимании, специально для детишек.

Подошла к концу неделя и наступил один выходной денёк. Я проснулась ближе ко дню и сразу двинулась приводить себя в порядок. Умывшись и переодевшись в простое ханьфу, пошла искать что-нибудь на перекус.

Зайдя на кухню, увидела на столе порцию риса, на которой лежало слегка сгоревшее яйцо и тушёная капуста. Это стало для меня неожиданностью. Подойдя ближе заметила записку, в которой было написано:

«Мама, я сама приготовила тебе завтрак. Я ушла гулять с друзьями. Не теряй. Лунь Линь.»

Я умилилась и стала обедать. Сегодня думаю стоит сообщить ей о том, что она принята в помощницы. Обрадую её, но вдруг в голове появился ещё повод поговорить с дочерью про возможное пополнение в семье. Я никогда не думала что когда-либо стану мамой. Конечно, однажды это должно было произойти. Думаю, что стоит моей Лунь Линь решить — хочет ли она себе брата или сестру.

Наступил вечер. Лунь Линь вернулась домой ужасно уставшей. Я приготовила нам легкий поздний ужин.

— Ну что, как дела? — поинтересовалась я. — Справляешься?

— Не ожидала, что будет так сложно! — пробубнила она с набитым ртом. — Дети мало того, что бесятся, так ещё и не слушаются! Мам, вернись пожалуйста!

— С чего это? — я решила немного подшутить над дочерью. — А вдруг меня вызовут на задние и я буду очень далеко отсюда, кто будет за детьми присматривать и воспитывать, м?

— Ну мама, тебя еще никуда не отправили. Ты просто отдыхаешь здесь да и все!

— Что же, помнишь о нашей сделке?

— Да...

— Могу тебя поздравить — ты принята! Твой папа уже составил и подписал необходимые документы. Ты официально моя помощница и мой заместитель. Ты рада?

Из рук Лунь выпали палочки, а рот слегка приоткрылся от удивления.

— Т-ты же шутишь, да?

— А что, неужели захотелось и дальше учиться?

— Н-ну... Ладно! Твоя взяла!

— Чудненько! А теперь, — пересела поближе к ней, — мне хотелось бы еще кое о чем с тобой поговорить.

— Мам, ты меня пугаешь.

— Это важно... Я хочу у тебя спросить — хочешь себе братика или сестренку?

— Только не говори мне, что ты...

— Пока что нет... Просто понимаешь, я не хочу повторять опыт из прошлой жизни и...не хочу ранить тебя, ведь маленькие дети требуют много внимания, а ты... Ох, можешь сразу не говорить. Подумай. — я стала собирать посуду, после чего пошла её мыть. Прекрасно понимаю Лунь Линь, однако в отличие от неё меня никто не спрашивал, а потом и вовсе забыли про меня. Я потрясла головой — нужно отогнать ненужные мысли.

В таком задумчиво-напряжённом настроении пролетели три месяца. Я преподавала детям, стараясь будто сделать хоть что-то, прежде чем я уйду в декрет...или не уйду... Даже разговоры с супругом не давали мне гарантий, что все будет хорошо. Когда сообщила Шэнь Цинцю об этом, так он едва чаем не поперхнулся, а потом удивлённо смотрел на меня, будто совершила что-то глупое.

— Я вот все никак понять не могу — откуда такое желание иметь детей, м? — поинтересовался он тогда.

— Думаю, что я уже готова к их появлению. — честно ответила я, сжав в руках подол платья. Да, мне удалось однажды сшить себе платье... Не без помощи Шан Цинхуа конечно же, за что я ему до сих пор благодарна.

— Вот как...

— Неужели ты не мечтал о детях?

— Нет. Да и сейчас об этом не думаю.

— Эх...

— Я тебя не осуждаю, просто знаешь, твой характер никак не вяжется с детьми или семейной идиллией, понимаешь?

— Увы, но нет. — я отпила чай. — О нас, русских женщинах, говорят: «может и в горящую избу войти и коня на скаку остановить»

— Это все я и так видел. Хорошо, не думаю, что твоя дочь или кто-то из глав орденов будет против, я больше беспокоюсь о Ло Бинхэ...

— Придется ему смириться. — в ответ лишь пожала плечами.

* * *

За окном зима. Я растапливала печь, мешая дрова кочергой. Эта зима на удивление намного холоднее, чем в том году. Вдруг позади услышала быстрый топот.

— Учитель! — и вмиг очутилась в объятиях бывшего ученика.

— Ты холодный! — отпрянула от него, потирая плечи, да бы немного вернуть тепло.

— Учитель, вы жестоки. — Бинхэ подошел к печи, вытянул руки и стал греть их.

— Я так понимаю, ты пришел повидаться, да?

— Ага! — ученик аж засиял.

— Ох... Ладно, но я хочу с тобой кое-что обсудить. Это по поводу Лунь Линь.

— Не хочу о ней говорить.

— Почему же?

— Она нехорошая. — глаза ученика недобро сощурились и засияли алым.

— Откуда такая уверенность? — расставила руки в боки. — Она отличная ученица! Вон, даже детям преподаёт. А ты? Как у тебя дела?

— Учитель... — вновь объятие. — Я так устал... Я так скучал по вам.

— Ох... — стала гладить его по голове. — А я то как...

— Мама! — в комнату влетела Лунь Линь, которая смотрела то на меня, то на Ло Бинхэ. — Мам, а что это тут забыло? — у неё вдруг выросли рога и хвост. Их появление обычно не сулило ничего хорошего.

— Линь... — я выбралась из объятий ученика и подошла к ней. Каждые полгода мой ученик навещает меня — таков договор.

— А папа в курсе?

— Конечно, ты будто не знаешь.

— Только сейчас узнала. — Лунь Линь убрала хвост и рога, а также скрестила руки на груди.

— Ох... Совсем забыла... Прости. Давай я тебе все вечером расскажу. А сейчас — что ты хотела спросить?

— Помнишь ты спрашивала — хочу ли я брата или сестру?

— О, помню-помню. Ну что, ты готова за ними присматривать, а иногда даже и сидеть с ними, пока я буду отсутствовать?

— Да!

— Ох... — я взяла её руки. — Ты так быстро выросла, моя хорошая...

Бинхэ же смотрел на меня удивлённо, будто впервые слышит о таком.

— Учитель... А я? — вдруг спросил он. Теперь настала моя очередь недоумевать.

— В смысле «а я»? Я чего-то не знаю?

— Учитель... Вы ведь все равно будете любить меня? — вновь эти щенячьи глазки. Вновь обняла ученика и стала хлопать по спине. — Буду-буду, куда ты денешься. Эх... Горе ты луковое...

Все те два дня, что был в гостях Ло Бинхэ, мне часто приходилось растаскивать Лунь Линь и ученика, да бы они случаем не поубивали друг друга. Однажды даже проснулась, будучи зажатой между ними. Это стало для меня удивительным. Ладно Бинхэ, но вот Линь...

Наступили выходные и я отправилась к Юэ Цинъюаню чтобы серьёзно поговорить. Решила поговорить именно в эти дни, чтобы нам никто не мог помешать. Для такого особенного события я одела самое красивое ханьфу, навела марафет и двинулась в сторону. Сегодня Лунь Линь проводила время с теми детьми, у которых родители в эти выходные не приехали или их вообще нет. Я обо всем договорилась с Главой школы и у меня можно навещать детей раз в месяц и в выходные.

Подойдя к Главному залу, я постучалась. Дверь открыл помощник Юэ Цинъюаня.

— Госпожа Лили, вы к Главе школы?

— Да, он у себя?

— Дорогая, можешь приходить ко мне в любое время. — из-за второй двери вышел супруг, что вяло улыбнулся. По голосу сразу поняла — не спал ночью. Помощник отошёл к своему рабочему столу и продолжил заниматься делами, а я вошла в кабинет супруга и сразу обняла.

— Снова не спал ночью? — решила убедиться в своих догадках я.

— Да, но сейчас мне лучше... — ощутила поцелуй в голову.

— Я хочу с тобой кое о чем поговорить. Помнишь однажды я спрашивала о детях?

— Неужели...

— Да. Я хочу детей.

— А Лунь...

— Она дала согласие. — я встала немного на носочки и чмокнула его в щеку. — Ну что, готов провести самую страстную ночь?

Он впился в мои губы, начиная руками блуждать по телу. Я сжимала его одежду, но потом почувствовала, как уложили на что-то мягкое. Это оказался диван, после Юэ Цинъюань отстранился и пошел на выход. Похоже отпустит своего помощника и я оказалась права — послышались прощания и муж вернулся в кабинет, постепенно начиная раздеваться. Я тоже решила раздеться, да бы как можно быстрее почувствовать его тепло, которое невозможно ощутить сквозь одежду.

Мы продолжили касаться друг друга, словно изучая. С каждым касанием казалось, что еще больше теряюсь в ощущениях. Мы страстно целовались, будто последний день живем. Руки Юэ скользнули вниз к моим бедрам и он начал ласкать меня. Я стонала, послушно выгибаясь и давая ему возможность покрыть все тело легкими укусами и засосами.

В руках мужа я готова растаять, как мороженое в жару, а его движения наполнены такой страстью, которую он будто скрывает ото всех, ведь только я знаю — какой он. Его руки касались меня везде, но их было мало.

В последнее время я стала понимать, что во время занятий любовью я чувствую, что мне мало. Мало его касаний, мало поцелуев, которыми он покрывает меня. Его очень мало, хочется больше...

— Юэ... — шепчу я словно в бреду, когда он двигается во мне. В начале было нежно, но после он стал ускоряться каждый раз, как я звала его по фамилии. Но в один из моментов, когда я почувствовала, что вот-вот кончу, прошептала «дорогой», то он на миг остановился. Наши немного замутнённые взгляды встретились.

— Повтори... Скажи это снова, — шепнул он на ухо.

— Дорогой... — послушно ответила я, а после наши губы слились в очередном страстном поцелуе и он начал двигаться. От удовольствия я закатила глаза, но муж внезапно остановился, чтобы вернуть взгляд на себя.

Достигнув пика, Юэ Цинъюань кончил в меня. Его семя теплом разлилось во мне.

Мы лежали на диване, прижимая друг друга к себе.

— Я так счастлива... — прохрипела я, усмехнувшись.

— Я рад, что тебе понравилось. — ответил муж и чмокнул в лоб.

— Как думаешь — сколько деток будет и на кого будут похожи?

— Милая, я буду рад любому ребенку. Давай лучше поспим. — он встал и, накинув на себя пару одеяний и теплую накидку, после чего укутал в мягкое одеяло и понес вон из кабинета.

Через время мы оказались в нашем доме. Муж уложил меня на кровать, лег рядом, накрыл нас одеяло и мы уснули, позабыв о том беспорядке, что устроили в кабинете.