part 16

Возвративитись в особняк, Розе мягко улыбнулась поприветствовавшему ее слуге и отдала ему пальто.

— Мой отец дома?

— Да. Он в своем кабинете, миледи.

— Понятно. Благодарю тебя.

Слугам нравилась добрая и мягкая со всеми, несмотря на свое воспитание в роскоши, Розе. Она обладала хорошей репутацией в светских кругах и к тому же была столь красива и добродущна, что даже императорская семья заинтересовалась ею как потенциальной невесткой.

Поэтому титул «принцесса» естественным образом и закрепился за ней.

Конечно, были и те, кто завидовал Розе, но порой и они называли ее «принцессой», пусть и с иронией.

Слуги не сомневались, что «добрая» молодая леди не отвернется от подвергавшейся ущемлению Дженни.

Правда, они были уверены, что у Дженни злое сердце и она завидует Розе, подкладывая ей в постель крыс, а в еду — таблетки, вызывающие расстройство желудка.

И все равно чистосердечная Розе вымаливала у отца прощение для своей сестры со слезами, похожими на жемчуг.

Этот факт заставлял ее образ сверкать еще ярче.

В народе Розе воспринимали как светлую и невинную девушку, которая по праву заслужила свое имя, означавшее «небо».

Розе была убеждена, что свет будет выделяться только тогда, когда позади него стоит тьма. И если адмирал где-то в глубине души и жалел Дженни, то Розе своими руками создала оправдание для жестокого обращения с собственной сестрой, сделав ее образ коварным и злым в глазах окружающих.

Лицо Розе, всегда бывшее невинным и улыбчивым, теперь потемнело. Она намеренно донимала Джина и лила слезы, пытаясь разгадать его намерения.

Несмотря на ее попытки переубедить его, решительный взгляд Джина не дрогнул, и, судя по визиту ее отца, было ясно, что он так или иначе все равно отправится спасать Дженни.

«Могут ли быть правдой его слова о том, что все это ради меня?»

Он не ответил на ее признание, но ведь должна же была быть какая то причина, по которой он раскрыл ей дату проведения операции, что являлось военной тайной.

«Если это ради меня, то хорошо. Но если нет, то придется действовать иначе».

Розе постучалась в кабинет, тде находился адмирал, и вошла, одарив его своим обычным милым взглядом.

— Отец, подполковник СокДжин хочет стать герцогом ради меня. Из-за этого он собирается спасти мою сестрицу, которая мне очень дорога.

— Значит ли это, что ты ему нравишься?

— Именно так. Уважать выбор близких — вот в чем заключается подлинная любовь.

Однако побледневший адмирал потер рот и начал беспокоиться.

— Мне также известно, что мой отец отверг все брачные предложения. Не сомневаюсь, что ты хочешь, чтобы я вышла замуж за человека, которого выберу сама. Даже если я стану королевой или императрицей, то не смогу быть счастлива с нелюбимым человеком.

После этих слов Розе адмирал поставил локти на стол и, сцепив пальцы, тихо произнес:

— Понимаю. Так чего же хочется именно тебе, моя принцесса?

— Отец, больше всего на свете я хочу, чтобы моя «драгоценная» Дженни вернулась к нам живой. Тогда он станет герцогом, а я — герцогиней.

В ответ на исполненную решимости просьбу дочери адмирал поднял брови. Он догадался, что намерением Розе было помочь Джину доставить Дженни в безопасное место.

Тогда адмирал вспомнил о том единственном выжившем, который был среди тех, кого отправили в Проген, чтобы убить Дженни.

— Мы предложили предоставить ему информацию, но он сказал, что она ему не нужна, и убил их всех.

Конечно, адмирал избавился от выжившего, чтобы заставить его вечно молчать о случившемся. Он в любом случае собирался убить их всех еще на границе, на случай если они бы вернулись и стали угрожать ему телом Дженни.

Беря во внимание общественное внимание и пересуды о судьбе Дженни, адмирал был бы неизбежно подвергнут народному порицанию, если бы его дочь умерла во вражеской стране. Тогда пострадала бы и Розе.

Когда волнение в обществе усилилось, он закономерно отбросил идею послать кого то убить Дженни. Его ужасно беспокоила причина, по которой прогенский герцог так сильно хотел заполучить именно ее.

Впрочем, какой бы ни была причина, проблема оставалась прежней. Адмирал подумал о требованиях герцога Кима относительно переговоров.

Розе прикрыла рот рукой и опустила глаза, наблюдая за глубоко задумавшимся отцом.

Она полагала, что если подполковник КимСокДжин придет на помощь Дженни, это станет положительным ответом на ее признание в любви.

Если же нет, она все равно сможет добиться своего. Отец и дочь были погружены в собственные думы.

***

Джису привела меня в раздражение, выдав бред о том, что мне нужно подобрать платье для предстоящей церемонии совершеннолетия и наряд для рождественской мессы.

Служанка также сказала, что скоро нас ждет много приглашений на вечеринки, и что она позаботится о том, чтобы у меня было подходящее платье для тех мест, куда меня пригласят.

На самом деле, с тех пор как мы вернулись с бала, я начала получать приглашения от высокопоставленных аристократов. Вероятно, это было связано с тем, что распространился слух о том, что я невеста герцога.

Большинство из них сводились к обыденному «давай потусуемся вместе» и заключались в посещении светских раутов, ужинов, скачек, крокета, казино и курортных городков.

Индустриализация шла полным ходом, и для аристократов, занимающихся в основном бизнесом и политикой, вовлечение в шумные компании ради ведения дел стало едва ли не долгом.

Эта популярность немного тяготила, потому что я не была слишком общительным человеком.

[В следующий вторник я поеду на горячие источники с благородными дамами. Вода горячего источника в Бланше славится своим прекрасным воздействием на кожу. Почему бы вам не поехать с нами, мисс Ким?]

Подпись на приглашении гласила: «Элизабет Морэй».

Трудно было отклонить приглашение графини Морэй, дворянки, которая научила меня танцевать. Теперь, когда я стала гражданкой Прогена, мне казалось, что Тэхён с радостью отпустит меня, но...

— Нет,

Когда я сказала, что собираюсь отправиться на горячие источники, Тэхён ласково, но твердо воспротивился этому. Между сидящим на противоположном от меня диванчике Тэхёном, попивающим чай, и мной, притихшей, потому что я задумалась о причине его несогласия, повисла тишина.

— Разве это опасно? Муж графини Морэй не последний человек в полиции. Кроме того, там будет охрана. Беспокоиться не о чем.

Я снова окинула его взглядом. Он не был человеком, мыслящим обычными категориями.

— Я не хочу, чтобы тебя видели другие люди.

— Почему?

— Можешь догадаться?

Тэхён, задавший вопрос несколько прямолинейно, откинулся на спинку дивана и сложил руки, как бы говоря: «А ты поразмысли хорошенько». Кажется, у этого человека очень хорошо получается учить меня думать.

На самом деле, я просто собиралась пойти в купальню вместе с другими леди, и мне не верилось, что он не хотел, чтобы они видели мое тело.

— Ты можешь заниматься всем остальным, чем хочешь. Но этого делать нельзя. Ты понимаешь?

— Тогда я могу пойти в казино и прогуляться по твоему особняку?

На мои озорные слова Тэхён кивнул:

— Да, это можно устроить. Правда, ты опять проиграешь.

— ..Почему ты продолжаешь думать, что я проиграю?

— Потому что принцесса не азартный игрок.

Я опустила свою чашку и молча возарилась на Тэхёна. Он был прав. В своем стремлении к стабильности мне претили и острые ощущения, и бремя риска. Эти синие глаза, казалось, заглядывали в самую глубокую бездну моей души, и я чуть съежилась, сама того не осознавая.

— Да, ты хорошо меня знаешь.

— Я свожу тебя на горячие источники, когда мы поженимся.

Тэхён допил остатки чая и мягко прикоснулся к своим губам. Я ненадолго отвлеклась на это движение, но тут же быстро собралась.

— Есть ли какая-то причина, почему мы должны поехать туда именно после свадьбы?

— Хочешь сказать, что мы должны поехать вместе сейчас? Я думал, ты консервативна.

Это заявление меня обескуражило, так как я не особо понимала, как устроены и работают здешние горячие источники. Затем мне вспомнились современные отели с горячими источниками, а также частные термальные воды, которыми пользовались влюбленные и молодожены.

Все это могло и не измениться только потому, что находилось в другом мире. Возможно, это было то место, куда в основном ходили парочки. Как только размышления дошли до этого момента, мое лицо вспыхнуло. Когда мне в голову пришла одна невообразимая мысль, я прикусила губу.

— Почему у тебя лицо раскраснелось? Неужели тебе в голову пришли какие то непристойные мысли?

Тэхён улыбнулся так, словно заглянул мне в дущу.

Этот человек постоянно заставлял меня становиться развратницей, а затем с наигранной невинностью на лице уверял, что у него были исключительно непорочные помыслы.

Каков проказник. Я прочистила горло, взяла заварочный чайник, налила горячий чай в опустевшую чашку и повернула голову, чтобы посмотреть в окно. На улице шел снег.

Под окном, покрытым морозными узорами, лежали сугробы. А внутри, недалеко от оконного проема, стояло дерево, украшенное розами и лентами из шелка, сладостями, сделанными из сахара и красных ягод. Все это напоминало рождественскую елку.

По всему особняку также были расставлены и развешены пышные елочки и вечнозеленые ветви, украшенные красными ягодами, что создавало атмосферу Рождества.

— Не думала, что ты будешь заниматься подобным.

Тэхён проследил за моим взглядом, направленным на красиво украшенную елку.

— Прежде я этого и не делал.

— Правда? А в этом году передумал?

— Я сказал дворецкому украсить дом. Подумал, что принцессе это придется по душе. Тебе нравится?

— Да, очень красиво. Мне приятно, поскольку прежде я никогда не наслаждалась подобной атмосферой.

— Тогда, может, ты собираешься наградить меня?

Тэхён улыбнулся, и на его лице появилось слабое чувство предвкушения. Я не знала, какую награду ему вручить, поскольку совершенно не представляла, чего он от меня хочет. Опустив глаза, я осторожно открыла рот:

— А чего ты хочешь? И, кстати, мне... нечего тебе подарить.

Выражение лица Тэхёна стало неуловимо тревожным от моих слов. Он прикрыл глаза руками и рассмеялся. Однако его рот, видневшийся через тонкие пальцы, мгновенно превратился в прямую линию.

— Ты такая милая.

В отличие от теплой похвалы, его голос был сух. А когда он опустил руку, лицо мужчины полностью открылось.

На меня смотрели подернутые дымкой, затуманенные глаза. Воздушные потоки вокруг сделались тихими, как будто сложившись в параболу. Один лишь взгляд и приглушенный звук его голоса охладили воздух в этой светлой, теплой комнате.

— Моя дорогая принцесса. Тебе нечего дать, или же ты не хочешь этого делать?

Что он имел в виду? Я была охвачена таким трепетом, что даже волоски на моей шее встали дыбом. Дрожь распространилась от макушки до самых пальцев ног.

Это были те слова, которые я могла и не озвучивать, так как полагала, что он уже прочел абсолютно все мои помыслы. Казалось, Тэхён понял, что я изо всех сил старалась быть искренней и принимать эти мысли такими, как они есть. Он полностью откинулся на диван и стал наблюдать за мной, не двигаясь ни на дюйм.

— Не уверена, что понимаю, что ты имеешь в виду.

От моего спокойного ответа рот Тэхёна сложился в прямую линию. Словно то, что я только что сказала ему, было не более чем чушью.

— О, очень многое, если подумать.

Он поднялся со своего места и присел рядом со мной, а его взгляд был прикован к моему лицу.

— Мы ведь в отношениях, не так ли? — сладко растягивая слова спросил этот красивейший мужчина.

Его голос был изящен, однако странно упадочен — он притворялся благородным, но в глазах Тэхёна плескалось желание.

Герцог был похож на голодного хищника, который воздерживается от желания полакомиться добычей, на которую охотится. Расстояние между ним и мной было в меру велико, как если бы мы сознательно блюли дистанцию, которую преодолел его приглушенный голос:

— Подари мне это после церемонии совершеннолетия, в качестве рождественского подарка.

— Есть ли что-нибудь, что ты хочешь?

Под конец вопроса мой голос слегка дрогнул, но Тэхён непринужденно ответил:

— Просто подари мне то, что я хочу получить в этот день. — Уголки губ Тэхёна медленно приподнялись, и он слегка кивнул, — ты знаешь, что я имею в виду.

Я была немного ошеломлена его последней фразой, которую он добавил, словно обращаясь к самому себе.

***

— Я получил письмо от адмирала Белфорда.

Чонгук, секретарь, который теперь ходил на работу сюда, а не ездил в пригород, передал Тэхёну конверт. Тот, сидевший за своим столом в кабинете, незаинтересованно просмотрел содержимое послания.

[Я передумал. Не намерен принимать ваши запросы на переговоры. Дженни должна быть возвращена в целости и сохранности. У вас есть время до Нового года].

— Похоже, на него обрушилось множество проклятий. Что случилось со Сказочником? Он долгое время был на перерыве.

— Не думаю, что его нашли.

Пока Чонгук отвечал, Тэхён плавно откинулся в кресле, точно понимая значение всех этих необычных слов.

— Похоже, ты убежден, что Черный Армейский Пес скоро будет здесь.

— Именно так я и думаю. Вы не собираетесь сообщить об этом? По-моему, это было бы наиболее безопасным решением.

Тэхён на мгновение вздрогнул от вопроса Чонгука. Он бросил быстрый взгляд на секретаря. Казалось, его глаза, обладающие свирепой яростью трехсот человек, смотрели на того, кто задал ему неудобный вопрос.

— Что ты имеешь в виду? Если бы я это сделал, принцесса покинула бы меня.

— ...Так вот в чем дело?

Было кое-что, что Чонгук узнал на днях.

Ему не были известны все подробности, но Тэхён вернул ее именно по «этой причине» и теперь отчаянно пытался скрыть от всех.

Он давно работал с Тэхёном, но так и не научился понимать ход его мыслей.

Вздохнув, Тэхён сел прямо и улыбнулся. На первый взгляд, он выглядел как сумасшедитий.

— Дженни— моя.

⭐😊