part 1

Просторное и роскошное помещение выглядело заброшенным.

Комната была украшена изысканными элементами декора, подчеркивающими высокую перспективу и чувство прекрасного ее владельца, но при этом она казалась мрачной и унылой. Темно красные обои, хромированные рамы для висящих на стене картин и странные на вид предметы создавали еще более сумрачную и причудливую атмосферу. Тусклый полумрак комнаты освещала не лампа накаливания или масляный светильник, а красивый мужчина с ослепительными серебристо белыми волосами.

Его лишенное выражения лицо выглядело до жути холодным и безэмоциональным. Но стоило нашим глазам встретиться, как его взгляд стал таким спокойным и нежным, что я невольно удивилась, как он мог выглядеть настолько безучастным ранее.

— Ты еще не ела. Нет аппетита?

Это был голос тембра бас баритон, к которому примешался слабый вздох.

Его глаза, синие, как море в пасмурный день, были обращены ко мне, суженные и изогнутые. Я беспомощно лежала на кровати, а он чинно восседал в придвинутом ко мне кресле из красного дерева.

В своих длинных пальцах мужчина держал серебряную ложку, а в другой руке — лишенную орнамента миску с белым супом. Зачерпнув ложкой немного бульона, он несколько раз дунул на нее, остужая, после чего протянул ко мне и красиво улыбнулся.

— Попробуй. Я накормлю тебя.

Не вняв его мягкому приказу, я отвернулась.

Мой взгляд обратился к ковру на полу, а его медленно опустился, точно в плену наваждения.

— Не хочешь есть? Принести тебе что-нибудь другое?

— Пожалуйста, отпустите меня...

На последних словах мой голос дрогнул, так как я уже довольно длительное время хранила молчание. Мужчина склонил голову набок, с готовностью откликаясь на зеркал, поэтому не имелось даже возможности посмотреть, как я выгляжу.

— Опять же, это ничего не меняет.

— Меняет, многое меняет,

Он казался странно довольным, как если бы его спасли. Отставив тарелку с супом и серебряную ложку, он слабо коснулся кончиками пальцев моей щеки.

— Я встретил свою единственную принцессу.

Слова безумца были непостижимы, и я опустила глаза, считая количество клетчатых узоров на ковре, изо всех сил пытаясь найти подходящий ответ.

— Я не принцесса.

Я была дочерью белфордского флотского генерала, но, в отличие от моей сестры, со мной обращались холодно и жестоко. Мой отец-адмирал ущемлял меня и люто ненавидел, поскольку я была причиной смерти своей матери. Мне не было известно, почему умерла моя мать — он просто сказал, что это моя вина. Человеком, которого можно было назвать «принцессой», являлась моя сестра Розеанна.

— Полковник Ким нет, герцог Ким. Не пойму, зачем вы это делаете.

— Тэхён.

— Ким... верно.

— А теперь позови меня заново, — мягко оборвав, поправил меня мужчина. С видом таким ласковым, словно учил ребенка правильно произносить слова.

— Да, хорошо, Тэхён. Я расстроена, пожалуйста, отпустите меня.

— Поторопись и поешь.

Он слегкостью игнорировал уговоры наподобие «нет» и «отпустите меня». Герцог, возившийся с тарелкой супа, стремительно остывавшего в зимнюю пору, позвал слугу, чтобы тот принес горячую порцию. Вскоре после того, как ему подали свежую миску с супом, герцог вновь поднес ложку к моему рту.

— Желаешь съесть что-нибудь еще? Скажи мне, что хочешь. Тебе нельзя умирать от голода.

— Не стоит... Я съем это.

С покорным лицом, словно послушная птичка, я приступила к поеданию супа, на каждую ложку которого он заботливо дул и давал остыть.

Съев все, я принялась за маленькие ломтики мягкого белого хлеба и запивала их ВИНОМ.

— Хорошо.

Герцог с улыбкой заправил мне за ухо прядь волос, доходившую до подбородка. Боковым зрением я обратила внимание на аккуратно застегнутые рукава его рубашки и опрятность галстука.

Аромат тела генерала обладал способностью тонко очаровывать людей. Парадоксальная чувственность И Томный голос исходили от чистого и аскетичного облика.

Человек, полный странного очарования сдержанной декадентской красоты.

Имя этого человека, которого лично я описывала как прекрасного, сумасшедшего и благородного безумца, было Ким Тэхён, офицер в звании полковника прогенской армии на территории герцогства Ким империи Проген.

Обращение с похищенной дочерью врага было до крайности странным.

Он, словно бесценное произведение искусства, хранящееся в шкафу, иногда извлекал ее на свет и любовался ею, как чем-то драгоценным. Странными, обедневшими и декадентскими глазами.

Проблема заключалась в том, что предметом его любования был человек, однако был еще один факт, о котором он не знал.

В действительности, меня устраивала эта жизнь в заточении, где мне ничего не нужно было делать. Помимо того, что я могла беспрепятственно общаться с ним, этот беспечный и красивый человек время от времени навещал меня, радуя мои глаза ровно настолько, чтобы не доставлять неудобств. Однако если я буду жить с ним, довольная и удовлетворенная, он может потерять интерес и отослать меня обратно или даже убить. Поэтому я всячески изображала стремление вырваться из заточения, отказываясь от еды и выражая недовольство.

По натуре я была созерцателем, мне нравилось уединяться в тускло освещенной комнате и отгораживаться от мира.

Но это вовсе не означало, что у меня не было друзей. Общение с людьми не тяготило мою дущу, но я предпочитала оставаться дома и проводить время в одиночестве.

Если мне время от времени назначали встречу, я, как правило, снова и снова размышляла, идти на нее или же нет, а потом радовалась, когда другой человек отменял договоренность.

Для меня, жившей в аду, где я была вынуждена ежедневно что-то делать и где меня заставляли верить, что в этом и заключается правда жизни, — такой мир был совершенно новым.

В какой-то мере сбылась моя мечта наслаждаться жизнью в праздности и ничегонеделании.

Это был классический роман под названием «Для вечерней примулы».

Сюжет был о похищенной высокопоставленным чиновником вражеской страны героине, которая влюбилась главногогероя-мужчину, пришедшего ей на помощь.

Роман был написан на основе реальной истории, а женщина, которой удалось сбежать, была вновь схвачена высокопоставленным чиновником и погибла.

Я же стала Пак Дженни  в этом классическом романе о похищении. Моей трагической целью было остаться неспасенной и неоплаканной без каких-либо неожиданных побегов.

Именно поэтому я умышленно стала жертвой похищения вместо моей сестры, главной героини.