グッドバイ ° На прощание

Был в мире ты,И самый тяжкий путьНе был тяжелым.Но вот я одна, и покрыто росойМое изголовье из трав.

Акадзомэ-эмон

I

Он перехватил её и нёс на плече, по лестницам, высоко, на четвёртый этаж замка сёгуна, сквозь кромешную тьму. Кровавые улицы столицы стали светлеть. Солнце медленно приходило к людям, но ещё не показывало свои лучи. Он кинул её на холодный пол одной из комнаты. В который раз ударившись лицом, её нос превратился в кровавое месиво. Кацуми открыла глаза, покрытые мутной пеленой. Она видела силуэт мужчины, затем холодное осознание поразило разум. Попыталась дернуться, но он сел сверху неё и держал руки над ней. — очнулась, Кацуми Яманака, — фамилию он произносил специально, — сколько хлопот ты мне принесла, а могла бы просто умереть той майской ночью. Он сжал её руки сильнее и Кацуми зашипела. У неё кружилась голова, гудели нос и губа, все тело пульсировало от боли. — зачем ты... Предал мою семью?, - сбивчиво спросила она, пытаясь проморгаться. — не ты здесь задаёшь вопросы, - он замахнулся и ударил Кацуми ладонью по щеке. Она сжала челюсти, тихо простонав от боли, — окрепла. Раньше была беззащитной, а сейчас с Бэй-Доу смогла справиться, даже я не мог. — я долго тренировалась, чтобы... Убить того, из-за кого погибла моя семья тогда... — и что же я ещё цел?, - Хью-со противно рассмеялся, — если хочешь побеждать - побеждай.Он спустил руку к поясу её кимоно и развязал его, обножая юное женское тело. Кацуми гневно сверкнула глазами и задергалась. — не смей. — кто тебя спасёт? Твой дружок демон мести? Его уже давно убили, а если все же нет, он умрёт сам. Дзен был последним сёгуном, его месть закончилась. Кацуми сжала кулаки, руки держал Хью-со. И не смотря на свои силы, месяцы тренировок она не могла освободить себя. Паника внутри нарастала. Его грубые руки больно сжали её грудь. — прежде чем развлечься с тобой и убить, я сделаю тебе подарок - расскажу, из-за чего умерла твоя семья.  Видишь ли, я не особо честный человек, который стремится к успеху. Твой отец наоборот, был честным и не стремился ни к чему. Ему до старости нравилось быть обычным военным, он всегда был честным со своими сослуживцами и простыми людьми. Это шаг за шагом приводило его к статусу даймё. Я не хотел лишиться своего звания. Потому что меня раздражал твой отец...У мужчины скрежетали зубы, он уже не видел ничего перед собой, до синяков сжимая хрупкое тело девушки. Она не кричала, терпела. Редкие слезы катились по её щекам. "Когда это закончится?"— пока он был на ночных службах, я был в постели его жены, и даже тогда ты причиняла мне проблемы. Настоящий род Яманака. Случилось непредвиденное, от осложнений финансов в стране мне урезали зарплату, а наши соседи по странам предложили прекрасную сделку - данные о военных флотах взамен на деньги. Всё подвернулось удачно, Кацуми!, - он хищно улыбнулся, — я подставил твоего отца, доложив сёгуну об утечке информации и направив на Яхагуру. Мне отдали приказ убить его и всю его семью. Так все и случилось, жаль жена Яманаки пожалела тебя и не отдала тот чай с ядом. Так бы тебе сейчас не пришлось это все терпеть, ты бы просто умерла ещё ребёнком.— обычные люди рассчитывают на помощь военных и даймё, как это должно быть... А на самом деле вы все гнилые внутри. Это дело для вас не более чем статус...— а что для тебя не гниль? Ты тренировалась и изучила магию только для того, чтобы отомстить, не думая о саморазвитии. Я знаю, как близки вы с этим демоном. Не удивлён. Ведь никто не лучше меня!Он приблизился к ключицам Кацуми и со всей силы укусил её в кожу так, что-та громко закричала."я что, зря бил тебя бамбуковой палкой все это время? Чтоб ты просто так лежала и поддавалось панике? Возьми себя в руки и дай отпор" - старик Акайо эхом говорил с Кацуми в её мыслях. Он был прав. Боль и страх сбили её с пути искусства терпения. Она перестала кричать, напрягла все мышцы тела и вцепилась зубами в руку даймё. Тот закричал, отбросив руку в сторону, в этот момент куноити скинула его с себя.— ты сказал достаточно, чтобы умереть, – Хью-со уже достал свою катану, думая, что он будет сражаться. Она открыла свой короткий меч, отвлекая на него внимание, а другой рукой достала из по тайных карманов сюрикены. Три острых грани вошли в горло мужчины. Он упал, издавая хрип.Кацуми спокойно завязала пояс на своём кэйкоги, вытерла нос от крови и выдохнула. Подошла к нему и села сверху, вытаскивая свое оружие. Слышала, как открылась дверь, повеяло холодом. Кровь хлестала их его ран. Схватившись за горло, он в последний раз пристально смотрел на Кацуми в сумраке утра. Затем его взгляд погас.— не смотри на меня так. Ты сам этого хотел.Она посмотрела на свои руки. Полные крови. Осмотрела одежду - где-то кровь уже давно запеклась.  Последнее напоминание о её врагах.Встала, повернулась к двери. На нее смотрел Тай. Его открытое лицо не выражало ничего. Мертвец видел перед собой дикарку - сбившиеся пряди, кровавое лицо, руки в синяках. Волна любви к этой женщине накрыла его вновь.— возвращаемся домой?, - спросил Тай, протянув Кацуми руку.

II

Они умылись в море. Кацуми помыла руки и лицо, протерла кровавый укус от Хью-со. Море больше не впечатляло её. Она безучастно посмотрела на скрипящие громады-корабли, на лазурные волны морской воды, впитывающей в себя утренний свет, не чувствуя ничего.— как мы будем возвращаться? Мэнэбу и Шибука? — я отведу нас с тобой. Их здесь уже нет. Вместе с телом моего брата. — почему ты ещё не умер?, - Кацуми смотрела на его черты лица, пытаясь запомнить каждый изгиб, каждую морщинку.— у меня ещё есть время, чтобы отвести тебя до деревни.Он поднял её на руки, а она охватила его шею. Она запомнила его запах - запах мёртвого холода. Они вместе стали тенью, с невероятной скоростью проносились через кроны деревьев и крыши домов. Кацуми видела как много жертв, настоящих людей, пропадали, будто точки в её глазах. По ветру, пробиваясь сквозь первые солнечные лучи клубился дым. Столица горела.Совсем скоро, открыв глаза увидела бамбуковый лес. Вдали маленькой каплей виднелся водопад, где проходило первое испытание девушки, а дальше - крыши домов в деревне. Тай опустился на землю и Кацуми следом за ним. Здесь многое поменялось, но ниндзя, которые спали, ещё не заметили этого. Бумажные фонарики, в которых, питаясь магией, были заключены светлячки - упали. Разом, сломались, выпуская своих жителей. Кацуми повернулась к Таю. Тот стоял рядом, смотря только на девушку. Кулон, что она подарила ему, висел на его груди. — что ты хочешь сказать мне?, - спросила она, не желая слышать ответ.— нам пора прощаться.— я не хочу этого... Тай...— я тоже, Кацуми. Но мне осталось недолго.— ты ведь сильный, справься с этим, хоть на чуть-чуть, - ком вновь поднимался к горлу девушки.— на самом деле я слаб, потому что когда-то согласился на эту сделку. Не стоит печалиться из-за меня, я не хочу быть причиной твоих слез, - Тай аккуратно взял лицо девушки в свои руки и нежно поцеловал её в губы, забирая себе всю её усталость и боль. Она отвечала на поцелуй, который был мокрым из-за её слез. Усталость проходила, будто открыв второе дыхание.— иди в дом Акайо. После... Думаю тебе дадут новый дом. Теперь это твоя родная деревня, Кацуми, тебя никто отсюда не выгонит. Иди и не оборачивайся.Ждала от него этих самых слов. Но не дождалась. Кацуми перекидывала взгляд с одного его зрачка на другой, затем опустила голову и развернувшись, медленно поберла назад. Тай проводил её взглядом и исчез, будто его здесь не было.Кацуми шла, беззвучно плача. Она знала, что когда-то это произойдёт. Это не было для неё новостью, но как же больно... Деревня потеряла свою магию после смерти Цая. Помнится, она слышала, что близнецы не могут прожить долго по одиночке. Если умирает один, следом умирает и второй. Но ведь не мог Тай уйти вот так просто... Для этого он должен хотя-бы вернуть маску на древний тотем...Кацуми пронзило, будто иглами. Уже у дома старого знахаря она резко развернулась и побежала в обратную сторону, снимая и скидваая с себя все, что замедляло её бег. На дорогу полетел веер, сюрикены, малый меч и обувь. Она бежала со всех ног туда, куда Тай отправлялся. В последний путь.

III

Безмолвный тотем встретил его ранним рассветом. Карпы кои, что плавали в маленьком пруду, поплыли к берегу, встречая Тая. Он опустился, просунул руку в воду, поглаживая их. Затем вновь поднялся. Бамбуковый лес скрывал красоту, которая являлась проклятием. Достал свою катану. Недалеко от воды находились три острых булыжника. С размаху вонзил свой меч в камень, намертво оставляя его там. Покрутил в руках кулон, что подарила ему Кацуми. Лёгкая улыбка тронула его лицо. Движением ногтя мертвец сделал разрез на своей груди и поместил туда кулон, чтобы забрать с собой в последнюю дорогу. Посмотрел на руку. Серебряный браслет с голубым сияющим в темноте камнем. Он не заберёт его с собой. Ведь когда-нибудь, когда Кацуми смирится и отойдёт от всего этого, она вспомнит про это место и найдёт его браслет. Пусть он останется напоминанием ей, что когда-то в её жизни был демон... — который, я надеюсь, принес ей хоть что-то хорошее...Снял с себя верхнее кимоно, оголяя торс. Взял в руки маску. Ребендзи улыбнувшись, посмотрел на него.— ну что, идём?Тай медленно шёл по воде. Будто не весомый, еле касаясь её, оставлял тонкие круглые волны. Солнце уже наполовину раскрыло себя. Парень остановился после тотема. Немного подумал, выдохнул. Маска вернулась на свое законное место. Он стал возвращаться, ожидая конца. Просто хотел посидеть и подумать, пока не взойдёт солнце. Но тут услышал, что кто-то бежит. — Тай!, - женский крик приближался. Она прибежала сюда, обескуражив Тая. Он улыбнулся, — Тай! Я так рада что успела! Она побежала к нему. Он уже чувствовал усталость, поэтому стоял на месте. Кацуми крепко вцепилась в него, душила в своих объятиях. Он осторожно обнял её, но пошатнулся. Осел на камни. Она молча села рядом на колени, заставила его лечь головой на них. — Мне так жаль, Тай..., - Кацуми смотрела на его бледное лицо, сухие мертвые губы и седые волосы. Он открыл глаза и они стали приобретать цвет. Белые, мертвые, медленно проявляли тёмный оттенок. Она понимала что это значит. Сейчас она увидит, каким он был при жизни, а затем умрёт. — Кацуми... Постарайся жить обычной жизнью, - его некогда спокойный бархатистый голос сбивчиво хрипел. Вокруг становилось все ярче и ярче, на лицо девушки упали первые лучи солнца, — я никогда не думал, что мне повезёт встретить тебя. Спустя сто лет скитаний я нашёл настоящую любовь, — его волосы стали совсем чёрные и блестящие, глаза были красивее ночи. Губы обрели прекрасный алый цвет а кожа стала румяной. Даже когти исчезли с его рук, оставляя погрызанные ногти. Он взял её за руку, их браслеты соединились. Слезы девушки падали на его лицо, усыпанное чёрными веснушками, а он всё улыбался, заставляя её плакать сильнее. Он поднёс её руку к своим губам и долго целовал. Она наклонилась и стала целовать его лицо. Тёплое, как эти самые лучи солнца. — я люблю тебя, Тай... Надеюсь, там ты наконец-то станешь счастлив. — я люблю тебя, Кацуми..., - она крепко обняла его за шею. Он пах свежестью и жизнью. Угасающей жизнью. Стал рассыпаться и петь. Под дующий лёгкий ветер он просто превращался в песчинки, начиная от ног. Не думая ни о чем, пел, но уже не ту страшную демоническую песнь, а что-то лёгкое и тихое. И все время улыбался, прерывисто шепча Кацуми только то, что слышала она. Пытаясь сохранить его рядом, девушка обнимала его крепче. — я стал счастлив с тобой, - тихо шепнул он на прощание. Его лицо рассыпалось. Она пыталась ухватить его, но обняла лишь воздух, что уносил тело Тая далеко за собой. В пруду завелась новая рыбка - белоснежный карп. Демонические песнопения затихли. Солнце означало новый день. Прекрасные журавли летели к вспышке восхода, когда чёрные ленты звёзд на небе сменили красные клубы дыма.