スモーキーファントムのテスト° Испытание Дымчатого Фантома

О светлая луна!Я шла и шла к тебе,А ты все далеко

Тиё Фукуда

I

"Боль моего тела стала приятной. Я уже не чувствовала и не слышала. Зная, что Тай рядом, что я, скоро, умру, мне было спокойно. Будто долгожданный сон после трудного рабочего дня, томительного ожиданиями. Провалилась в него, разрывая связи с миром.Поле. Огромное, бескрайнее поле. И что я делаю здесь? Не важно. Сухая серая трава расстелалась широким покровом, доставая до середины посиневших колен. Чуть дальше я увидела широкую песочную дорогу. Вокруг туман. Кажется, шагнешь не туда и потеряешься, среди этих высоких серых трав. Медленно шагая, я видела как кровь стекает по моей одежде. Встала на дорогу, не зная куда идти. - здесь есть кто-нибудь?, - хотелось крикнуть, но вместо этого вышел сдавленный хрип. На небе не было ни звёзд, ни камет. Лишь огромная белоснежная луна проглядывала через эту дымчатую пелену. И я пошла по дороге к ней - к луне, но она была так далеко, что казалась недосягаемой. Когда я остановилась, из тумана вышел мужчина. Высокий, полупрозрачный, похожий на духа. В белоснежном, праздничном кимоно. Лицо его было расплывчато, так, что я сначала подумала, что это Тай. Но я ошиблась. Мужчина глубоко поклонился, через него я видела еле заметные очертания горизонта. Скрывшись за своим веером, он молча пошёл, приглашая за собой. И я пошла, ведь, по сути, кроме него и луны здесь не было ничего. Мы шли долго, но я уже не могла идти. Чего он ждёт от меня? Что я начну разговор? Остановлюсь? Быть может, он ведёт меня в неизвестность, туда, где кончается жизнь, а я вот так послушно иду? Лишь одно воспоминание о холодных руках своего спасителя заставило остановиться. - извините, господин, где я и куда мы идём? Что это за место? Почему тут все так..., - я хотела продолжить, но дух выставил руку вперёд. - ты задаёшь много вопросов, когда волнуешься, - эти слова, кто-то уже говорил мне их. Сердце бешено поднималось в груди. - и все же, где мы? - там, к чему ты стремишься. К пустоте. - я не стремлюсь к пустоте! - тогда почему ты не выпила элексир жизни, Кацуми?, - призрак повернулся ко мне. Его лицо - лицо старика Акайо. Его частые морщины, бородавки на лбу, слезивые глаза, маленькая, горбатая осанка - все это глядело на меня с сожалением, - я зря столько времени собирал все эти травы, чтобы ты смогла тренироваться? - господин... Это не так, я хотела... - справиться сама?, - фигура призрака стала совсем маленькой - детской. Снизу вверх на меня глядела Наоко, но от её веселья ничего не осталось, на смену пришла грусть и призрение. Направленное прямо на меня. Я не находила себе места. Понимая, что все это нереально, мне было стыдно и неприятно. Почему они накинулись на меня? Я не стремлюсь к пустоте. Я бы справилась сама. - ты не справилась сама. Ты ведь уже мертва, Кацуми, и никогда больше не попробуешь свои любимые суши с устрицами, - Наоко улыбалась и хитро смотрела на меня, - никогда, потому что тебя больше нет. Как тебе, нравится? - это неправда, - вновь попыталась крикнуть я, но хрип нарастал в горле. — знаешь, доченька, я тоже не верил, что мой друг может меня предать... Мужской гулкий бас. Моё тело тряслось само, вот вот готовое упасть. — но случилось именно так. И где я теперь? Его добрые глаза. Яхагура Яманака улыбался. Любимый отец. Реальный. — идём за мной, дочка... Туда, где нет цели следовать мести, там, где ты сможешь постоянно наблюдать за журавлями. Там, где рождается новая жизнь. Он протянул мне руку. Свою тёплую отцовскую руку и я ухватилась за неё, не в силах более сопротивляться. Ухватилась за него и мы медленно пошли вперед, к сияющей вдали луне, которая была все ближе. Папочка рассказывал мне сказки про таинственные страны, про различные виды птиц, что есть те, у которых хвост, словно веер, расправляется и сияет тысячами цветов. Да...Синим, зелёным,фиолетовым... Я смотрела на небо, на туман, который сгущался вокруг, как одеяло, не давал дышать. Но затем решила опустить взгляд на наши руки. Те же самые морщинки, рубцы, некрасивые ногти и отсутствие первой фаланги на среднем пальце. Оторвало в бою. Все то, что мне запомнилось с далёкого детства... Стоп. — а где твоя нить?, - Отсутствие столь важного элемента на его запястье заставило меня опешить. Я остановилась и посмотрела в глаза отца. — я снял её, перед тем как встретится с тобой. - он помолчал, следя за моей реакцией, — разве ты мне не веришь?Яхагура улыбнулся, по отечески мило, достал из своего потайного кармашка на складке красную нить и вложил в мою руку. — вот она, теперь пойдём? — нет.Улыбка поблекла на его лице. Глаза стали отчужденными. — мой отец всегда во время дождя и тумана носил нить на кисти своей руки, - я вновь посмотрела на него и откинула руку в сторону. Красный волос затерялся среди густых серых трав, — потому что у него ныл локоть руки, он верил, что нить поможет ему и вберет в себя всю боль. То, что смотрело на меня, уже не было похоже на моего отца. Гримасса смешалась лицами. Будто маски монстра. — и нить это  была фиолетовых цветов. А я ведь даже поверила, что ты - он. Поднялся ветер. Травы зашелестели друг о друга, стало темно и удушающе, будто в горло налили свинца. Призрак стал огромен и устрошающе навис надо мной, меняя гримассы. Вот - пролетело лицо Наоко, затем матери, потом клюв журавля. И все они истошно стонали.— я спрашивать более не буду - у тебя последний шанс пойти за мной, - острые черты лица Тая, его белоснежные глаза заглядывали мне в душу.Нельзя идти за ним, что бы это не было. Я развернулась и пошла в обратную сторону - быть может там я найду дорогу назад. Шла, пока меня не пронзила рука, прямо в спину. Не насквозь, будто рыская внутри моего тела, прошла и вторая. Он вселялся внутрь меня, а я не могла противится. Его голос ядом звенел в голове.— ты выбрала путь жизни, - что-то внутри меня хрустнуло и болью отдало в руке, я закричала, но даже собственный тонущий крик не может заглушить его голос, — я восстановлю тебя изнутри, чтобы ты более не искала пути к смерти."

II

Боль закаляет человека. Заставляет его прочувствовать, научиться жить. Когда на юную девушку, не знавшую, что такое женские огрубевшие руки, навалились испытания, она познала боль.Фантом, вселившийся в неё, залечивал её раны. Путем соединения костей, завязывания сухожилий, сростания тканей. Он делал это все своими бесформенными руками и каждое движение в теле Кацуми отдавало болью и жуткими картинками. Она кричала там, в мираже, кричала в доме Тая, и весь этот крик был криком, означавшим, что Кацуми будет жить.

III

— для каждого человека, после пройденного испытания деревянной марионетки даётся свой элексир, раскрывающий некогда запечатанные в людских душах магические способности.— ты можешь рассказать мне - кто эта деревянная марионетка в виде самурая и почему она даёт эликсир?Они сидели рядом с друг другом. С плеч Кацуми свисал плед, они пили горячий успокаивающий чай с шалфеем. Когда девушка успокоилась, она поспала, а затем проголодалась, но кроме чая ничего не хотела. — по легенде, этот самурай жил более пятиста лет назад. Это был опытный воин по имени 木 - Ки, любивший деревянные статуэтки, доспехи и леса. Однажды, его отправили на задание - в лесу был лагерь разбойников, который нужно было разведать и убить предводителя, разрушив лагерь. Оказалось, что Ки мешал многим воинам достичь успеха, потому что превосходил их по силе и технике. Ки был очень доверчив и добр, поэтому не заметил подлости, когда его соратники рассказали план дела, - Кацуми внимательно слушала Тая, его тихий бархатистый голос, тёплый чай и уютная обстановка после стольких мучений показалась ей обварожительной. Она не хотела прерывать. Особенно тогда, когда Тай рассказывает что-то сам, когда из него не нужно вытягивать - эти моменты она ценила больше всех. Тай продолжил:— они льстили Ки, говорили, что он намного опытнее и хитрее их, поэтому без труда разведает обстановку первым, а они пойдут следом. Конечно, они шли за ним до первого поворота, а затем оставили и вернулись обратно. Ки долго шёл по наводкам своих сослуживцев, но до места так и не дошёл - лес из множества высоких деревьев погубил его. Так он и сел рядом с деревом, сел - и уснул. Грёзы окутали его так, что Ки не заметил, как на его теле выросли из корней дерева доспехи. Место его вечного сна стало называться "голубая арена", а нити, которые движут Ки - ниточки доверия, за которые, как марионетку, дёргали его друзья.— то есть, это и вправду живой Ки?— уже не живой. Он давно превратился в куклу, но душа течёт по его древесному обличию. Он не пытается убить людей, а все ищет с ними достойного боя. С ним бились все жители деревни, которых ты знаешь, и все те, кого уже нет с нами. В награду он отдаёт человеку элексир жизни.Кацуми посмотрела на маленький пустой сосуд, спокойно лежавший на столе. На дне его все ещё осталась капля, похожая на жидкий туман.— каждый эликсир уникален. Кому-то достаётся магия огня, воды, растений. Кто-то может управлять воздухом, грозой, животными..., - Тай взял этот сосуд и разболтал каплю на дне, — ты видишь что это?— серое. Будто... Туман...— верно. Тебе достался туманный эликсир. Очень редкий и по настоящему ценный, я даже не ожидал, хотя предполагал.— предполагал? Я что - сама очевидность.— Кацуми - иероглифы твоего имени переводятся как туман. Вот я и подумал, быть может, все элементарное просто.— но то, что я видела тогда, нельзя считать просто действием эликсира, ведь так? — да, это было твоё третее испытание. Если человек слаб, он отторгает свою же жизнь и принимает смерть. Каждый видит то, чего боится сам. Либо то, что ему очень нравится и может заманить его. Борьба с этим - путь к победе в третьем испытании. — не верю, что я прошла все три этапа... — ещё нет. Мало получить магию - ей нужно овладеть. — а какой эликсир достался тебе, Тай?, - она с интересом взглянула на него и нашла ответный заинтересованный взгляд, — дай угадаю, морозный эликсир? Холодный, да?— да, но я не выпил его тогда. Отец отобрал сразу же, стоило мне вернуться в деревню. Мне нельзя было использовать магию, я был рождён самураем. — но как же ты вернулся целым и невредимым?— у нас с Ки тогда был отличный бой, в котором я вышел победителем.— и Ки совсем тебя не ранил?, - Кацуми изумленно посмотрела на свои некогда синие колени.— лишь пара заноз на пальцах.Они оба засмеялись.