5. Прошлое шагает рядом

                        ___________________________

5 сентября. Утро в Академии началось необычно — воздух будто дрожал от ожидания. В коридорах шептались студенты, передавая друг другу новости: сегодня возвращается наставник факультета «Дух Зверей».

Доминика сидела за длинным столом в столовой, но еда оставалась нетронутой. Что-то внутри подсказывало ей, что день будет особенным. 

Люсия весело рассказывала о своих успехах на занятиях, но Доминика слышала только обрывки слов. В голове туманы.

Когда девушка направилась к залу «Духа Зверей», по каменным стенам эхом прокатился звук шагов. Ровных, уверенных, но с мягкой тяжестью человека, который давно знает, куда идёт.

— Ученики, — раздался знакомый голос Эвелин, — позвольте представить вам вашего наставника.

Дверь зала тихо открылась. Вошёл мужчина в тёмной форме Академии, высокий, с холодным взглядом и спокойной улыбкой. Его шаги были уверенными, а осанка — безупречной. В руках он держал тонкий свиток, перевязанный серебряной лентой.

— Это и есть наш наставник, — прошептал кто-то.

Мужчина остановился у кафедры и спокойно произнёс: — Меня зовут Дилан Риверс. Я ваш наставник «Духа зверей».

Шёпот прокатился по залу — имя этого наставника знали многие. Доминика подняла взгляд, и вдруг воздух будто стал плотнее, наполненный энергией, которую она уже когда-то ощущала.

За дверью мелькнула фигура Люсии — она лишь заглянула, чтобы посмотреть, как проходит урок у другой группы.

— Любопытство — не порок, если оно не мешает другим, — заметил Риверс, даже не глядя в её сторону. Его голос был мягким, но в нём звучала скрытая сила.

Люсия улыбнулась, коротко кивнула Доминике и исчезла за дверью.

Риверс провёл взглядом студентов. — Сегодня мы начнём с простого. Узнаем, кто из вас способен не просто услышать зверя — а стать его частью.

Доминика почувствовала, как камень под её рубашкой едва заметно нагрелся, будто отзываясь на его слова. Она инстинктивно прижала ладонь к груди, скрывая это движение.

Дилан на секунду задержал взгляд на её руке. Не осуждающе. Не настороженно. А скорее... словно что-то узнал.

Но он ничего не сказал. Продолжил обход, будто не заметил.

— Сегодня ваша задача простая, — произнёс он, став перед клеткой с вороном. — Просто попробуйте почувствовать животное. Не слышать. Не управлять. А ощутить.

Ученики сосредоточенно закрыли глаза. Доминика тоже попыталась.

Но едва она сделала вдох, в голове прозвучал знакомый, чуть хриплый голос:

«Он... вернулся. Тот, кого ты знала».

Это был ворон. Он смотрел прямо на неё, моргая блестящими глазами.

Доминика резко отвела взгляд, сжав кулаки. Сердце стучало слишком громко.

Не сейчас. Не при всех.

Риверс снова коснулся её взглядом. Его глаза слегка сузились, будто он уловил что-то странное в её реакции.

— Прекрасно, — тихо сказал он, обращаясь ко всем, но словно специально в её сторону. — Если вы что-то почувствовали — не пугайтесь. Это нормально.

Слово «почувствовали» прозвучало особенно. Слишком точно. Слишком вовремя.

Доминика опустила голову, боясь, что он заметит, как дрожат её пальцы.

Но Дилан лишь продолжил урок, а Доминика старалась не встречаться с его взглядом — и одновременно не могла избавиться от мысли, что именно он стал причиной, по которой камень теперь пульсирует сильнее.

                           ___________________________

Когда урок подошёл к концу, ученики начали шумно собирать свои записи и расходиться по коридору. Доминика поднялась одной из последних — ей казалось, что ноги стали ватными.

— Доминика Эванс, — вдруг произнёс Дилан спокойным тоном. — Останься на минуту.

Она замерла. Её фамилия прозвучала слишком чётко, слишком уверенно — будто он повторял её не впервые.

Студенты переглянулись: кому-то было любопытно, кому-то завидно, а кто-то просто пожал плечами. Никто не задерживался. Через минуту в аудитории остались только они двое.

Дилан стоял у стола, чуть опираясь ладонью о край. Он не выглядел сердитым, но в его взгляде было что-то сосредоточенное, словно он пытался вспомнить забытое ощущение.

— Эванс... — повторил он тихо, почти для себя. Пальцы его чуть коснулись виска, будто он перебирал воспоминания по ниточке.

Доминика стояла молча, сжимая в кулаке край рукава.

— Ты... откуда? — наконец спросил он. Голос прозвучал мягче, чем на уроке.

— Из Винтера, — ответила она, стараясь говорить ровно.

Глаза Дилана слегка расширились. Он выпрямился, словно что-то сложилось в его памяти.

#Flashback# "Камин. Дилан. И маленькая девочка укутаная пледом, сидит у него на коленях.—Ты завтра уезжаешь, а когда вернешься? — маленькая Эванс была расстроеная — Ди, я буду скучать"

— Значит, действительно ты, — выдохнул он чуть слышно.

Он сделал полшага назад, будто давая ей пространство, и уже официальным, ровным голосом сказал:

— Я просто хотел уточнить данные о твоём происхождении. Академия должна знать место жительства каждого студента. Ты свободна.

Ни один мускул на его лице не дрогнул, но в его взгляде вспыхнуло то самое знакомое напряжение — как будто он узнал её. По-настоящему узнал.

Доминика кивнула, быстро вышла из аудитории и закрыла за собой дверь. Камень под рубашкой стал горячим, будто реагировал на имя, которое она услышала — имя, которое было частью её прошлого.

                                     _______________________

Коридор оказался холоднее, чем она помнила. Доминика вышла почти бегом, будто воздух в аудитории вдруг стал слишком плотным и давящим. Она не понимала, почему её так выбило из равновесия: ведь наставник всего лишь уточнил данные.

«Странный он какой-то...» — подумала она, поправляя ремешок сумки.

Но мысль быстро исчезла — уступила место усталости. День был долгим.

Она даже не подозревала, что за дверью аудитории Дилан Риверс всё ещё стоял на том же месте, не шевелясь.

Он провёл рукой по столу, будто стараясь ухватить тонкую нить воспоминания, которое так резко вспыхнуло, когда он услышал фамилию Эванс.

— Девочка из Винтера... — тихо сказал он себе под нос. Его голос был хрипловатым, будто от неожиданного удара по памяти.

Он помнил маленькую семилетнюю девочку, смелую и светлую, которая когда-то бегала по побережью и каждый раз падала, потому что боялась подходить близко к воде. Помнил её звонкий смех. Помнил, как она называла его «старшим другом», хотя он был всего лишь подростком, который подрабатывал помощником её семьи на лето.

Но сейчас перед ним стояла почти взрослая девушка. Серьёзная, сдержанная. И совсем не похожая на ту маленькую Доминику.

Он провёл рукой по лицу и глубоко вздохнул. — Начнём всё сначала, — пробормотал он. — Без прошлого. Она меня не узнаёт... и это даже хорошо.

Но где-то внутри зародилось странное беспокойство. Словно судьба дала ему второй шанс. Хоть он и не просил.

Доминика закрыла за собой дверь своей комнаты и едва успела сделать шаг внутрь, как Люсия тут же подняла голову от своей тетради.

— Ну что?! Как он? Говорят, твой наставник строгий, как каменная статуя, — выпалила она, подаваясь вперёд. — Он хоть нормальный? Или будет мучить вас заданиями до полуночи?

Доминика сняла сумку и осторожно опустилась на кровать. — Он... обычный, — неуверенно ответила она.

Люсия вскинула бровь. — «Обычный»? Ты так сказала, будто видела привидение.

Доминика отвела взгляд. Она сама не понимала, что именно её смутило. Не строгий голос. Не уверенные шаги. Не его пристальный взгляд.

А то странное ощущение, будто он кого-то в ней узнаёт.

Она вздохнула: — Он просто странно на меня смотрел. Будто... будто знает что-то.

— Что? — наклонилась Люсия.

— Не знаю, — Доминика покачала головой. — И ещё...

Она замолчала. Образ ворона вспыхнул в памяти. Его блестящие глаза. И голос, который никто больше не слышал:

«Он... вернулся. Тот, кого ты знала».

Люсия уже открыла рот, чтобы снова задать вопрос, но девушка лишь покачала головой: — Не важно. Я сама не понимаю.

Люсия изучала её лицо, пытаясь понять, что скрывает подруга, но в итоге только фыркнула и легла на кровать.

— Ладно. Но если он тебя бесит — скажи, я врежу ему корнем плюща, — пробормотала она, заворачиваясь в одеяло.

Доминика тихо улыбнулась. Но внутри неё всё ещё дрожал вопрос, который не давал покоя:

Почему наставник смотрел на меня так, словно знал меня всю жизнь? И что имел в виду ворон...

Ответов не было. Только камень под рубашкой — тёплый, живой — словно ждал, когда она сама всё поймёт.