Отбросы общества.

Он не понимал что происходит, но я тут же ему всё рассказала. Он не злился, а мне было невыносимо находиться с ним в ту минуту. Впервые за долгое время я чувствовала боль, чувствовала, что меня по-настоящему оскорбили. 

В принципе, воспитатели в школе-интернат постоянно проходились по родителям. Говорили о том, что мы им не нужны, что мы станем такими же, как они. Первое время ты защищаешь своих родителей, какими бы они не были. Ты понимаешь их. В тебе живёт надежда, что они когда-то тебя навестят, они ведь обещают. Когда-то вас заберут домой. Ты никому не позволяешь даже произносить их имя. Но со временем надежда исчезает и тебе уже совершенно всё равно на оскорбления и по барабану на родителей. Ты привык, что не стоишь и цента. Жизнь твоя принадлежит исключительно лишь тебе, но и тебе она тоже не нужна. Просто не знаешь что с ней делать. Эмоции исчезают, ты просто злишься, либо ничего не испытываешь. Никаких эмоций. Тебя же никто не пытается как-то порадовать, ты просто не умеешь принимать подарки. Тебе никто не говорит какой ты красивый сегодня и какой молодец, что прочитал очередную книгу или нарисовал рисунок.

 Я ни разу в жизни не слышала искренние слова: "Я тобой горжусь". 

Первый раз отбросом общества я почувствовала себя именно в школе, когда мне об этом сказали. А после, когда была "эра" аськи, со мной отказывались общаться после того, как я говорила, что учусь в школе-интернат. Когда мы ездили в разные лагеря за какие-либо заслуги, "домашние" дети (так мы их называли), относились к нам пренебрежительно. Как к мусору. Скорее всего, мы и были такими. Бесполезными. Озлобленными.

Могу вам сказать, что именно поэтому дети без родителей такие агрессивные. Им постоянно "вдалбливают" в голову, что они никому не нужны, их ни во что не ставят, не считаются с мнением. В школе-интернат признавали лишь талантливых детей и, конечно, в особенности, домашних, что у нас обучались. Баторские дети не поверят вам, если вы скажете им то самое предложение: "я тебя люблю". До последнего не поверят. Такие дети постоянно будут начеку и будут знать, что нужны вам только за чем-то. 

Такие мысли ходят из года в год. Моральное давление каждый месяц, каждый день, каждую минуту. А после чужих слов вечерами сам себя начинаешь загонять в угол. С таким давлением я прожила в школе 8 лет.

Сергей знал мою историю, но не понимал смысла. Не хотел вникать как на что-то я буду реагировать и как я чувствую что-либо. Думаю, ему не особо было важно. Он был уверен, что я хороший человек и только поэтому он был со мной и всё канючил: "Ах, если бы ты встретилась мне раньше!". 

В тот вечер он ничего мне не говорил. Не было извининений, он лишь крепко меня держал, чтобы я не смогла вырваться из этих объятий. Я всегда думала, что меня это бесит ещё больше, но на самом деле, объятия - это нужная мне вещь. Если говорить о них, то на этот счёт я тоже немного странный человек и заметила за собой особенность. Я не люблю телесный контакт, стараюсь его избегать. Не люблю, когда ко мне прикасаются посторонние люди и  всех людей обнимаю лишь одной рукой, ненадолго прислонившись. Те люди, которые действительно мне нравятся и я им доверяю - обнимаю двумя. Это происходит как-то автоматически. 

Сергей дейсвительно раскаивался, но с подругами своими общение не прекратил. Мы как-то замяли этот конфликт и той ночью я всё же, осталась у него. Среди ночи я проснулась от страшного сна. Мне снился отец и говорил о том, как сильно он устал и как очень хочет забрать меня к себе. Проснулась в слезах. Сергей чуть приподнялся на локте:

- Что случилось? , - сонно спросил он.

- Отец приснился...хочет забрать меня к себе , - всхлипывая поделилась я.

- Хм, надеюсь, ты заснёшь , - сказал он и лёг обратно. 

Молча вышла в гостиную и легла на диван. Плакала еле слышно, не хотелось кого-то разбудить. Он вышел чуть позже за мной, удивившись, что я не вернулась в постель, но я его выгнала из гостиной и осталась спать на диване. Было больно, но предпочла это стерпеть. Видимо, была слишком юна, мне было 19 лет. Всегда считала, что если вступила в отношения, то будь в них до конца. 

До сих пор не могу разобраться правильный ли это принцип. 

P.S.(фото с тех самых времён, в моей первой съёмной квартиры, я и моя тётя)