9 В

Какое – то время в нашей второй общаге проходил ремонт, нам никто точно не говорил, что там будет, но по слухам мы догадывались, что там будет больше комнат. Так и было. Я стала жить с 2-мя девчонками: Лена и Света и мы, вроде бы, ладили. В классе нас было немного и у каждого мальчика имелось прозвище, так что я училась не с: Димой, Сашей, Сашей, Костей, Ваней, Андреем и Андреем; а сквидвартом, кашкой, малым, клоуном, виноградом, стёпой и слоном. У девчонок прозвищ не было. Все, как обычно, разбились по парам, чтобы вместе сидеть, учиться, сплетничать и тому подобное. Я, соответственно, сидела одна. Каждый человек в моём классе был по – своему обычным и особенным. Со Светой мы сначала ладили, по крайней мере, я так считала, потому что она мне говорила гадости про Лену, а когда злилась, то приводила меня в комнату и просила постоять у двери, а сама плевала ей под подушку и просто на кровать. Она редко со мной разговаривала, чаще с упрёками или наездами, что-то типа: «Ты красивее, чем я». Конечно, это всё было в форме шутки, но подтекст был понятен. Так же, и когда – то Наде, я пыталась ей угодить. Не знаю...может я и её тогда боялась. Нет, я с ней никогда не дралась, но такие же пакости, какие она делала своей «подруге», мне бы не хотелось обнаружить. Вскоре, появилась у нас такая вещь, как общая тетрадь. Её мы выделяли для переписки между собой, то есть: мной и Светой. Практически у каждого в школе имелась такая же особенность, в которой, вроде бы, нет ничего особенного, но именно в ней мы высказывались по полной. Сплетни, гадости о ком-то, от скуки, симпатии к мальчикам, иногда даже претензии друг к другу. Перечитывая тетрадь, которая и по сей день у меня сохранилась, я увидела, что гадостей практически не говорила, лишь поддакивала ей. Лена была спокойной. Общения со мной она не избегала, но тоже старалась держаться подальше. Хотя, когда ссорилась со Светой, я ненадолго становилась её подругой. Было у нас в классе ещё несколько девочек: Виолетта, Настя и Вика. Но они всегда держались втроём. Кстати, Света и Светы были сёстрами, но частенько не ладили. Костик (клоун) поступил к нам в школу совсем недавно и был обычным парнем, с которым мало кто общался. На уроках он не отвечал намеренно, получал двойки, а во всех его карманах можно было найти много всяких проводов, батареек и болтов. Практически все его называли «клоун» и он, конечно, не был против, т.к. редко отвечал кому – либо грубостью на грубость. Я же называла его Костик. Он был высоким парнем, очень худощавым, но с большими красивыми глазами. Андрей (слон) плохо слышал и на уроки почти не ходил. Такое прозвище он получил из – за лопоухих ушей. Ни с кем не общался, никому ничего не давал, если просили и пропадал на трассе М-1, где стрелял мелочь или же сидел у знакомых в шиномонтажке. Ваня (виноград) был парнем молчаливым и невероятно спокойным. Именно он мне очень нравился и, конечно, не только мне, но и Лене. О своей симпатии я молчала. Ваня на меня часто поглядывал и я очень смущалась...сами знаете, бабочки внутри, робкие взгляды и нелепые действия. Хотя, я всем видом пыталась показать, что мне всё равно, но плохо получалось это скрывать. Вика, Виолетта и Настя всегда держались вместе. На уроках редко отвечали или пропадали где-то. Спустя какое-то время я сблизилась с девчонками и попала в компанию к Лене и Свете. Нам было уже по 13-15 лет, Света была самой маленькой. Мы вместе ходили в столовую, курили на переменках, занимали денег у воспитателя, покупали пиво и после отбоя веселились. Вообще, после отбоя начиналась ночная жизнь. Много парней приходили к девчонкам, и в нашу компанию стал похаживать взрослый парень по имени Максим. Его многие боялись, даже воспитатели, но он оказался очень весёлым. У него был друг по имени Женя (лебедь), с которым начала встречаться наша Виолетта. И так, наша компания пополнилась на ещё одного человека. Ему было 17 и, конечно, нам троим он очень нравился и не как друг. Особенно, он нравился Свете и она без умолку об этом говорила. Свою симпатию я, как обычно, скрывала и Лена тоже. Так проходили дни за днями. Мы со Светой переписывались в тетради о том, какой он классный, виделись с ним мы каждый день, а иногда даже после отбоя спускались по простыням с третьего этажа и выходили на улицу гулять. Однажды, я, Лена и Максим под утро так же спустились на улицу и мне было невероятно страшно спускаться по простыням, так как уже не один человек, таким образом упал и ломал спину, ноги и руки, но я хотела показать, что я ничего не боюсь. Со мной всё было хорошо, но Максим так боялся за меня и пытался меня поскорее выловить снизу, хотя я просила его отойти. Между нами была какая-то магия...что-то электрическое. От его взгляда всегда становилось так тепло и уютно, но я понимала, что если позволю себе что-то большее, чем просто улыбку, то дружбе в моей компании конец, а именно, я буду в списке врагов у Светы. Он тоже себе лишнего не позволял, думаю потому что, я была ещё слишком юной. Как только мы спустились на землю, наш путь продолжился в сторону озера. Рассвет вот-вот должен был показаться над горизонтом, и было так невероятно свободно на душе. Мы подошли к дамбе, и почти сразу к нам подъехала машина, за рулём которой сидел молодой мужчина, а рядом с ними сияющая женщина. Они подошли к нам и попросили посторожить машину, пока они сходят к берегу и сунули деньги. Купюра на троих была не маленькой, поэтому мы немного были ошарашены и не успели мы отойти от этого состояния, как они уже вернулись, сунули нам снова деньги и счастливые уехали. Мы были навеселе и пошли в сторону М-1, чтобы купить сигареты, но тут же замерли. В 5 метрах от нас на трассе застыл прекрасный олень, который так же, как и мы просто пялился на незнакомое существо, а потом резко скрылся в чаще леса. Мы активно обсуждали его, продолжая путь, но олень был не последним сюрпризом. Мимо нас по той же трассе с одной обочины на другую резко пробежала маленькая стайка кабанчиков и я с криком: «П осмотрите какие милые свинюююшкиии», побежала за ними. Максим меня схватил за шкирку и резко оттолкнул за спину. В ту же минуту за стайкой пробежал огромный кабан. Он, конечно, посмеялся над этой ситуацией и надо мной, но я не знала, что это может быть опасно. Мы уже возвращались назад в общагу, но решили забраться на дамбу, свесить ноги и встретить рассвет. Это была самая прекрасная ночь.