Откусанная шоколадка.

Привет, дружок! Прости, что меня так долго не было...Новый год на носу, нужно помочь и там, и сям) Завтра уже 30 число, а новогоднее настроение так и не пришло. В баторе, как ни странно, новый год всегда был волшебным. В начале декабря нас просили писать на листочках свои желания, что бы мы хотели получить в подарок от волонтёров. Никто не писал чего-то заоблочного, нам говорили примерную сумму, на которую можно рассчитывать. Не помню о чём я просила в младших классах, но в старших писала уже слово «ничего». Запомнила одну волонтёрку по имени Нина. Желание, что я писала, она не исполнила, но сделала подарок гораздо круче, вложив такую любовь, что коробочка буквально светилась. Конечно, я немного утрирую, но я прямо влюбилась в буквы и строчки, которые она написала в поздравительной открытке. Тут же написала ей ответ, пока волонтёры не уехали, чтобы передать и ей мой новогодний привет, положив в первую попавшуюся коробочку самую красивую игрушку и откусанную мной шоколадку)) Да...знаю-знаю, отвратительно) Но мне кажется, что это так по-детски искренне – отдать то, что доставляет тебе радость, а именно вкуснейшую шоколадку, которую я уже откусила, но так хотелось с ней поделиться) Каждый праздник готовился концерт, в которых я уже активно учавствовала. Кстати, перед практически каждым новым годом активистов школы и хорошистов возили в Москву в цирк Никулина на Цветном бульваре, где выступали «звёзды», с некоторыми из них мы даже танцевали на одной сцене. А один раз я съездила в Итальянское посольство, где для нас выступала Тина Канделаки. Я рассказываю это к тому, что если бы я не попала в интернат, я этого не увидела бы. В интернате было лучше, чем сейчас. Та атмосфера, те люди, те эмоции и поездки...этого не повторить. Хотя, я по – прежнему держалась от своих одноклассников в стороне, со мной никто не общался, да и не горел особым желанием. Парочка парней пыталась ко мне подступиться, с целью отношений, но я испуганно отступалась. В процессе всяких репетиций, подготовок к праздникам, я начала хоть с кем-то общаться. Я не хотела прекращать петь и каждый день ходила на вокал после ужина, один спетый куплет в микрофон или аккапельно невероятно быстро успокаивал меня. Старшеклассницы тоже иногда приходили на кружок в то время, когда там была я. Их все боялись. Мне было непонятно почему их боятся, если они делают всё правильно, а именно: давали пинка тем, кого ловили за курением или пьяными, разговаривали с теми, кто ходит на трассу и клянчит мелочь и наказывали тех, кто сбегает из интерната. Я не говорю о каких-то побоях или дедовщине, это простые разговоры старших к младшим, которых некому воспитывать. Вы бы сказали: «В каждом классе есть воспитатели и это их работа!» Возможно, вы будете в чём – то правы, но в каждом классе было минимум 20 человек. Прошло какое-то время и из-за большого количества людей в одном классе, нас разделили на 2 класса «9А» и «9В». И меня перевели. Я подумала: «Ну неужели!». Но не тут – то было. Тут ждало меня что – то похуже.