Чувствую, что я всего лишь неприятность.

На дворе была глубокая ночь, все не спали. Я выбежала на улицу и услышала где - то в темноте звон стекла. Когда кто-то вышел с фонарем в руках, и посвятил в темноту, я увидела её...зареванная...бьёт кулаком маленькие окошки чужого, заброшенного,соседского дома.

Я застыла. Мне не в первой было видеть это. Я помню пару дней назад как ушла с хозяином дома гулять, никому не сказав ничего. Хозяин дома даже не заметил, что я шла за ним, а когда развернулся и увидел меня, то спросил:- Мама знает, что ты со мной ушла?- Нет.- Так волноваться будет, сейчас же беги назад.Я побежала домой изо всех сил, было стыдно, что я не предупредила никого и ушла, одновременно было от чего-то тревожно. Быстро забежав на холм, я нашла маму и встала на против неё в метрах трёх , не в силах пошевелиться...Она держала лезвие от станка в руках. Я знала где она его прятала, она показывала мне свои "тайнички". Медленно подняв голову, она спросила:- Где ты была?- Я ушла с дядей гулять..., - виновато подтупив взгляд, ответила я.Она очень медленно провела лезвием по вене и продолжила смотреть мне прямо в глаза, сказала:- А ты подумала о том, что я могу волноваться?Я потеряла дар речи, я просто стояла как вкопанная,меня начинало потихоньку трясти.Она встала и ушла в дом, а я продолжила стоять на месте.

Мы зашли обратно в дом, мама легла на кровать и тихо попросила:- Сонь , принеси водичкиЯ выбежала из комнаты и быстро набрала воды в кружку и бегом пошла к ней.- Мам, держи , я принесла!Она не ответила. Она лежала на коленях своего мужика с закрытыми глазами, и будто не дышала...- Мам! Я принесла воды! Возьми!, - я сорвалась на крик, мне было страшноОна молча лежала. Мне показалось, что она умерла. Я выронила кружку из рук и выбежала из комнаты захлёбываясь слезами. Я налетела на хозяина, он остановил меня к спросил:- Что случилось?Я не могла ответить ему, он побежал в ту комнату, а я задыхалась от слёз в другой части дома. Чуть успокоившись,я услышала смех. Её смех. Я очень обрадовалась, но позже поняла, до чего же это была жестокая шутка надо мной. Восьмилетним ребёнком.