Глава 18: Воспоминания о будущем

— Марга бросила в Нияре свой транспорт, — Мэв шагала по железным ступеням винтовой лестницы вверх. Тяжёлые шаги Паромщицы отдавались гулким эхом. — Регистрационный номер привёл ищеек Ведомства сюда, в Хорс-Вигар. На моих людей облавы. Скорее всего, кого-то схватят и сделают козлом отпущения.

Тир поднимался следом, отставая на две ступени. Мэв ни на секунду не выпускала его из фокуса внимания. Доверяет, но проверяет, понял молодой Лоцман. Подставленная ему спина — ещё один тест.

— Это скверно, — продолжала Мэв. — Но не это меня пугает.

Тир затаил дыхание. Что же может пугать бесстрашную и циничную Мэв?

Винтовая лестница привела их на смотровую площадку на шпиле башни, венчавшей каменицу. С её высоты открывался вид на Хорс-Вигар: извилистые улочки Старого города то круто поднимались вверх, то ныряли вниз вместе с покатыми склонами. Дома теснились друг к другу, пестря черепицей крыш.

Вдалеке солнце отражалось в окнах современных высоток. Город кипел жизнью, дышал своим, неповторимым ритмом. Ещё дальше поднимались зелёные склоны гор, поросшие сосновыми лесами. Ближе к горизонту заснеженные пики устремлялись к облакам.

— Красиво? — усмехнулась Мэв. Она прищурилась, внимательно наблюдая за выражением лица Тира.

— И холодно, — он выдохнул пар. — Не томи, Мэв. Что ты хотела мне показать?

— Наберись терпения. Теперь сделай то, чему вас учили в ваших Школах. Загляни мне в голову и посмотри на эту красоту моими глазами.

Тир тряхнул головой и послушно заставил себя привести восприятие в фокус. Он потянулся лучом внимания к разуму Мэв и на какое-то время словно стал ею, увидел город сквозь Призму её сознания.

Всё тот же, кипящий жизнью Хорс-Вигар, но сквозь него отчётливо просвечивала другая реальность. Она была там же, каждую секунду становясь всё проявленней и плотней.

...Вместо Старого города — зияющий, глубокий и жуткий чёрный кратер. Словно гигант вырвал и испепелил сердце Хорс-Вигара, оставив на его месте адский котлован. На его краю — обожжённые остовы разрушенных зданий. В пропитанном дымом и гарью воздухе стоит трупный запах. Собаки откапывают и пожирают человеческие останки. Бульдозеры сгребают тела погибших в общие ямы, и над всем этим — оглушительные крики вороньих стай.

Тир захлебнулся отвращением и ужасом.

— Смотри, — приказала Мэв.

Он перевёл дыхание и заставил себя вернуться в её сознание. Он снова видел город её внутренним зрением.

Немногие из тех современных домов вдалеке уцелели. Большинство наполовину разрушены и смотрят чёрными, выгоревшими глазницами. От города по воздушным трассам удаляются спасательные транспорты, унося с собой немногочисленных выживших, а на земле мечутся те, кто не успел, кто навсегда остался в этом горящем кошмаре. Копоть поднимается к небу, заслоняя собой заснеженные вершины. Вдали догорают разрушенные кварталы.

Тир, наконец, вырвался из ужасающей реальности её разума.

— Что это? — Он почти задыхался.

— Война, — лицо Паромщицы исказилось от боли. — Война, страшнее всех войн, которые мы до сих пор видели.

Ветер сорвал с крыши горсть мёртвых листьев и закружил их в воздухе. Тир перестал ощущать холод. Ему хотелось только одного — чтобы Мэв продолжала говорить.

— От рождения мне достался бесполезный дар. Уж лучше бы я, как ты, владела боевой эмпатией. Но уж как есть... когда я смотрю на предмет, я вижу его настоящее, и прошлое, и будущее. Одновременно. Понимаешь?

Тир недоверчиво кивнул.

— Например, я смотрю на тебя и вижу и мальчишку на пляже с Ниммгаром, и молодого гордого всезнайку, и Дракона...

Тир вздрогнул. Теперь он смотрел на Мэв во все глаза.

— Возможно, ты ещё станешь им, когда уйдёшь в высший мир. А когда смотрю на родной город — то вижу его судьбу. Страшную судьбу.

— Когда? — только и смог произнести Тир.

— Надеюсь, я не доживу, — Мэв вновь встретилась с ним глазами. — Но Саора не должна оставаться без оружия. Без таких машин, как "Шторм", способных нас защитить. Теперь ты понимаешь? Ты понимаешь, ЧТО на кону?

Тир медленно кивнул. Перед его глазами ещё стояли картины смерти и разрухи.

— Теперь я всё чаще так вижу, — горько произнесла Мэв.

— Ты думаешь... — начал он.

— Тот рейс — ключ ко всему, — прервала Паромщица. — Сот-лодорианский узел — непростая развязка. До конца он так и не изучен. Издавна с ним связано много тайн. В переплетении феноменов и Путей может скрываться всё, что угодно...

Она ещё раз посмотрела на город, туда, где открывалась жуткая картина, видимая только ей.

— Виновных надо найти, Сет, — эхо её слов повисло в воздухе. — От этого зависит жизнь всех нас.

***

Операционник Райв Густав Фавел подошёл к стойке, свернул в арку слева и направился к неприметной двери на задворках бара 39-й Причал. У самой двери он отшатнулся — из Зала Собраний размашистой походкой вышел инспектор Арбитража Галь Теор Шеррель. Он пролетел мимо, не отвечая на приветствие, нарочно толкнув Фавела плечом.

По старой, давно укоренившейся привычке операционник поднял Барьер, скрывая свои чувства и мысли. Когда он шагнул в уютный полумрак Зала Собраний, Глава Совета ждал его там.

Фавел не сразу нарушил молчание. На минуту он позволил себе расслабиться, насладиться приглушённым освещением и атмосферой зала, идеальной для обострённых чувств Лоцмана. Безупречно. Не то, что холодные, залитые ослепляющим светом стены ведомственных офисов.

К тому же, здесь работали глушители. Можно не опасаться прослушки. Фавел считал Зал Собраний свободный от неусыпных глаз и ушей Ведомства своей заслугой. Личной заслугой.

Он опустился в удобное кресло рядом с Элизаром. В мягком свете встроенных в стенные ниши светильников лицо Главы Совета выглядело встревоженным и усталым.

— Как Шеррель воспринял отстранение? — тихо спросил Фавел.

Элизар вздохнул.

— Плохо. Я старался смягчить это, как мог. Объяснил, что отпустить её было слишком серьёзным промахом. СБ и Ведомство требуют результатов, а народу нужны виновные.

— Ну, в этом их можно понять, — Фавел прищурился, не поддаваясь его меланхолии. — Но, по крайней мере, история с Морриганом сыграла нам на руку.

— Нам? — Элизар поднял бровь.

— Гильдии, конечно же, — улыбнулся Фавел.

— Я хочу, чтобы ты это помнил.

— Я всегда думаю о Гильдии. Всегда, — неожиданно жёстко ответил операционник. — Напомню, если бы ты с самого начала дал мне руководить расследованием, мы не оказались бы в таком... положении. Но ты решил поиграть в демократию и устроил фарс.

Глава Совета уронил лицо в ладонь, а когда отнял руку, его гримаса поразила даже видавшего виды Фавела.

— Страшно подумать, что бы ты предпринял на месте Шерреля, — процедил он.

Операционник сжал подлокотник кресла. Привычная полуулыбка сошла с его лица.

— Она преступница, — отчеканил он. — Таких щадить нечего. Обмануть таких — дело чести и общего блага.

— Как далеко ты ушёл в своём понятии чести, — упрекнул его Элизар.

— А ты — в своём ханжестве, — Фавел подался вперёд и снизил голос до шёпота. — Ты заигрался и поверил в собственный образ героя, да? Ты думал, что будет легко? И хочешь сдать назад при первых же трудностях?

Элизар вскочил и стал мерить шагами комнату, нервно, совсем не так, как подобало убелённому сединой Старшему.

— Ты хочешь сказать, ты с самого начала знал, на что мы подписались?

— Не знал, — спокойно сказал Фавел. — Крушение истребителя — трагедия. Я был в шоке, как и все. Но я, в отличие от тебя, не питал иллюзий. Свобода и влияние — у этих вещей всегда есть цена. Большие дела требуют больших жертв, Лирон. И я не отступлю, я пойду до конца. А ты?

Глава Совета остановился у его кресла и, нависая над Фавелом, тихо и чётко спросил:

— Если бы ты знал, к чему приведёт наша сделка, ты бы всё равно её заключил? Всё равно бы пошёл на это?

— Не знаю, — отмахнулся операционник. — Мне сейчас не до моральных дилемм. Дела, знаешь ли. Мне надо позаботиться о том, чтобы дело было похоронено и закрыто. Девчонка-урди вряд ли теперь сунется сюда, а Ведомство найдёт, на кого всё повесить. Стоит раздуть шумиху вокруг Морригана и подчеркнуть нашу заслугу в его спасении...

— Ларкин спелся с СБ, — неожиданно сказал Элизар. — Они тоже сразу подозревали проективного телепата.

— Что? — нахмурился Фавел. Мысли его лихорадочно завертелись. В Регентской СБ не было случайных людей. Многие из них были психически одарены не меньше Лоцманов Гильдии и куда более опасны.

— Он первый был на месте. Ларкин. Не Шеррель. 

— По наводке СБ?

— А вот и нет. Говорит, дочь ему рассказала. А его Лола водит дружбу, угадай с кем?

Впервые за весь разговор Фавел надолго замолчал. Потом, в ответ на вопрос Элизара, переспросил:

— Думаешь, они догадались?

— Парень тоже был там, когда её упустили, — тихо сказал Элизар. — Я сам видел.

С минуту оба молчали, погружённые в тяжёлые мысли. Глава Совета первым не выдержал.

— Ты просчитался с парнем. Ты думал, он не будет отсвечивать, а будет пытаться выслужиться...

— А кто ещё у нас был? — сорвался Фавел. — Никаких альтернатив! Только он подходил по всем нужным параметрам!

Элизар устало провёл рукой по своим седым волосам:

— Если бы не это бессмысленное положение об обязательном сопровождении грузовых рейсов...

— Расслабься. Рейсы больше не нужны. А парень... — Фавел прищурился в мягком мерцании светильников. — Я знаю, чем отвлечь парня.