15 ☆

Дженни

Две недели спустяЯ сидела в кресле в ванной мамы, пока она наносила тушь на мои ресницы. Я наблюдала за ней, как будто не делала этого прежде. Она улыбалась. Я наблюдала, чтобы убедиться, что запомнила каждую черточку ее лица в своей памяти.Правда заключалась в том, что я слабла. Думаю, в глубине души мы все это знали. Каждое утро, когда я просыпалась, Чонгук лежал рядом, а я чувствовала себя более уставшей, более слабой.Но в сердце я оставалась сильной. Я ощущала, что зов из дома становился сильнее. Ощущала, как покой от этого зова накатывал на меня минута за минутой.И я была почти готова.Когда я наблюдала за своей семьей последние несколько дней, то осознала, что с ними все будет хорошо. Мои сестры были счастливыми и сильными, а родители отчаянно их любили, поэтому я знала, все будет хорошо.И Чон. Мой Чонгук, человек, покидать которого было тяжелее всего... он повзрослел. — Ты готова, малышка? — спросила мама.— Да, — ответила я, не дыша.Я держалась за маму, когда мы спускались вниз по лестнице и к передней двери. Когда мы завернули за угол, я увидела, что мои сестры и папа все столпились в коридоре, глядя на нас.Затем, хоть я и чувствовала слабость, мама поставила меня на пол. И я увидела, что, прислонившись к дверному косяку, стоит Чонгук. В его руке была ветка вишни… и на нем был смокинг.Мое сердце раскололось, излучая свет.Он подарил мне мое желание.Как только наши взгляды встретились, он выпрямился. Я наблюдала, как он сглотнул, когда мама усадила меня в мое кресло. Когда она отошла, Чонгук присел на корточки, не заботясь о том, кто рядом, и прошептал:— Дженни, — я перестала дышать, когда он продолжил: — Ты такая красивая.Вытянув руку, я потянула за кончик его черных волос.— Они зачесаны, и я могу видеть твое красивое лицо. И ты в смокинге.Игривая улыбка растянулась на его губах.— Я обещал тебе, — ответил он.Он взял меня за руку и так нежно, как мог, надел бутоньерку мне на руку. Я провела рукой по вишневым листьям и не смогла сдержать улыбку.Посмотрев в глаза Чона, я сказала:— Это все реально?Наклонившись, он поцеловал меня и прошептал:— Ты идешь на выпускной.Слезы стекали из моих глаз, застилая взор. Я наблюдала, как его лицо погрустнело, но рассмеялась и сказала ему:— Это слезы радости, малыш. Я счастлива.Чонгук сглотнул и, подняв руку, коснулся своего лица.— Ты делаешь меня такой до невозможности счастливой.

Чонгук сделал глубокий вдох и прижался в финальном поцелуе к моей щеке, начав толкать меня к спортивному залу. Учителя, отвечающие за порядок, увидели наше прибытие. Их реакции согревали мое сердце: они улыбались, обнимали меня — я чувствовала себя любимой.Музыка гремела даже в коридоре. Я отчаянно хотела увидеть, как украшено помещение. Чонгук потянулся к ручке двери, и когда повернул ее, школьный спортивный зал показался в поле зрения... он был украшен в бежевые и розовые цвета. Прекрасно декорирован идеальной тематикой моих любимых цветов.Моя рука взлетела к лицу, опустив ее, я шепнула:— Тематика «Вишневая роща».Я посмотрела на Чона. Он пожал плечами.— Ничего особенного.— Чонгук, — прошептала я, когда он толкнул меня в зал. Ребята, танцевавшие рядом, остановились, когда я оказалась внутри. На минуту я почувствовала неловкость, когда встретилась со всеми их взглядами.Это был первый раз, когда большинство из них видели меня с тех пор как... Но неловкость была забыта, когда они все начали подходить, приветствовать меня и желать благополучия. Через некоторое время, очевидно увидев, что я была перегружена, он подкатил меня к столику, с которого открывался вид на танцпол.Я улыбнулась, увидев, что все наши друзья сидят за столом. Джису и Юна заметили меня первыми. Они подпрыгнули на ноги и побежали к нам. Чонгук отошел, чтобы мои подруги могли обнять меня.— Святое дерьмо, Джен. Ты такая красивая, — закричала Джису. Я рассмеялась и указала на ее голубое платье.— Как и ты, милая. — Джису улыбнулась в ответ. Подошел Намджун и взял ее за руку. Когда я уставилась на их соединенные руки, то снова улыбнулась.Джису встретилась со мной взглядом и пожала плечами.— Думаю, в конце концов, это должно было произойти.Я была счастлива за нее. Мне нравилось знать, что она была с кем-то, кого обожала. Она была прекрасной подругой для меня.Намджун и Тэхен обняли меня следующими, затем Юна. Когда все наши друзья поприветствовали меня, Чонгук занял свое место за столом. Конечно, он сидел рядом со мной, сразу же взяв меня за руку.Я видела, как он наблюдал за мной. Его взгляд не покидал моего лица. Повернувшись к нему, я спросила:— Ты в порядке, малыш?Он кивнул, затем наклонился и сказал:— Не думаю, что ты когда-нибудь выглядела настолько красиво. Я не могу оторвать от тебя взгляда.Я наклонила голову набок, осматривая его внешность.— Ты нравишься мне в смокинге, — призналась я.— Он не плох, я полагаю. — он поднял руку и повозился с галстуком-бабочкой. — Эту штуковину было почти невозможно надеть.— Но ты справился, — подразнила я.Чонгук отвел взгляд, затем снова посмотрел на меня.— Мой папа помог мне.— Да? — спросила я тихо.Он коротко кивнул.— И ты позволил ему? — настаивала я, заметив, что он упрямо наклонил свой подбородок. Мое сердце забилось сильнее, пока я ждала ответ. Чонгук не знал, что моим тайным желанием было его примирение с отцом.Он скоро будет нужен ему.И его папа любил его.Это было последнее препятствие, которое я хотела, чтобы он преодолел.Чонгук вздохнул.— Я позволил ему.Я не могла остановить улыбку, растягивающую мои губы. Потянувшись, я положила голову ему на плечо. Подняв ее, я сказала:— Я горжусь тобой.Чонгук стиснул челюсти, но не сказал ничего в ответ.Подняв голову, я осматривала помещение, наблюдая, как наши одноклассники танцуют и веселятся. И мне нравилось это. Я посмотрела на каждого человека, с которым выросла, задаваясь вопросом, какими они станут, когда вырастут. Кто женится, у кого будут дети.Затем мой взгляд остановился на знакомом лице, которое смотрело на меня через комнату. Лиса сидела со своей группой друзей. Когда поймала ее взгляд, я подняла руку и слабо ей помахала. Она улыбнулась и махнула мне в ответ.Когда я снова посмотрела за наш столик, Чонгук сердито смотрел на нее. Я положила руку ему на плечо, и он вздохнул, покачав головой.— Только ты, — сказал он. — Только ты.Весь вечер я наблюдала, как наши друзья танцевали, полностью удовлетворенная. Я дорожила этим временем. Дорожила тем, что видела всех такими счастливыми.Чонгук приобнял меня за плечи.— Как ты провернул это?Чонгук указал на Джису и Юну.— Это все они, Дженни. Они хотели, чтобы ты получила это. Они все сделали. Передвинули дату. Тематика и все остальное.Я посмотрела на него скептически.— Почему меня преследует чувство, что это не только их заслуга?Щеки Чона покраснели, когда он пожал плечами. Я знала, что он сделал гораздо больше, чем раскрыл.Придвинувшись ближе, я обхватила его лицо руками и сказала:— Я люблю тебя, Чонгука. Я так сильно люблю тебя.Он закрыл глаза на пару секунд. Его дыхание выходило глубокими выдохами через нос, затем он открыл глаза и объявил:— Я тоже люблю тебя, Нини. Больше, чем думаю, ты можешь понять.Я оглядела взглядом спортзал и улыбнулась.— Я понимаю,... понимаю.Он прижал меня ближе. Он пригласил меня на танец, но я не хотела сидеть в кресле на переполненном толпой танцполе. Я была счастлива наблюдать, как остальные танцуют, когда увидела, что Джису направилась к диджею.Она смотрела на меня. Я не могла прочитать ее взгляд, но затем услышала, что первые аккорды If I Could Fly, группы One Direction наполнили комнату.Я замерла. Как-то раз я рассказала Джису, что эта песня заставляет меня думать о Чоне. Когда он был вдали от меня в Америке. И еще больше я думала о том Чоне, который был со мной наедине. Возлюбленный. Только мой. Когда он говорил миру, что он плохой, то только мне говорил, что влюблен.Он любил.Всецело.Я мечтательно сказала ей, что если бы мы поженились, это была бы наша песня. Наш первый танец. Чонгук медленно встал на ноги, казалось, будто Джису рассказала Чонгуку.Когда он наклонился, я покачала головой, не желая тащить свое кресло на танцпол. Но затем к моему удивлению, движением, которое почти украло мое сердце, он взял меня на руки и держал над полом.— Чонгука, — слабо запротестовала я, обнимая его за шею руками. Он покачал головой, не сказав ни слова, и начал танцевать со мной в своих руках.Отказываясь смотреть куда-нибудь еще, я уставилась ему в глаза, зная, что он мог слышать каждое слово. Я отчетливо видела в его взгляде, что он понимал, почему эта песня была наша.Он прижал меня ближе, медленно раскачиваясь под музыку. И, как и всегда было у нас с ним, весь остальной мир исчез, оставив только нас двоих. Танцующих среди цветов, так отчаянно влюбленных.Две половинки одного целого.Когда песня достигла своей кульминации, медленно начиная подходить к концу, я наклонилась вперед и спросила:— Гук?— да? — прохрипел он в ответ.— Ты отвезешь меня кое-куда?Он нахмурил свои темные брови, но кивнул, соглашаясь. Когда песня закончилась, он притянул меня для поцелуя. Его губы слегка дрожали у моих. Также чувствуя себя поглощенной эмоциями, я позволила одинокой слезинке скатиться по щеке, прежде чем сделала глубокий вдох и успокоилась.Когда Чонгук отстранился, я прошептала:— Поцелуй девятьсот девяносто пять. С моим Гуком. На выпускном, пока мы танцевали. Мое сердце почти взорвалось.Он прижал свой лоб к моему.Когда Чонгук понес меня к выходу, я посмотрела в центр танцпола. Джису стояла, замерев, наблюдая за мной со слезами в глазах. Вперившись в нее взглядом, я положила руку на сердце и проговорила:— Спасибо тебе... я люблю тебя... Я буду скучать.Джису закрыла глаза, а когда открыла их снова, то проговорила ртом в ответ:— Я тоже люблю тебя и буду по тебе скучать.Она подняла руку и слабо махнула, и я встретилась взглядом с Чоном.— Готова?Я кивнула, затем он посадил меня в мое кресло и покатил из зала. Когда усадил меня на переднее сиденье и завел машину, то посмотрел на меня.— Куда мы, Нини?Вздохнув от абсолютного счастья, я раскрыла свое желание:— На пляж. Позволь мне увидеть рассвет с пляжа.— Наш пляж? — уточнил он, когда завел машину. — У нас займет некоторое время попасть туда, а уже поздно.— Мне все равно, — ответила я. — Главное сделать это до рассвета. — Я откинулась на спинку сиденье, взяв его за руку, когда мы начали наше финальное путешествие на побережье.

***

К тому времени, как мы прибыли на пляж, ночь начала сгущаться. До рассвета оставалось пару часов, и я была довольна этим.Я хотела провести это время с ним.Когда мы оказались на парковке, Чонгук посмотрел на меня.— Ты хочешь сидеть на песке?— Да, — сказала я торопливо, уставившись на яркие звезды в небе.Он остановился.— Здесь может быть слишком прохладно для тебя.— У меня есть ты, — ответила я, и его выражение лица смягчилось.— Подожди здесь, — он выскользнул из машины, и я услышала, как он достает вещи из пикапа. На пляже было темно, он освещался только луной сверху. В лунном свете, я увидела, что Чонгук расстилает одеяло на песке, а рядом с ним лежало еще несколько одеял из пикапа.Когда он вернулся, то вытянул руку и расстегнул свой галстук-бабочку, а затем и несколько пуговиц на своей рубашке. Когда я уставилась на него, то спросила себя, как я могла быть такой везучей. Я была любима этим парнем, любима так отчаянно, что любая другая любовь меркла по сравнению с этим.Несмотря на то, что моя жизнь была короткой, я долго любила. И в конце концов этого было достаточно.Чонгук открыл машину и подхватил меня в свои сильные руки. Я захихикала, когда он прижимал меня к себе.— Я тяжелая? — спросила я, пока он закрывал дверь.Чонгук встретился с моим взглядом.— Совсем нет. Я держу тебя.Улыбнувшись, я оставила поцелуй у него на щеке и прижала голову к его груди, пока он нес меня к покрывалу. Звук разбивающихся волн заполнял ночной воздух, легкий теплый ветерок развевал мои волосы.Подойдя к покрывалу, он опустился на колени и нежно положил меня на него. Я закрыла глаза и вдохнула соленый воздух, наполняющий мои легкие.Ощущение шерсти на моих плечах заставило меня открыть глаза: Чонгук накинул на меня теплое одеяло. Я наклонила голову, наблюдая за ним позади себя. Заметив мою улыбку, он поцеловал меня в кончик носа. Я захихикала, внезапно оказавшись в сильных объятиях Чона.Он вытянул ноги, заключая меня в ловушку. Моя голова откинулась на его грудь, и я позволила себе расслабиться.Он прижался в поцелуе к моей щеке.— Ты в порядке?Я кивнула и ответила:— Все идеально.Он убрал волосы с моего лица рукой.— Ты устала?Я начала качать головой, но желая быть честной, ответила:— Да, я устала.Так же как почувствовала, я услышала его тяжелый вздох.— Ты сделала это, малышка, — сказал он гордо. — Вишневые деревья, выпускной...— Остались только наши поцелуи, — закончила я за него. Я почувствовала, как он кивнул сзади меня. — Чонгук? — сказала я, нуждаясь в том, чтобы он услышал меня.— да?Закрыв глаза, я подняла руки к своим губам.— Помни, что тысячный поцелуй будет, когда я вернусь домой. — он напрягся возле меня, крепче держа в своих объятиях. — Ты все еще нормально к этому относишься?— Все что угодно, — ответил он. Но по хрипу в его голосе я осознавала, что эта просьба тяжело давалась ему.— Я не могу представить более умиротворяющее и прекрасное прощание, чем твои губы на моих. Конец нашего приключения. Приключения, в котором мы были девять лет.Оглянувшись на него, я выдержала его напряженный взгляд и улыбнулась.— И хочу, чтобы ты знал, я никогда не жалела и дня. Все о тебе и обо мне было идеальным. — Схватив его руку, я сказала: — Я хочу, чтобы ты знал, как сильно я любила тебя.Я повернулась через плечо, чтобы смотреть прямо в глаза Чонгуку.— Пообещай, что ты продолжишь приключение путешествовать по миру. Посетишь другие страны и познаешь жизнь.Он кивнул. Я ждала и ждала звука его голоса.— Обещаю, — ответил он.Кивнув, я выпустила сдерживаемый воздух и положила голову ему на грудь.Минута за минутой проходили в тишине. Я смотрела, как звезды сверкали на небе. Живя этим мгновением.— Нини?— Да, малыш, — ответила я.— Ты была счастлива? Ты... — Он прочистил горло. — Ты любила свою жизнь?Отвечая на сто процентов честно, я сказала:— Я любила свою жизнь. Все в ней. И я любила тебя. Как бы банально это ни звучало, этого всегда было достаточно. Ты всегда был лучшей частью каждого моего дня. Ты был причиной каждой моей улыбки.Я закрыла глаза и проиграла наши жизни в голове. Вспоминала мгновения, когда я обнимала его, а он обнимал меня крепче. Я вспоминала, как целовала его, и он целовал меня глубже. И самое лучшее, я вспоминала, как я любила его, а он всегда стремился любить меня сильнее.— Да, Чона, — сказала я с полной уверенностью. — Я любила свою жизнь.Он выдохнул, как будто мой ответ освободил его сердце от тяжелого бремени.— Я тоже, — согласился он.Мои брови сошлись вместе. Посмотрев на него, я сказала:— Чонгук, твоя жизнь не закончена.— Дженни, я...Я прервала, что бы он ни пытался сказать, жестом руки.— Нет, Чон. Послушай меня. — Я сделала глубокий вдох. — Ты, возможно, почувствуешь потерю половины своего сердца, когда я уйду, но это не даст тебе право жить наполовину. И половина твоего сердца никуда не уйдет. Потому что я всегда буду идти рядом с тобой. Всегда буду держать тебя за руку. Я вплетена в ткань, из которой ты создан — как и ты всегда будешь привязан к моей душе. Ты будешь любить и смеяться, и исследовать мир... за нас обоих.Я держала его за руку, умоляя его слушать. Он отвернулся, затем повернулся снова посмотреть мне в глаза, как я и хотела.— Всегда говори «да», Чона. Всегда говори «да» новым приключениям.Уголки губ его приподнялись, когда я уставилась на него тяжелым взглядом.Он провел пальцами по моему лицу.— Хорошо, Нини. Так и будет.Я улыбнулась к его изумлению, затем сказала на полном серьезе:— Ты так много можешь предложить миру, Чонгук. Ты мальчик, который подарил мне поцелуи, воплотил в жизнь мои последние желания. Этот мальчик не остановится из-за потери. Вместо этого он будет подниматься, так же как солнце каждый день. — Я вздохнула. — Переживи шторм. Затем вспоминай одну истину.— Какую? — спросил он.Отмахнувшись от расстройства, я улыбнулась и сказала:— Лунные сердца и солнечные улыбки.Потерпев неудачу сдержать смех, он расхохотался... и это было прекрасно. Я закрыла глаза, когда его насыщенный баритон накрыл меня.— Я помню,Нини. Помню.— Хорошо, — сказала я триумфально и откинулась на него. Мое сердце сжалось, когда я увидела, что солнце начало вспыхивать на горизонте. Опустив руку вниз, я молча взяла его за руку и держала ее в своей.Рассвет не нуждался в повествовании. Я сказала ему все, что должна была. Я любила его. Хотела, чтобы он жил полной жизнью. И я знала, что увижу его снова.Я была спокойна.Я была готова отпустить.Как будто чувствуя завершенность в моей душе, он прижал меня к себе до невозможности крепко, когда гребень солнца появился из синих волн, прогоняя звезды.Мои веки начали тяжелеть, пока я сидела полностью удовлетворенная в объятиях Чонгука.— Нини?— Мм?— Меня было достаточно для тебя тоже? — от угрюмости в голосе Чона мое сердце разрывалось, но я мягко кивнула.— Более чем, — уверила я и улыбнулась, добавив только для него: — Ты был таким особенным, какими только мог быть.Он втянул резкий вдох на мой ответ.Когда солнце встало на место, чтобы покровительственно смотреть на все с неба, я сказала:— Чон, я готова отправиться домой.Он сжал меня в последний раз, затем начал вставать на ноги. Когда он выпрямился, я подняла свою ослабшую руку и взялась за его запястье. Чонгук смотрел на меня и смаргивал слезы в своих глазах.— Я имею в виду... я готова отправиться домой.Он закрыл глаза на мгновение. Он сел на корточки и обхватил мое лицо руками. Когда открыл глаза, он кивнул:— Я понимаю, малышка. Я почувствовал тот момент, когда ты решилась.Я улыбнулась и бросила последний взгляд на панораму, которая развернулась перед глазами.Время настало.Чонгук нежно поднял меня на руки, и я смотрела на его прекрасное лицо, пока он нес меня по песку. Он тоже смотрел на меня.Последний раз повернувшись лицом к солнцу, я опустила взгляд на золотой песок. И затем мое сердце наполнилось таким невероятным светом, когда я прошептала:— Смотри. Посмотри на свои шаги на песке.Взгляд Чона покинул меня, чтобы исследовать пляж. Его дыхание перехватило в горле, и взгляд снова вернулся ко мне. Моя губа дрожала, и я прошептала:— Ты нес меня. В мои худшие времена, когда я не могла ходить... ты пронес меня через них.— Всегда, — Чонгук смог хрипло ответить. — Навечно и навсегда.Сделав глубокий вдох, я прижала голову к его груди и пробормотала:— Отвези меня домой, малыш.Когда он вел машину, обгоняя день, я не отрывала от него своего взгляда.Я хотела запомнить его таким.Навсегда.Пока он снова не окажется в моих объятиях навеки.