05.09.2006. Ася

«Ура-ура-ура, нас посвятили. Мы ― отныне три будущих редактора. С настоящими студенческими билетами, зачетками и, как мрачно прибавил Крыс, настоящей сессией. Вечно он нагнетает...

У меня хорошее настроение: Марти жива, Макс вернулся из рейда и болтал со мной по мобильному целый час, пока не проговорил все деньги. А на книгу пишут хорошие отзывы! Есть отрицательные, но, в основном, от людей, которые, судя по грамотности, не читали ничего серьезнее "Колобка". Или наоборот, от слишком умных, носовских "знаек", почему-то уверенных, что герои, даже сказочные, должны действовать только правильно и логично, а точнее ― так, как хотят они, эти умники. И что они так думают...

Ну вот, увлеклась. На самом деле ― особенно после ужасов от Марти и Кирилла ― я просто многое переосмыслила и решила взбодриться и работать над собой, перестать дичиться и киснуть. Осень ― это хорошо для нового начала. Целей. Подвигов. Надежд. Давно пора поучиться у друзей и повзрослеть».

Вчерашние абитуриенты радостно гудели на всю аудиторию, ожидая раздачи студенческих билетов. Каждый раз, как аспирантка называла фамилию и имя, очередная нервная фигурка проходила к помосту, а там пожимала руку декану факультета ― полной рыжей женщине. Ася, Саша и Марти, ожидая своей очереди, с любопытством озирались. Их интересовали симпатичные парни, вид из окон и удачные для списывания места.

Распахнулась дверь, и «церемония» прервалась. Вошел подтянутый мужчина в сером костюме и неожиданно яркой лиловой рубашке. Волосы у него были темные и густые, кожа смуглая, на лацкане пиджака красовался значок ― два перламутровых цветка, вроде лилий. Оглядев аудиторию, мужчина громогласно поздоровался: «Привет, молодежь! Вмешаюсь, ладно?». По тому, как почтительно заулыбалась деканша, а также по паре ранее попадавшихся на глаза рекламных буклетов, Ася поняла: явился сам...

― Присутствием нас почтил Арсений Викторович Володарский! ― подтвердила деканша. ― Наш многоуважаемый ректор! Конечно, конечно!

Получив дозволение, мужчина взошел на помост. Он был высоким и статным, ухоженным, а еще казался невероятно приветливым. От него разливалось почти осязаемое обаяние. Пробежавшись по лицам взглядом слегка раскосых глаз, он наконец заговорил ― гулко, выразительно и воодушевленно, хлопнув в ладоши:

― Свежая кровь. ― Он шумно втянул носом воздух. ― Вещь вдохновляющая, а вдохновение книжному делу необходимо. Правда?

Все настороженно молчали. Стеснялись. Даже Сашка с Марти.

― Ваш курс, ― ректор помедлил, загадочно улыбнувшись, ― в этом плане кажется мне особенно перспективным. Как на подбор. Мне, как хранителю данной, как говорится, альма-матер, лестно, сколько интересных людей связали судьбу с нашими стенами. И я хотел бы, чтобы поток знал своих героев. Для этого я и пришел. Час пробил.

Последние фразы он произнес, улыбаясь так, что сверкали зубы. Чудаковатая улыбка. Опять повисла пауза. Ректор начал набирать воздуха для новой тирады.

― Ох...

Ася увидела: Марти побледнела. Ее дрожащие пальцы впились в парту.

― Тебе плохо? ― шепотом спросила Саша, тоже повернувшая голову.

Марти не успела ответить.

― Итак, ― продолжал ректор, опять изучая аудиторию. ― Те, кого я назову, поднимитесь пожалуйста. Я буду, так сказать, вещать в произвольном порядке, не по фамилиям, не обессудьте. И не стесняйтесь, не стесняйтесь! Виталий Карпов, мастер спорта по вольной борьбе, чемпион Российского юношеского первенства.

Все зааплодировали. С места встал широкоплечий ушастый парень в яркой майке. Смущенно переминаясь с ноги на ногу, он улыбнулся. Ректор ему подмигнул.

― Ну-ка, какой ваш девиз по жизни?

Парень поскреб подбородок. Девиза у него явно не было, но для качка он соображал быстро:

― Умом и силой можно добиться больше, чем просто силой.

― Умом и силой... ― протянул Володарский с непроницаемым видом. ― А что насчет доброты?

― Тоже нужна! ― спохватившись, выпалил Карпов. ― Просто...

― Просто девиз должен быть лаконичным и емким, я вас понял. ― Ректор одобрительно рассмеялся и велел: ― Ну же, похлопайте умному силачу ещё!

Под аплодисменты Карпов сел. У него покраснели уши.

― Людмила Николаева, ― назвал новое имя ректор. ― «Мисс Москвы-2006» среди девушек от 16 до 18 лет. Будет украшать ваш поток.

Встала девушка с собранными в пучок черными волосами. Лучезарно, но зашуганно заулыбалась, оглядела всех большими карими глазами, хлопнула ресницами длиной с полспички. Ася пригляделась: и чем такая взяла жюри? Саша будто мысли прочла:

― И чего это? Милая, немного олененок. На конкурсах красоты что, любят оленят?

Они прыснули. Ректор тем временем спросил:

― Ваш девиз, Люда?

Девушка оказалась банальнее своего предшественника.

― Красота спасет мир.

Володарский расцвел и изрек:

― О, ваши бы слова, да в уши Елене Троянской, а заодно всем грекам...

Многие засмеялись. Под оживленные хлопки Люда-олененок села и потупилась. Ася заметила, что Саша нахмурилась: наверное, шутка ректора ей показалась мерзкой; подруга, существо миролюбивое, не выносила шутки о войнах. Марти вообще сидела белая как полотно, не реагировала на происходящее, никому не хлопала.

― Анастасия Железнякова. ― Асю вдруг отвлек оклик ректора. ― И ― да-да, вы не ослышались ― Александра Пушкина. Авторы бестселлера «Сказки заблудших душ», мудрой и яркой книги для детей и взрослых. Соавторы. И наверняка подружки!

Саша дернула Асю за рукав. Они вскочили, чувствуя себя неудобно из-за хлопанья. Ректор, внимательно всматриваясь в них, продолжал:

― Они наверняка нас еще удивят. Хорошему писателю проще и отточить редакторское мастерство, и понять мятежную писательскую душу, и встать на место читателя. Из курса вы еще узнаете, что многие знаменитые писатели ― Чехов, Горький, Симонов ― были также одаренными редакторами. Итак, девушки... ваши девизы?

Ася и Саша переглянулись.

― Нет ничего важнее друзей, ― произнесла Саша.

― Нет темноты без света, ― хором с ней сказала Ася.

Володарский едва ли не подпрыгнул.

― А я-то думал, вы и скажете одно и то же. А тут такое разнообразие: друзья, темнота, свет... Девочки, а вот как думаете... ― он понизил голос, но это было скорее картинное понижение, чем попытка посекретничать, ― а друзья всегда несут нам свет?

― Всегда.

В этот раз Ася и Саша сказали одно и то же. Переглянувшись, они обменялись улыбками. Все зааплодировали даже без призыва ректора.

― Что ж. Славно. Просто великолепно. Посмотрим, что нам с этим делать...

Он помолчал, сложил перед грудью руки и спустился с помоста. Прошел между столов, кому-то кивая и улыбаясь, и наконец достиг Асиного ряда. Здесь он остановился. Ася легко поняла, в кого упирается его пытливый, но дружелюбный взгляд.

― И, конечно же, Марина Лукина. Наша настоящая героиня.

Марти не шевельнулась. Ася осторожно лягнула подругу в коленку.

― Встаньте, пожалуйста, ― мягко попросил Володарский. Марти с трудом поднялась, крепче вцепившись в парту. ― Марина пережила этим летом серьезное испытание: была в числе туристов, не сумевших покинуть французский город L., где началась эпидемия. Она примкнула к рядам врачей, хотя у нее нет медицинского образования, и спасла сотни жизней. Надеюсь, ей будет легко и комфортно с вами учиться.

Он неотрывно смотрел в глаза Марти и улыбался. В заключение он, воспользовавшись тем, что «героиня» сидит крайней в ряду, протянул ей руку. Как загипнотизированная, она ответила на пожатие. Ректор поднес ее запястье к губам и почти сразу отпустил. Подруга быстро спрятала руку за спину. Стиснутых зубов она так и не разжала.

― Ваш девиз? ― спросил Володарский.

― А ваш? ― отчетливым эхом отозвалась она.

Студенты перестали шептаться. Марти, как и всегда, выпендрилась. Ася подумала об этом и с восхищением, и с раздражением. Ректор невозмутимо пожал плечами:

― Мой девиз ― «Девизы надо менять по обстоятельствам». Но все же я первый спросил! Так...

― Не бойся зла. Бойся хаоса.

И Марти вдруг нагло, фальшиво улыбнулась. Ректор, вполне удовлетворенный, покровительственно кивнул. Студенты зааплодировали, а вот Саша нахмурилась.

― Где ты обожгла руку? ― шепотом спросила она у севшей Марти.

― Нигде, ― лаконично откликнулась та.

Теперь и Ася заметила красное пятно у Марти на запястье ― на том, которое целовал ректор. Может, утром приложилась о сковородку? Или...

― Время гимна! ― заявил ректор. ― Все вставайте!

Деканша включила магнитофон. Первокурсники стали нестройно подниматься. Выбросив ненужные мысли, Ася положила руки подругам на плечи и ободряюще улыбнулась. Ей показалось, она поймала подмигивание ректора, поглядевшего на нее с помоста... но скорее всего, он просто подмигивал в зал.

«Один день ― а столько впечатлений! Ректор... интересный, сразу видно, что умный, что любит молодежь, хотя и посмеивается над нами немного. Он мне скорее понравился, чем нет, впрочем, наверное, это не важно: он же не преподает, я буду видеть его редко. А вот ребята, с какими замечательными ребятами мы учимся! Спортсмены, красотки, герои...

От одного грустно ― от мысли, что Максу бы понравилась наша атмосфера, если бы он тут был. Максим... Максим. Пожалуйста, возвращайся. И пожалуйста... скучай по мне хоть немного».