Библиотека.

- Пап, а это правда, что если будешь шуметь там - тебя выгонят? — спросил 7-летний мальчик, весело топая в сторону библиотеки. — Мне так Саша сказал.

- Нет, конечно. — ответил ему среднего роста, ничем не примечательный мужчина в коричневом костюме с галстуком. — Тебе сначала сделают замечание, попросят вести себя тише. А если ты и после этого продолжишь мешать другим читать - тогда уже могут и выгнать.

- А если я буду шуметь, но не мешать другим?

- Так не получится. Все любят читать в тишине, так что если ты будешь шуметь - ты обязательно кому-нибудь помешаешь.

  Так они шли, разговаривая, уже полчаса и вот, наконец, у горизонта показалась та самая заветная библиотека.

- Пап, давай скорее!

- Хорошо, хорошо. Но не так быстро, а то я за тобой не успеваю.

  И вот, спустя десять минут, они уже заходили в библиотеку, двери которой, как обычно, были распахнуты. Их закрывали только ночью, когда библиотекарь, разогнав последних читателей, накидывал на плечи пиджак и лениво ковылял домой.

- А можно сегодня я сам выберу книжку, которую буду читать?

- Конечно, беги. Ты уже знаешь, куда.

  Мальчик побежал осматривать полки с детскими книжками, а отец пошел к полкам с научной фантастикой.

- Доброе утро, Владимир Кириллович. — библиотекарь был рад в очередной раз видеть постоянного посетителя — Вы сегодня с мальчишкой?

- Конечно, он тоже очень любит читать. Я бы ни за что не пошел в библиотеку без него, когда есть возможность пойти с ним. — ответил мужчина, слегка улыбнувшись.

- Понятно. Тогда может Вам посоветовать что-то из детской литературы?

- Нет, спасибо. Миша сказал, что сам выберет.

- Хорошо. Тогда приятного чтения.

- Спасибо, и вам того же.

  Библиотекарь вернулся к своей книге, а мужчина продолжил выбирать сюжет, через который он пройдет сегодня.

  На полках стояла куча книг разных авторов: Брэдбери, Хаксли, Замятин. Все это очень интересно, но было прочитано уже десятки раз. Теперь приходится выбирать что-то менее известное, но зато новое.

- Пап, ну давай скорее! — крикнул радостно мальчик — Я уже давно выбрал и тебя жду!

- Тссс! — прошипел Владимир, приставив палец ко рту — Ты что, не помнишь? Шуметь нельзя.

- Ой, прости, пап.

- Ничего страшного.

  Владимир решил взять первую попавшуюся в руки книгу и они с сыном пошли выбирать за какой стол сядут. Сегодня им повезло - за одним из них никого не было. Мишка тут же вскочил на стул и принялся читать. Владимир, сев неспеша рядом, наконец посмотрел, какую книгу взял с полки.

- "Понедельник начинается в субботу". Хотел же что-то новое почитать. Сходить поменять что-ли?

- Ну па-а-п. — протянул мальчик слегка расстроенно — Это мне опять тебя ждать что-ли? Давай уже начнем читать.

- Ладно. — ответил Владимир, по-доброму вздохнув — Значит сегодня Стругацкие.

  Тогда он начал читать шёпотом:

"Я приближался к месту моего назначения. Вокруг меня, прижимаясь к самой дороге, зеленел лес, изредка уступая место полянам, поросшим жëлтой осокою..."

  Вокруг была та самая аккуратная тишина, какая обычно бывает в библиотеках. В основном её нарушало лишь тиканье круглых настенных часов и осторожное тихое перелистывание страниц. Каждый читающий старался не шуметь, не издавать даже случайного лишнего шороха, дабы не помешать остальным. Такая атмосфера сложилась в библиотеке за долгие годы. Это место настолько ей пропиталось, что даже каждый новый посетитель или случайный прохожий, зашедший сюда, стараясь скрыться от скуки, чувствовал, как тут нужно себя вести и ни за что не пытался нарушить местных правил. Лишь иногда за дверью проезжал редкий автомобиль, коих немного в таком небольшом городе.

  Однако все эти звуки совсем не мешали читать. Смешиваясь между собой, они образовывали некое подобие спокойного, тихого белого шума, который скорее убаюкивал, нежели отвлекал.

  Обстановка сегодня была ещё более спокойная, чем обычно и оттого веки сами закрывались, было сложно сопротивляться этому. Владимир решил, что, раз уж все так тихо и спокойно, нет ничего плохого в том, чтобы вздремнуть полчасика в библиотеке. Вряд ли это может кому-то помешать, а если и помешает, то его непременно разбудят и тогда он извинится и продолжит читать.

  Подумав так, Владимир аккуратно закрыл книгу, положил ее справа от себя и опустил голову на стол, подложив под неё руки.

  Он тут же вспомнил, как в школьные годы он точно так же засыпал на парте, потому что ночью читал допоздна. Конечно же это не могло пройти даром и к пятому классу он уже ходил с большими и явными кругами под глазами. Несколько раз, стремясь избавиться от них, он пытался ложиться вовремя, но все безуспешно. Организм уже привык засыпать поздно ночью, и все, чем оставалось довольствоваться - 6-5 часов сна каждый день.

  Поспав вдоволь, Владимир проснулся. В библиотеке уже никого не было. Он глянул на часы: девять часов вечера.

- Ну и ну...

  Он осмотрелся. Мишка спал, а рядом с книгой на столе лежала записка, по всей видимости, от библиотекаря:

"Когда будете уходить - закройте, пожалуйста, дверь в библиотеку, я оставил вам второй ключ. Сейчас он висит на крючках для одежды под моим пальто. Потом, спрячьте его под коврик."

  Владимир посмотрел в сторону двери. Она была закрыта. Рядом на одном из крючков действительно висело пальто.

- Вставай, Миш. — отец легонько похлопал его по плечу — Нам пора уходить. Уже поздно, мы даже на ужин опоздали.

  Миша всë не вставал. Владимир решил, что раз уж обед они с Мишей проспали и ужин тоже пропустят, стоит купить что-нибудь съестное и, хотя бы, перекусить по пути домой. Он встал и направился к двери. Посмотрев по пути в окно, он заметил, что на улице ни души. Владимиру показалось это довольно странным: обычно в это время ещё кто-то, да и гуляет.

  Он аккуратно снял пальто с крючка, но никакого ключа под ним не было. К тому же самому выводу он пришёл, оглядев предмет одежды в своих руках. Ключ ни за что не зацепился и даже не упал на пол. Его просто нет.

  Осмотрев все вокруг в поисках решения своей проблемы, он заметил, что Миша уже проснулся и сидел, смотря прямо на отца.

  Владимир, было, сделал пару шагов в его сторону, но вдруг остановился. Это был не его сын. Его глаза были полностью черными, словно ночное небо, а лицо было холодным и совершенно ничего не выражало.

- Пап, который час? — все так же безэмоционально спросил мальчик. — Почему ты стоишь? Тебе плохо?

  Владимир в ужасе развернулся и схватился за дверь. Она была закрыта. Сколько бы он ни дëргал за ручку, это ни к чему не приводило.

Он посмотрел назад. Мальчик уже встал со стула и тихими шагами шёл к двери.

  Топ-топ. Топ-топ. Только сейчас Владимир понял. Ничто вокруг не издавало ни единого звука. Даже от часов не слышалось привычного тиканья. От того, что все вокруг будто замерло, тихие шажки мальчика эхом отдавались в ушах. Так, будто кто-то стучит кувалдой по металлу.

  Владимир в страхе закрыл уши руками и зажмурился.

  Мальчик тем временем подходил все ближе и ближе. Пусть шаги сквозь руки и стали менее слышны, но по мере его приближения они становились всё громче и громче, пока в один момент резко не стихли.

  Он остановился? Или, может, исчез? Владимира обрадовала такая мысль и он захотел проверить.

  Он, было, напрягся, чтобы открыть глаза, но не смог. Веки чувствовались, будто залитые бетоном. Сколько бы усилий он не прилагал, у него не выходило открыть их.

  Спустя пару секунд, его руки отнялись и уши снова оказались открыты. Вокруг была гробовая тишина. Ничто не издавало ни единого звука.

  Он просидел так, кажется, час или полтора и вдруг перестал чувствовать все своё тело. Словно паря в невесомости, он до сих пор порывался понять: что же такое с ним происходит? Но все тщетно. Как он ни напрягался, ничего не придумывалось.

- Неужели мне теперь сидеть так вечность? — подумал он — Но я не могу...

  Внезапно, словно откуда-то извне, в его голову посыпался поток мыслей.

- Что случилось с моим Мишей? Где он сейчас? Он ли это был? Куда я вообще попал?..

  Куча вопросов словно разрывали его голову изнутри. Давление росло все сильнее и сильнее, она уже была готова взорваться, не в силах ответить даже на один из них, но вдруг поток вопросов остановился.

  Неожиданно Владимиру стало так спокойно и приятно находиться в этом состоянии забытия. Он был уже не в силах думать о чëм-либо.

  Прошли недели, года, века, а он так и продолжал сидеть там, не думая ни о чем. Он уже смирился с тем, что, видимо, никогда не умрёт и проведëт всю оставшуюся вечность так.